Десятый год тысячелетья. С другом пришёл и я на званый карнавал, что вдохновенья многоцветным кругом квартет мой языков короновал. Воспеть неодолимое мечтанье включило лиру муз небесных сфер, извечно склонную к Всевышней тайне, с которой камертон душевный сверь! Почуяв колорит уместный местный пословицей родной добра «начал», мне голос внутренний назвал немецкий, чтоб он собой «полдела откачал». Засчитаны мои на нём певучесть и мелодичный выбор сердца слов, вживания в диктовку неба участь. С отцом единоверцу повезло. О золото лучей родного солнца! Я и его фамильный сын вполне. Как зримо озарение несётся на чуткой телепатии волне! Вслед окрыленье перешло на русский как названной пословицы язык и первый мой родной, что без нагрузки дарил мне сразу все свои азы. Вторым родным полезно награждён я. И украинский третьим здесь предстал с напевностью своею прирождённой. Так повелел «магический кристалл». Английским завершён квартет экспромта; глобальный, с детства изучался мной, чей ореол и ареал эскорта меня вёз в кругосветку как домой. И карнавальному без дипломатий, что на французском, век не обойтись. Его манерности не обломайте! Взаимопониманье, убедись! Венецианский праздник итальянским шестой как первый совершенный ввёл, ведь в нём понятья музыки таятся, оправдывая резвый произвол. Веселью романтичность так присуща романской группы страстных языков! Испанский, к нот семёрке обращусь я! Нумерологии силён закон. Октава завершилась португальским. Бразильский – и футбол, и карнавал, с венецианским склонный потягаться, – столь темперамента шикарен вал! Квадрат триады – дивная девятка. Ей суждена языковая мать, и от латыни некуда деваться, коль есть желанье сущность понимать. Где, карнавал, надежда? В эсперанто! «Надеющийся» так назвал себя. Десятое искусством избирайте! Предельно пенье. Нарастай, судьба! | 
Положение о Клубе
Сделать стартовой
