Банный веник + гармошка = экслибрис

 

Можно ли назвать микроскопическим книжный тираж 500 экземпляров? Запросто, если это «Тверской книжный знак» с Владимиром Варламовым в качестве автора-составителя, с использованием экслибрисов 20 известных тверских графиков, с предисловием доктора культурологии Вячеслава Воробьёва и с презентацией (7 октября) в зале искусств областной библиотеки – как раз на фоне выставки экслибриса.

 

Владимир Варламов говорил на этом празднике меньше других, стеснялся – больше. И это удивительно: член Союза журналистов России, он еще в советское время был художником-журналистом нескольких областных СМИ, председателем Калининского городского клуба экслибрисистов (клуб активно пропагандировали, например, Татьяна Пушай и Михаил Петров), да и позднее не утратил дара слова: известна его книга о джазе, готовится ещё одна – о тверских банях... «Тверской книжный знак» отнял у составителя год работы, но результат – на презентации трижды звучали слова благодарности автора тверскому издательству «СФК-офис» – того безусловно стоит.

 

Колоночка информации о каждом из авторов (профессиональное образование, география выставок – и никакого «родился тогда-то и там-то»: этими протокольными данными, находящимися, между прочим, под защитой закона о персональных данных, грешат иногда тверские литературные издания). Портрет каждого из участников (Эдвард Човушян, например, даром что профессор-экономист и академик РАЕН, потрясает богемной стильностью своей бороды – кстати, свои очень лёгкие, ироничные экслибрисы он создаёт совместно с выпускником Калининского госуниверситета юристом Валерием Плуталовским).

 

А дальше... дальше только экслибрисы – созданные по заказу или в подарок друзьям, серьёзные (трудно назвать несерьёзными книжные знаки с портретами Блока, Булгакова, Высоцкого – их часто использует чемпион среди тверских коллег по количеству экслибрисов, участник нескольких международных выставок Юрий Иванушкин) или ироничные (можете не сомневаться, банный веник присутствует почти в половине экслибрисов, выполненных коллегами для Владимира Варламова, ну а если это «ex libris Валерия Кириллова», Вы почти непременно обнаружите в изображении... правильно, гармошку). Разнообразна и техника выполнения: если это работа Геннадия Клюшина (кстати, приятно, что составитель обогатил свою книгу включением в неё малой графики уже ушедших тверских коллег), то это скорее всего ксилография или линогравюра, а если Александр Фролов, то монотипия или офорт...

 

Любая достойная книга тем и хороша, что вызывает уважение – как к оформительской её части, так и к содержательной. Владимир Варламов создал достойный труд – попутно заставив читателя (или в данном случае скорее зрителя) задуматься и над влиянием русской бани на творческое долголетие: перешагнувший свой 70-летний рубеж, автор по-прежнему находится в великолепной форме.

 

Татьяна Михайлова