Ирина Онищенко (Северинчик)
Любите











Главная    Новости и объявления    Круглый стол    Лента рецензий    Ленты форумов    Обзоры и итоги конкурсов    Диалоги, дискуссии, обсуждения    Презентации книг    Cправочник писателей    Наши писатели: информация к размышлению    Избранные произведения    Литобъединения и союзы писателей    Литературные салоны, гостинные, студии, кафе    Kонкурсы и премии    Проекты критики    Новости Литературной сети    Журналы    Издательские проекты    Издать книгу   
Литературный конкурс юмора и сатиры "Юмор в тарелке"
Положение о конкурсе
Буфет. Истории
за нашим столом
ЧТО БЫ ЭТО ЗНАЧИЛО?
Лучшие рассказчики
в нашем Буфете
Бобков Владимир Александрович
Так и окончилась наша дружба
Михаил Поленок
Заслужил...
Английский Клуб
Положение о Клубе
Зал Прозы
Зал Поэзии
Английская дуэль
Вход для авторов
Логин:
Пароль:
Запомнить меня
Забыли пароль?
Сделать стартовой
Добавить в избранное
Наши авторы
Знакомьтесь: нашего полку прибыло!
Первые шаги на портале
Правила портала
Размышления
о литературном труде
Новости и объявления
Блиц-конкурсы
Тема недели
Диалоги, дискуссии, обсуждения
С днем рождения!
Клуб мудрецов
Наши Бенефисы
Книга предложений
Писатели России
Центральный ФО
Москва и область
Рязанская область
Липецкая область
Тамбовская область
Белгородская область
Курская область
Ивановская область
Ярославская область
Калужская область
Воронежская область
Костромская область
Тверская область
Оровская область
Смоленская область
Тульская область
Северо-Западный ФО
Санкт-Петербург и Ленинградская область
Мурманская область
Архангельская область
Калининградская область
Республика Карелия
Вологодская область
Псковская область
Новгородская область
Приволжский ФО
Cаратовская область
Cамарская область
Республика Мордовия
Республика Татарстан
Республика Удмуртия
Нижегородская область
Ульяновская область
Республика Башкирия
Пермский Край
Оренбурская область
Южный ФО
Ростовская область
Краснодарский край
Волгоградская область
Республика Адыгея
Астраханская область
Город Севастополь
Республика Крым
Донецкая народная республика
Луганская народная республика
Северо-Кавказский ФО
Северная Осетия Алания
Республика Дагестан
Ставропольский край
Уральский ФО
Cвердловская область
Тюменская область
Челябинская область
Курганская область
Сибирский ФО
Республика Алтай
Алтайcкий край
Республика Хакассия
Красноярский край
Омская область
Кемеровская область
Иркутская область
Новосибирская область
Томская область
Дальневосточный ФО
Магаданская область
Приморский край
Cахалинская область
Писатели Зарубежья
Писатели Украины
Писатели Белоруссии
Писатели Молдавии
Писатели Азербайджана
Писатели Казахстана
Писатели Узбекистана
Писатели Германии
Писатели Франции
Писатели Болгарии
Писатели Испании
Писатели Литвы
Писатели Латвии
Писатели Финляндии
Писатели Израиля
Писатели США
Писатели Канады
Положение о баллах как условных расчетных единицах
Реклама

логотип оплаты
Визуальные новеллы
.
Произведение
Жанр: Очерки, эссеАвтор: Борис Поздняков
Объем: 23587 [ символов ]
О моём Павле Васильеве
О творчестве поэта Павла Васильева я узнал лишь в конце семидесятых, то есть в возрасте достаточно зрелом. Мне подкинули небольшой сборник стихов совершенно неизвестного мне автора, и я, прочитав пару стихотворений наугад, сказал тогда:
- Ну, это какой-то эпигон Есенина!
И попытался вернуть книжку её владельцу.
- Э, нет! – возразил мне мой оппонент, тогда руководитель нашей павлодарской литературной студии, Сергей Музалевский, поэт, журналист областной газеты, краевед. – То есть поначалу он конечно писал под Есенина, но очень быстро нашёл свой поэтический язык, свою тему. И вообще довольно далеко ушёл от «русского провитязя». Павел Васильев, наш земляк. И писал он чаще всего о Казахстане и Сибири. Писал ярко, контрастно, с огромным чувством. Расстреляли сволочи в тридцать седьмом по оговору. Совсем ещё молодым в 27 лет погиб, в возрасте Лермонтова.
-А есть что-нибудь пообъёмнее?
- Конечно! Я принесу тебе его томик из синей серии «Библиотека поэта».
И принёс.
Я до утра прочёл все его стихотворения и поэмы, не отрываясь, как в юности читал приключенческие романы. Какая лирика!
«Вся ситцевая, летняя, приснись!
Твоё позабываемое имя
Отыщется одно между другими.
Таится в нём немеркнущая жизнь…»
Или:
«У тебя глазищи сини,
Шитый пояс и серьга.
Для тебя ль, лесной княгини,
Даже жизнь не дорога…»
А поэтическая философия:
«Нам как подарки суждены
И смерти круговые чаши,
И первый проблеск седины,
И первые морщины наши.
Но посмотри на этот пруд –
Здесь будет лёд, а он в купавах.
И яблони, когда цветут,
Не думают о листьях ржавых… (поэма «Лето»)
Это в 22 года написано!
А какие краски! Широкие мазки и никакого смешения цветов. Он не мог писать полутонами. Контрасты как у Кустодиева (отмечено многими). Широта души литературного героя - и то же у автора. Пиршество жизни, раблезианство и в тоже время сибирское ухарство без огляда. В этом плане наиболее характерен «Соляной бунт» - перл в русской поэзии.
Всё тогда в творчестве Павла Васильева было для меня новым, свежим, не затасканным. Чувствовалось, что он как будто торопился жить и вываливал на читателя столько, сколько иному на две полноценные поэтические жизни хватило бы.
А какая экспрессия!
«…И коренник, во всю кобенясь,
Под тенью длинного бича
Выходит в поле, подбоченясь,
- 2 -
Приплясывая и хохоча.
Рванулись. И деревня сбита,
Пристяжка мечет, а вожак,
Вонзаясь в быстроту копыта,
Полмира тащит на вожжах!» («Тройка»)
Читаю критику. Многих коробит то, что автор «Соляного бунта» пишет уж очень «шибко и яро». И приписывают ему недостаток вкуса, употребление «физиологизмов»,
излишество бранных эпитетов в адрес отрицательных героев, «концентрацию телесного, плотского...» (Ал.Михайлов, «Азбука стиха»; изд. «Молодая гвардия», 1982г.). Но как дальше делает вывод этот критик, в том была эстетическая необходимость. Своеобразный «пережим» в изображении героев и ситуаций – это же одно из мощнейших средств поэтического арсенала Васильева. Герои становятся выпуклыми и легко воспринимаются читателями.
А с другой стороны автор и не мог писать по-другому. По причине своего коренного сибирского характера – открытого, независимого, вольнолюбивого. В силу тех с детства впитавшихся привычек, казачьих обычаев и языка, которые имелись тогда в родной станице Коряковской, ставшей городом Павлодаром. Конечно тот язык, сильная лексика, был далёк от академического, от литературных установок, от всех этих, как сейчас говорят, «гламурностей», но близок сотням тысяч читателей, которые сами говорили на нём. И в то же время у Васильева это была поэтическая речь со множеством эпитетов и метафор, с лицами, казалось бы очень и очень знакомыми, но в то же время неожиданными, придуманными автором. Даже фамилии некоторых были подлинными: потомки Деровых и Ярковых, например, до сих пор живут в Прииртышьи. Понятно, что под этими фамилиями у Васильева «гуляют» выдуманные собирательные образы.
Так зачем же запихивать Васильева в прокрустово ложе «среднестатистического» советского поэта? Он ведь с самого начала говорил о себе, что по указке не писал сроду. А умытый, улучшенный он никогда бы не стал поэтом Павлом Васильевым.
- А ты знаешь, как я сам вышел на Павла Васильева? – говорит мне Музалевский при возвращении ему книги. - Это было осенью пятьдесят седьмого. Я тогда после окончания университета только что приехал в Павлодар по распределению. Работал в газете «Павлодарская правда», ставшей позднее «Звездой Прииртышья». С городом толком ещё не был знаком. И вот однажды, обходя старую, станичную его часть, вижу: на брёвнах, что были свалены посреди улицы, сидит человек в дорогом пальто, в шляпе – явно не из местных. А рядом на газетке разложена закуска, бутылка столичной, стаканы. Я остановился.
- Иди сюда, паренёк! Давай помянем великого российского поэта Павла Васильева.
Я подошёл в недоумении. Что за великий поэт? Всех великих я знал: Пушкин, Лермонтов, Некрасов, Исаковский… Я же окончил в Алма-Ате журфак! И почему поминать его следовало прямо на улице?
Познакомились. Оказалось он из Москвы. Писатель Сергей Поделков, друг Павла Васильева, поэта, расстрелянного в 37-ом. Выпили, почитал он по памяти его стихи – у меня и рот раскрылся от удивления, таких прекрасных стихов я раньше нигде не читал. Да а почему на улице-то сидим? А вот напротив стоит дом Павла, где он долго жил в детстве.
Вот и приехал он повидать этот дом и город, где вырос великий поэт. Только вот незадача: нынешние хозяева в отлучке. А ему надо спешить на пристань, через час пароход отходит на Омск. Я было стал предлагать ему пойти ко мне. «Нет, нет! Я должен возвращаться. А какого поэта загубили гады!» Он чокнулся со мной стаканом, выпил, собрал свои вещички в портфель и, пьяно махнув рукой, двинулся в направлении дебаркадера на Иртыше. А я остался, вперивши взгляд в кособокий домишко на углу улиц
 
- 3 -
Чернышевского и Достоевского. Даже улицы литературные! (Правда, как потом выяснилось, ул. Чернышевского раньше называлась Церковной).
А после, у кого из стариков не спрашивал о поэте Павле Васильеве – никто ничего не знал. Познакомился с хозяином того дома заслуженным учителем Алексеевым. Оказалось, что он купил его у дочери деда поэта Матвея Ржанникова в 1946 году. О Васильевых практически ничего не знает, жила здесь эта семья, но переехала в двадцатых годах в Омск. А дом уж и тогда был очень стар, построен-то был лет за семьдесят до его покупки.
Я осмотрел дом, где жили вдвоём старики Алексеевы. Всего две маленькие комнаты, сенцы, баня во дворе. Высказал недоумение, как же тут семья жила?
- Да, и не маленькая семья. Не меньше десятка человек. Ржанников, бывший торговец скобяными товарами, с женой и дочерью Глафирой, зять Николай Васильев, его родители,
да четверо внуков, из них старший – Павел.
- Где ж они размещались? В двух-то комнатах?
- Ну, вероятно, кто где. Это как в любой другой избе тогда: кто на печи, кто на полатях, кто на лавках. А летом, - на сеновале. Да тут другие постройки были: кухня, амбар, завозня (крытый двор). Всё сгнило, всё пришлось сломать, кроме того, что сейчас стоит.
Удовлетворив своё любопытство, я кинулся на поиски стихов Павла Васильева. Не тут-то было! Ничего не нашёл! И лишь с годами стали появляться публикации его стихов. Первая подборка вышла в республиканском журнале «Простор». Потом в Москве был выпущен вдовой поэта Е. Вяловой- Васильевой небольшой сборник из того, что у неё сохранилось. Следом раскрылись другие архивы, прежде всего в редакциях. Я и сам руку приложил, отыскал два стихотворения в частных архивах, напечатал в своей газете. После они вошли в книгу, которую ты держишь в своих руках. Связался со всеми, кто так или иначе занимался творчеством Васильева или дружил с ним .Прежде всего с вдовой поэта Е. Вяловой. Нашему литобъединению присвоили его имя. Есть в городе и улица в честь Павла Васильева.
Выслушав длинный рассказ Музалевского, я долго думал над судьбой несчастного поэта. А потом тоже потихоньку стал приобщаться к работе почитателей его творчества. Какие вечера мы делали, какие концерты ставили к юбилеям Павла Васильева! Стихи посвящали ему. А с годами наши мероприятия переросли во Всесоюзные васильевские чтения с приглашением иногородних гостей. Даже небольшие спектакли ставили по биографии поэта в областном драматическом театре. А сколько статей в газетах с открытиями из его биографии и разысканными стихами! Активным исследователем творчества Васильева был преподаватель ВУЗа из Алма-Аты Г.Тюрин. Он и неизвестные стихи поэта публиковал, и даже точную дату его рождения установил по метрическим записям в г. Зайсане: 23 декабря 1909г. по старому стилю. То есть 5 января 1910 года по новому. Эту дату подтвердила и Ираида Пшеницина, подруга детства поэта. В своей статье в «Звезде Прииртышья» она писала: «Павел всегда говорил им, что родился накануне православного Рождества». Тогда как даже в биографии, данной Евгением Евтушенко, и в других источниках значатся другие неверные даты рождения, чаще декабрь 1910г. И социальное происхождение поэта тоже исправили. Писали ведь, будто он был сыном богатого белого офицера, казачьего атамана. (Недруги его записывали то в белогвардейцы, то в кулаки!). Спасал юный возраст, не мог он в восемь лет воевать в Гражданскую, да и отец его, Николай Корнилыч, ни в каких войнах не участвовал, а был обыкновенным учителем математики в средней школе.
Дед же Корнила вовсе был по основной профессии пильщиком леса, брёвна на доски пилил, не брезговал и любой подённой работой. Чтобы просуществовать, любую работу выполнял и сам Васильев. Вот тебе и «далёк от пролетариата»! Видать гораздо ближе, чем Павел, к рабочему классу были все эти сыночки местечковых канторов и
 
– 4 –
биржевых маклеров с юга, московские недоросли с пятисотлетней родословной, которая возводила их к каким-то средневековым «сынам боярским», чем они впоследствии, после падения социализма жутко гордились! Но в искусстве важнее всего – талант. А именно это у них всегда было в дефиците. Хотя такие «пролетарии» сидели на всех верхних ступенях иерархии советских писателей, занимали все «кормные» места поближе к Кремлю и командовали, указуя, как следует писать по-советски.
Кто же эти представители «гнили, что ползёт дрожа», самые «закадычные» враги П.Васильева?
Это М.Голодный – специалист по написанию панихид по убиенным большевистским героям, настоящим и выдуманным. («Взвейтесь, знамёна. Трубач, играй! С орлёнком родимым прощается край!...») Он дальше всех пошёл в части шельмования Павла Васильева, опубликовав в 1936г. стихотворение с угрозами в его адрес: «… Смотри, как бы нам тебя не придушить. Будешь лежать ты, покрытый пылью, рукой прикрывая свой хитрый глаз. Таков закон у нас Павел Васильев, кто не с нами, тот против нас». Чудовищные стихи!
Это и А.Безыменский, создавший «великое» произведение о своей котиковой шапке, полученной им в 19-ом году в Киеве по ордеру. Как он жалеет в стихотворении, что при НЭПе нет ордеров (то есть распределительных карточек)! И считает, что скоро по ордеру получит весь мир! Он же автор знаменитого «Партбилета №224332», больше смахивающего на пародию. Судите сами: «Весь мир грабастают рабочие ручищи, Всю землю щупают – в руках чего-то нет… - Скажи мне, партия, чего ты ищешь? – И голос скорбный мне ответил: - Партбилет…») Этот функционер нещадно громил Васильева с трибуны Первого съезда писателей.
О Д.Алтаузене, зав. литотделом «Комсомольской правды», и говорить нечего: хам, получивший по морде за «оригинальные» высказывания по поводу женщин. (Правда, Васильеву за этот «хулиганский» поступок пришлось отсиживать в 1935году несколько месяцев в тюрьме).
Или наконец «дядистёпин» папашка, недавно преставившийся. С ним Васильев даже подрался как-то на лестнице, имея в виду красивую женщину, которая потом ему предпочла будущего баснописца и «гимнюка». Ну, подрались и подрались. Ну, вызови на дуэль, хоть на дыроколах! Но зачем же подмётные письма в «органы» писать?
И ещё двадцать фамилий, гневно требовавших от властей и от литературного генерала Горького отгородить их от прожигателя жизни, беляка, кулака и фашиста! Доносов на него всегда было с избытком. А он в это время, живя без прописки, в невероятных условиях безденежья, проживания в общежитиях с комнатами на 50 человек, или в чуланах без электричества при свете коптилки с упорством работает над «Принцем Фомой», «Соляным бунтом», «Христолюбовскими ситцами», пишет на ходу, на подоконниках, на краешке стола.
Когда знакомишься с биографией Павла Васильева, только диву даёшься, как же он сразу пришёлся не ко двору всей этой пишущей сволочи с идейной подкладкой! В 1928 году, когда он только впервые попал в Москву, его выперли с рабфака искусств «за непролетарское происхождение» (отец уже был директором школы в Омске, то есть интеллигентом). В действительности – за излишнее любопытство к подробностям расстрела царской семьи. В 1932 году вместе с другими поэтами-сибиряками привлекался за нехорошие высказывания о вожде, «кавказском ишаке», (который ещё только-только становился «вождём»). И вроде бы ничего открыто антисоветского в стихах Васильева нет. А машина ненависти и зависти работает вовсю. Не их человек! Доносы, разносы в печати, исключение из Союза писателей, отказы от публикации стихов.
Что же послужило истинной причиной такой злобы со стороны собратьев по перу? Мне представляется, что виной тому был тот поведенческий стереотип, которым обладал
 
-5-
 
Павел Васильев, и который был совершенно чужд коллегам-интриганам, «византийцам» с юга и из столицы. Пресмыкаться перед деспотом, врать, подличать, лицемерить, хотя и с «комсомольским паровозом впереди», клеветать и топить своих товарищей – это было в порядке вещей у пролетарских «византийцев»! Как же иначе? Все так делают. Главное – самому спастись. И, получив от «хозяина» жирный кусок в зубы, унести в свою норку. И вдруг – чужак Васильев из Сибири, широкая душа, откровенный и свободный. Которому даже в голову поначалу не приходит, что в мире есть такое зло: советское писательство. Иной стереотип поведения вызывает злобу и зависть в широких писательских кругах. Да ещё тот факт, что его какое-то время поддерживал редактор «Нового мира» И. Гронский, с сочуствием относились А.Луначарский, Н. Бухарин, В.Куйбышев, В.Молотов, слышавшие его стихи на квартире у Гронского. Какой же он талантище! Большинству «партийцев в литературе» ничего подобного ни в жизнь не написать! Значит, блага отдать ему? Дудки! Прогнать, убрать, заточить, расстрелять! Потому что опасен! Не государству, народу, стране. Нет! Лично каждому из них, безталантных, обделённых боженькой. А он всё не понимал, что надо быть скромнее, не высовываться, не раздражать своими стихами. Поражает, да как он не сломался сразу в первые годы проживания в Москве!
Они своего добились. «Органы» лишь оформили бумажки на казнь, имея в виду огромную основу из десятков кляуз, доносов, вранья и клеветы. Поэт по причине своей молодости и отсутствия жизненного опыта недооценил силы этой погани, да ещё в специфических условиях 1937 года, когда «подпольные организации» и «заговоры» высасывались НКВД из пальца.
После расстрела в июле 1937 года Павла пострадала вся его семья. Отца забрали в 1939году, отбывал он свой срок в юргинских лагерях. В 1942 году его судили за что-то повторно и примерно через год тоже расстреляли в Новосибирске. Младшего брата Виктора с фронта (началась война) отправили в лагерь на 10 лет. Мать, Глафира Матвеевна, была вынуждена выехать из Омска к другому сыну, Льву, в деревню, где он в то время учительствовал, а потом ушёл на фронт и погиб. Вскоре она умерла от горя. Жена Елена Вялова-Васильева долгое время сидела в Акмолинском лагере «АЛЖИР» - лагере жен изменников Родины. В 1956г. их всех, естественно, реабилитировали.
Как же вырос как человек Павел Васильев, в такой глухомани, какой тогда был Павлодар? Надо сразу сказать, судьба с раннего детства его не слишком баловала. Семья Васильевых не бедствовала, но жила довольно скромно. По крайней мере книги Павел брал в основном у соседей и в большом количестве. Он был одарённым и свободолюбивым ребёнком, заводилой и фантазёром, большими глазами смотревшим на мир. Но порядки в семье были жёсткими. Отец за каждую малую провинность воспитывал его ремнем, придумывал другие наказания (свидетельство И.Пшенициной). При том, что мальчик не плохо учился по всем предметам, кроме математики, много читал и многое воспринял от учителей и знакомых отца. Учитель литературы Д.Котенко, учитель рисования художник, высланный из Москвы, знавший, говорят, Репина – В.Батурин дали ему не рядовое представление о мире. Живая природа воспринималась через деда Корнилу; с ним и на рыбалку с ночёвкой у костра, и в дальний поход в пойму Иртыша за ягодой. Примечательна поездка 14-летнего Паши Васильева на пароходе по Иртышу до Зайсана. В поездке он вёл дневник, в который записывал впечатления, перемежающиеся с его ещё незрелыми стихами. (Дневник сохранился у И.Пшенициной). Это и развивало, и закаляло характер поэта, давало материал для будущих стихов.
Дальнейшая закалка продолжалась и позднее. В 16 лет с направлением Семипалатинского УНО он уехал во Владивосток, где хотел, толи учиться, толи отправиться в романтическое плаванье в Японию и тропические острова. Вместо этого во Владивостоке он впервые проявился как будущий поэт и, получив благословение Рюрика Ивнева, отправился в Москву. Но … оказался в Новосибирске! Где жил трудной и
-6-
голодной жизнью на скудные заработки. Ютился, то в общежитии работников
просвещения, то у знакомых. Даже, говорят, приходилось ночевать в каких-то склепах на заброшенном кладбище!
Я всегда поражался, как же мало новосибирцы и омичи в настоящее время знают о Павле Васильеве! А ведь тут печатались его вещи в 1927 – 1930 годах, когда редактором «Сибирских огней» был писатель Зазубрин, а ответственным секретарём Анучина. С командировкой от какой-то омской организации он с другом Н.Титовым объездил весь край от Алтая до Ледовитого океана, Восточную и Западную Сибирь, Дальний Восток, ото всюду присылая материалы в местные газеты и журналы. Был рыбаком на сейнере, рабочим-геологом, рулевым на катере, старателем на золотых приисках, культработником на Сучанских угольных копях, каюром на собачьих упряжках. Этот богатый материал был в последствии использован в его произведениях, наряду с детскими и юношескими воспоминаниями о Павлодаре («…мой Павлодар, мой город ястребиный»), о родном доме
(«…не мать родит нас, - дом родит; трещит в крестцах и горестно рожденье…»), об Иртыше («…Князь рыб и птиц, беглец зеленоводый…»).
А в Павлодаре уже к 1986 году дошли до мысли, что нужно открывать музей Павла Васильева. В местной печати выступали поэты, журналисты и даже чиновники с предложениями по открытию литературных музеев. Сначала был открыт литмузей им. Бухар-жирау, где выставили стенды Торайгырова, Вс.Иванова, Васильева и других писателей – земляков. В сентябре 1987г. на домик Павла Васиьева и на школу, где он учился, установили памятные доски. Доску на домик устанавливали при большом стечении народа. В качестве почётных гостей присутствовали Виктор Васильев из Омска – брат поэта, Ираида Пшеницина из Алма-Аты. Я много снимал эпизоды этого мероприятия, снимки сохранились. После домик был взят под государственную охрану. Далее по инициативе Юрия Мостового, Лидии Грезиной, Лидии Бунеевой было принято решение Павлодарского облисполнома от 1.02.1990г. об отселении семьи Алексеевых из указанного дома, и уже в феврале 1991г. литобъединение им. Павла Васильева впервые собралось в открытом Доме-музее, где оно собирается и поныне.
Но обветшавший дом нуждался в ремонте; работа по его организации легла на заведующую музеем Лидию Григорьевну Бунееву. Ей активно помогал Борис Васильевич Исаев, бывший первый секретарь Павлодарского обкома партии, ныне поэт Василий Луков. К зиме 1994г. реставрация закончилась и с 1декабря 1994г. восстановленный музей получил статус самостоятельного учреждения. Это единственный в СНГ музей Павла Васильева. Во дворе установлен бюст поэту.
Недавно по приглашению павлодарских друзей я побывал в Павлодаре, посетил знакомый музей. Надо отдать должное сотрудникам музея, он работает, как хороший часовой механизм четко по графику. При мне милые девушки-экскурсоводы проводили в помещении музея плановую беседу со школьниками о жизни и творчестве Павла Васильева. Нынешняя заведующая музеем Любовь Кашина обсуждала с художником оформление выставки и подготовку встречи Васильевского юбилея. Много усилий кроме пропаганды творчества поэта она уделяет пополнению экспозиции музея, его архива и библиотеки, для чего ездит по городам, где жил или бывал П.Васильев, встречается с его родственниками, друзьями, а теперь уже семьями друзей, разыскивает автографы поэта, воспоминания знакомых, дневниковые записи. Ведётся научная работа. Писатель и журналист Сергей Шевченко, будучи на пенсии, последние годы своей жизни тоже работал в этом музее и выпустил книгу о Павле Васильеве «Будет вам помилование, люди…». Работали здесь поэты С.Музалевский, А.Павлов. А в нынешние времена – поэтесса Т.Окольничья, музыкант А.Амосов, положивший ряд стихов П.Васильева на музыку.
 
-7-
К столетию со дня рождения Павла Васильева по старой традиции вновь планируется провести Васильевские чтения с приглашением большого числа уважаемых иногородних и иностранных гостей, поэтов, исследователей творчества поэта.
 
Литература
1. Е.Туманский. Павел Васильев, каким его знали. Документальная повесть. Самарское книжное издательство. 1992г.
2. С.Шевченко. Будет вам помилование, люди…Повесть о Павле Васильеве.
Издательство «Елорда». Астана. 1999г.
3. Путешествие в страну поэзия. Поэзия - школе, в двух книгах, книга 2.
Лениздат. 1979г.
4. Павел Васильев. Стихотворения и поэмы. Издательство «Советский писатель».
Ленинградское отделение. 1968г.
5. Неистовый детёныш Иртыша. Новое о Павле Васильеве. Г.Тюрин, преподаватель
КазПИИ, г.Алма-Ата, газета «Казахстанская правда», 17.01.1986г.
5. Неизвестные стихи Павла Васильева. Г.Тюрин, газета «Звезда Прииртышья» г.Павлодар, 24.07.1986г.
6. Здесь его колыбель. О детстве Павла Васильева. И.Пшеницина, газета «Звезда Прииртышья» г.Павлодар, 29.11.1985г.
7. Дом из детства. К 75-летию Павла Васильева. В.Куприн. Газета «Звезда Прииртышья» г.Павлодар. 04.12.1984г.
8. Один из первопроходцев. Альберт Павлов. Газета «Нива», г.Павлодар. 25.12.1982г.
9. Виктор Васильев. Цветы запоздалые. Стихи. Омское книжное издательство, 2005г.
10. Радуга над Иртышом. Стихи. Павлодарскому литобъединению им. Павла
Васильева - 50 лет. ТОО НПФ «ЭКО» г.Павлодар, 2006г.
 
г.Новосибирск
Дата публикации: 10.05.2011 20:03
Предыдущее: Когда отцветает сиреньСледующее: Белый снег

Зарегистрируйтесь, чтобы оставить рецензию или проголосовать.
Как природа повлияла на российских классиков
Литературный конкурс памяти Марии Гринберг
Наталья Иванова – Харина
Сто моих афоризмов
Предложение о написании книги рассказов о Приключениях кота Рыжика.
Презентации книг наших авторов
Cергей Малашко.
Гусиное Эльдорадо - параллельный мир
Наши эксперты -
судьи Литературных
конкурсов
Татьяна Ярцева
Галина Рыбина
Надежда Рассохина
Алла Райц
Людмила Рогочая
Галина Пиастро
Вячеслав Дворников
Николай Кузнецов
Виктория Соловьёва
Людмила Царюк (Семёнова)
Павел Мухин
Устав, Положения, документы для приема
Билеты МСП
Форум для членов МСП
Состав МСП
"Новый Современник"
Планета Рать
Региональные отделения МСП
"Новый Современник"
Литературные объединения МСП
"Новый Современник"
Льготы для членов МСП
"Новый Современник"
Реквизиты и способы оплаты по МСП, издательству и порталу
Организация конкурсов и рейтинги
Шапочка Мастера
Литературное объединение
«Стол юмора и сатиры»
'
Общие помышления о застольях
Первая тема застолья с бравым солдатом Швейком:как Макрон огорчил Зеленского
Комплименты для участников застолий
Cпециальные предложения
от Кабачка "12 стульев"
Литературные объединения
Литературные организации и проекты по регионам России

Шапочка Мастера


Как стать автором книги всего за 100 слов
Положение о проекте
Общий форум проекта