До отлёта – с полдня. И сижу в баре я С мужичком, ох – дотошным, болтливым. Ему - чёрте куда, мне - в другие края, А пока, - балычок, сёмга с пивом. Он спросил, взяв стакан: «Что такое тайга?». Я ответил: «То – джунгли Сибири. Сосны, кедры целуют, смеясь облака. Край суровый, красивейший в мире. Реки звёзды с небес собирают на дно. Рыбы столько, что всем бы хватило. Не поверишь ты мне…, а…, скажу – всё одно, В них песок золотой вместо ила. Зверь не пуганный бродит по тропам своим, Перелётные утки, что - гуси, По весне (ещё снег) черемша уж стоит И торгуют ей наши бабуси. А медведей в тайге, как в деревне собак, Дрыхнут черти всю зиму в берлогах… И сохатый – красавец на стройных ногах, Частый гость на сибирских дорогах. В сентябре осыпается с кедра орех. Белки – словно персидские кошки… А оставить орех - это вроде бы – грех И идут: кто с ведром, кто с лукошком. Ну, а ягод, грибов… а ты ел ли орляк? Да мы им всю Японию кормим, И туда же везут пароходы «кругляк» Ну, давай-ка, по маленькой дёрнем…». «Дёрнул» я, «дёрнул» он. Только я за пивком, Регистрацию вдруг объявили. Мой сосед: «Мне пора! - закусил балычком. – Очень жаль, что я не был в Сибири». Улетел. Я сижу. Время струйкой текло. Пиво пить одному – грустно, скучно. Где там мой самолёт? Я гляжу сквозь стекло. «Разрешите…» - над ухом вдруг звучно. Лед под сорок. Высок и причёска в пробор. «Разрешите?» - «Конечно, садитесь», Кто? Откуда? Куда? И пополз разговор… «Может «дёрнем?» - «Ну, если хотите». А потом он спросил: «Что такое тайга?». Я ответил: «То – джунгли Сибири. По плечо снег зимой, летом - в пояс трава…» Они что, нынче здесь, - сговорились? «…Лес дремучий стеной – не пройти, не пролезть. Волки, рыси, ещё росомаха… А устанешь - уснешь, так медведь может съесть Наберёшься в тайге этой страха. Заблудиться в тайге - это, как дважды-два. Не всегда тех заблудших находят: Раз, приезжий с бабёнкой пошли по дрова – До сих по-ор, где-то бедные бродят. Там морозы зимой – лёд на реках трещит. Птицы падают в снег, замерзая. Тыщи вёрст без жилья, хоть ищи – не ищи. На «А-у…» лишь придёт волчья стая». Он же мне про Париж. Про «своих» парижан. Сам культурный, видать – не скандальный. Я ему – про Сибирь, про былых каторжан. Говорю: «Не зарос тракт кандальный. За этапом тащился этап по тайге, А кот падал, того добивали. Сколько белых костей под травой в Колыме… Сколько беглых в тайге той пропали… Край суровый. Тайга. Там медведь – прокурор. На реке как-то золото мыли…». Оборвал репродуктор вдруг наш разговор – Регистрацию вновь объявили. Он поднялся: «Пора!» - «Ну, пора, так пора. Приезжайте! Мы вам будем рады. Про Сибирь не расскажешь за час или два…». «Нет, спасибо! В Сибирь мне не надо». Улетел. Я сижу. Где же мой самолёт? Пиво пью. За спиною: «Простите…». Невысокий. Худой. Взгляд холодный, как лёд. «Здесь свободно?» - «Конечно! Садитесь»… | 
Положение о Клубе
Сделать стартовой
