Памяти всех расстрелянных в селе Романовка и других селах, еврейских

сельскохозяйственных колониях, просуществовавших 100 лет с 1841 по 1941гг.

 

Отец – Аарон, а дед мой – Бэн Цион.

Не довелось им посетить Сион.

Столетие трудился мой народ,

Растил он хлеб – и так из рода в род.

Учился и молился, и мечтал…

Что ждет его? Он этого не знал…

................................

Согнали всех копать огромный ров,

Палач кричал, в оскале щеря рот.

Копали всем селом себе «приют»,

Наверно знали, что их всех убьют...

Строчил неумолкая пулемет.

«Никто живым отсюда не уйдет!» -

Так каркал ворон и, со всех концов

С собаками ловили беглецов...

Рекою кровь родных стекала в ров.

Тела летели вниз, как связки дров.

И мысль о том, что наш всесильный Бог

Их в этот миг не спас, им не помог,

Терзает мое сердце до сих пор,

Опустошая душу, словно вор.

 

Безжалостно разрушены дома.

От горя почернела, как вдова

Земля, и не росла уже на ней

Трава, стирая память этих дней.

Остались только тетя и отец

Среди навек загубленных сердец...

И страшная картина – мертвых строй,

Отныне отбирала их покой.

Но надо было, вновь учиться жить,

Иглой надежды порванное сшить,

А память возвращала их опять

В тот ужас, что мешал и жить, и спать

До самой смерти…