На взлёте, на старте, вот – вот ворвется, наступит, войдет Новый год! Шумит-то как на пороге – хлопает, взрывается, сверкает. А стихнет, вроде и не переменилось ничего. Ночь как ночь, день как день. Время не пощупать, не уловить. Вот и пишем его цифрами, озвучиваем тиканьем часов, расцвечиваем, чтобы убедиться, что оно есть, идет. Заметно становится, когда седина и морщинки появятся, дети станут выше нас на голову.

Оглядываемся, ищем пробежавшие, ускользнувшие годы – нет, не видно нигде. Роемся в старых фото – вот же они! В распашонке я или сынишка? С косой до пояса, точно я. Фата, свадьба, еще свадьба, уже без фаты. Друзья, молоденькие, веселые. Мама, тоже молодая, младше меня теперешней. Лица все серьезней, даже суровей, шире, рыхлее.

Постепенно изображенные смягчаются, становятся похожими на постаревшего, доброго Колобка. Ах, где наши амбиции? Сменились раздражением. Где наши порывы? Перешли в рассуждения. А молодость и красота спрятались в складки лишней кожи и жира.

Но глаза и голос, сохранившие молодость, могли бы удержать, пойманное время за хвост, если бы не сквозящая грустная мудрость, а иногда и безнадега.

А что за него хвататься? Пока шаришь руками, сжимая пустые кулаки, пропускаешь сиюминутное, теперешнее время. Вот оно, невидимое, но ощутимое, в смехе внучат, блеске родных глаз, вспышках фейерверка. Хлопает, взрывается, шумит: «Я здесь!»

Пока мы здесь, пока живы, оно есть.