Литературный портал "Что хочет автор" на www.litkonkurs.ru, e-mail: izdat@rzn.ru Проект: Все произведения

Автор: Галина СтепановаНоминация: Юмор и ирония

Какое оно, море?

      КАКОЕ ОНО, МОРЕ?
   
    Бабушка связала красно-белое пончо, а еще смешную полосатую шапочку- колпачок и белые брючки. Очень красивый получился наряд. Ксюша крутится перед зеркалом, сама себе ужасно нравится, уже вся мокрая, а снимать не хочет.
    – Такая стоит жарища. И где это она будет носить? – интересуюсь я.– Надо было тебе, мамочка, вязать на вырост.
   – А вы поедете отдыхать в Палангу,– не терпящим возражения, то есть своим обычным голосом, сказала бабушка Эмма. И прочитала нам лекцию об эстетическом воспитании детей. Оказывается, начинать воспитывать чувство прекрасного нужно как можно раньше, пока ребенок еще маленький. Она имеет в виду свою трехлетнюю внучку Ксюшу.
    – Море, дюны, сосны – это прекрасно! Вы получите массу впечатлений, заодно подлечите девочку, у нее плохое горло. В общем, Прибалтика – это то, что вам нужно. И не спорьте!
    А мы и не спорим: в Палангу – так в Палангу. Мы звоним Дануте – квартирной хозяйке, у которой не раз снимали жилье. Нам везет, у нее через неделю освобождается комната. Но погода стоит отличная, поэтому мы должны понимать – цены будут немного выше обычного. Мы - то понимаем, но какая нам разница, денег у нас все равно нет, и если Ксюшина бабушка так уж сильно хочет, чтобы ее внучка с детства приобщалась к прекрасному… мы, конечно, можем поехать.
    Бабушка тихонько ворчит мне на кухне что-то насчет того, что если раньше у нее на шее сидела одна дочь, то теперь еще и зять (про внучку почему-то молчит), что в сорок пять работать на трех работах и играть Снегурочек на новогодних утренниках – это нонсенс, что если бы мы жили не в Семипалатинске,.. ей просто ребенка жалко. Поворчав, едет в кассы Аэрофлота покупать нам билеты.
    Домик Дануте находится недалеко от моря, недалеко от центра, очень симпатичное жилье. Хозяйка ждала нас, встретила приветливо, проводила в комнату. На столе стоит красивый глиняный чайник со свежезаваренным чаем, чашки, на тарелке под салфеткой бутерброды, бутылка молока и сырочки для маленькой. Все очень чисто и красиво.
    – Спасибо, Дануте.
   Женщина улыбается: «Отдыхайте»
    Наскоро перекусив и одевшись потеплее, мы отправляемся на море. Через несколько минут наша дочь увидит его первый раз в жизни. Интересно, как это будет.
    Мы идем через лес. От густого соснового воздуха кружится голова. А Ксюша, вприпрыжку бежавшая по поселку, вдруг запросилась на руки. Устала?
    – Ты что, Ксюша, папе тяжело, ты ведь большая девочка.
   А у девочки такой несчастный вид. Колпачок с кисточкой уныло повис. Она с опаской смотрит на шумящие вверху сосны. Ну правильно, она родилась в казахстанской степи и никогда не видела таких высоких деревьев. Да еще и скрипят! Отец хочет посадить ее на плечи, но Ксюша протестует:
    – Возьми на ручки и обними. А ты, мама, иди с этой стороны, и держи меня за ножку.
    – Ну, ты уж совсем, Ксюшка...
    Так в обнимку доходим до берега.
    . Ну, вот оно! Ксюша, смотри! Это море!– мы стоим на холме, поросшем соснами, а внизу перед нами до самого горизонта простирается море. Дует холодный ветер, и белые гребни волн с шумом накатывают на берег. День солнечный, море искрится, сегодня оно синее, как небо, и песок на пляже сухой и совершенно белый. Такое море должно понравиться нашей дочери. Ксюша смотрит на море – мы смотрим на Ксюшу.
    – Дышит,– изрекает дочь. Мы переглянулись,
    Запиши, – засмеялся муж,– расскажешь маме. Мама будет довольна. Ну что, достаем купальники? Нет? Тогда застегни, как следует, куртку, вся синяя.
    Я немного обиделась за маму, за командирский тон, но застегнулась и Ксюшке натянула шапочку на уши. А на пляже, несмотря на холод, лежал народ, некоторые даже купались Мы побродили по берегу, причем Ксюша старалась держаться подальше от воды, нашли несколько кусочков янтаря, коряжку, похожую на змейку, ракушки, и, к радости ребенка, пошли в город обедать.
    Уже через несколько дней мы сняли куртки, надели купальники и присоединились к лежащим на пляже Мы тоже купаемся в холодном море, а потом долго отогреваемся на белом песке в дюнах, там не так ветрено. Мы дышим целебным морским воздухом, остро пахнущим йодом, гуляем в парке, фотографируем ребенка с обезьянками, попугаями, иногда с собой, набираемся впечатлений. А впечатлений предостаточно, особенно у нашей дочери.
    Однажды, расстелив на пляже полотенца, мы оказались рядом с человеком, сплошь покрытым волосами. Наверное, мы не обратили бы на него никакого внимания, если бы не Ксюша.
   – Обезьяна! Смотрите, какая большая обезьяна на песочке лежит!– радостно завопила дочь. Голос у нее звонкий, и все вокруг начали поднимать головы, оглядываться и искать «обезьяну на песочке». Хомо сапиенс открыл глаза, приподнялся, тоже, наверное, хотел посмотреть на обезьяну. Увидел склонившуюся над ним симпатичную девочку, дружелюбно улыбнулся и перевернулся на живот. Ксюша, присев на корточки, зачарованно смотрела, как порывы ветра шевелили мощный волосяной покров на спине, на ногах.
    – Вот бы она так восхищенно на море смотрела, – сказал муж.
    – Может быть, это напоминает ей степь, ковыль…, – засмеялась я.
    Может, давай сфотографируемся с ней,– подошла Ксюша к отцу. Муж засмеялся:
    – Мы найдем другую, поменьше и посимпатичнее,– мне показалось, он немного завидовал этому субъекту c повышенной мохнатостью. – Стоило ехать такую даль, надо было просто сводить ее в зоопарк,– проворчал он недовольно.
    Так, что там у нас по плану? Знаменитый Музей янтаря. Мы видим древние застывшие куски ископаемой смолы самых разных цветов и оттенков: янтарь светло-желтый, оранжевый, красный, коричневый, удивительно – есть даже белый и фиолетовый. Здесь наша девочка здорово насмешила публику. Каждый раз, увидев под увеличительным стеклом застывших в смоле миллионы лет назад паучков, мотыльков, она восклицала: «Тараканы! Попались голубчики!». Все смеялись, и ей это нравилось. Про тараканов Ксюша почему-то всегда вспоминала в кафе во время еды, тоже видно, хотела посмешить народ.Но в кафе никто не смеялся. Многие замирали, услышав радостные возгласы на тему этих неприятных насекомых, и начинали внимательно разглядывать содержимое своих тарелок.
    Экскурсия в розарий, куда мы повели дочь, чтобы она училась восхищаться красотой природы, закончилась печально. По дороге Ксюша захотела пить, и мы зашли в кафе. На подносах лежали булочки, облитые белой и розовой помадкой.
    – Булочки – это прекрасно!– воскликнула она бабушкиным голосом.
    – Ты смотри, что значат гены,– изумился муж.
    – Воспитание. Эстетическое,.–попра­вила­ я. Булочку пришлось купить, потому что добиваться своего Ксюша умела, как и ее бабушка. А вот съесть булочку она не успела. Успела только слизать помадку. Мы вошли в розарий. Никогда мы не видели такого обилия прекрасных цветов. Вдоль аллей роскошные кусты с белыми, красными, желтыми розами. Недавно прошел дождь, на цветах сверкают прозрачные капельки росы, и в каждой капельке вспыхивает крохотное солнышко. Это просто чудо какое-то.
    – Ксюша, руками цветы трогать нельзя, – напомнила я
    – А носом можно?
    – Можно, – разрешила, не подумав.
   Мы наслаждаемся чудесным ароматом, тишиной, всем этим великолепием. Ксюша нюхает розы. И вдруг раздается пронзительный рев. Ничего не понимая, отец подхватывает Ксюшу на руки, и мы ужасаемся – верхняя губка раздувается, и личико нашей очень симпатичной девочки перекашивается на глазах. Одной из пчел, которых в парке летало над розами великое множество, тоже понравилась помадка и …– бедный наш ребенок! Три дня отец носил ее на руках, три дня от нас деликатно отворачивались отдыхающие и к нам не приставали фотографы со своими обезьянками, питонами и попугаями. Опухоль постепенно спала, а страх перед жужжащей живностью так и не прошел, даже мух стала бояться наша Ксюша после поездки на море.
    Быстро пролетел месяц. Мы возвращаемся в Минск отдохнувшие, загорелые и совершенно простуженные. Последние дни июля шли дожди, было ветрено и очень холодно, и море было тяжелым, свинцово-серым. Что ж, это – Прибалтика.
    Бабушка-спонсор еле дождалась, пока Ксюша проснется после самолета. Ее интересовало прежде всего, почувствовала ли ее маленькая внучка, что море, природа – это прекрасно.
   – Ну, Ксюшенька, расскажи, какое оно, море?
   – Ханоное- ханоное, – не задумываясь, басом отвечает Ксюша.
    – Ну, ладно, холодное,– бабушку явно не устраивает такой ответ,– а еще какое?
   – Зеноное-зеноное, – гундосит девочка.
   – Зеленое? А еще? Ну, подумай немножко.
    – Бантийское- Бантийское,– немного подумав, выдает Ксюшка и бежит к своим игрушкам, .
   Бабушка смеется, вопросов больше нет.
   
    Паланга – Минск. 1972 г.
   
    P.S. Девочка Ксюша выросла и стала художницей.

Дата публикации:14.06.2006 17:17