Клуб Красного Кота и Издательство "Новый Современник" начинают выпуск юмористического журнала "Похождения Красного Кота". Условия выпуска аналогичны условиям выпуска журнала "Великолепная десятка". Разделы проектов размещены в центре портала.
"Похождения Красного Кота" - первый юмористический журнал на нашем портале!
Премьера портала! Устав Клуба Красного Кота


Дежурный по порталу
Илья Майзельс
Мир искусства. Приложение к № 5 журнала
"Что хочет автор"
Вход для авторов
Логин:
Пароль:
Запомнить меня
Забыли пароль?
Сделать стартовой
Добавить в избранное
Регистрация автора
Наши авторы
Новые авторы недели
Объявления и анонсы
Новости дня
Дневник портала
Приемная дежурных
Блицы
Приемная модераторов
С днем рождения!
Книга предложений
Правила портала
Правила участия в конкурсах
Обращение к новым авторам
Первые шаги на портале
Лоцман для новых авторов
Вопросы и ответы
Фонд содействия
новым авторам
Рекомендуем новых авторов
Альманах "Автограф"
Отдел спецпроектов и внешних связей
Диалоги, дискуссии, обсуждения
Правдивые истории
Клуб мудрецов
"Рюкзачок".Детские авторы - сюда!
Читальный зал
Литературный календарь
Литературная
мастерская
Зелёная лампа
КЛУБ-ФОРУМ "У КАМИНА"
Наши Бенефисы
Детский фольклор-клуб "Рассказать вам интерес"
Карта портала
Наши юные
дарования
Положение о баллах как условных расчетных единицах
Реклама

логотип оплаты

.
Правдивые истории
Автор:Янис Илзе 
Тема:Поэзия серебряного векаОтветить
   Избранное

 1   2 

Янис Илзе[14.04.2012 03:28:31]
   Владислав Ходасевич
   
   Высокий, молодой, сильный,
   Он сидел в моем кабинете,
   В котором я каждое утро
   Сам вытираю пыль,
   И громким голосом,
   Хотя я слышу отлично,
   Говорил о новой культуре,
   Которую он с друзьями
   Несет взамен старой.
   Он мне очень понравился,
   Особенно потому, что попросил взаймы
   Четвертый том Гете,
   Чтобы ознакомиться с "Фаустом"..
   Во время нашей беседы
   Я укололся перочинным ножом
   И, провожая гостя в переднюю,
   Высосал голубую капельку крови,
   Проступившую на пальце.
Янис Илзе[14.04.2012 23:18:55]
   Саша Чёрный "Воробьиная элегия"
   
    У крыльца воробьи с наслаждением
    Кувыркаются в листьях гнилых...
    Я взираю на них с сожалением,
    И невольно мне страшно за них:
   
    Как живете вы так, без правительства,
    Без участков и без податей?
    Есть у вас или нет право жительства?
    Как без метрик растите детей?
   
    Как воюете без дипломатии,
    Без реляций, гранат и штыков,
    Вырывая у собственной братии
    Пух и перья из бойких хвостов?
   
    Кто внедряет в вас всех просвещение
    И основы моралей родных?
    Кто за скверное вас поведение
    Исключает из списка живых?
   
    Где у вас здесь простые, где знатные?
    Без одежд вы так пресно равны...
    Где мундиры торжественно-ватные?­­­­­
    Где шитье под изгибом спины?
   
    Нынче здесь вы, а завтра в Швейцарии,
    Без прописки и без паспортов
    Распеваете вольные арии
    Миллионом незамкнутых ртов...
   
    Искрошил воробьям я с полбублика,
    Встал с крыльца и тревожно вздохнул:
    Это даже, увы, не республика,
    А анархии дикий разгул!
   
    Улетайте... Лихими дворянами
    В корне зло решено ведь пресечь —
    Не сравняли бы вас с хулиганами
    И не стали б безжалостно сечь!
   
    1913
Алла Райц[17.04.2012 11:40:09]
   Анатолий Мариенгоф
   
   Кровоточи,
   Капай
   Кровавой слюной
   Нежность. Сердца серебряный купол
   Матов суровой чернью...
   Как бы, как бы в ночи
   Глупому
   Мне украсть
   У любви блестящую запонку...
   За что уксус и острые тернии?
   Разве страсть
   Библия, чтобы ее молитвенно на аналой
   Класть.
   
   1919
Янис Илзе[07.05.2012 03:55:15]
   Константин Бальмонт "Безглагольность"
   
   Есть в Русской природе усталая нежность,
   Безмолвная боль затаённой печали,
   Безвыходность горя, безгласность, безбрежность,
   Холодная высь, уходящие дали.
   
   Приди на рассвете на склон косогора, -
   Над зябкой рекою дымится прохлада,
   Чернеет громада застывшего бора,
   И сердцу так больно, и сердце не радо.
   
   Недвижный камыш. Не трепещет осока.
   Глубокая тишь. Безглагольность покоя.
   Луга убегают далёко-далёко.
   Во всём утоленье, глухое, немое.
   
   Войди на закате, как в свежие волны,
   В прохладную глушь деревенского сада, -
   Деревья так сумрачно-странно-без­молвны,­
   И сердцу так грустно, и сердце не радо.
   
   Как будто душа о желанном просила,
   И сделала ей незаслуженно-больно.­
   И сердце простило, но сердце застыло,
   И плачет, и плачет, и плачет невольно.
   
   1900
Алла Райц[15.05.2012 13:38:19]
   Колыбельная.
   
   Мать уехала в Париж...
   И не надо! Спи, мой чиж.
   А-а-а! Молчи, мой сын,
   Нет последствий без причин.
   Черный, гладкий таракан
   Важно лезет под диван,
   От него жена в Париж
   Не сбежит, о нет! шалишь!
   С нами скучно. Мать права.
   Новый гладок, как Бова,
   Новый гладок и богат,
   С ним не скучно... Так-то, брат!
   А-а-а! Огонь горит,
   Добрый снег окно пушит.
   Спи, мой кролик, а-а-а!
   Все на свете трын-трава...
   Жили-были два крота,
   Вынь-ка ножку изо рта!
   Спи, мой зайчик, спи, мой чиж,—
   Мать уехала в Париж.
   Чей ты? Мой или его?
   Спи, мой мальчик, ничего!
   Не смотри в мои глаза...
   Жили козлик и коза...
   Кот козу увез в Париж...
   Спи, мой котик, спи, мой чиж!
   Через... год... вернется... мать...
   Сына нового рожать...
   
   Саша Черный. <1910>
Алла Райц[04.06.2012 11:18:33]
   Рондолет
   
    Смерть над миром царит, а над смертью – любовь!
    Мирра Лохвицкая
   
   «Смерть над миром царит, а над смертью – любовь!» –
   Он в душе у меня, твой лазоревый стих!
   Я склоняюсь опять, опечален и тих,
   У могилы твоей, чуждой душам рабов.
   
   У могилы твоей, чуждой душам рабов,
   Я склоняюсь опять, опечален и тих.
   «Смерть над миром царит, а над смертью – любовь!»
   Он в душе у меня, твой пылающий стих!
   
   Он в душе у меня, твой скрижалевый стих:
   «Смерть над миром царит, а над смертью – любовь!»
   У могилы твоей, чуждой душам рабов,
   Я склоняюсь опять, опечален и тих.
   
   Я склоняюсь опять, опечален и тих,
   У могилы твоей, чуждой душам рабов,
   И в душе у меня твой надсолнечный стих:
   «Смерть над миром царит, а над смертью – любовь!»
   
   И. Северянин, 1910
Янис Илзе[13.06.2012 04:20:47]
   Николай Гумилев
   
   Еще не раз Вы вспомните меня
   И весь мой мир, волнующий и странный,
   Нелепый мир из песен и огня,
   Но меж других единый необманный.
   
   Он мог стать Вашим тоже и не стал,
   Его Вам было мало или много,
   Должно быть, плохо я стихи писал
   И Вас неправедно просил у Бога.
   
   Но каждый раз Вы склонитесь без сил
   И скажете: «Я вспоминать не смею.
   Ведь мир иной меня обворожил
   Простой и грубой прелестью своею».
Янис Илзе[13.06.2012 04:27:03]
   Николай Гумилев
   
   Из букета целого сирени
   Мне досталась лишь одна сирень,
   И всю ночь я думал об Елене,
   А потом томился целый день.
   
   Всё казалось мне, что в белой пене
   Исчезает милая земля,
   Расцветают влажные сирени
   За кормой большого корабля.
   
   И за огненными небесами
   Обо мне задумалась она,
   Девушка с газельими глазами
   Моего любимейшего сна.
   
   Сердце прыгало, как детский мячик,
   Я, как брату, верил кораблю,
   Оттого что мне нельзя иначе,
   Оттого что я ее люблю.
Янис Илзе[13.06.2012 04:31:50]
   Николай Гумилев "Современность"
   
   Я закрыл «Илиаду» и сел у окна.
   На губах трепетало последнее слово.
   Что-то ярко светило — фонарь иль луна,
   И медлительно двигалась тень часового.
   
   Я так часто бросал испытующий взор
   И так много встречал отвечающих взоров,
   Одиссеев во мгле пароходных контор,
   Агамемнонов между трактирных маркеров.
   
   Так, в далекой Сибири, где плачет пурга,
   Застывают в серебряных льдах мастодонты,
   Их глухая тоска там колышет снега,
   Красной кровью — ведь их — зажжены горизонты.
   
   Я печален от книги, томлюсь от луны,
   Может быть, мне совсем и не надо героя...
   Вот идут по аллее, так странно нежны,
   Гимназист с гимназисткой, как Дафнис и Хлоя.
Янис Илзе[13.06.2012 04:35:36]
   Николай Гумилев
   
   Нежно-небывалая отрада
   Прикоснулась к моему плечу,
   И теперь мне ничего не надо,
   Ни тебя, ни счастья не хочу.
   
   Лишь одно бы принял я не споря —
   Тихий, тихий золотой покой
   Да двенадцать тысяч футов моря
   Над моей пробитой головой.
   
   Что же думать, как бы сладко нежил
   Тот покой и вечный гул томил,
   Если б только никогда я не жил,
   Никогда не пел и не любил.
Янис Илзе[13.06.2012 04:43:27]
   Николай Гумилев "Воспоминание"
   
   Над пучиной в полуденный час
   Пляшут искры, и солнце лучится,
   И рыдает молчанием глаз
   Далеко залетевшая птица.
   
   Заманила зеленая сеть
   И окутала взоры туманом,
   Ей осталось лететь и лететь
   До конца над немым океаном.
   
   Прихотливые вихри влекут,
   Бесполезны мольбы и усилья,
   И на землю ее не вернут
   Утомленные белые крылья.
   
   И когда я увидел твой взор,
   Где печальные скрылись зарницы,
   Я заметил в нем тот же укор,
   Тот же ужас измученной птицы.
Янис Илзе[13.06.2012 04:46:30]
   Николай Гумилев "Слово"
   
   В оный день, когда над миром новым
   Бог склонял лицо Свое, тогда
   Солнце останавливали словом,
   Словом разрушали города.
   
   И орел не взмахивал крылами,
   Звезды жались в ужасе к луне,
   Если, точно розовое пламя,
   Слово проплывало в вышине.
   
   А для низкой жизни были числа,
   Как домашний, подъяремный скот,
   Потому что все оттенки смысла
   Умное число передает.
   
   Патриарх седой, себе под руку
   Покоривший и добро и зло,
   Не решаясь обратиться к звуку,
   Тростью на песке чертил число.
   
   Но забыли мы, что осиянно
   Только слово средь земных тревог,
   И в Евангелии от Иоанна
   Сказано, что Слово это — Бог.
   
   Мы ему поставили пределом
   Скудные пределы естества,
   И, как пчелы в улье опустелом,
   Дурно пахнут мертвые слова.
   
   И когда я увидел твой взор,
   Где печальные скрылись зарницы,
   Я заметил в нем тот же укор,
   Тот же ужас измученной птицы.
Янис Илзе[13.06.2012 04:53:32]
   Николай Гумилев "Память"
   
   Только змеи сбрасывают кожи,
   Чтоб душа старела и росла.
   Мы, увы, со змеями не схожи,
   Мы меняем души, не тела.
   
   Память, ты рукою великанши
   Жизнь ведешь, как под уздцы коня,
   Ты расскажешь мне о тех, что раньше
   В этом теле жили до меня.
   
   Самый первый: некрасив и тонок,
   Полюбивший только сумрак рощ,
   Лист опавший, колдовской ребенок,
   Словом останавливавший дождь.
   
   Дерево да рыжая собака —
   Вот кого он взял себе в друзья.
   Память, память, ты не сыщешь знака,
   Не уверишь мир, что то был я.
   
   И второй... Любил он ветер с юга,
   В каждом шуме слышал звоны лир,
   Говорил, что жизнь — его подруга,
   Коврик под его ногами — мир.
   
   Он совсем не нравится мне, это
   Он хотел стать Богом и царем,
   Он повесил вывеску поэта
   Над дверьми в мой молчаливый дом.
   
   Я люблю избранника свободы,
   Мореплавателя и стрелка.
   Ах, ему так звонко пели воды
   И завидовали облака.
   
   Высока была его палатка,
   Мулы были резвы и сильны,
   Как вино, впивал он воздух сладкий
   Белому неведомой страны.
   
   Память, ты слабее год от году,
   Тот ли это или кто другой
   Променял веселую свободу
   На священный долгожданный бой.
   
   Знал он муки голода и жажды,
   Сон тревожный, бесконечный путь,
   Но святой Георгий тронул дважды
   Пулею не тронутую грудь.
   
   Я — угрюмый и упрямый зодчий
   Храма, восстающего во мгле.
   Я возревновал о славе Отчей,
   Как на небесах, и на земле.
   
   Сердце будет пламенем палимо
   Вплоть до дня, когда взойдут, ясны,
   Стены Нового Иерусалима
   На полях моей родной страны.
   
   И тогда повеет ветер странный —
   И прольется с неба страшный свет:
   Это Млечный Путь расцвел нежданно
   Садом ослепительных планет.
   
   Предо мной предстанет, мне неведом,
   Путник, скрыв лицо; но всё пойму,
   Видя льва, стремящегося следом,
   И орла, летящего к нему.
   
   Крикну я... но разве кто поможет,
   Чтоб моя душа не умерла?
   Только змеи сбрасывают кожи,
   Мы меняем души, не тела.
Алла Райц[10.07.2012 14:08:43]
   Огонь
   
   Я улыбаюсь богу из лампад,
   Мной сатана расцвечивает ад.
   Я в очаге пляшу над углем черным,
   
   Дыханьем воскрешаю души свеч,
   Блещу в забавах, мчусь в труде упорном,
   Но смертному меня не уберечь...
   
   И закружусь стремительней Эринний...
   Мир превратив в разбрызганный топаз,
   С колючим смехом, красный щуря глаз,
   Игриво покажу язык свой синий...
   
   Плети венок моих несчетных линий.
   Цвети, Земля, пока я не погас!
   Испепелю твой лик в последний час,
   Я задохнусь, – тебя задушит иней...
   
   А. Антоновская, [1919]
Янис Илзе[06.01.2013 02:16:26]
   Константин Бальмонт "Неясная радуга"
   
   Неясная радуга. Звезда отдаленная.
   Долина и облако. И грусть неизбежная.
   Легенда о счастии, борьбой возмущенная.
   Лазурь непонятная, немая, безбрежная.
   
   Зарница неверная. Печаль многострунная.
   Цветы нерасцветшие. Волненье бесцельное.
   Мечта заповедная, туманная, лунная.
   И Море бессонное, как сон - беспредельное.
   
   Виденья прозрачные и призрачно-нежные.
   Стыдливого ангела признанья несмелые.
   Стремление к дальнему. Поля многоснежные,
   Застывшие, мертвые,- и белые, белые.

 1   2 

Тема недели
Приглашаем авторов к участию во втором
выпуске журнала "Великолепная десятка
Началась работа по допечатной подготовке
первого номера журнала.
Проекты Литературной критики
Cписок авторов первого выпуска журнала "Великолепная десятка"
Cписок авторов второго выпуска журнала "Великолепная десятка"
Диплом номинанта
премии "Чаша таланта"
Номинанты премии МСП "Новый Современник"
"Чаша таланта"
Издание книг по цене
от 3 тысяч рублей

Положение о проекте
Писатели нового века
Список авторов 1-го тома
Форум проекта
Формат pdf. Cтраницы 1-2
Документы и списки
Устав и Положения
Документы для приема
Органы управления и структура
Региональные
отделения
Форум для членов МСП
Льготы для членов МСП
"Новый Современник"
Приглашаются волонтеры!
Направления
деятельности
Реквизиты и способы оплаты взносов
Билеты и другая атрибутика
Порядок освобождения
от оплаты взносов
История МСП
Бизнес-ланч для авторов
Коллективные члены
МСП "Новый Современник"
Атрибутика наших проектов

Редакционная коллегия
Информация и анонсы
Приемная
Судейская Коллегия
Обзоры и итоги конкурсов
Архивы конкурсов
Архив проектов критики
Английский Клуб
Положение о Клубе
Зал Прозы
Зал Поэзии
Английская дуэль
Поэтический турнир
«Хит сезона» имени Татьяны Куниловой