Сергей Золотилов

 

Отец

 

- Привет! Не часто я к тебе прихожу. Обычно с мамой. Но почему-то сегодня я решил приехать один. С мамой все по-другому, с ней я должен быть сильным и уверенным, ей совсем ни к чему лишние волнения.

Я устал. Устал создавать видимость силы, устал решать семейные и рабочие неурядицы. Я просто решил поговорить как раньше. Спросить совета, почувствовать себя защищенным от всего внешнего, выговориться, выплакаться. Почувствовать себя маленьким, беззаботным и уверенным в завтрашнем дне. Хотя это так непросто.

А как было в детстве! Помню, как ты вел меня в садик зимой, часто шел снег, а ветер загонял его под воротник, было холодно и неприятно. Ты брал меня на руки. Я с удовольствием забирался к тебе, прижимался глазами к шее, чтоб закрыться от снега и ветра. Тогда я чувствовал твой запах. Твой запах я помню. Да, это запах болгарских сигарет и одеколона «Шипр». Я запомнил его по твоему старому шарфу, которым достался мне классе в пятом. Запах долго оставался на шарфе, и он придавал уверенности, успокаивал.

И позже, даже после армии, когда я уже был, как мне казалось, сильно самостоятельный, именно твои советы помогли мне в работе, в жизни. Я всегда чувствовал прикрытую спину, надежный тыл.

Не знаю как у меня, получается, общаться с сыном, но он меня любит. Он такой хороший, добрый. Учится хорошо, балуется в меру. Мы с ним играем, ходим на рыбалку и за грибами, он любит что-нибудь мастерить. А недавно спросил про Бога.

- Папа, ты веришь в Бога?

- Да, конечно.

- Я тоже. А ты знаешь, мне кажется, что у Бога тоже есть сын. И все эти города, машины и люди – это его игрушки.

Он не спрашивал так это или нет, а просто рассуждал. Иногда, даже страшно, какие мысли у него в голове, как он быстро растет.

Хочется стать таким же для него, как ты был для меня. Я стараюсь, но вот только сегодня что-то немного раскис. Прости.

Прости, что редко захожу, но, я всегда помню про тебя, и стараюсь быть похожим, держать марку. В следующий раз приеду с мамой, а может, и с сыном, Покрасим оградку.

 

Пока.