В маленьком городке знал каждый, что комната под номером “9” в гостинице «Minelota» была населена дурными воспоминаниями. И не только то обстоятельство, что комната единственная в своем роде располагала стенами, затянутыми в старые обои, когда всем остальным миром давно уже завладела эпоха пластика и нанопанелей, - способных прогревать зимой и охлаждать летом воздух; но также некая смерть французского коллекционера по имени Дюбарэ, внесла особый вклад в эту темную историю. Гостиница «Minelota» намеренно сохраняла номер в своем первозданном виде, в каком он увидел свет в далеком 1985 году. Разумеется, администрацию интересовала исключительно финансовая сторона этого дела, ибо дурная слава привлекательна для неординарных, голодных до сверхъестественного личностей вроде меня. Ходили слухи, что в комнате исчезают всевозможные вещи, имеющие биологическую основу; время от времени находили опустошенным содержимое холодильника или же неведомо куда пропадали свежие гостиничные цветы. А однажды в открытую по неосторожности дверь прошмыгнула черная кошка кастелянши – мадам Саркле, и, несмотря на усиленные поиски, кошку эту больше никто не видел. Впрочем, с исчезновением мсье Дюбарэ, которого в итоге сочли умершим около пяти лет назад, комната номер “9” перестала принимать постояльцев, и ее запечатали. Она стала своего рода визитной карточкой гостиницы. Цифра “9” даже попала в официальный герб гостиничной сети «Minelota», название которой уже само по себе стало нарицательным. Вот почему мне немало пришлось потрудиться, дабы уговорить плеяду управляющих и самого президента корпорации позволить мне снять номер на несколько дней. Наш спор перемежался упоминаниями о полнолунии, на которое, по общему мнению, приходился самый активный период деятельности непонятных сил в комнате. Не раз в канун полной луны служащие замечали, как волнами ходили обои, словно комната судорожно дышала. А одна из уборщиц клялась, что слышала не то шелест, не то шепот, исходящий из-за стен. Несколькими днями позже ее отвезли в больницу с приступом гипоксии, где она, не приходя в сознание, скончалась. Как бы то ни было, предоставить мне номер согласились с тройной оплатой, а я, в свою очередь обязался выехать не позже первой четверти лунного цикла. Так было надежней. И вот, заветный электронный ключик приятно холодил ладонь. Я не собираюсь вдаваться в подробности. Скажу лишь, что мне все же удалось раскрыть секрет престранной комнаты. Взаправду я был поражен исполинской давностью отделки. Стены имели силу навеивать мысли о прошедших эпохах. Не удивлюсь, если выяснится, что эта комната последняя оставшаяся, стены которой были обклеены давно выцветшими обоями. И именно обои утаили от людских глаз сердцевину кошмара, издревле гнездившуюся в утробе гостиницы «Minelota». Кошмар этот, не найдя иного выхода ни в одной из других комнат с монолитными и абсолютно непроницаемыми стенами из пластика и нанопанелей, хорошо служащих своему делу – в конце концов извергнулся сквозь хрупкое бумажное покрытие. В первый же вечер моего пребывания в номере, едва я приступил к ужину, как заволновались и завибрировали обои; комната наполнилась тихим шелестом. Преисполненный любопытства с примесью страха, я ринулся к ближайшей стенке и сорвал огромный кусок сырого бумажного листа. Тотчас моему взору обнажилось древнее проклятье. Вовсе не полнолуние, до которого оставалось еще полторы недели, послужило пробуждению этой мерзости. Поводом к нему стал мой скромный ужин – медовый пудинг с горячими сахарными шариками, источающими манящий аромат. Там – под вековым бумажным покрывалом, едва я обнажил его, прямо из стенной мякоти меж животных останков и костей, средь которых я приметил человеческие, высыпали мириады земляных гадов – кольчатые черви с руку толщиной, безглазые личинки древесных жуков, орды тараканьих катышей и клубни мертвоедов десятки лет копошащихся в недрах старой гостиницы… R.G. 2006 «О Боги, Боги! Прислушайтесь к их стенаниям - День девятый, Девятого месяца, года Девятого Из недр нового мира поднимутся meht, Подгоняемые силою Луны. Опьяненное безнаказанностью человечество Носителем яиц и спор их будет…» Девятая Книга Насекомых |