Гул машин затмевал мысли и мне казалось, что в городе пахнет осенним небом, а на дворе, тем временем, была ранняя весна.Грязный снег медленно таял на кривых дорожках, некоторые смельчаки мерзли в легкой одежде и особенно выделялись яркой окраской на фоне отсутствующего солнца и серой массы.

В ушах звенел хор голосов, различные переливы детского альта и сопрано, в холодных руках покорно лежала скучная книга, а глаза настойчиво вглядывались в неверные номера автобусов, увозившие чужаков на разные окраины Москвы.

То было вчера, а сегодня непроглядная тьма, черная пелена застилающая глаза и ни одной звезды, которая могла бы успокоить или внушить мысли более весомее и значимее теперешних.И каждый новый день непередаваемо схож с тем, что канул..... атмосферой или ощущениями, сама не пойму.

Но, я знаю, где-то на окраинах цветет сирень, там люди часто улыбаясь, возвращаются в деревянные домишки с ощущением покоя и одухотворенности, они смотрят друг друга в глаза с искренностью и теплотой и верят непоколебимо в чудеса, те что заставляют сердца биться чаще. По субботам неизменно собираются в тесный круг, запечатлевая на устах истории из прошлого, легенды, сказания о предках, которыми дорожат и чью память чтут, как святыню. Там нет холодности или непонимания, нет глупой идеологии, навеянной стальными режимами, нет обсуждения на темы государства и права, нет лицемерия и лжи, нет потерянности и проникновения в вязкие зыбучие пески порока.

Я закрываю глаза и будто снова там, сотни тысяч раз, все тоже небесное светило, зеленое одеяние земли и розовые закаты, такие мягкие и томительные, как русые красавицы с голубых берегов Волги.

И мне неведомы истоки этих фантазий, я не пытаюсь примерять реальность к вымыслу, я просто живу, иногда опуская себя в ту действительность, которую вызывает мой болезненный мозг. С каждым новым днем я все более и более разочаровываюсь в людях, меньше верю окружающим, оценивая свои действия, вижу себя в будущем окончательно уверовавшим циником и слегка печалюсь.

Наверное, все верно, так стираются тонкие грани и люди несведущие, превращаются в разочаровавшихся , еще не испробовав и половины жизненного пути.

Во мне опять взорвалась бомба и я несколько суток буду отходить, пытаясь взять себя в руки или осознать отчего при всей искренности действий я всегда совершаю ошибки.

Как у Блока, "я знаю, истина в вине", так и в моем контексте, истина в гладиолусах.