Со всей страны сгоняли самолёты, Спешили поезда, КАМАЗы, катера. Они везли ОМОН, везли кого-то. Пустые головы, отличье – номера. Надеты шлемы и бронежилеты, В руках дубинка, в голове – приказ. Им слушать просьбы не досуг, Попался – так получай дубинкой между глаз Они уж третий день подряд в столице. Сначала на Болотной дали бой, Потом на Чистопрудном те же лица. Команду «взять» лишь слышат и «домой». Мозг опустел, дубинкой словно плугом – Коси, мочи, да в автозак гони. Но против них ведь просто были люди. Не хуже, а такие же как мы. Пенсионеры, ушлые студенты, и менеджеры среднего звена, Поэты, работяги и доценты В ком совесть не ушла – ещё жива. Сначала был прорыв, митинговали, Приказ был дан, чтоб расчленять толпу. ОМОН успешен был круги сжимая, И слышно было страшное «У!-У!» Потом они гоняли по столице, Тех, кто кортеж пришёл посторожить, Тех кто гулял, людей всех: И за тридцать, и молодых и старых и больных. На третий день в умах зашевелилось: «Они ведь не хотят атаковать, Вот этот парень – он же беззащитен, А тётя с лентой возрастом как мать»… Дошло всё это разом до сержанта, Ну а полкан кричит приказ: «Дави»! Но отказался быть как все, как стадо, Он вышел из системы: «Здесь свои!» Товарищ, что был должен по приказу Сержанта увести, чтобы закрыть, Не побоялся, не подставил брата. И оба в автозак они ушли. Другие, в головах которых пусто, Пошли на штурм бабулек и детей. За них и мне, да и отчизне, грустно. Те двое стали наши – из ЛЮДЕЙ. | 
Положение о Клубе
Сделать стартовой
