Приглашаем к участию в Литературном конкурсе коротких прозаических миниатюр! Конкурс организован при участии кабинета литературной критики Яна Кауфмана.
Кабачок "12 стульев"
Cпасибо за секс!
Блиц-конкурс нашего Кабачка








Главная    Новости и объявления    Круглый стол    Лента рецензий    Ленты форумов    Обзоры и итоги конкурсов    Диалоги, дискуссии, обсуждения    Презентации книг    Cправочник писателей    Наши писатели: информация к размышлению    Избранные произведения    Литобъединения и союзы писателей    Литературные салоны, гостинные, студии, кафе    Kонкурсы и премии    Проекты критики    Новости Литературной сети    Журналы    Издательские проекты    Издать книгу   
Дежурный критик Ян Кауфман
Кабинет критика
Диалоги с критиком. Вопросы и ответы
Литературный конкурс
Буфет. Истории
за нашим столом
Что бы это значило?
Представляем нового члена Калинигрдаского Регионального отделения МСП "Новый Современник"
Наталья Иванова - Харина
Уильям Шекспир, сонет 73
МСП "Новый Современник" представляет
Олеся Костина
Хранитель Духа Кёнигсберга
Английский Клуб
Положение о Клубе
Зал Прозы
Зал Поэзии
Английская дуэль
Вход для авторов
Логин:
Пароль:
Запомнить меня
Забыли пароль?
Сделать стартовой
Добавить в избранное
Наши авторы
Знакомьтесь: нашего полку прибыло!
Первые шаги на портале
Правила портала
Размышления
о литературном труде
Новости и объявления
Блиц-конкурсы
Тема недели
Диалоги, дискуссии, обсуждения
С днем рождения!
Клуб мудрецов
Наши Бенефисы
Книга предложений
Писатели России
Центральный ФО
Москва и область
Рязанская область
Липецкая область
Тамбовская область
Белгородская область
Курская область
Ивановская область
Ярославская область
Калужская область
Воронежская область
Костромская область
Тверская область
Оровская область
Смоленская область
Тульская область
Северо-Западный ФО
Санкт-Петербург и Ленинградская область
Мурманская область
Архангельская область
Калининградская область
Республика Карелия
Вологодская область
Псковская область
Новгородская область
Приволжский ФО
Cаратовская область
Cамарская область
Республика Мордовия
Республика Татарстан
Республика Удмуртия
Нижегородская область
Ульяновская область
Республика Башкирия
Пермский Край
Оренбурская область
Южный ФО
Ростовская область
Краснодарский край
Волгоградская область
Республика Адыгея
Астраханская область
Город Севастополь
Республика Крым
Донецкая народная республика
Луганская народная республика
Северо-Кавказский ФО
Северная Осетия Алания
Республика Дагестан
Ставропольский край
Уральский ФО
Cвердловская область
Тюменская область
Челябинская область
Сибирский ФО
Республика Алтай
Республика Хакассия
Красноярский край
Омская область
Кемеровская область
Иркутская область
Новосибирская область
Томская область
Дальневосточный ФО
Магаданская область
Приморский край
Cахалинская область
Писатели Зарубежья
Писатели Украины
Писатели Белоруссии
Писатели Молдавии
Писатели Азербайджана
Писатели Казахстана
Писатели Узбекистана
Писатели Германии
Писатели Франции
Писатели Болгарии
Писатели Испании
Писатели Литвы
Писатели Латвии
Писатели Финляндии
Писатели Израиля
Писатели США
Писатели Канады
Положение о баллах как условных расчетных единицах
Реклама

логотип оплаты

.
Обзоры и итоги конкурсов
Автор:Микаел Абаджянц 
Тема:СВОБОДНЫЙ ОБЗОР ПРОЗЫОтветить
   СВОДНЫЙ ОБЗОР ПРОЗЫ
    Дорогие друзья и коллеги, с огромным вниманием и даже пристрастием мы прочитали все прозаические произведения, представленные на конкурс. Интерес наш, как писатей, ставящих самые высокие творческие задачи и цели, заключался в том, чтобы выяснить для себя, насколько писателям-любителям по силам создавать хорошую литературу, литературу соперничающую с лучшими мировыми образцами этого жанра. К удивлению обозревателей, среди участников были члены СП России и других творческих объединений. Короче говоря, люди малоизвестные, но и не совсем случайные. Нужно назвать критерии, по которым мы оценивали. Они простые. Первое, хороший интригующий сюжет с необычной развязкой. Второе, хороший язык и, как следствие, легкое чтение и ясность авторской мысли. Третье, это наше личное ощущение авторского таланта, его глубины и масштабности.
    Итак, скидку не делаем на то, что автор вовсе не Борхес и не Кафка. Ожидаем и требуем по максимуму. Поехали:
   
   
    1. Ян Кауфман «Шурка»: Все три обозревателя отмечают лаконичность повествования, трагизм и драматичность сюжета. Однако если лаконичность повествования для Ольги Деминой и Микаела Абаджянца являются достоинством, то Петру Дубенко здесь больше видится сухость изложения, которая вредит художественной составляющей этого рассказа. Вот что пишет Ольга Демина: « Уберечь от прикосновения смерти, разделить с кем-то прикосновение смерти – суть истинной дружбы и преданности. Тема блокадного Ленинграда, голода, смерти – сложная тема, требующая от пишущего выверенного, очень аккуратного подхода к выбору формата, лексики, используемых стилистических приемов. Автору прекрасно удалось справиться с этой задачей: короткие предложения, обилие глаголов, отсутствие стилистических «украшательств» помогают читателю прочувствовать трагизм ситуации». Петр Дубенко: «Первая же работа и сразу от мэтра портала. Что меня всегда смущало в миниатюрах Яна Кауфмана, так это прямолинейность изложения. Вот волк, которого Петрович любит, и поэтому они умирают вдвоём. Ситуация в основе вроде очень драматичная и если правильно выстроить повествование будут рыдать все. Но оттого, что мне просто пересказали это печальное событие, пересказали довольно сухо, меня трогает мало». Микаел Абаджянц: «Пронзительная и скупая на образы история о волке, который спас хозяина на охоте от здоровенного секача. Из этого самого секача сделали чучело, висевшее в ленинградской блокадной квартире. Человек и волк съели это чучело в тяжелые блокадные дни. У хозяина даже мысли не возникло сожрать своего спасителя-волка. На мой взгляд, если бы Шурка оказался обычным охотничьим псом, могло бы выйти даже поинтереснее. Хотя ни человек, ни волк не тронули друг друга, счастливого конца не получилось. Лаконично, интересно, неожиданно».
    2. Игорь Бурдонов «Нежные грабли»: Все три обозревателя дают положительную оценку рассказу. Если Микаелу Абаджянцу больше видится юмор в повествовании, то Ольга Демина и Петр Дубенко отмечают актуальность темы, причем они абсолютно по-разному видят соответствие этого рассказа предложенной тематике. Ольга Демина: «Нежное прикосновение нанотехнологий – и даже редеющие волосы не противоречат превращению Николая Петровича в Пигмалиона всего за семь абзацев. Легко, весело, с игристыми пузырьками уменьшительно-ласкат­­-ельных¬­­ суффиксов, словечек и фразочек: «искрился первыми цветочками…, принесенные ветром веточки…, если слегка постукивать и тихонько перебирать…». Двухсот процентное попадание в тему конкурса. Отдельное «браво» за грабли – исходный материал для Галатеи. Концовка великолепна! Невозможно не процитировать ушедшего Мастера: «Одно неловкое движение – и ты отец». Петр Дубенко: «Интересно и даже актуально – вещи для современного человека уже не просто вещи, они становятся частью нашей жизни и даже заменяют семью, друзей и т.д. Но как по мне, к теме конкурса немного притянуто, во всяком случае, в таком виде, как представил это автор». Микаел Абаджянц: «Отличная история, в которой динамично развивается роман человека с граблями. Написано с непередаваемым юмором, не раз посмеялся от души. Все понравилось кроме концовки. Попытался придумать свою концовку, которая бы выгодно отличалась от авторской. Где это видано, чтобы от любви к человеку грабли забеременели? Попыхтел мысленно минут пять, ничего не придумал и поставил высший балл».
    3. Эдуард Филь «Послание»: И Ольга Демина и Петр Дубенко отмечают громоздкость стиля, недосказанность и неопределенность. Петр Дубенко: «Могу ошибаться, но, кажется, автор сам не определился, о чем же хотел написать. Судя по названию, в центре должно быть послание от кого-то близкого, но далекого. Но весь текст «расплескан» на окружающих людей и самому посланию внимания почти не уделено. От кого, что и почему этот человек значил для ГГ??? Не надо расписывать это абзацами, но хоть намёк то должен быть. К тому же, как тяжело, громоздко написано». Микаел Абаджянц: «Неплохая осенняя зарисовка. Прочитал с удовольствием. Желтый листик упал на сидение рядом с водителем, как послание от нее. Однако это не то, что хотелось прочитать. Где сюжет, где интрига… Ладно, это я уже придираюсь». Ольга Демина: «Осенняя миниатюра – авторская иллюстрация заглавной темы конкурса. Желтый листопад между красным и зеленым сигналами светофора. Как идея – вполне интересно. Есть претензии к тексту: при столь маленьком объеме знаков, каждое предложение должно быть отшлифовано. Спотыкаешься уже о второе предложение: «Впереди по дороге на работу у старого ТЮЗа…» Дальше еще тяжелее – нагромождение причастных и деепричастных оборотов, несметное количество ненужных определений к единственному существительному. Мне понравилось только одна фраза: «Один изящный листочек, очаровательно станцевав ко мне в открытое окно машины и коснувшись моей щеки, улёгся приветливым посланием осени на переднее пассажирское сидение…».
    4. Вадим Сазонов «Маленькая тихая страна»: Все три обозревателя практически единодушны в своем мнении. Петр Дубенко: «Я бы понял, если бы на исчезновении из жизни ГГ прекрасной купальщицы всё и кончилось. Хорошо бы легло в тему. Но дальнейшая история с Ирмой, Эриком и всем прочим, да еще так законченная... Это все к чему? Не понял, вот абсолютно не понял и не оценил. Тяжеловесно, описания состоят из тяжелых грамматических конструкций, часто встречаются «вши», о которые язык можно сломать». Ольга Демина: «Чувственная иллюзия, разрушенная иллюзия семейного счастья, иллюзия любви – три части авторского фильма в кинотеатре «Иллюзион», неравноценные по качеству отснятого материала. Первая часть на удивление тяжелая, смахивающая на отчет налогового аудитора, обязанного зафиксировать движение подотчетных денежных средств до последней копейки. Такие «подробные подробности» завалили своими бетонными обломками незнакомку – прекрасное виденье. Вторая и третья части воспринимаются легче, поскольку диалог удается автору больше, чем простое повествование. Много лишних, ненужных слов, определений, пояснений, подробностей. Хорошо бы поработать над сокращением текста». Микаел Абаджянц: «Вместе с автором охотно «подглядывал» за нагой прекрасной незнакомкой, которая каждый вечер приходила купаться на берег озера. Впоследствии незнакомка исчезла, махнув на прощание рукой, и больше в течение всего огромного повествования так и не появилась. Все остальные две части рассказа уже были о другом. Хоть и главы этого рассказа пронизаны общей идеей какого-то тихого созерцания, однако хотелось бы видеть начало и логический конец повествования».
    5. Алексей Тверской «Смысл жизни». Все три обозревателя отмечают притянутость повествования к теме конкурса. Петр Дубенко: «Ни один нормальный человек не доверит резать свинью неумехам, которые ни разу этого не делали. Мясо испортят без вопросов, да еще и сами могут пострадать, тем паче, раз с кабаном дело предстоит иметь». Ольга Демина: «Подробное прикосновение к суровой и грязной действительности жизни свинарника с воспитательной подоплекой. Текст тщательно отработан, лексически и стилистически выверен. Некоторое недоумение вызывают норковые шапки на молодых парнях в 2000-е годы, но, вероятно, втаптывание их в навоз несет дополнительный воспитательный смысл. На мой взгляд, слишком прямолинейно. По форме – придраться трудно. По сути (особенно с учетом заглавия) – скучное морализаторство». Микаел Абаджянц: «Подобные истории о том, как каплуна зарезать не смогли, зато побили - я и раньше слышал. Здесь же под руководством ветерана войны свинью все-таки зарезали. Однако соприкосновение какое-то страшноватое. При всех достоинствах хорошего повествования, считаю все-таки не по теме».
    6. Эд Гемадзе «Праздник неосознанных прикосновений». Все три обозревателя считают, что рассказ не совсем автору удался. Петр Дубенко особенно на этом повествовании не останавливается. Ольга Демина отметив, что она читала уже этот рассказ этого автора, пишет: «До прикосновения к празднику музыки и женского обаяния добираться в этой работе приходится через булыжники философских (?) изысканий автора, изложенных в трудно читаемой манере. Небрежное отношение к слову, «бюрократический» стиль, шелуха слов, скрывающая скудный смысл». Микаел Абаджянц: «Рассказ при всей своей назидательности оставляет ощущение тайны. Немного разочаровывает, что продолжения у этой истории нет. Девушка исчезает и больше не вернется. Думается, если бы автор накидал читателю несколько версий, кем могла бы быть таинственная незнакомка, то рассказ бы смотрелся лучше».
    7. Галина Радина «В старом парке». Не смотря на то, что работа попала в шортлист, обозреватели характеризуют эту работу не самым лестным образом. Петр Дубенко: «Вот вроде неплохая в целом задумка. Но лично для меня всё «убил» предпоследний абзац. «Они никогда не встретятся. Но миг, вручённый им вечностью, сохранит память, а любовь – мгновенная и навсегда – будет соединять их души даже на неземном расстоянии». Из-за одного предложения все остальное не срастается в нечто единое, цельное и убедительное. Какая любовь в этом то случае? Ну, и почистить текст не мешает. Много огрехов, утяжеляющих чтение». Ольга Демина: «Прикосновение взглядов и последующая вечная любовь – нереализованная мечта половины женского населения планеты, предмет зависти и грусти. Эссе мармеладной лирики, сваренное из сплошных штампов. Иногда, правда, оно разбавлено собственными перлами. «Жёлто-рыжая мельтешащая непроглядность» – просто шедевр!» Микаел Абаджянц: «При всей красоте подобранных образов, сюжет данной вещицы незамысловат. Написано красиво и с чувством, однако незатейливость сюжета несколько портит впечатление».
    8. Антонина Кузнецова «Фея Розалия». Петр Дубенко не останавливается подробно на этой новелле. Ольга Демина: « Всё, к чему прикасается детская чистота, преобразуется в сказку и волшебство. Феи живут повсюду – не только в розах. На мой взгляд, текст состоит из двух неравноценных частей: первая – с описанием ботанического сада – больше похожа на конспект речи экскурсионного гида. Это впечатление особенно усиливается из-за того, что автор использует в этой части глаголы в настоящем времени. При переходе ко второй части – милой, приятной глазу и слуху сказочной истории – прямо внутри одного абзаца происходит «переключение» на повествование в прошедшем времени. Получился грубый шов. Думаю, если сократить первую часть до одного-двух предложений, работа значительно выиграет в качестве. Ко второй части претензий нет». Микаел Абаджянц: «Добрая сказка, полная нежности и любви к своим героям. Однако мне лично не хватило какой-то динамики в развитии сюжета, неожиданности, которая должна быть присуща новелле».
    9. Кульков Михаил «Зимний сад». Все обозреватели сходятся во мнении, что рассказ запутан, нет ясности. Петр Дубенко: «Как то странно и запутано. Сам по себе такой стиль повествования меня не подкупает. Когда не понимаешь, то ли художественное произведение читаешь, то ли мемуары, а то ли философский трактат. Ок, встретил автор он же герой девочку-проказницу. Дальше что? Какой смысл несла эта встреча, как повлияла на него, какой след оставила в его душе. И почему КАЖДЫЙ взрослый должен помнить ЕДИНСТВЕННЫЙ в его жизни сад в ЗИМНЕМ ДВОРЦЕ? Это что за мудрость такая? Короче, намудрил автор». Ольга Демина: «Данная работа позиционируется как проза для детей (о чем написано в левом верхнем углу). Да и начинается она с обращения: «Мой юный читатель». Я читала каждый абзац по два-три раза, прежде чем постигала смысл написанного – таким тяжелым, вычурным, псевдо-сказочным слогом написано это эссе (?). Если же адресатом всё-таки является взрослая аудитория, которая должна, по всей видимости, восхититься стилистической «заковыристостью», то лично я в разряд фанатов данного автора явно не попадаю». Микаел Абаджянц: «Петербург знаю достаточно хорошо. Однако так толком и не понял, где автор расположил мифический Зимний сад. Прочитал, чтобы разобраться несколько раз. Вышло, что это где-то в самом Эрмитаже, вроде бы. Не очень понравилось. Путано. Такая хорошая идея требует лучшего исполнения».
    10. Галина Димитрова «Легкое касание чужой любви». Этому рассказу тоже изрядно досталось. Читаем у Петра Дубенко: « Возможно, я пробитый циник, но вступительная часть рассказа, до того, как героиня начала читать письма, не впечатляет и вызывает мысли, прямо противоположные тем, которые хочет вызвать автор. Я сразу вижу женщину, которая ради угла в большом городе жила с не очень приятным ей мужиком, терпела его, делала вид, что ее все устраивает, а когда появилась возможность сбежать к одинокой бабушке, тут же ею воспользовалась. Я понимаю, что в жизни бывают именно такие истории, которая описана в рассказе. Но описана она так слабо, серо и, главное, не убедительно, что доверия не вызывает. Оттого гадкие мысли и лезут в голову. Вывод сюжета на письма натужен и притянут за уши. Финальный вывод, сказанный в лоб, тоже прицеплен к остальному тексту грубо и неумело». Ольга Демина: «Приятно отметить, что данный рассказ достойно выполняет основную миссию литературы как таковой: он не только описывает проблему, но и задает вектор движения в сторону идеала. Загадка любви останется загадкой в веках, но размышления на эту тему никогда не иссякнут (я надеюсь). Автору удалось найти удачный формат повествования: история чужой любви в письмах в противовес истории безразличия, в которой существует героиня рассказа. Всё очень тактично, без морализаторства. Стилистически выверено, продумано. Крохотное замечание: один раз в тексте вместо Александры Юрьевны стоит Александра. Единожды представленный персонаж должен сохранять в авторской речи то имя, которым был назван вначале. «Одинокое» имя режет глаз даже с точки зрения смысла: это персонаж слишком почтенных лет, чтобы называть его без отчества». Микаел Абаджянц: «Рассказ написан добротно. Есть в нем и послание потомкам. Заложено в нем что-то настоящее. Однако прочитал его, каюсь, с трудом. Прочитал, дотошно вникая в детали, потому что тема обязывает. И опять я о своем, что нет интриги, которая должна быть в хорошем рассказе. Почти скучно».
    11. Иван Власов «Однажды двадцать лет спустя». Обозреватели здесь по-разному реагируют на повествование. Не стану полностью приводить Ольгу Демину, однако она считает, что «бедному читателю придется соприкоснуться с чудовищной пошлостью». Петр Дубенко пишет: «Сама задумка в основе всего неплохая. Как мне кажется, не доведенная до ума, не додуманная, но что-то в это есть. По исполнению больше напоминает сценарий, где актерам напрямую объясняется экспозиция, отношения между героями и т.д. Это ведь художественный текст, не так ли? Тут такое недопустимо. Это очень сушит историю, так невозможно вызвать сопереживания ни одному из героев. Атмосфера не создана, акценты не расставлены, одним словом, слабо». Микаел Абаджянц: «Однажды двадцать лет спустя». Неприятное повествование. Рассказ о том, как могла бы случиться подлость, но не случилась».
    12. Татьяна Попова «Новая Версия». Даже этому рассказу, занявшему первое место, порядком досталось от всех обозревателей за затянутость. Петр Дубенко: «Задумка отличная. Каждый находит в книге что-то новое в соответствии с обстоятельствами своей жизни. Замечают то, что не видели раньше. Неплохое первое предложение. По тексту, может, чуток затянуто. Прежде всего, это касается начала до попадания в библиотеку. Понятно, с чем это связано – много персонажей, каждому нужно уделить внимание, раскрыть, объяснить предысторию. Но все же». Ольга Демина: «Интересный сюжетный ход предложен автором в этом рассказе: «лечебная» библиотека с новыми версиями классики, помогающая человеку осознать и принять собственную проблему. Прикосновение к хорошей литературе действительно помогает – здесь трудно спорить. Богатая лексика, разнообразные стилистические приемы украшают рассказ. Что же до его структуры, то мне хотелось бы видеть редакторскую составляющую работы автора над текстом: сокращение того, без чего можно обойтись. Это относится и к отдельным словам, и к целым предложениям, и к персонажам, и к ситуациям. Я понимаю, насколько сложно «резать» самого себя, но это обязательная часть писательского труда. Мне кажется, что от такой шлифовки рассказ только выиграет». Микаел Абаджянц: «Замечательная история. В этой новелле есть все то, чего ждешь от хорошей литературы. Искрометная идея, интрига, неожиданность. Начало, правда, немного затянутое. Много намеков, полунамеков и тайн. Хотелось бы, чтобы автор пролил свет на то, что все-таки приводит читателей в эту глухомань, в эту странную библиотеку, какие жизненные обстоятельства. Хотелось бы, чтобы автор хоть чуть-чуть намекнул, почему читатели снова встречаются с теми книгами, которые их поразили в юности. Как бы то ни было, прекрасная новелла».
    13. Ирина Гендельман «Бабушка». Петр Дубенко: «Задумка хорошая, но композиция слегка рыхлая, очень много в ней моментов, которые не работают на общую идею, а как бы сами по себе. Или автор не слишком строго подходил к их отбору, или не смог преподнести так, чтобы задуманное сработало так, как должно было сработать в ее понимании. И конечно, язык суховат, как и все повествование, без эмоциональных всплесков, которые могли бы расставить нужные акценты и т.д.». Ольга Демина: «Прикосновение к незакрытой детской ране – обида на бабушкину нелюбовь. Уже взрослая героиня рассказа, проснувшись со слезами от кошмарного сна с бабушкой в главной роли, судорожно ищет ее фотографию, чтобы поподробнее и подольше посмотреть на нее уже наяву и с удовольствием разбередить «старую рану». На мой взгляд, довольно нелогичная ситуация, чтобы использовать ее для перехода к дальнейшему повествованию. К воспоминаниям о детских годах особых претензий нет, кроме, пожалуй, стилистики: вкрапление нескольких предложений с глаголами в настоящем времени в середине текста выпадают из канвы повествования. Текст (его «детская» часть) имеет яркую и достоверную эмоциональную окраску. В этом смысле – автор молодец. Микаел Абаджянц: «Рассказ полный детского горя и самых высоких порывов. Однако мне не хватило художественности».
    14. Иван Власов «Наперегонки со временем». Это второй рассказ автора, который согласно условиям конкурса, не может быть рассмотрен обозревателями. Однако и Петр Дубенко и Ольга Демина дали свои комментарии. Петр Дубенко: « «Все это время она провела в уединении, посвятив себя изучению возможности человека управлять своим сознанием с целью противостояния увяданию». Вот так и вижу, как два старых друга после двухлетней разлуки разговаривают такими фразами. Да, именно так оно и бывает )) Для фантастического рассказа идея интересная, хоть и не новая. Саспенса не хватило, однозначно. Не нагнетается ощущение ужаса от происходящего, хотя, по идее, должно бы. Чтобы сделать это, автору не хватило исполнительского мастерства. К тому же, абсолютно чужеродный первый абзац. Он и по стилистике выпадает и по содержанию. Понятно, почему именно так. Чтобы задать читателю нужный вектор движения, немного обмануть. Да и название не клеится с общей идеей». Ольга Демина: «Бойтесь прикосновения женщин – от них всё зло, ведущее к гибели мужчин. Мысль не новая, поклонников этой теории много. Своеобразный парафраз «Портрета Дориана Грея», но значительно слабее оригинала. Много языковых штампов, грамматической небрежности, несуразностей: например, «глаза ее отсвечивали золото заката». Это как? Может, всё-таки «отсвечивали золотом заката»? Уж о затёртости штампа «золото заката» даже говорить не хочется. Хотелось бы пожелать автору внимательнее относится к слову, возвращаться к тексту с редакторской правкой».
    15. Виктория Лукина «История пакета». Один из немногих рассказов, вызвавший у членов жюри диаметрально противоположные реакции. Петр Дубенко: «И причем здесь пакет? С него вроде как все начинается, но это явно не его история. По сюжету. Так много всего и одновременно нет ничего. В этих стремительных поворотах теряется любой смысл, который автор, наверняка, хотел до нас донести. Но получилось ни о чем. Скучно, сухо, серо». Ольга Демина: «От прикосновения к волшебству захватывает дух. Любопытный и привлекательный сюжет – так и хочется поскорее узнать, чем всё закончится. Некоторое сомнение в том, стоило ли вплетать в сюжет ковидную тему. На мой взгляд, это утяжеляет легкую мелодию повествования и ничего не добавляет по существу. Богатая лексика, интересные стилистические приемы. К сожалению, не без огрехов: жить можно в мансарде (мансарда – это помещение) или на мансардном этаже – жить на мансарде нельзя; «хлюпающие шаги» – режет ухо и взгляд; если героя зовут Барр (с двумя «р»), то так должно быть везде – без варианта Бар, который встречается в тексте». Микаел Абаджянц: «Признаться, начало было очень обнадеживающим и интригующим. Однако далее я с некоторым напряжением следил за развитием событий, за ходом авторской мысли. В рассказе множество совершенно непонятных перипетий и неоправданных, на мой взгляд, перевоплощений. История не понравилась».
    16. Борисова Елена «Поезд в никуда». Еще один рассказ вошедший в шорт-лист, вызвавший противоречивые комментарии. Петр Дубенко: « Идея – на пять с плюсом, а воплощение подкачало. Очень много авторских объяснений, что в таких вещах недопустимо, ломает всю атмосферу. Тут нужен более тонкий подход, чем просто разжевывать. И в тексте очень много формальных бездушных выражений, которые выпадают из общей стилистики. В итоге получается неровно и рвано, а это тоже не дает проникнуться тем настроением, которое автор нам хочет передать. Обидно, потому что с точки зрения задумки было довольно не плохо и очень соответствовало теме конкурса». Ольга Демина: « Обреченный на сочувствие сюжет в форме монолога-стенания. Тривиально по форме и по содержанию. Приверженность автора к немотивированным лексическим повторам сильно затрудняет восприятие текста: «Там была все та же картина: снежный кавардак, снежная сутолока, снежная суета...», «…он состарился в дороге, сломался, сгорбился, согнулся под тяжестью навалившихся на него проблем». Микаел Абаджянц: «Вроде бы неплохая новелла. Ощущается в героях жажда счастья. Есть в повествовании иносказательность. Этакий поезд-хоспис едущий неизвестно куда. Вместе с тем в повествовании ощущается столько безысходной тоски, что оно уже мало напоминает художественное произведение».
    17. Наталья Деронн «О, ночь, мечты моей!» Послушаем обозревателей. Петр Дубенко: «Сумбур какой-то. Очень много всего напихано в текст, а самое главное осталось за кадром. Какое же впечатление произвел концерт, к чему ГГ прикоснулась на нём? Текст тяжелый, приходится продираться через странные конструкции. Некоторые посылы тоже спорны. Например, самый первый, о том, что школьному детству в СССР положено было проходить в коммуналке. Почему? Время, эпоха не определяется даже по намекам, поэтому утверждение выглядит странным. Тем более, что по статистике в соответствующие годы через коммуналки прошло примерно 25 % населения СССР. Пустячок, а задевает». Ольга Демина: «Прикосновения к детским воспоминаниям, похоже, вызывают у автора гордость за то, что ей удалось выжить в таких «нечеловеческих» советских условиях. Действительно, трудно даже представить, каким было детство у девочки с «походкой "марксова" поля». Я сломала голову, воображая этот кошмар. Крайне небрежное отношение к слову, чувство языка (русского) утеряно – иначе я не могу объяснить пассаж типа: «Но "Пер Гюнт" Грига или "О, ночь мечты моей" подростку совсем не казались жизнеутверждающими, но гораздо мелодичнее звуков от соседки из оркестра, легко поддающимися даже напеванию». Категорически не понравилось. Микаел Абаджянц: «Не рассказ, но яркая зарисовка. Сильное впечатление, никак не облеченное в хороший сюжет. Только заслушаешься, а рассказ-то и кончился».
    18. Ольга Гаинут «Другой бы улицей пошел». Рассказ не вызвал восторгов членов жюри. Петр Дубенко: «История любви с первого взгляда и счастливого знакомства – это всегда интересно. Но здесь как-то уж все монотонно, и нудно размазано. Очень насыщенный сюжет при маленьком объеме текста. В итоге события сменяют друг друга как в калейдоскопе, не оставляя после себя значимого следа. В происходящее веришь, но оно тебя не цепляет. Мешает этому и по-детски наивный язык, шаблонные герои, которые говорят картонными фразами». Ольга Демина: «Не оставляет странное ощущение, что при чтении данной работы у меня проявилась своеобразная дислексия: вроде, и используемая лексика богата и разнообразна, и приёмы стилистические очень недурны, и ритмический рисунок интересный, а вот вместе текст не складывается. Постоянно спотыкаюсь о «переключение» глагольных времен, какие-то откровенные ляпы вспыхивают красными стоп-сигналами. И осталась я в конце (как и Игорь из рассказа), одАренная «сияющим в свете искусственных ламп блеском глаз». Не знаю, что с этим подарком делать». Микаел Абаджянц : «Такое простенькое повествование, читающееся, в общем-то, с интересом и несущее в себе несложную мысль. Этот текст мог бы быть началом более крупной литературной формы».
    19. Владимир Печников «Никчемный». Рассказ вызвал резкую отрицательную реакцию всех членов жюри. Можно было бы здесь не приводить ее, однако, думается, автору самому будет любопытно. Может быть в дальнейшем это ему поможет в творчестве. Петр Дубенко: «Камаз, гружёный семенами пшеницы». Это сильно!!! Попытка выдать что-то остро-социальное. Это нынче модно. Но, что называется, без вскрытия. Просто посмотрите, чего делается-то, ужас какой. Кажется, достаточно описать творящийся ужас и всё, сильное литературное произведение готово. Но для того, чтобы маленьким рассказом зацепить читателя, особенно, современного, нужно обладать недюжинным мастерством. Автор до такого пока не дорос, поэтому у него просто набор слабо связанных между собой сцен, в которых действуют пустые, блеклые герои. Ни о чём». Ольга Демина: «Пока продиралась сквозь авторский «новояз», символизирующий речь неграмотного человека, периодически вспоминала бессмертную цитату: «Понюхал старик Ромуальдыч свою портянку и аж заколдобился». Автора так и тянет прикоснуться к посконному и домотканому, «тряся чрезмерно щетиной, звеня замёрзшими слезами на ней». Не откажите, братцы, не дайте засохнуть без писательской славы!» Микаел Абаджянц: «Какая-то бесконечная череда ужасов, написанная бездарно и неумело. Все это вообще мало похоже на литературу. Невразумительно».
    20. Евгения Дериземля «Сумерки года». Очень хотелось сопоставить свое мнение с мнением коллег. Микаел Абаджянц: «Рассказ в стиле романтической русской повести. Однако на меня произвел удручающее впечатление. Эдакое слабое подражание». Петр Дубенко: « Вот вроде мистика, по идее должно быть жутко, страшно. А этого нет. Моих эмоций как читателя, это не трогает. Наверное, потому что не показаны эмоции персонажа. Она даже когда в ее доме покойники оказались, воспринимает это как нечто обычное. Я даже не знаю, что бы со мной на ее месте случилось, а она спокойно беседу с ними начинает так, будто у нее такие гости каждый день. В общем, закос под Гоголя неудачный. Да и вообще сами попытки повторять классиков не вызывают уважения. Зачем?» Ольга Демина: « Подобный псевдо-фольклор меня пугает. Зачем такое писать? Кто адресат этой работы? Кому это может быть интересно? Структура текста не сбалансирована: долгое и пустое начало, торопливо скомканный финал. Сюжет банален и неинтересен. Бесконечное чередование форм имени героини чуть ли не в пределах одного предложения. Зачем вообще было использовать имя Солоха? Немедленная отсылка читательского внимания к великому тексту великого Гоголя. Это, практически, добровольно сунуть голову в петлю. Удивительно».
    21. Эльвира Яновицкая «Бабочка». Еще один рассказ, в оценке которого жюри не оказалось единодушным. Петр Дубенко: «ничего не понял. Прежде всего, о чём это? О папе, который сильный и учит делать зарядку, не пропускать тренировок? Про маму, которая удивляет начинками к маффинам? Про папины книги, компьютерный стол, любимую собаку? Про бабочку? Коммент одного из благодарных читателей подтвердил мои мысли – тот тоже ничего не понял. Вернее, ему показалось, что он понял, но оказывается, не то, что автор сказал. К тому же, что делать тем, кто не знает про увлечения Набокова и Бродского?» Ольга Демина: «Прикосновение к детству как к чуду трогает и подкупает. Мир глазами пятилетнего ребёнка чист и добр. Так же чиста и добра история про мальчика и бабочку. За плечами автора угадывается опыт написания немалого количества текстов (рассказов): отточенность стиля, многообразие метафор, отчетливый ритмический рисунок приятно радуют глаз читателя. За это отдельное спасибо. Однако я считаю, что есть одна вещь, с которой автор, на мой взгляд, до конца не справился, хотя понимаю, что это очень сложная штука – удержать стилистику, язык в рамках «детского» восприятия мира. Вероятно осознавая этот момент, автор, например, «прикрывает» использование в тексте слова «брутальный» навязчивостью рекламы. Но вы можете представить себе подобные оценочные суждения у пятилетнего ребенка: нестандартной мебель в зале делает скупой интерьер комнаты брутальным; или отягощённое музыкальным образованием богатое воображение бабушки? Я, как и Станиславский, не верю». Микаел Абаджянц: «В рассказе описаны довольно сложные и непонятные отношения подростка с бабочкой Чейзом. Зачем бабочку назвали именем моего любимого мастера детективов, не очень понял. Ни секунды не сомневаюсь, что они (отношения) возвышенны и прекрасны. Однако, когда я наконец дочитал рассказ, то вздохнул с облегчением».
    22. Ласло Зурла «Похороните доказательства». На сей раз все члены жюри выразились единодушно. Петр Дубенко: « По форме, понравились некоторые обороты, построение фраз. Хотя при этом есть просто детские ошибки. По содержанию – это слишком глубоко для моего поверхностного разума. Прочитал три раза, так и не родилась мысль, которую хотел донести до меня автор. Сдаюсь». Ольга Демина оказалась как никогда краткой: «Извините, ничего не поняла и оценить не могу». Микаел Абаджянц: «Несколько раз прочитал, пытаясь вникнуть в смысл написанного. Насколько я понял, это наркотический бред какого-то музыканта. Не понял, прикосновение к чему это было. Видимо, к миру негритянской музыки».
    23. Наталия Букан «Бусы для Таисии». Рассказ один из лидеров по набранным баллам. К тому же автор уже побеждал на этом конкурсе. Тем более любопытно послушать обозревателей. Петр Дубенко: « Буду ворчать. )) Для меня последняя часть – всё, после встречи с родственниками и дочерью в поезде, лишнее и очень сильно портит рассказ. Сила эмоционального воздействия на читателя снижается в разы. Закончи автор на том, что эта «случайная» встреча, подаренная бусами, дала ГГ силу выжить, перенести все испытания, и это было бы очень сильно. А притянутая за уши концовка разбавила эту эмоцию. Во-первых, рассказ затянулся и после сильной сцены встречи идет еще очень много довольно ровного спокойного текста. Во-вторых, ради нагнетания драматизма автор пустился в откровенные авантюры. Если ГГ после освобождения работает в медчасти зоны, почему у нее на руках умирает раненный на фронте сын? Солдат лечиться вместо госпиталей в зоны отправляли? И от этой мелочи сразу же рассыпается доверие, которое до этого было. А это очень важно. Ведь несмотря на то, что тема репрессий последнее время изрядно заезжана и порой опусы начинает раздражать, здесь автору удалось сделать так, что ей веришь и сопереживаешь героям. И это все порушено ради еще одной «драмы». Зря». Ольга Демина: «Бережное прикосновение к трудной истории своей страны. Выверенная, тонкая и точная проза. Безупречная стилистика, лексика, свой темпо-ритм характеризует каждую из трех частей рассказа. В высшей степени профессионально». Микаел Абаджянц: «Пронзительная история о жене врага народа. О подарке мужа и непростой судьбе женщины. О мужестве, о силе духа. Однако читать очень тяжело. Читаешь, стиснув зубы, без удовольствия, отдавая дань больше нашей трагической истории».
    24. Юлия Танакова «Воспоминания». Рассказ, получивший одобрение всех членов жюри и вошедший в шорт-лист. Петр Дубенко: « Неплохо. Жаль, что финальный вывод сделан автором за читателя, а так неплохо. По тексту встречаются несуразности, типа «мой презрительный носик» и т.д. Но это не сильно режет глаз. В целом все ровно и вместе с тем объемно, при чтении перед глазами возникают образы, картины». Ольга Демина: « Прикоснуться к детству значит ненадолго окунуться в счастливую безмятежность. Автору удалось безошибочно воспроизвести жару и бесконечность летнего дня, счастливую детскую способность воспринимать мир во всей его полноте – через звуки, запахи, широко распахнутые глаза. Неспешный ритм повествования, интересные образы и сравнения. Прекрасно! Единственное слово, которое, на мой взгляд, диссонирует с остальным текстом, - это слово «киллеры» (комариные киллеры). Режет ухо и глаз. Это слово из другой песни». Микаел Абаджянц: «Очень теплые впечатления детства. Это о жизни в сельской местности. Это где-то в Грузии. Повествование наполнено светом и счастьем, однако нет интриги, которую обычно ставит себе целью хорошая литература».
    25. Юлия Танакова «Елка». Петр Дубенко: «Тоже неплохо. Все, сказанное в предыдущем пункте, справедливо и для этого рассказа». Ольга Демина: «Второй рассказ этого автора не рассматривала, т.к., по условиям конкурса, можно подать на рассмотрение только одну работу». Микаел Абаджянц: «Второй рассказ этого автора. Не рассматривается».
    26. Дмитрий Бобылев «Другие люди». Очень хотелось сравнить свои собственные впечатления об этом рассказе с впечатлениями коллег. Петр Дубенко: «Такая мистика «без конца и смысла», выраженного хотя бы в намеке, меня не впечатляет. Ну, и? Хочется спросить после прочтения. Зачем ты мне все это рассказал? Зачем в первой половине рассказа так тщательно знакомил с персонажами, которые потом исчезают со страниц повествования и не появляются даже в виде теней? Язык трудный. Вроде предложения построены просто, но чрез них приходится продираться, иногда, повторно перечитывать, чтобы понять смысл». Ольга Демина: «Перечитала два раза, но легче не стало – запуталась в отражениях. Вероятно, это что-то сродни философской притче, но могу ошибаться. Тяжелый для восприятия текст. Не понравилось». Микаел Абаджянц: «Изо всех своих сил пытался понять смысл этой новеллы, однако он для меня так и остался тайной. Все эти отражения, другие «я» остались для меня загадкой».
    27. Константин Евдокимов «Однажды в деревне». Рассказ, вызвавший неоднозначную реакцию членов жюри. Петр Дубенко: «По стилю больше походит на публицистику, художественного мало. Композиция слабая, персонажи не убедительные. Морской офицер, парень, выросший в деревне, прекрасно знающий особенности этой жизни, отправляясь в клуб, где постоянно происходят драки, берёт с собой кортик? Возможно, в жизни встречаются и такие, допускаю, но у меня лично такой герой, даже если у него есть реальный прототип, сопереживания не вызывает». Ольга Демина: «Этот текст нужно читать вслух – сценический успех будет грандиозным. Не многим дается талант соединять слова таким причудливым образом. Сначала я застопорилась на «молодой жене Гале по обличью из причерноморских степей…», потом споткнулась об «одноэтажный клуб, на косогоре конца деревни». А потом просто расслабилась и начала получать удовольствие. Что ни абзац, то шедевр русской словесности. Не всегда наши желания совпадают с возможностями. Мое пожелание автору: читайте как можно больше и только потом осторожно пробуйте писать». Микаел Абаджянц: «Хороший рассказ в стиле Василия Белова или даже Ивана Тургенева. Было легко и интересно читать».
    28. Катя Назаренко «Скользкая дорога». Интересное занятие все-таки сравнивать свое мнение с мнениями коллег. Петр Дубенко: « Умилил возрастной ценз в начале рассказа )) Сам по себе текст слабый. Особенно «понравился» финал с разговором, составленным из шаблонных фраз. Родя, что же ты сделал? Ты же таким был. Все говорили про твои перспективы. Но я помню, как тебе не нужна была семья, вот и результат. Дети, хотите семью и тогда у вас в жизни все будет хорошо. Нет, против вывода как такового я ничего против не имею, но то, как он подан. Побольше топора у автора не нашлось?» Ольга Демина: «Автор этой работы, похоже, только пробует свои силы на литературном поприще. Писать уже хочется, но опыта еще маловато. Сюжет скроен на живую нитку, удачные определения и сравнительные обороты соседствуют с неуклюжими сочетаниями типа «немножко неугомонный ветер». Главный герой – любитель Есенина – не мог учиться в 11 классе (как написано у автора), потому что в 1976 году 10 класс был выпускным. Фраза «…как-никак он слыл председателем совета, и редактором школьной газеты, и режиссером театрального кружка для средних классов. А тут еще, всунули! Шефство над первоклассниками, видите ли, необходимо взять…» завораживает. Возможно, не стоило писать об эпохе, которую не представляешь. Вторая – морализаторская часть – еще слабее первой». Микаел Абаджянц: «Сквозь волшебное стекло стихов Есенина, проступила какая-то малоправдоподобная история, неправдоподобная судьба. Глубинные причины, побудившие главного героя так сильно опуститься, не понятны. Однако читать было любопытно, хоть и не веришь в такое соприкосновение, каким бы на первый взгляд банальным оно бы ни было».
    29. Владимир Трушков «Зов Крови». Рассказ у членов жюри вызвал неоднозначную реакцию. Петр Дубенко: « Не знаю, насколько справедливым будет назвать это зовом крови. Наверное, это все-таки что-то другое. Композиция простенькая и, к сожалению, это не тот случай, когда все гениальное просто. В основе надуманная штампованная ситуация, когда человек рассказывает первому встречному о своей неизлечимой болезни, о том, что скоро умрёт и хочет проститься с Родиной. Выглядит это всё как то нелепо и притянуто. Тем более, что потом этот человек-триггер бесследно исчезает. Это называется сюжетный костыль. Почему бы, к примеру, этим человеком не быть самому герою. Это выглядело бы более органично и оправдано с одной стороны, и позволило бы полнее, глубже раскрыть эмоции персонажа, с другой». Ольга Демина: « Еще одно прикосновение к детству – воспоминание об удачной рыбалке. Четыре пятых представленного текста – специальные, интересные только увлеченным рыболовам подробности. Оставшуюся часть текста сложно отнести к литературным шедеврам». Микаел Абаджянц: «Рассказ в целом понравился. Охотно наловил вместе с маленьким рыбаком рыбы в реке. Однако, не смотря на всю увлекательность этого занятия, мне было совершенно ясно, что рассказ этот о любви к своей малой родине».
   
    Уважаемые авторы! Скорее всего, многие высказывания членов жюри вам покажутся резкими и даже грубоватыми. Однако мы старались в каждом произведении увидеть шедевр мировой литературы и не хотели сдаваться в своих поисках. А потому делайте выводы, пишите больше и участвуйте в конкурсах.
   
    Члены жюри в номинации ПРОЗА
   
    Ольга Демина
    Микаел Абаджянц (ведущий обозреватель)
    Петр Дубенко
Наталия Букан[25.02.2021 11:53:28]
   Большое спасибо уважаемому жюри за кропотливый труд. Интересны и полезны все высказанные мнения, впечатления.
   Петру Дубенко: из Ваших замечаний увидела, что в ситуации с сыном у меня получилась некоторая неясность. На самом деле сын ещё до окончания войны вернулся домой - из госпиталя. Со временем состояние ухудшилось, и где же Таисии представлялось возможным лечить его, как не в лазарете?..
   Ещё раз с благодарностью, Наталия.
Петр Дубенко[26.02.2021 08:35:51]
   Что ж, спасибо за пояснения, но... Я вот не могу представить себе ситуацию, в которой я бы своего сына вместо лечения в спокойной домашней обстановке (с использованием средств, которые я могу раздобыть в лазарете) поместил бы в лагерный лазарет, где соответствующий режим (отнюдь не больничный) и контенгент (урки, воры, убийцы). Понимаю, что у каждого свой взгляд на вещи, и мое мнение субъективно, но... не могу поверить в такой расклад, уж извините.
Наталия Букан[26.02.2021 10:38:34]
   Я думаю, что, наверное, не стоит и судить о ситуации, которую не можете себе представить.
Наталия Букан[26.02.2021 11:29:58]
   Пожалуй, добавлю: описание условий (один в палате, без каких бы то ни было урок, воров и убийц, под постоянным медицинским наблюдением) было бы лишним в рассказе. Читатель, мне кажется, должен просто понимать, что Таисия выбрала для сына лучший вариант из возможных.
Владимир Трушков[25.02.2021 11:55:58]
   Спасибо судьям за обзор произведений. Насчет обид - какие могут быть обиды, на то они и судьи, чтобы высказывать объективное, хотя порой и резкое суждение.
Татьяна Попова[25.02.2021 12:06:49]
   Спасибо судьям за титаническую работу и за благожелательный разбор произведений! Надеюсь на новую встречу с авторами в новых интересных конкурсах!
Ян Кауфман[25.02.2021 18:02:10]
   Уважаемые Ольга, Микаел и Пётр!
   Спасибо за такую приятную неожиданность, на которую даже и не надеялся.
   Цель была другая - услышать ваши мнения о работе. Прочитал и получил истинное удовольствие от дружеских и тактичных мнений!
   После чего с удовольствием дочитал весь обзор до конца.
   И всёж. дорогой Пётр! Я писал миниатюру, а не рассказ, стараясь представить себя на месте Петровича, в его состоянии, обстановке, отрывочных воспоминаниях, сухо (Вы абсолютно правы), не стараясь вызвать читательских переживаний и соплей. Даже мысли волка ( а ведь и он что-то осознавал и думал - я не открывал.. И писал я не от своего имени, а от самого Петровича...Это миниатюра - коротко, без излишеств. Иначе это был бы уже рассказ или повесть, а автором был бы уже не Ян Кауфман.
   Однако, спасибо за отличный Обзор!
Галина Димитрова[26.02.2021 14:32:04]
   Спасибо жюри за работу и высокую оценку. А работа огромная - прочитать, осмыслить и оценить 29 прозаических произведений!
   Ольга Демина прочитала в рассказе именно то, что хотел сказать автор, а замечание учту. Ольге особая благодарность.
   ГГ вначале автором характеризуется именно такой, как разглядел Петр Дубенко, но, соприкоснувшись с историей большой любви, понимает, что жизнь надо менять, и она уже не будет такой, как была в начале повествования.
   Жаль, что было почти скучно Микаелу Абаджянцу, но интрига все-таки есть, как в жизни, без интриги - это поток сознания.
Ирина Гендельман[28.02.2021 10:11:43]
   Спасибо жюри за критику, которая часто бывает важнее похвалы.
Иван Власов[10.03.2021 21:22:43]
   Не могу не высказаться по поводу обзора прозы.
   1. Для автора всякий комментарий – важен. Редко нас этим балуют. Спасибо Ольге Деминой, Микаелу Абаджянцу, Петру Дубенко.
   2. Как два произведения попали в обзор – неясно, были выставлены на два разных конкурса.
   3. По поводу миниатюры: “Двадцать лет спустя”. Попробую отряхнуться.
   Да, напоминает сценарий, да – экспозиция. Ограничение миниатюры по размеру (400 слов) не могло не повлиять. Отсюда лапидарность, отсюда сценичность.
   Что касается “чудовищной пошлости”? Не стану спорить. Коллизия взята из реальной жизни. Любовный треугольник, не потерявший актуальности через двадцать лет. Изменилась женщина, сначала выбор ею сделан из одних соображений, спустя двадцать лет – из других…
   4. По поводу фэнтези: “Наперегонки со временем”.
   Название действительно не самое удачное. Первый абзац, по моему мнению, не выпадает. Существует ли в мире хоть одна женщина, что не мечтает остаться молодой? В этом суть
   Автор и не собирался “нагнетать ужас” – это, кстати, реальный случай из жизни с, увы, меньшими достижениями у прототипа героини.
   Парафраз ли это “Портрета Дориана Грея”? Сомневаюсь. Просто героиня всю себя отдала борьбе со временем, здесь все средства хороши. А душа – не портрет, кто ее видит?..
Бери пример с наших!
Игорь Крапивин.
Год быка
Поёт Андрей Разин,
основатель группы "Ласковый май"
Наши новые авторы
Виктор Миронов Глухой
Спроси меня…
Информационное сообщение
Анкета Делегата
Информация и новости
Повестка дня: форумы
Удостоверение Делегата
 
Конкурсы на премии
МСП "Новый Современник"
 
Кабинет критика
Яна Кауфмана
Кабинет критика Евгения Мирмовича
Кабинет критика
Ольги Уваркиной
Документы и списки
Устав и Положения
Документы для приема
Билеты и значок МСП
Форум для членов МСП
Состав МСП
"Новый Современник"
Планета Рать
Региональные отделения МСП
"Новый Современник"
Организация конкурсов и рейтинги
Льготы для членов МСП
"Новый Современник"
Реквизиты и способы оплаты по МСП, издательству и порталу
Литературные объединения
Литературные организации и проекты по регионам России
Региональные отделения МСП "Новый Современник"
Издательство "Новый Современник"
Издать книгу
Опубликоваться в журнале
Действующие проекты
Объявления
ЧаВо
Вопросы и ответы
Сертификаты "Талант" серии "Издат"