О том что такое свобода помнится мы говорили еще на первом курсе на предмете «Основы журналистики». Преподавательница Марина И. преподававшая этот предмет, заложила тогда во мне прочный фундамент. Ее я боялась и ей я пыталась понравиться, я делала многое чтобы оправдать ее ожидания. Ее похвала для меня была самой ценной и в те редкие мгновенья когда она на весь курс объявляла что у меня сааме лучшее сочинение или же я лучше всех справилась с заданием написать опус на заданную тему, я понимала что я чего-то да и стою.

Нет свободы в чистом ее виде, есть лишь относительная свобода, потому что абсолютной свободы просто не существует, хотя бы потому что мы не можем летать, и даже если мы будем максимально свободны, взлететь нам все-таки не удастся потому что это противоречит законам природы. Так или иначе есть естественные ограничители нашей свободы.

Несколько лет назад мне казалось что свободы у меня нет даже относительной. Мне казалось что я связана по рукам и ногам, что повсюду стоят замки и запреты. Я не могла приходить домой позже 7ми вечера, потому что дома сидел строгий папа с часами в руках и ровно в 19.00 начинал звонить и интересоваться почему я еще не дома, хотя я уже запыхаясь бежала по своей улице. Я не могла говорить по телефону, потому что моя комната не была изолирована от других и все кому не лень могли слышать то что я говорю. А мама чуть только увидя у меня в руках телефон начинала ругать и говорить как телефон вреден для здоровья, что из-за него у меня круги под глазами и волос на голове не осталось, что я уже зомбирована этим телефоном и не могу без него существовать … Я откладывала телефон и брала одну из книжек, которую читала на тот период, но и тут мама заводила свою пластинку:

- ты из-за своих книжек осанку себе испортила, сидишь, горбишься, опять наверно ерунду какую-нибудь читаешь!

Я откладывала Бегбедера и брала блокнот…и начинала писать статьи, или эссе или же просто что-либо из наболевшего. Но и тут появлялась мама.

- Кому нужна твоя писанина! Только бумагу мараешь, и никакого толку.

Я откладывала блокнот и включала телевизор, смотрела новости. И опять же мама находила что сказать.

- смотришь тут новости как-будто много ты понимаешь в политике, все равно ничего не запомнишь. Нет бы замуж выйти!

И тут я выключала телевизор и выходила…нет, не замуж… просто выходила из дому. В такие минуты мне хотелось расплакаться, продолжительно и в голос.

Я мечтала о свободе…хотя бы относительной, хотя бы чтобы комната была изолированной, что бы можно было поплакать…продолжительно и в голос.

Выход был и я его нашла. Однажды я решила покинуть отчий дом. Даже если бы мне не позволили уехать, я бы это сделала. Но и мне, и им повезло, что они позволили. И мне не пришлось идти на крайние меры.

Перед поездом мама сказала мне много напутственных слов: не сиди постоянно за компьютером, не виси постоянно на телефоне, с мальчиками не общайся и не гуляй, следи за здоровьем, делай зарядку, закаляйся по утрам и вечерам, обливайся холодной водой, нос промывай три раза в день, чтоб не чихала постоянно, нормально питайся, не ешь всякую геномодифицированную еду, тепло одевайся, не задерживайся где попало до поздна…

- да, конечно мам…конечно.

Но думаю и я и она знали цену моему «конечно». Ведь как только я села на поезд – я была абсолютно свободна! И забудьте про то, что я говорила, что абсолютной свободы не бывает!