Там, за дальней горой, речка плёсами. Одинокий лес: ели с соснами. Под небесный свод в глушь звенящую Приплелася волчица родящая. Капли крови на белый снег капали. Ветви елей за грязный бок лапали. В глубине норы, под кореньями, Начиналось чудо рождения. Болью таял снег, затуманился, И рассвет седой с ней замаялся. Из последних сил, с хрипом нежным Появился щенок белоснежный. Как обняла его лапой трепетно, Как вдыхала сыновьи лепеты. И завыла от радости тонкою, Песней волчьей, песней звонкою. Научить всему разве трудно ей? Ты крепчай, сынок, и расти быстрей. И однажды в спокойном величии Он вернулся обратно с добычею. Осень платье шьёт с паутинками. У волчицы глаза сиротинкины. Как же быстро вырос её сынок. И теперь лежит ему путь далёк. Тяжело отпустить. Где набраться сил? Молодой волчок в чащу леса трусил. Обернулся вдруг он, прервав свой бег, Над волчицей седой падал первый снег. Да, теперь у них тропки разные, В ледяной тиши степь алмазная, Там проложен путь прямо к северу, Волк спешит туда в сердце с верою. А она стара, лапы слабые, Ей скорей за ним топать надо бы. Но она поймёт на мгновение: Здесь её ожидает забвение. Где в родной норе, там, за соснами, Скоротает она зимы с вёснами. Хоть волчица, но всё-таки мать она, Будет думать о родном дитятине. Каждой ночью: и этой, и прежнею Будет сниться щенок белоснежный ей. Дан на счастье, пускай и недолгое, Неизвестными волчьими богами. Там, за дальней горой, речка плёсами. Одинокий лес: ели с соснами. Глядя прямо вверх да в небесну гладь, Умирала нетрудно волчица-мать. На душе так светло: успокоилось. Уляглось, что давно беспокоилось. На прощанье мигнули в безмолвии Две звезды, как глазёнки сыновьи. | 
Положение о Клубе
Сделать стартовой
