Рыбаки

Сын мой Олег, шестилетка, пошёл на рыбалку зимнюю, а уж май был на носу, лёд совсем слабый, рыбаков на озере — ни одного. С салазками пошёл, на них ведёрко поставил, в нём — самоловки. Рыбаки лунок-то вдоль берега насверлили, Мороза ночью большого не было, лунки и не скрылись. Вот Олег от бани нашей — без спросу — и пошёл повдоль берега. За часовню ушёл.

Я — на деревню: сын пропал. Сидел по-над баней и — нет. Смотрю, по озеру плетётся мужичок-с-ноготок, пыхтит. Дождалась. Щёки красные от морозца, а радёшенек. — Двух налимов на самоловки споймал.

Говорю:

— Большего (в половину его роста) неси Александру Алексеевичу (одинокий сосед-пенсионер).

Насупился сын:

— Моя рыба, не понесу (первый ведь улов).

— Как не понесёшь? Он больной, старенький, а у нас уха и так будет. Ещё наловишь.

Сопит. Холодно. Домой пошли. Разделся, самоловки разобрал и — в дворову одёжу.

— Ты куда?

— К деду Саше.

Отнёс. Пришёл, довольный:

— Ма, я отнёс, а не жалко. Завтра ещё нарыблюсь.

Ночью Онего стронулось. К утру забереги ото льда очистились до тресты (это метров за сто от берега). А рыбой Шурик Тихонской снабжал, всю деревню. Он её немеряно налавливает, слово какое, верно, знает...