Приглашаем на поэтический конкурс "Хит Сезона".











Главная    Новости и объявления    Круглый стол    Лента рецензий    Ленты форумов    Обзоры и итоги конкурсов    Диалоги, дискуссии, обсуждения    Презентации книг    Cправочник писателей    Наши писатели: информация к размышлению    Избранные произведения    Литобъединения и союзы писателей    Литературные салоны, гостинные, студии, кафе    Kонкурсы и премии    Проекты критики    Новости Литературной сети    Журналы    Издательские проекты    Издать книгу   
Дежурный по порталу
Илья Майзельс
Председатель МСП "Новый Современник"
Дневник дежурного по порталу

Буфет. Истории
за нашим столом
Два сна как из прошлой жизни для жизни настоящей. Чтобы они значили?
Конкурсы на призы Литературного фонда имени Сергея Есенина
Литературный конкурс "Рассвет"
Две медали с двумя журналами
Английский Клуб
Положение о Клубе
Зал Прозы
Зал Поэзии
Английская дуэль
Вход для авторов
Логин:
Пароль:
Запомнить меня
Забыли пароль?
Сделать стартовой
Добавить в избранное
Наши авторы
Знакомьтесь: нашего полку прибыло!
Первые шаги на портале
Правила портала
Размышления
о литературном труде
Новости и объявления
Блиц-конкурсы
Тема недели
Диалоги, дискуссии, обсуждения
С днем рождения!
Клуб мудрецов
Наши Бенефисы
Книга предложений
Писатели России
Центральный ФО
Москва и область
Рязанская область
Липецкая область
Тамбовская область
Белгородская область
Курская область
Ивановская область
Ярославская область
Калужская область
Воронежская область
Костромская область
Тверская область
Оровская область
Смоленская область
Тульская область
Северо-Западный ФО
Санкт-Петербург и Ленинградская область
Мурманская область
Архангельская область
Калининградская область
Республика Карелия
Вологодская область
Псковская область
Новгородская область
Приволжский ФО
Cаратовская область
Cамарская область
Республика Мордовия
Республика Татарстан
Республика Удмуртия
Нижегородская область
Ульяновская область
Республика Башкирия
Пермский Край
Оренбурская область
Южный ФО
Ростовская область
Краснодарский край
Волгоградская область
Республика Адыгея
Астраханская область
Город Севастополь
Республика Крым
Донецкая народная республика
Луганская народная республика
Северо-Кавказский ФО
Северная Осетия Алания
Республика Дагестан
Ставропольский край
Уральский ФО
Cвердловская область
Тюменская область
Челябинская область
Курганская область
Сибирский ФО
Республика Алтай
Алтайcкий край
Республика Хакассия
Красноярский край
Омская область
Кемеровская область
Иркутская область
Новосибирская область
Томская область
Дальневосточный ФО
Магаданская область
Приморский край
Cахалинская область
Писатели Зарубежья
Писатели Украины
Писатели Белоруссии
Писатели Молдавии
Писатели Азербайджана
Писатели Казахстана
Писатели Узбекистана
Писатели Германии
Писатели Франции
Писатели Болгарии
Писатели Испании
Писатели Литвы
Писатели Латвии
Писатели Финляндии
Писатели Израиля
Писатели США
Писатели Канады
Положение о баллах как условных расчетных единицах
Реклама
SetLinks error: Incorrect password!

логотип оплаты

.
Произведение
Жанр: РассказАвтор: Анна Демина
Объем: 13877 [ символов ]
ИЗРАИЛЬСКИЕ КОЛЛЕГИ
В первый день моего приезда в г. Беер-Шеву я поселилась в центре города в отель «Леонардо», который для меня забронировала лаборатория. Вид из окна был на большой голубой бассейн, на улице светило яркое солнце, а небо было совершенно безоблачным. Я глубоко вздохнула, потому что всё моё тело хотело насладиться этим великолепием, а реальность говорила о том, что сегодня первый рабочий день и меня уже ждёт в фойе отеля Анна Янсон – секретарь руководителя лаборатории Лесли Лобела. Мы были с ней заочно знакомы, говорили по телефону, и именно она организовывала мою поездку, билеты и визу. Все разговоры и электронные письма мы вели на английском.
Я спустилась вниз на лифте и вышла в большой зал. На диване меня ждала хрупкая красивая светловолосая девушка – Анна Янсон. Я была уверена, что имя Анна Янсон скорее шведское, чем израильское, потому что именно со Швеции я помнила известную писательницу Анну Янсон, которая работает медсестрой в больнице, имеет трёх детей и пишет по одному роману в год. Именно поэтому я предполагала, что эта девушка или её родители приехали в Израиль из Скандинавии.
Приблизившись к ней, я приветственно размахнула руки, чтобы обнять её.
«Привет! Как я рада тебя видеть! Как доехала?» – сказала Анна на чисто русском языке.
Моё изумление нельзя было скрыть на лице, руки теперь выражали удивление, а не приветствие. Мозг пытался быстро анализировать ситуацию и выбирал, на каком языке продолжать разговор. С одной стороны, она могла специально для меня выучить несколько фраз на русском, с другой стороны, всё-таки стоит поддержать разговор на английском, как мы это делали раньше.
– Do you speak Russian? – выдавила я, самое первое, что пришло мне в голову.
– Да, я из Москвы, конечно, я говорю по-русски, – ответила Анна.
Несколько раз я как рыба открывала рот, чтобы задать встречный вопрос, но вопросов оказалось так много, что я не могла выбрать с чего начать.
Наконец я решилась спросить главное: «Тогда почему мы несколько месяцев говорили и писали друг другу на английском языке?».
Анна, немного смутившись, объяснила, что она приехала в Израиль в возрасте пяти лет, и прекрасно говорит на русском, но не учила его в школе, поэтому ей сложно писать или читать на нем, а поскольку мы обе прекрасно владели английским, то этот язык был предпочтительным в международной переписке.
В общем, тот факт, что Анна из Москвы, меня сильно обрадовал: что-то родное и близкое мне по духу всегда будет присутствовать в лаборатории. Мне будет с кем говорить на родном языке. Я вспомнила, как меня поддерживала русскоговорящая Татьяна Талло в Швеции. День сразу показался мне удивительным: начиная от бассейна с солнцем до вот этой встречи.
Анна недавно окончила университет, и сейчас работала в лаборатории Лесли Лобела как его секретарь и как менеджер лаборатории. На ней были все организационные вопросы, а также забота о новоприезжих студентах, таких как я. Она занималась приглашениями, визами, поиском жилья, оформлением банковских счетов и организацией досуга для нас. Она даже привезла для меня свои одеяла и подушки на первое время, когда мы заселились в университетское семейное общежитие. В первый же день Анна съездила со мной в магазин, чтобы купить посуду и продукты. А на выходные организовала поездку на Мёртвое море.
Из отеля «Леонардо» мы с Анной направились в больницу «Сорока», где базировалась лаборатория доктора Лобела. Это знаменитая на весь мир больница, у которой огромная территория и всевозможные отделения с разными направлениями, даже есть подземные этажи у зданий, чтобы врачи могли продолжать работать или делать операции во время ракетных обстрелов. Лечатся здесь люди со всего мира. Отделение, на базе которого находится наша лаборатория, называется – ПАТОЛОГИЯ. Здесь собраны гистологи, морфологи, ПЦР и ИФА-лаборатории, а на нижнем этаже морг и судмедэксперты. Все врачи, поэтому я почувствовала себя в своей стихии.
В лаборатории я должна была сделать презентацию о себе и своей предыдущей работе, и впервые познакомиться с новыми коллегами.
В офисе мне выделили стол с компьютером прямо у окна и рядом со стеной, на которую я наклеила записки с переводом слов с иврита. Шторы на окне почти всегда были закрыты из-за палящего пустынного солнца, а на них висели летучие мыши. Нет, конечно, не настоящие. Это были игрушечные летучие мыши из коллекции моего нового коллеги Нира. Он был специалистом по инфекциям животных, а в особенности изучал рукокрылых и переносимые ими инфекции. Если бы не этот мой коллега, то я до сих пор бы не знала, что есть не только летучие мыши, но и летучие лисицы, летучие собаки, крыланы и кожаны. Я даже не знала, что выпускаются такие игрушки, в конечном итоге меня так увлекла эта коллекция на шторах, что я стала покупать в разных магазинах летучих мышей для Нира, а заодно и для моей дочери. Так что теперь и у нас дома есть летучие мыши.
Нир был отцом троих детей, и его супруга уже ожидала четвёртого. Они жили в традиционном кибуце, где часть зарплаты отдавалась в общую кассу. Таким образом, кибуц содержал столовую, где можно было поесть практически бесплатно, имел автопарк, где можно было взять машину, когда тебе нужно, бесплатный детский сад, кружки и что-то ещё. Там был Коммунизм в своей идее: каждый отдавал по способностям, брал по потребностям. Территория кибуца была ограждена, закрыта для посторонних, обсажена деревьями, кустами и цветами, и похожа на зелёный парк или заповедную зону. Дети там бегали сами по себе, царило спокойствие и гармония. У каждой семьи был свой дом, двери которого всегда открыты, а в гости можно было заходить без предупреждения, только потому, что ты шёл мимо.
Однажды мы посетили этот кибуц. Нир пригласил нас на один выходной к себе с ночёвкой. Это был Песах – иудейский праздник в память об Исходе еврейского народа из Египта. Обычно он празднуется в течение 7 дней в конце марта – начале апреля. Примерно в это время в других странах мира празднуется Пасха, но имеет абсолютно другое значение, так как посвящена Воскресению Иисуса Христа. Дело в том, что исторически эти события действительно наложились друг на друга, и знаменитая Тайная вечеря с учениками – это был «Седер Песах» – ритуальная трапеза, проводимая в начале праздника Песах, вечер на исходе 14 нисана по еврейскому календарю.
«В белом плаще с кровавым подбоем, шаркающей кавалерийской походкой, ранним утром четырнадцатого числа весеннего месяца нисана в крытую колоннаду между двумя крыльями дворца Ирода великого вышел прокуратор Иудеи Понтий Пилат», – начинал повествование об этом библейском сюжете Булгаков. Далее вы знаете историю. Вот почему неслучайно совпали во времени два разных праздника для разных религий.
Вся большая семья Нира и все родственники собрались на трапезу в его доме. Ведущим Седера стал сам Нир, он и начал читать нам «Магид» – рассказ об Исходе из Египта. У каждого сидящего за столом был текст Агады, а для нас с Соней на английском и русском. Дети задавали традиционные «четыре вопроса». Действо продолжалось довольно долго, это был целый ритуал, в котором мы мало что понимали бы, если бы не сидящая рядом мама Нира, которая прекрасно говорила по-английски, и была преподавателем иврита для репатриантов. Она шёпотом переводила мне всё сказанное, и помогала повторять ритуалы, подавая мне то мацу, то вино, то горькую зелень. Итак, мы начинали окунаться в культуру Израиля.
Кроме многодетного Нира в лаборатории была ещё одна многодетная женщина Сигаль. Она была старше и опытнее всех, кроме того она была религиозной еврейкой, в традиционной одежде: длинных юбках, кофтах с длинным рукавом и в красивых беретах на голове, в которые всегда были убраны волосы. Сигаль меня поразила в первую очередь тем, что поехала в США делать пост-докторат с 5 детьми и мужем. Защитила диссертацию и стала успешной женщиной-учёным. Теперь она занимала важную позицию в лаборатории и считалась стабильным, продуктивным исследователем. Меня вдохновляло, что можно совмещать столько вещей одновременно: быть матерью, женой, учёным и работать на такой интересной работе.
Второй женщиной по численности детей нужно назвать Хэн. Она была моей ровесницей, имела учёную степень, воспитывала двоих детей, а потом ещё двое появились на свет во время моего пребывания в Израиле. Хэн была очень красивой благодаря потрясающей смеси ашкеназских и египетских еврейских генов. Голубые глаза, светлые волосы, белая кожа – по всей видимости, были ашкенаским наследием, а черты лица – египетским. Бабушка её говорила по-русски, поэтому я могла иногда услышать совершенно русский фольклор от Хэн, чему не переставала удивляться. Например, плохих людей она называла «бандит», часто говорила «хорошо» и цокала языком, выражая досаду, как в Сибири. В мире я ещё встречала цоканье, но оно выражало, подчас, совершенно другие эмоции, например, восхищение.
Хэн жила в Омере – элитном поселении рядом с Беер-Шевой, основанном в 1949 году как кибуц. Потом Омер стал посёлком, позже был районом Беер-Шевы, а затем снова стал независимым городком,однако, сохранил некоторые прелестные черты кибуца: отдельные частные дома, парковую зону, кружки для детей, тишину и безопасность территории. Дома там были один краше другого, можно было просто ездить туда на экскурсию. У семьи Хэн был одноэтажный дом с большим садом, в котором выращивали овощи и пряные травы. Хэн была очень гостеприимной, более того они с мужем прекрасно готовили, поэтому когда мы бывали у них на ужине, я даже позаимствовала у неё несколько рецептов, которые понравились моей семье.
Ещё одним работником в нашем кабинете была Яэль. Марокканская еврейка, худощавая, с чёрными глазами, смуглой кожей и длинными чёрными курчавыми волосами. У неё не было семьи и детей, и она совершенно не собиралась даже заводить отношения. Более того, она не любила никаких прикосновений к себе, и просила не обнимать её, и не подавать ей руки при приветствии. Она была наиболее молчаливая и самая сдержанная в эмоциях. Яэль была аспиранткой Лесли Лобела, она как раз писала свою научную работу, тогда как все остальные уже имели учёные степени. При этом Яэль знала в работе иногда больше методов, чем мы, и ей приходилось нас учить. Она чаще всех курировала работу новоприезжих и обладала великим терпением, спокойствием и наивысшей толерантностью. Никогда нельзя было услышать от неё раздражённый голос или поймать на себе её разочарованный взгляд. Яэль ценила личное пространство, но при этом была невероятно дружелюбной. Она жила с родителями в частном доме в центре Беер-Шевы и любила собак.
Шломит – менеджер лаборатории, тоже была марокканской еврейкой, точно такой же смуглой, черноглазой и черноволосой. Однако, в противоположность Яэль, она была громкой, эмоциональной, сверхактивной и властной. Именно поэтому она сидела в одном кабинете с шефом и с секретарём и контролировала все закупки, траты, проекты, и всё, что можно было контролировать. Шломит также вела исследовательскую деятельность, у неё был свой научный проект, и тоже учила студентов. Поэтому некоторыми знаниями я обязана именно ей. У Шломит были двойняшки – мальчик и девочка, и красавец муж, который был или военным, или спасателем. Когда он в своей профессиональной форме шёл по коридору больницы, все женщины останавливались, чтобы поглазеть на него, а Шломит светилась от гордости.
Йонат – заведующая больничной вирусологической лабораторией, тоже была матерью пятерых детей, правда уже взрослых. Она готовилась уйти на пенсию, но была таким ценным вирусологом, что её никто не отпускал с работы. Несмотря на возраст, она была в прекрасной физической форме и преподавала йогу. По просьбе желающих она организовала бесплатные занятия йоги ранним утром до начала рабочего дня в зале для конференций нашего здания. Хэн уговорила меня начать ходить с ней на йогу к Йонат, но вскоре в связи с беременностью прекратила занятия, а я осталась. Йога была на иврите-санскрите, поэтому я решительно ничего не понимала, но вскоре начала реагировать на повторяющиеся команды, как та собака Павлова. У меня даже появились свои успехи в различных позах, и получалось стоять на голове лучше всех. Однажды Лесли Лобел искал меня с самого утра с целью обсудить результаты нашей работы. Открыв дверь конференц-зала, он увидел меня в позе вверх ногами, и даже сначала растерялся, а потом интеллигентно попросил позже зайти к нему. Меня же охватила горячая волна какого-то смущения, щёки раскраснелись, а сердце застучало. В первую очередь в голове мелькнула мысль, что шеф мог подумать, что я несерьёзный человек. Прямо с утра на работе стою на голове. Я совершенно не знала, как он относится к йоге, одобряет ли такое на рабочем месте, хотя мы начинали за час до официального рабочего дня. Боже-боже, мне было совершенно неудобно от того, что я оказалась лохматая, в какой-то майке, засунутой в лосины, чтобы она не оголила тело, да ещё и вверх ногами перед мужчиной, который обладал большим авторитетом. Но Лесли, как истинный интеллигент, ничего не сказал при встрече. Поэтому тот случай очень скоро забылся, а я продолжила совершенствоваться в йоге.
Вот такие у меня теперь были коллеги, с которыми я начала работать.
При всем нашем неоднородном составе мы старались пить чай и обедать вместе. Мы ждали друг друга и уделяли время разговорам по душам. Телефоны было не принято приносить в обеденную комнату. Это было священное время живого общения. Что меня поразило, и что сильно отличалось от славянского менталитета, это откровенность разговоров. Например, совершенно незнакомый человек мог начать спрашивать тебя не только о возрасте, национальности, стране, из которой ты приехал, но и о семье, детях, муже и вообще обо всем на свете. Главное – действительно рассказывать правду, и не уклоняться от ответов. Иначе вопрошающий мог по-настоящему обидеться. Хорошо, что со мной рядом была Анна Янсон, которая на ухо мне нашёптывала как адекватно себя вести в каждой ситуации. Так я и начала вливаться в культуру Израиля.
Copyright: Анна Демина, 2022
Свидетельство о публикации №403019
ДАТА ПУБЛИКАЦИИ: 08.06.2022 17:34

Зарегистрируйтесь, чтобы оставить рецензию или проголосовать.
МСП "Новый Современник" представляет
Илья Морозов
Трилогия Великой Победы
Как стать автором книги всего за 100 слов
Положение о проекте
Общий форум проекта
Остап Бендер в наши дни
О возобновлении выпуска наших журналов
Об издательской деятельности на портале и особых наградах за возобновление выпуска журналов
Мнение...Критические суждения об одном произведении
Виктор Лидин
Отпустила б ты...
Читаем и обсуждаем.
Презентация книги Михаила Поленок
"Не ради славы…"
Устав, Положения, документы для приема
Билеты МСП
Конкурсы 2022 года
Дипломы Номинатов конкурсов МСП 2022 года
Форум для членов МСП
Состав МСП
"Новый Современник"
Планета Рать
Региональные отделения МСП
"Новый Современник"
Льготы для членов МСП
"Новый Современник"
Реквизиты и способы оплаты по МСП, издательству и порталу
Организация конкурсов и рейтинги
Литературные объединения
Литературные организации и проекты по регионам России
Литературное объединение
«Стол юмора и сатиры»
Общие помышления о застольях
Первая тема застолья с бравым солдатом Швейком:как Макрон огорчил Зеленского
Комплименты для участников застолий
Cпециальные предложения
от Кабачка "12 стульев"