Прекрасна предрассветная пора. Проснулись первые птахи, пропели первую песню. Жемчугом рассыпалась песня, прокатилась по поднебесью. Пробуждается природа.

Уже укрылись алым покровом мохнатые горы, нарумянилось небо, приготовилось принимать дорогого гостя.

Не шелохнувшись, стоят застенчивые красавицы – берёзы, устремив взгляд зелёных очей в необъятную высь; и они его ожидают.

Вот-вот, уже совсем близко…

Лёгкий, по-весеннему тёплый ветерок потрепал игриво седые волосы прошлогодней травы, погладил чёрные ветви просыпающихся после долгого сна деревьев и унёсся вдаль по бескрайнему полю в объятия багряных небес.

Вот-вот, уже совсем близко…

В прелых влажных листьях, что ещё прошлой осенью лениво опускались на хмурую землю, хвастая новым золотым нарядом, точно рубиновые бусы рассыпались сверкающие капли, схватившие каждая по частице алого убранства щедрого неба, себе на радость, другим на удивление.

Вот-вот, уже совсем близко…

А под плетнём, в тени, притаилась горка последнего весеннего снега, потемнела уж, обтаяла, а всё упрямо лежит, будто хочет сказать: «Пусть пришла весна, пожелаю – буду лежать здесь хоть до конца лета!». Но нет, не бывать этому. Взойдёт великое Солнце, бросит небрежно горсть золота на почерневший снег, и уйдёт последняя льдинка ручьем в терпеливую землю, продолжать свой путь к суженому своему – синеокому Морю-Океану.

А в двух шагах от неё, у крыльца, уж пробивается сквозь прошлогодние листья, сквозь пожухлую траву золотой весенний цветок, тянется к небу, к брату своему Солнцу, поднявшемуся неслышно из-за лесистых гор, разбросавшему щедро алмазы и жемчуга из несметных богатств своих, объявшему весь поднебесный мир золотыми тёплыми лучами.