Я нашла его в саду, сидящим под старой яблоней.

- Здравствуй, Дик, - окликнула я.

Он вздрогнул.

- Все-таки ты приехала, - вздохнул он, не поворачиваясь ко мне.

Если бы я не знала, что он никогда не позволяет себе слез, то подумала бы, что сейчас он плачет.

- Ну, подойди, обнимемся, - сказал он и сам подошел ко мне.

Я обняла его, от него пахло моим детством.

- Мать наябедничала? – спросил он. – Сказала, небось, что Дик подыхает.

- Она сказала, что ты болен.

- Не, Галчонок, я подыхаю.

- Перестань, Дик. Что у тебя болит?

- Ничего. Я просто слишком стар, чтобы жить дальше. Помнишь, как ты посадила эту яблоню? Какой ты тогда была маленькой! А сейчас ты совсем взрослая… Спасибо, что приехала. Редко ты радуешь нас своим присутствием.

- Ты же знаешь – у меня работа.

- Знаю, знаю. Я уж так – ворчу. Не сердись на старика.

- Я очень люблю тебя, Дик.

- И я люблю тебя, Галчонок. Я не помню свою мать, братьев – моя жизнь началась с того момента, как я встретил тебя.

В носу предательски защипало.

- Вот только слез не надо. Пойдем, посидим на травке. Ты когда уезжаешь?

- Завтра.

- Вот и хорошо. Меня не ищите. Я умру как собака. Кстати, почему у этой фразы такой негативный оттенок?

- Ты хочешь уйти в лес?

- Конечно. Так надо, Галчонок. А если ты захочешь, то вместо могилы приходи к этой яблоне.

- Я могу что-нибудь сделать для тебя?

- Ты приехала – больше мне ничего не надо. Знаешь, в старости понимаешь, что счастье – это быть рядом с теми, кого любишь. Я прожил счастливую жизнь, и благодарен тебе за каждое мгновение, когда ты была рядом. Сходим до озера?

- Да.

Весь вечер я провела с ним. Он повеселел, много говорил – чаще делился воспоминаниями, как будто хотел, укрепить мою память. Мы расстались поздно ночью.

 

Утром я обыскала весь сад, но Дика нигде не было.

- Ты не найдешь его, - сказала мама. – Пес умер, как настоящая собака.

Я заплакала, зная, что мои слезы больше не смогут его расстроить.