Приглашаем на поэтический конкурс "Хит Сезона".











Главная    Новости и объявления    Круглый стол    Лента рецензий    Ленты форумов    Обзоры и итоги конкурсов    Диалоги, дискуссии, обсуждения    Презентации книг    Cправочник писателей    Наши писатели: информация к размышлению    Избранные произведения    Литобъединения и союзы писателей    Литературные салоны, гостинные, студии, кафе    Kонкурсы и премии    Проекты критики    Новости Литературной сети    Журналы    Издательские проекты    Издать книгу   
Дежурный по порталу
Илья Майзельс
Председатель МСП "Новый Современник"
Дневник дежурного по порталу

Буфет. Истории
за нашим столом
Два сна как из прошлой жизни для жизни настоящей. Чтобы они значили?
Конкурсы на призы Литературного фонда имени Сергея Есенина
Литературный конкурс "Рассвет"
Две медали с двумя журналами
Английский Клуб
Положение о Клубе
Зал Прозы
Зал Поэзии
Английская дуэль
Вход для авторов
Логин:
Пароль:
Запомнить меня
Забыли пароль?
Сделать стартовой
Добавить в избранное
Наши авторы
Знакомьтесь: нашего полку прибыло!
Первые шаги на портале
Правила портала
Размышления
о литературном труде
Новости и объявления
Блиц-конкурсы
Тема недели
Диалоги, дискуссии, обсуждения
С днем рождения!
Клуб мудрецов
Наши Бенефисы
Книга предложений
Писатели России
Центральный ФО
Москва и область
Рязанская область
Липецкая область
Тамбовская область
Белгородская область
Курская область
Ивановская область
Ярославская область
Калужская область
Воронежская область
Костромская область
Тверская область
Оровская область
Смоленская область
Тульская область
Северо-Западный ФО
Санкт-Петербург и Ленинградская область
Мурманская область
Архангельская область
Калининградская область
Республика Карелия
Вологодская область
Псковская область
Новгородская область
Приволжский ФО
Cаратовская область
Cамарская область
Республика Мордовия
Республика Татарстан
Республика Удмуртия
Нижегородская область
Ульяновская область
Республика Башкирия
Пермский Край
Оренбурская область
Южный ФО
Ростовская область
Краснодарский край
Волгоградская область
Республика Адыгея
Астраханская область
Город Севастополь
Республика Крым
Донецкая народная республика
Луганская народная республика
Северо-Кавказский ФО
Северная Осетия Алания
Республика Дагестан
Ставропольский край
Уральский ФО
Cвердловская область
Тюменская область
Челябинская область
Курганская область
Сибирский ФО
Республика Алтай
Алтайcкий край
Республика Хакассия
Красноярский край
Омская область
Кемеровская область
Иркутская область
Новосибирская область
Томская область
Дальневосточный ФО
Магаданская область
Приморский край
Cахалинская область
Писатели Зарубежья
Писатели Украины
Писатели Белоруссии
Писатели Молдавии
Писатели Азербайджана
Писатели Казахстана
Писатели Узбекистана
Писатели Германии
Писатели Франции
Писатели Болгарии
Писатели Испании
Писатели Литвы
Писатели Латвии
Писатели Финляндии
Писатели Израиля
Писатели США
Писатели Канады
Положение о баллах как условных расчетных единицах
Реклама
SetLinks error: Incorrect password!

логотип оплаты

.
Произведение
Жанр: РоманАвтор: Ней Изехэ
Объем: 91014 [ символов ]
ПЫЛАЮЩИЙ ЛЕД, или ПРОГУЛКИ С ЗЕМЛЯНЫМИ ЧЕРВЯМИ продолжение 3
Встречный бой, дождь…
 
…Лариса настолько прижилась в семье отставного полковника, что ей
стало казаться, в этом доме она жила всегда. Ей нравились эти люди,
сдержанные, малословные, жаль, что бездетные, а так…
Собирались вечером, накрывали на стол, Петр старался шутить,
подшучивать, всегда помогал хозяйке, и становилось понятным, ребята
любят друг дружку. Конечно, и Ларисе хотелось вот такого счастья, но
видно бог не дал…
До ожидаемого звонка еще оставался час. Сегодня хорошая летняя
погода. Солнце жаркое днем, остывая к вечеру, сочинило легкий приятный
ветерок, который позволял оставаться на воздухе. Устроив хозяйский стол
под навесом во внутреннем дворе, семья собиралась к ужину. Навес не
простой, виноградный. А надо знать Слобожанский край, как непросто в
этих климатических условиях выращивать виноград. Однако, не смотря на
всё, виноград в их доме рос и вырастал и через какое-то время тонкие
побеги стеблей, протянулись, выпуская зеленую, молодую листву, да так
рясно, что вскоре образовалась беседка, а за несколько лет зеленый полог
закрыл само небо.
Сейчас, когда на столе появилась снедь, неожиданная тень легла на все,
что окружало пятачок под беседкой. Лариса подняла голову, прикрывшись
ладонью от ярких, пробивающих листву солнечных лучей,
- Господи Иисусе, какая черная. Откуда она взялась, еще пять минут назад
небо было абсолютно чистым?
Сорвался ветер, порывистый, сперва теплый, затем прохладный и первые
капли крупного летнего дождя упали в нагретую за день пыль…
- Смоет дождик наши заботы, точно смоет, - полковник поставил на стол
свежеприготовленное мясо,
- На моем старом барометре еще с вечера показывало на дождь.
Дамы, прошу к столу, а то и поесть не успеем,
- Так ведь дождь начинается,
- Ничего не растаем, он грянет в Городе, сюда капли лишь упадут, прошу
вкушать с удовольствием и в прохладе…
…Дождь, ливень шел по всему Харькову, шел долго, проливался
прохладными струями уже более часа и просветления не дождаться. Вода
просачивалась во все щели, как же ей не попасть под землю, попадала…
…Впервые за неделю беглецы не чувствовали себя под землей, а значит в
безопасности. Вода, сочившаяся из щелей, текла ручейками, превращала
рыжую, освещенную неярким светом сухую глину в черную жижу, которая
шевелилась, блестела в лучах фонаря,
- Нам только дождя не хватало,
- Татьяна Михайловна тихо рассмеялась,
- Вы знаете, друзья, а ведь действительно, нам только дождя и не хватало…
При этом она дотронулась пальцами до воды, струящейся по земляной
стене подземелья,
- Теплая, настоящий летний дождь…
Городецкий, находящийся где-то неподалеку, вспоминая ливень, в который
он попал в день ареста, негромко и печально, добавил,
- Будь он неладен…
Единственными свидетелями происходящего были Тормоз и Борис-раб,
прибывая сейчас здесь, только пожимали плечами и наблюдали за
происходящим, промолвили разом,
- а какая разница, пусть будет дождь…
Боевые отряды и «красных» и «белых» посланные для поимки и
уничтожения группы беглецов, явно находились уже совсем неподалеку от
этих стен, о чем некий посторонний шум уже оповещал тонкий слух
Привалова,
- Правильной дорогой идете товарищи, - процедил он сквозь зубы,
поправляя ремни оружия, уже изрядно надавившие уставшие плечи.
- Сергей, уходим влево, там, кажется, посуше будет…
…В боевых группах тоже люди и они устали и про себя каждый матерился
потому, что уже несколько суток они, словно кроты какие-нибудь лазят
взад, вперед по норам, отыскивая беглецов, наверняка нормальных ребят,
которые уж очень сильно всем не угодили…
Каждый из тех, кто составлял боевые группы, не зависимо от ведомств,
вспоминал, что он тоже был на какой-нибудь войне и волшебным образом
из нее вернулся живым. Волшебным…
Каждый думал о тех, кого он преследовал, и постепенно тупая злость
улетучивалась, и отравляющая сладковатая жалость и неясное сочувствие
вкрадывалось в сердца бойцов, давая волю простым человеческим
чувствам…
Тут и Пупин-Попов нечаянно щелкнул пальцами, голубоватый огонь вдруг
вспыхнул в полутьме, неясные тени завозились на темных глиняных стенах
катакомб, вызывая ненужные галлюцинации…Волшебно…
Тормоз, если бы было возможным его увидеть, плотно прикрыл газа,
выпятив при этом грудь, набирающую воздух в несуществующие легкие, с
грохотом выплевывал его, вызывая обвалы красной как кровь глины…
Мы – Волшебники, мы – волшебники, - стучало в висках Привалова, и
слабая надежда на возможность правильного и единственного исхода
помаячила где-то там, за третьим или четвертым виражом…
…А ведь правильно парень думает, подхватил мысль Привалова Тормоз, -
мы ведь и вправду волшебники, чего нам терять, если что, раз и тама…Пора
выбираться из этих крысиных нор, идем правильно, на юго-восток, там и
укроемся…
 
…Пути господни неисповедимы…
Три боевые группы встретились в одной точке подземелья, приняв
встреченных за искомую цель, открыли беспорядочную пальбу…
Выстрелы были слышны гулко, почти рядом, резали слух,
- Кажется, началось!!!
Сергей снял с плеча (перечень оружия), которое привычно громыхнуло по
камням, напомнив о том, что металл будет биться с металлом, уничтожая
живую плоть,
- Недолго мучилась старушка в высоковольтных проводах…
Со страхом и минутной растерянностью к Привалову вернулась легкость и
безысходная уверенность,
- Не, шалите, ребята, мы еще живы и мы будем сражаться, - он посмотрел
на Татьяну и тут же отвел взгляд, - на ней лица не было, вернее цвет лица
стал непривычно серым, скулы обострились,
- Постарела мать, - вздохнул Привалов, подошел к жене, как-то неловко
обнял ее одной рукой за голову, прислонив пересохшие губы к ее волосам,
- Ничего родная, все будет нормально,
- Возьми вот это, - он указал на короткоствольный автомат, и несколько
гранат, отойди вот в ту нишу, хорошо?
Татьяна смотрела на мужа, и было видно, что она потеряла веру в то, что
они когда-нибудь увидят дневной свет,
- Что там такое, Саша?
- Судя по всему, группы, нас преследующие, встретились, приняли друг
дружку за нас…
- Ты хочешь сказать, что если бы это были мы, они нас…
- Ну, не знаю, но судя потому, что они стреляют, похоже…
До боя, боестолкновения оставалось, по всему, десяток, два минут, надо
было срочно занять позиции, подготовить правильную тактическую
оборону. Привалов пытался что-то путное придумать и тут, совершенно
неожиданно, Попов-Пупин встал и почти шепотом стал отдавать короткие,
точные команды,
- рассредоточиться, ты, малый – пулей к той вертикальной стене, там
неплохой природный окопчик, даже траншейна, огонь откроешь без
предварительной команды когда первый из них пересечет вот эту линию,
понял?
- Понял, - удивленно ответил Огурец, захватывая свое оружие, быстро
переместился в указанное место,
- Татьяне Михайловне ты правильно Привалов место выбрал, им ее там не
достать, да и к выходу поближе, кстати, люк не задраили?
- Нет, на живую, оставили…
- Хорошо, Городецкий, вы останетесь рядом со мной по левую руку,
стрелять одиночными, во все, что пошевелится, задание ясное?
- Так точно, - неожиданно для себя отрапортовал Городецкий…
- Лихо, - усмехнулся Привалов, показывая жестом место, куда он и Сергей
должны были занять позицию,
- Да, Вам Александр туда, мы отсюда перекроем вход с фронта,
- А мы с тыла, договорились,
- Из вас, Александр получился бы неплохой офицер, - при этом Пупин
хотел щелкнуть пальцами, но передумал,
- К бою, товарищи, позиции у нас сильные, думаю, что отобьемся…
Тормоз и Борис-раб наблюдали за этой сценой, явно удивлялись,
- Ты Борька посмотри, какой стратег оказался, а то мямля-мямлей, манная
каша, растекшаяся по тарелке, а вот на тебе, как до дела дошло, просто
Аттила какой-то…
- Да, я именно таким его и увидел, тогда в начале девяностых, на стрелке,
он тогда бандитов мордой в грязь положил, помнишь, Борюня?
- Помню, - Борис-раб улыбался, потупив глаза,
- Что, в штаны чуть не наложил от ужаса?
- Было маленько…
…Действовали быстро, Татьяна Михайловна первой заняла свою позицию,
ей выдали АК с глушителем на стволе, она не сопротивлялась, потому, что
единственное ей знакомое оружие был именно старенький АК,
- Пользоваться то умеете?
- Конечно, - немного успокоившись, ответила женщина, - она ловко
отстегнула магазин, показала его Пупину, тот кивнул головой,
- Как вы себя чувствуете, больной?
- Пупин неожиданно бодро подмигнул,
- Все нормально. Дорогая Татьяна Михайловна, к вам просьба, сидите тихо,
не надо высовываться, мы сами разберемся…сами раз-бе-рем-ся, разз-
берр-ё-м-с-я-я-я…
…К бою, занять позиции, бля-я-я-я…
…Не потому ли, что встречи не ожидал не один из отрядов, а может и
потому, что кто-то ожидал, перестрелка оказалась результативной.
Четверо «200»-х, и трое «300»-х, итог ночного рандеву. Объединенные
общим «врагом» и выливающейся через край злостью, группа состоящая
из четырнадцати бойцов уже прокладывала себе путь, подходя к месту, где
беглецы уже ожидали погоню…
Сколько времени оставалось до боестолкновения, знали только Тормоз и
Борька-раб. Золотой царских времен «брегет», висевший на сученой
веревке, закрепленной за шелковый грязный кушак, уже затерянного
цвета, синий, кажется, показывал без двенадцати девять,
- Пару минуток осталось, пущай популяют, а то как-то скучновато стало,
- Не жалко, начальник? - Борька-раб нависал над правым плечом Тормоза,
- Хорошие, как по мне ребята, покосят их как траву,
- Это мы еще посмотрим кто кого. Давай забьём, вот на этот самый брегет.
Я говорю, что наша возьмет, приваловская сторона будет наверху, а ты?
Борька помялся, для приличия задрал голову, хитро прищурился, хмыкнул
и наконец проговорил,
- Я тоже считаю, что наши…
- Что, наши? Победят?
- Шестеро против четырнадцати? Хотя они обороняющаяся сторона, а по
тактике, нападающих должно быть как минимум втрое от защиты…
- Спецы выиграют…
- Лады, разбиваю…и в последний момент добавил,
- против трех ста лет твоей неволи, раб,
Борька попытался вырваться, но не тут-то было,
- Э, паря, не рвись…и разбил ладони…
Тормоз еще покрутил в руках часы, взялся за массивный ключ,
- Ну, если что, я знаю что делать…
Борька-раб к его словам уже не прислушивался, отлетел в сторону,
завернул за откос стены прислушивался к шагам, которые уже были
слышны,
- Идут…
…Идут, - Привалов, удобно умостился, прилаживал приклад автоматической
винтовки к плечу, рассматривая проход сквозь прицел ночного видения…
Самым интересным было то, что он ни капельки не боялся, только что-то
тяжелое в груди заставляло его думать о предстоящем бое. Так бывает,
например, перед экзаменом. Учишь и день и ночь, но наступает время
экзамены и ты понимаешь, еще не совсем готов, вот бы еще чуть-чуть
тяжесть в груди. Но этого чуть-чуть нет, открывается дверь, называют
твою фамилию и все…Стол, на нем разложены экзаменационные билеты, ты
берешь один, который находится прямо перед тобой, ближайший,
переворачиваешь его, читаешь расплывающийся текс…
И вдруг до твоего сознания доходит, - так ведь именно это я знаю, причем
лучше всего, все три вопроса…
И сердце начинает биться так учащенно, что приходится ловить лишний
воздух…Удача…
…Будет ли та сегодня? Привалов не отвечал на этот вопрос, просто ждал
первый силуэт в окуляре прицела…
- Еще никогда не стрелял по живым человеческим силуэтам, как оно будет?
И каждый в команде беглецов думал примерно о том же, в той, или иной
интерпретации…
Пупин, занявший огневую позицию во второй линии, расположился между
Огуреевым и Городецким. Справа – Огуреев, слева – Городецкий.
Оценивая сектор обстрела, понимал, что первый удар, после Привалова и
Сергея, примет на себя Огуреев,
- Он парень тертый, да и офицером был, видимо, умелым. Ничего, главное
первый удар, а там покатит. На Городецкого надежды не было. И вот
сейчас, тот держался за челюсть, зачем-то надел очки, пытаясь приладить
приклад «Форта»,
Пупин посмотрел в сторону Городецкого, жестом показал, - прицел «0»,
прямая наводка…
Оглянулся на Татьяну Михайловну, та уже успела изорвать свой врачебный
халат на неширокие ленты, приготовив свертки бинтов,
- Золотая душа, - подумал про себя Пупин, - повезло этому Привалову…
И подумав, добавил, в конце концов, кому-то должно везти…
…везти…
…Сергей наблюдал за дальним входом в их часть пещеры. Он всматривался
в густую темноту, смахивая выступающие слезы из-за излишнего
напряжения.
- Мне бы GPNVG-18, прибор ночного видения, тогда бы другое дело. У
альфовцев наверняка есть…
Ему, неожиданно, припомнилось, как однажды, еще в детстве ездили с
родителями в Одессу, к дядьке, военному моряку. Приехали как раз в
последнее воскресенье июля, в день Военно-морского флота. Ну и как тут
без парада. Конечно же, все происходило в военном порту, на кораблях.
Дядька был тогда начальником, две больших звезды на погонах, капдва,
подполковник по-нашему. В его каюте на СДК (средний десантный
корабль), он обнаружил морской бинокль, десятикратного увеличения, в
красивом кожаном футляре. Сергей не мог отвести глаз от этого чудесного
прибора. Конечно, ему дали им проиграться…Сергей всматривался вдаль,
там утренний туман стелился розовой полосой, размывая сиреневые берега
далекого мыса. Настраивая резкость туда, сюда Сергей неожиданно
ощутил, что у него кружится голова, тогда он не понял от чего, толи от
чистого морского ветра, толи от розового видения, и тогда у него на глазах
выступили слезы…
…Все, что происходило дальше, описывать не представляется возможным.
Каждый это может для себя понять. Ведь гонялся каждый на «перегонки».
Как можно описать то, что в этот момент происходит? Ну, бежал, ну тяжело
дышал, и что?
Так и в бою…
…Привалов, чувствовал предплечьем левый локоть Серегиной руки. С
каждой секундой тот упирался в него сильнее и сильнее,
- Переживает парень. Еще бы, в такую переделку попал…
Да и сам я в такую переделку попал…
«Первый» появился неожиданно, так сказать, без предупреждений.
Серегин «Вал» дернулся кверху почти бесшумно. Только было видно, что
«первый» будто на что-то наткнулся. Голова резко дернулась, тело
шарахнулось в сторону, однако он успел выпустить из «Вихря» короткую
очередь, которая громом прокатилась по подземелью. Привалов, на всякий
случай сделал контрольный выстрел, одиночный, но «первый» уже не
шевелился,
- «Первый» пошел, странным веселым голосом проговорил Сергей, – а
пусть не лазит где не положено…
- «Второй» бросил гранату, за ней дымовую гранату. Взрыв первой
раздался глухо, но взрывная волна моментально всех оглушила. У Пупина-
Попова из носа потекла кровь, а Городецкий ударился лбом об мягкую
глину. Дым уже заволакивал пространство,
- Противогазы, надеть противогазы…
От взрыва в первую очередь пострадала часть прохода, отделяющая
спецназовцев от беглецов.
Привалов, несколько оглушенный взрывом, уже открыл беспорядочный
огонь. Ему вторил «Вал» Сергея. Вторая линия обороны, Пупин, Огуреев,
Городецкий, огонь не открывали, ждали момента…
…Оглушительный взрыв прозвучал в подземелье, комья сырой глины и
земли полетели отовсюду, на несколько мгновений завалив Привалова и
Сергея. Этого хватило для того, чтобы несколько спецназовцев,
спотыкаясь попытались пройти вперед по проходу, однако Сергей, вслепую
открыл огонь, опустошая магазин «Форт»а…
…Все произошло достаточно быстро…
…Пуля, наверняка шальная ударила Привалова в правое плечо, от чего он
потерял сознание, по этой причине уже не ощущал, как вторая и третья
прошили голову, разнеся череп на несколько фрагментов. Сергей еще
оборонялся, но вторая граната, разорвавшись рядом, превратила его лицо
в сплошное кровавое месиво…Оборона второй линии, держалась дольше.
Однако силы все же были не равны. Однако Пупину удалось поджечь
своим «ледяным огнем» бойца, который вспыхнул как факел, осветил
пространство пещеры, на несколько мгновений остановив бой. Его
пытались потушить, но точный выстрел Огуреева, заставил пытающихся его
погасить отступить от пылающего тела, в которое уже вошли с десяток
пуль, выпущенных из оружия Пупина и Городецкого…
…К обороняющимся подползла Татьяна Михайловна, расположившись
рядом с Городецким, короткими очередями поддержала оборону,
- Зачем Вы здесь, Таня? Они Вас точно бы не тронули, вы же заложница,
- Я не заложница, я врач и они убили моего мужа…
…Через пятнадцать минут бой был окончен. Итог, беглецы мертвы, у
нападающих не досчитались восьмерых…
 
Стоп-кадр.
 
…Ты что натворил? - Сипел от негодования Борис-раб,
- Ты чего удумал, старый ты дуралей, зачем вот так? Зачем женщину
погубил?
- Зачем, зачем, так получилось, жизнь, Боренька. Напомню тебе, ведь и ты,
и я неживые…
…При этих словах Тормоз значительно приподнял брови, и понизил голос,
- И не нужно лишней патетики и сотрясания воздуха, все поправимо.
Тормоз достал карманные часы, открылась крышка,
- Иногда, мой друг, надо увидеть будущее, каким ужасным оно не будет,
для того, чтобы успеть это будущее предотвратить. Для тебя это еще
слишком мудрено, а для, - он хотел сказать, для магистров, фигня,
передумал, пожевал губами и освободив часовой ключ, передвинул стрелки
на двадцать минут назад,
- Вот так…Оп ля, готово…
Перед их глазами было все тоже подземелье, шестеро путешественников
выходили из-за среза стены на свободное пространство…
…Впервые за неделю беглецы не чувствовали себя под землей, а значит в
безопасности. Вода, сочившаяся из щелей, текла ручейками, превращала
рыжую, освещенную неярким светом сухую глину в черную жижу, которая
шевелилась, блестела в лучах фонаря,
- Нам только дождя не хватало,
- Татьяна Михайловна тихо рассмеялась,
- Вы знаете, друзья, а ведь действительно, нам только дождя и не хватало…
При этом она дотронулась пальцами до воды, струящейся по земляной
стене подземелья,
- Теплая, настоящий летний дождь…
Городецкий, находящийся где-то неподалеку, вспоминая ливень, в который
он попал в день ареста, негромко и печально, добавил,
- Будь он неладен…
Не знаю как Тормоз, а Борис-раб с нескрываемым удивлением смотрел на
происходящее,
- Это что же получается, они снова живы?
- Почему снова, они просто живы,
- А бой, а куча изуродованных тел?
- Ну что, ну куча, ну тел…Людям частенько кажется то, чего с ними никогда
не было и самое важное, никогда не будет,
- Так - то люди, а мы же эти, как их, вроде как мытари,
- Вроде как, мытари и есть. А ты хоть знаешь, что такое мытарь?
- Ну, в общих чертах, мученики, бедолаги, словом,
- Это так, да не так. Мытарь – сборщик мзды, подати, понимаешь?
- Налоговик, так? Чего уж не понять, хуже не придумать,
- Э, брат, не так уж и плохо. Вот взять сегодня. Ты и я смотрели что-то
вроде сна.
Хороший сон, плохой, это уже не важно, а ведь те, кого во сне убили все
это пережили, понимаешь, а значит зарубочку есть. А что это означает,
заплатили людишки-то, если не своими жизнями, так тем, что все это в
видениях пережили, а кто все это увидел и по этой причине изменил?
Я, Боренька, то есть - мы. Вот и выходит, что без мытаря, никак…
…Группа, заканчивала отдых на привале. Все поднимались нехотя со своих
мест. Побрякивало оружие.
- Ну и сон мне сейчас приснился,
- Городецкий поправлял поясной ремень,
- Что, голая баба?
- Виктор, если бы я не знал, что вы интеллигентный человек, то
обязательно бы подумал, что вы не интеллигентный человек,
- Коллега, прошу прощения, неправильно выразился,
- Да не в выражениях дело, в мозгах…
- Ладно, так что там за сон,
- мне приснилось, что только что был бой и воевали мы, друзья,
- Ну и что, мы победили?
- К сожалению, нет. Впрочем, меня убили третьим, кажется. Вас, Александр
– первым, Сережа сразу за Вами. Ну а уж я, после Вас, так мне показалось.
А вы, обратился он к Пупину, устроили настоящий праздничный фейерверк,
тут одного подожгли, так он уж факельное представление устроил…
Короче, мы все трупы…
- Да прямо, уж, - Огуреев перебрасывал оружие через плечо,
- А Татьяна Михайловна?
- А Татьяна Михайловна сражалась рядом со мной, отлично сражалась…
- Простите, Юрий, а как Вам удалось так точно запомнить?
- Ведь в фазе короткого сна, память очень короткая, исследования
доказали, что люди запоминают лишь самую яркую его часть,
- Значит, это и была лишь самая яркая часть этого сна,
- А мне вообще ничего не снилось, - Огуреев чихнул, затем еще раз,
приготовился к третьему чиху, как со всех сторон полетело,
- Будьте здоровы, будьте здоровы,
- Вот черти, а так хотелось закончить действие, спа…- он не успел
договорить, как чихнул в третий раз, и все рассмеялись…
…Неожиданно для всех, и для Огуреева раздался телефонный зуммер, он
достал телефон из кармана, чуть не уронив его,
- Слушаю, - все застыли, и не произнося ни звука смотрели на Огуреева,
- Виктор, это Рудых, - раздалось в телефонной трубке,
- Как вы там?
- Все нормально, неподалеку стреляли, мы думаем, что группы захвата
скоро будут здесь,
- Правильно думаете, однако все отменяется,
- Не понял, повторите, что отменяется,
- Все отменяется, пять минут назад группы были отозваны, операция по
вашему преследованию и захвату отменена. Слишком большие потери.
Рудых в деталях рассказал о боестолкновении спецгрупп, мол, узнав о
потерях, в Обкоме были в ярости все. Не разбираясь в деталях, приказано
немедленно прекратить операцию, вернуться, и сейчас группы покидают
подземелье, так что расслабьтесь. Виктор, дайте трубочку этому диггеру,
как его Сергею…
- Серега, тебя, подойди к телефону, - Огуреев протянул трубку рядом
стоящему Сергею. Когда Сергей брал трубку в руки, обратил внимание на
то, что а Огуреева тряслась мелкой дрожью рука,
- Нервы сдали, - отметил Сергей,
- У телефона,
- Привет, слушай парень, карта у тебя?
- Да, говорите.
- Твои координаты, - Рудых назвал шифрованные параметры,
- Нет, на триста граммов левее,
- Отлично, от этого места на Восток в пяти секундах есть дренажный
выход. Понял меня, да, понял. Увидишь металлическую дверь, замок
наружный, попробуйте снять, можете отстрелить, там пустырь, никто не
услышит. Выходите наружу. Через полчасика туда подъедет «Газель», с
надписью на борту, родная (пиво «Рогань»). Ментов там сроду не было.
Парень за рулем, мой человек, надежный, но разговаривать с ним не надо.
Сели в будку и уехали, куда ехать он знает.
Сюрприз в машине. Конец связи…
…Новость выслушивали все, не проронив ни единого слова,
- Слава богу, - только и смогла произнести Татьяна Михайловна и впервые
за неделю мучений и страхов беззвучно заплакала. Слезы по ее лицу текли
тоненькой струйкой, безостановочно. Привалов даже не пытался подойти к
жене и успокоить ее. Он стоял в стороне, только положил оружие на пол,
наблюдал, как вместе со слезами уходит их прежняя жизнь…
- Оружие, часть его оставим здесь. С собой брать только пистолеты,
гранаты и форты. Все остальное сюда. – Голос Пупина звучал громко и
уверенно, настолько уверенно, что ни у кого не возникло желания
вступать с ним в спор.
Он указывал на брезентовую сумку,
- Если что, позже отыщем…
Все смотрели на этого получеловека, который еще сутки назад казался
неживым настолько, что у каждого в мозгу свербела одна и та же мысль, -
зачем мы тащим этот кусок дымящегося мяса, ведь никакого толку нет,
какой к чертям собачьим президент Великой страны? Червь подводный…
А сейчас, в эту минуту, не смотря на его исхудавшее, просвечивающееся
тело, на черные круги под впалыми глазами, в его голосе звучали те самые
нотки, которые заставляют замолчать самых дерзких и смелых. И что самое
главное, у каждого мелькали некие странные воспоминания о том, что
однажды этого человека они уже видели в настоящем, реальном бою и его
храбрость и неоспоримая отвага, внушала им, простым людям, отчаянную
смелость и отвагу. Чудеса…
 
По пути.
 
Был замечательный день. Если бы не чудесные японские часы на руке
Сергея, никто из путников не смог бы точно сказать, ни который сегодня
день, ни который сейчас час. На небе светило яркое, ласковое солнце.
Путники, притаившись в придорожном кустарнике, с удовольствием
подставляли сои обескровленные лица тонким солнечным струйкам,
пробивавшимся сквозь густой кустарник,
- Орешки уже появились, - нарушил тишину голос Городецкого,
- Точно, уже завязались, так ведь июль, лето в разгаре,
- Сейчас люди на пляжах отдыхают, в Крым ездят, - Татьяна Михайловна
удобно устроившись на руке мужа, теребила в руках былинку, покусывая
ее губами,
- Крым, - увидим ли мы этот самый Крым?
- Да, было все нормально, кому все это надо было?
- Как кому, вот кому, - и Городецкий недвусмысленно посмотрел на
Пупина, казалось, спавшего,
- Так, что и Крым увели?
- Тебе виднее, ведь это ты его и увел,
- Я? Гм, - интересно, зачем он мне нужен? – пытался отшутиться Пупин.
- Значит, нужен, ежели захватил,
- Так, друзья, все разговоры прекращаем, смотрим внимательно на дорогу,
ищем глазами «Газель», надпись помните?
- «Рогань»,
- Точно, а пива как хочется, сейчас бы бутылочку, две,
- Да с вяленной воблочкой,
- Так, о рыбе ни слова, - усмехнулся Пупин,
- Я на этих рыб вдоволь насмотрелся…
На объездной машин не много,
- Какой сегодня день, - Огуреев достал мобильный,
- Умер, и зарядить нечем, зарядку бросили,
- Сегодня суббота, 30 июня,
- Так, а ведь сегодня одна восьмая финала, друзья, завтра Россия играет с
Испанцами,
- Забудьте об этом, Виктор, это дома хорошо, на диванчике с пивом, с
чипсами,
- Ни слова о еде, я сейчас траву буду жевать…
Привалов встал, направился в сторону дороги,
- Давайте соблюдать тишину, друзья, а то я вижу, что вы напрочь забыли,
что кругом только и ждут, чтобы мы себя выдали. Я полагаю, что СБУшные
казематы вас не привлекают?
- К слову, никаких казематов не будет, нас всех уберут по-тихому. Никто и
не заметит.
- Да, это точно, Городецкий подошел к Привалову,
- Ну что, Саша, что там?
- В метрах ста отсюда остановилась «Газель». Думаю, что наша. Надо
проверить. Вы остаетесь на местах, я пойду,
- Куда? - Пупин впервые улыбнулся. У него оказалась приятная улыбка, и
ровные хотя и не слишком белые зубы.
- Наверняка ваше фото уже во всех газетах, могут узнать, вы человек
приметный. Меня же никто не узнает, мои фото не напечатают.
- Конечно, - усмехнулся Огуреев, в семидесяти километрах отсюда, твое
фото в каждом кабинете у каждого мента и прокурора.
- В том-то вся и штука, сейчас я и сам себя бы не узнал, тем более здесь,
как вы говорите, в семидесяти километрах…
- Голосуем? – Привалов улыбнулся,
- Саша, не кривляйся, господин Попов действительно единственный из нас,
кого никто не ищет, потому, что его нет. Я полагаю, что это правильное
решение,
- Хорошо, не могу не согласиться,
- Я пойду с этим товарищем, - подал голос Сергей,
- Меня тоже никто не ищет, потому, что никто не знает, что я с Вами…
Хорошо, только давайте так, с интервалом в секунд двадцать. Подойдете к
месту стоянки, к машине идите вдвоем, наденьте очки,
- Я беру сумку с оружием, - Сергей наклонился и взял сумку на плечо,
- Зачем?
- Как зачем, для разнообразия, один просто так, другой с сумкой,
правдоподобие…
- Ладно, идите уже, а то он еще не дай бог уедет,
- Тогда ждите нас здесь, на этом месте, мы развернемся…Ну с богом…
…Пупин переходил дорогу оглядываясь. Выглядел он очень странно. На нем
белели пижамные штаны, обут он был в военные ботинки защитного цвета
– берцы, в камуфляжную куртку, большего размера, чем не огородник. Для
надежности он опирался на увесистую палку.
Перейдя дорогу, скрываясь за чахлыми придорожными кустами, Пупин
направился в сторону стоявшей на обочине машины.
У Сергея никаких трудностей переход не вызвал. Он бодро догонял
ковыляющего Попова -Пупина. Не доходя до автомобиля, оба
остановились. К машине пошел Пупин. На удивление он шел бодро,
подойдя вплотную, быстро открыл пассажирскую дверь и скрылся за нею.
Затем оба, пассажир и водитель вышли из машины, к ним приблизился
Сергей, водитель открыл будку, Сергей забросил сумку, помог
вскарабкаться Пупину, водитель захлопнул тяжелую дверь…
- Все нормально, - Привалов накинул на плече еще одну сумку, помог
Татьяне, и как только автомобиль с ними поравнялся, не торопясь, по
одному погрузились в будку и…
…Лариска, это ты? – Огуреев, обрадовавшись улыбающейся Ларисе,
растерялся, не зная, что делать, толи целовать, толи нет, вконец
растерялся, бестолково повторяя, Ларонька, Ларонька. Неловкая ситуация
продлилась мгновение, Лариса, пригибаясь подошла к полусогнутому
Витьке, поцеловала его прямо в губы, обветренные, шершавые. Ей так
хотелось это сделать, потому, что мысленно она уже попрощалась с этим
неуклюжим, непутевым дорогим человеком…
…Ну, что в путь…
…Хочется вставить такое словцо, которое почему-то всегда хочется
вставить, вы сами знаете какое словцо. Но мы не будем угождать нашим
желаниям и ничего не вставим…
Но, надо сказать, что путь наших беглецов будет проходить по довольно
красивым местам, которых они, к великому сожалению увидеть не смогут.
Единственное, что они смогут разглядеть, как их место нынешнего
пребывания, тесный и душный кузов универсальный нулевого габарита, в
простонародии (КУНГ), будет заполняться полиэтиленовыми паками с
дюжиной полутора литровых бутылок пива «Рогань». И когда уже не будет
виден вход в КУНГ, заботливая рука безымянного водителя просунет между
рядами паков увесистый пакет с провизией, и его басистый голос
произнесет,
- Одна упаковка – Ваша, угощайтесь, будьте так ласкавы!!!
…Скоро сказка сказывается, да не скоро…
Беглецам было тесно, трое, Огуреев, Лариса и Городецкий, расположились
один возле другого вдоль правого борта, занимая не более метра
квадратного площади. Напротив, разместились, Приваловы и Сергей. На
полу, упираясь спиной в кабину, дремал Пупин. После сытного обеда,
правда пиво пили не все, Пупин и Татьяна Михайловна категорически
отказались, чему несказанно были рады остальные путники, клонило в сон
и не только. Не прошло и часа, пришлось останавливаться, частично
выгружать товар и бегать по нужде в ближайшие кусты, которые росли в
живописнейшем месте. Северский Донец, речка несла еще не быстрые
воды туда, на юго-восток, указывая беглецам путь. Синел, переливаясь на
солнце Гомольшанский лес. Никак Змиёв где-то неподалеку? Значит
кружили. Ведь, сперва, ехали через Безлюдовку, затем, на Рогань (был
виден завод), теперь Змиёв. Молодчина тот, кто все это придумал, узнать
бы кто, да от души руку пожать…
Лариса знака «это кто», ехала молча, на ее плече дремал Огуреев, смешно
посапывая, словно ребенок пускал слюни. Ничего, пусть поспит. Она
частенько поглядывала на Приваловых, Татьяна ловила ее взгляд,
опускала глаза долу, или тихонько улыбалась. Лариса знала того человека,
который все это организовал, мало того, она знала и другое, куда они
направляются, как говорится все явки и пароли. Она молчала, потому что
это было их чудесное спасение. А пока, она держала на плече голову
Огуреева, так же не представляя себе своей будущей жизни здесь, на этой
маленькой планете Земля…
 
Пути господни неисповедимы.
 
…Устройство КУНГа – очень любопытная вещь. Так сказать, или как сказал
Кант – вещь в себе, ноумен. И в итоге – феномен, редко наблюдающийся
факт…
Философские категории как раз под стать ситуации…
Путники, расположившиеся как то так, чтобы хотя бы хватало воздуха, все
же не лишены были мыслей глубоких, судьбоносных…
Да, а что же КУНГ? А что? Ничего, когда толковые ребята из ГРУ
планировали операции на местном уровне, пригодилась смекалка. Если
внутри будки поставить перегородку, вроде внутренний борт, то если
смотреть на эту фальшивую стенку то неопытному глазу даже в голову не
придет, что там есть внутреннее свободное пространство, где могут
поместиться до семи человек. Вот они и поместились…
Для удобства прохода, сбоку открывающаяся створка. Вот, собственно и
вся придумка. Таким нехитрым манером можно было перевезти практически
отделение спецназа на приличные расстояния. Эти машины были настолько
засекречены, что числились как обычный грузовой транспорт частных
предприятий, торговых фирм и складов. Рудых не часто прибегал к помощи
своих бывших коллег, но на этот раз рискнул, на удачу, черт не выдаст,
свинья не съест…Пока все шло по плану…По времени выходило,
подъезжали к Чугуеву…
…Да, а мысли? Мысли значительнее одна одной…
…Городецкий, уже попрощавшийся с белым светом, будто бы на белый свет
народился. Татьяна Михайловна посматривала за ним, наблюдала, как тот
ведет себя. В отличие от того, что она смога увидеть раньше, вел себя
Городецкий достойно, даже чересчур спокойно. Он долго сидел, откинув
голову назад. Казалось, он спит, но иногда приоткрывал глаза, наблюдая,
за происходящим. Но ничего не происходило, только иногда, кто-то
шевелил затекшей ногой, или рукой. Городецкий думал вот о чем…
…Он думал о том, что если бы его сегодня убили, а ему привиделось, что
его таки убили, он там, куда попал, встретился бы с Галиной. Эта мысль так
захватила Городецкого, что он на протяжении всей тряской поездки не
переставал об этом думать.
- Допустим, просто допустим, он ее встретил. Они не виделись уже много
лет, о чем бы они говорили? Ну, обнялись, расцеловались и все такое, а
потом, через час, другой? При жизни Галя всегда гоняла Юрку за то, что
носки, причем только черные, других он не признавал, он разбрасывал
повсюду. Это настолько раздражало Галку, что однажды она запихнула
пару в кофейник, который Юрка разогревал. И когда он попытался налить
себе кофе, то обнаружил, что жидкость практически не льется,
- Что за дела? – искренне удивился Городецкий,
- Не знаю, - сам разбирайся, - Галка сосредоточенно пилочкой поправляла
ногти, рассматривая маникюр,
- Что это, Галя, что за хрень в кофейнике? Юрка с испугу бросил кофейник
на пол, кофе плотной темной кляксой выделялось на светлом кафельном
полу кухни,
- Что это за мерзость? – Юрка деревянной мешалкой доставал из лужи
нечто бесформенное, угрожающе поблескивающее. Когда он приподнял
кучку чего-то, она распалась, и часть этого что-то с плеском упало в лужу.
Галя стояла за спиной манипулирующего мужа и с улыбкой наблюдала за
происходящим,
- Наконец, уже успокоившийся Юрка ехидно заключил,
- Значит вот так, значит, так меня…Он привстал, держа на конце палки
подцепившийся, прокипяченный в кофе носок. Юрка, прищурился,
улыбаясь. Галя сразу определила последующий порядок его действий,
наигранно взвизгнула, скрываясь в коридорчике. Она все сделала во
время, потому как через долю секунды мокрый носок со свистом пронесся
рядом с нею, пролетел всю прихожую, смачно шлепнувшись о входную
дверь,
- Ого-го, - Галкино смеющееся лицо вытянулось, она в мгновения ока уже
была на балконе, держа двумя руками дверную ручку. Юрка попытался
открыть дверь, но не тут-то было…
…Игра продолжалась какое-то время, конечно, все это закончилось
поцелуями и объятьями…
Да, Городецкий старался больше так не делать, в смысле не разбрасывал
носки по крвартире, в смысле не разбрасывать по комнатам носки, и уже
когда Галины не стало, он непреклонно следовал этому правилу, в мыслях
повторяя,
- Я все понял, Галчонок, ведь кофейники нынче дорогие…
 
…Тормоз и Борис-раб перемещались на том же автомобиле, только на
разных местах.
Тормоз (Жорка, напоминаем, а то уже и позабыли, наверное, имечко то)
сидел на переднем пассажирском месте. В ногах болтался в такт езде
баллон с водой, который на всякий случай водитель брал с собой в дорогу.
Всякое может быть…
Звучала современная реповая хрень. Магнитола, явно купленная с рук,
кое-как приделанная на живую нитку в гнезде для радио, извергала
хлюпающие звуки, под которые черный парень тараторил невесть, что.
Почему черный, спросит читатель. Потому, что черный и Тормоз знал это
наверняка, он сидя на замызганном сиденье просто видел этого негра с
наушниками в ушах в тесной звукозаписывающей студии, где сидело,
стояло с десяток негров, наблюдая за процессом звукозаписи…
Водителю явно такая фигня очень нравилась. Он пытался что-то
мурлыкать, не слишком попадая в ритм. Тормозу это все явно надоело и он
натренированным движением, мгновенно переключил волну, на что-то
более мелодичное и спокойное,
- «Радио ностальжи», - констатировал водитель, - не понимаю, почему
постоянно переключаются волны. Ведь говорил, никогда не покупай хоть
что-то у цыган, обязательно обманут. И снова найдя нужную волну, уже в
такт другой мелодии, более приятной, чем прежняя, бурчал себе под нос.
Тормозу надоело все это: однообразный дорожный пейзаж, катающаяся по
полу бадья, жуткая музыка. Он обернулся, сквозь металл кабины
рассмотрел все, что происходило внутри. Прежде всего, он увидел
улыбающуюся рожу Бори-раба, который прислушивался к тихому
разговору Ларисы и Огуреева. Борька лежал поверх паков с пивом,
поддерживая голов обеими руками,
- А он был забавным в детстве, наверное, его очень любили родители,
баловали, вот и результат, - почему-то поучительно вслух произнес
Тормоз.
- Ты мне? – Борис встрепенулся, несколько смущаясь тому, что за ним
подсматривали. Ему еще не было дано вот так запросто проникать взглядом
сквозь металл, либо толстую деревянную обшивку,
- Нет, Боренька, не тебе, занимайся своим делом,
- Ты знаешь, Жора, а мне нравятся эти ребята, душевные ребята,
- Ну и слава богу, Борюня, слава богу…
…Слава Богу, Саша. Господи. Ведь я уже попрощалась мысленно с тобой…
- Я, тоже попрощался с тобой, родная моя. Знаешь, подумал, что лучше вот
так, в бою, полный сил, злости…
- Я очень испугалась, просто чуть сознание не потеряла, но решила, будь
что будет, стреляла…
Ведь я тебя не видела, я только чувствовала, как вздрагивает под
выстрелами тело этого субъекта. Его локоть неприятно касался моей руки,
но ты знаешь, это меня и успокаивало.
Неужели все, что с нами произошло, произошло с нами? Я до сих пор как
во сне, страшном сне, очень хочу проснуться и убедиться, что это всего
лишь сон. Ты же знаешь, я не слишком любила нашу с тобой квартиру на
23 августа, Все время ветрено, выходишь на балкон, как на гору, дует со
всех сторон сразу. А два дня назад мне приснилось и я снова в нашей
комнате, глажу нашу Нюську, разговариваю по телефону с Лизой, слышу,
как ты на кухне нарезаешь хлеб для бутерброда,
- Обжора, - думаю про себя, - ведь полчаса назад только поужинали…
Сашенька, какое это счастье…
…Привалов ни о чем не думал. Он слушал слова жены, откинув голову
назад. Макушка неприятно ударялась о фанерные стенки КУНга, но это ни в
коей мере не тревожило Привалова. Ему вспоминалась качка на Кренкеле,
то самое утро. Когда он впервые столкнулся с человеком, который сейчас
лежал у его ног,
- Смотри, Привалов, прошла почти вся жизнь, и словно не существовало
десятков лет, наполненных делами, важными и нет. А вот ты сидишь рядом
с тем, кто остановил твою память на одном дне, который, надо полагать,
станет самым значительным в твоей жизни и не только…
…Пупин…
Давайте договоримся, дабы не усложнять чтение, не будем называть
Попова-Пупина, Поповым-Пупиным, а будем называть его просто Пупиным,
так быстрее и понятнее.
Так вот, Пупин лежал на двух вещевых сумках, заполненных оружием,
одеждой и всякой нужной всячиной, которая наверняка может пригодиться
в их скитаниях. Удобно ли ему было?
Скажу, удобно. Толи от того, что он десятки лет провел в положении,
которого не мог знать и оценить, его тело, еще очень худое, тонкое как
папиросная бумага, научилось принимать такое положение без ущерба
здоровью, какое только может себе представить разумный человек.
Конечно, всякие там изощренные позы мы сразу исключим, но все, что так
или иначе присуще каждому из нас, все это приемлемо и для тела
господина Пупина.
Господин ли это Пупин, или кто иной, конечно, сейчас это не известно. И
нет смысла в эту минуту устраивать дознание по этому поводу. Но нет
сомнения, что какая-то тайна, причем очень «тайная тайна» в этом есть…
Что сейчас чувствовал это человек, этот сгусток человеческой плоти,
вперемешку с метановыми парами, возлежащий на полу мчащегося
грузовичка?
…Он спал, да просто спал, и ему ничего не снилось. Тормоз попытался
каким-то образом проникнуть в его потустороннее сознание, но и он не
смог этого сделать. Только иногда, словно двадцать пятый кадр на черном
фоне его души проскакивала цветная полоска, узкая, как зрачок рыси и
если сделать усилие, причем немалое, то можно разглядеть некоторые
видения, в которых можно узнать хоть что-то. Но Тормоз не стал этого
делать, он хоть и призрак, но и у него после сегодняшнего дня, всех тех
событий, которые произошли на его глазах, сил не хватало. Тормоз
перевел свой взгляд на Бориса-раба, который с упоением слушал
нестройный лепет Огуреева, в котором тот чуть ли не признавался Ларисе в
любви. А та, чуть улыбаясь, думала про бравого полковника Рудых,
который всю дорогу не выходил у Ларисы из головы…
…Сергей точно спал, спал по-настоящему. Его молодой, здоровый организм
спокойно отдыхал. На лице спящего Сереги золотилась молодая поросль,
недельная щетина, не то, чтобы украшавшая парня, но делавшая его
взрослее, мужественнее. Диггер улыбался. В этой простой улыбке спящего
человека, в руках которого был зажат «Грач» не угадывалось
спокойствие. Еще бы…
Если здраво и всецело посмотреть на то, что произошло в жизни этих, в
общем, хороших людей, то можно сказать со стопроцентной уверенностью,
они потеряли все: квартиры, работу, привычный уклад жизни, родных и
близких, да мало ли чего человек лишается, вырванный с корнями из своей
жизненной среды. По-хорошему, их надо пожалеть, как-то успокоить,
потому, что они стояли на пороге неведомых испытаний. И испытания,
которые им предстояло пережить, не шуточные, а наоборот. Не надо быть
ясновидцем, медиумом, аракулом чтобы предвидеть их будущее там, на
пересечении двух полярных состояний: мира и войны, жизни, и может быть
смерти, добра и зла, правды и лжи, прекрасных проявлений души и
омерзительных, ужасных преступлений. Все это им предстоит пережить, а
пока они двигаются в направлении, которое им уготовано судьбой …
 
А в это самое время…
 
А что же происходило вокруг, какие такие новости начинали наполнять
проголодавшийся эфир?
Конечно, первое, что произошло еще ранним утром, когда поступила
команда «отбой», это импровизированная пресс-конференция,
состоявшаяся практически сразу, после того, как боевые группы покинули
подземелье. Бойцы, уставшие, испачканные рыжей засохшей глиной, несли
на руках погибших и раненных в ночной перестрелке. К ним еще не успел
добраться спецтранспорт, а с десяток, другой самых осведомленных
журналистов уже были тут как тут.
Командир одной из групп был тяжело ранен, по этой причине кто-то из его
товарищей, не дожидаясь команды свыше, вызвал скорую помощь, а
точнее помощи, несколько машин для транспортировки раненных. Группа
бойцов, тащивших на плащ-палатках раненных товарищей, выглядела по
киношному экзотичной. Черные камуфляжные комбинезоны, лица,
вымазанные черной краской, приборы ночного видения, странное
футуристическое оружие, черные высокие ботинки, на толстых, рифленых
подошвах. Ни дать не взять, съемки кинобоевика. Если бы не кровавые
разводы на бинтах раненых и не вой сирен скорой помощи, то прохожие
так бы это и воспринимали. Группа дошла до Московского проспекта,
остановилась неподалеку от метро, где ее и настигли журналисты и
несколько карет скорой помощи. Деваться было некуда, пока грузили
раненных и отдельно убитых, десятки фотокамер со всех позиций и
ракурсов уже увековечивали это событие. Вскоре нагрянуло телевидение и
когда подъехали руководители спецслужб было уже поздно дезавуировать
отряд. Пришлось давать интервью, выдумывая небылицы прямо на ходу…
- Скажите, что произошло? Их поймали?
- Кого?
- Ну, тех, которые сбежали из областной больницы?
- Я не понимаю, о чем вы меня спрашиваете?
- Как не понимаете, тогда, когда состоялось покушение на «ПП»,
- Этим занимается полиция, у нас другие задачи,
- Так что же произошло?
- Из внутренней тюрьмы СБУ сбежало несколько боевиков, задержанных в
Луганской области год назад. Бежавшие, разоружили охрану. Группа
захвата, посланная для захвата бежавших, была встречена огнем, в
перестрелке с ними было ранено несколько наших бойцов, боевики –
уничтожены,
- Убитые с нашей стороны есть?
- К сожалению, есть? Сейчас я не могу озвучить все в точности. Всю
информацию вы получите на официальной пресс-конференции, о которой
будет сообщено позже…
- Всё, всё, больше никаких вопросов…
…Что значит больше никаких вопросов? Говорят, что нельзя ярить
носорога, затопчет, но что означает игнорировать прессу, не знает даже
носорог…
Не прошло и часа, как на всех новостийные каналах не только города, но и
всей страны уже показывали кадры утренней съемки группы бойцов,
несших погибших и раненых своих товарищей. Различные комментаторы и
штатные и заштатные рассказывали всякие небылицы, выказывали
домыслы и предположения, касательно того, что за события произошли
прошедшей ночью, каким образом они связаны с покушением на «ПП».
Каким образом могли бежать из подземной, внутренней тюрьмы СБУ
террористы? И, в конце концов, что стало с теми беглецами, которые
скрылись в харьковском подземелье?
В областной администрации и в Горсовете состоялись примерно
одинаковые совещание, не представляющие никакого интереса, однако и в
одно и в другое учреждение уже звонили от «ПП», а если быть до конца
точным, то звонили сам «ПП». Говорят, тот ругался как последний матрос,
причем по голосу было слышно, он серьезно выпил, и по всему
ощущалось, ему было очень страшно.
- Я спрашиваю, что Вы лично сделали, чтобы поймать этих бандитов? Что,
твою дивизию?
- Я, я, мы выслали спецназ, во, точно, сегодня…Гм,
- Что, «во, точно сегодня»? Постреляли друг друга, мудачьё, и ты
считаешь, вы справились?
- Сделано все, чтобы никто не проскользнул,
- Куда проскользнул?
- Ну, на север, конечно, да и дороги на восток перекрыты, кругом посты,
куда им деться,
- Куда? В …твою ... вот куда. Я не посмотрю, что ты там диктатором
заделался, позвоню, все грязное бельишко твое перетряхнем, можешь не
сомневаться, на госизмену потянет.
Бобкин стоял рядом, сложив руки на груди, теребил нижнюю губу большим
пальцем, слушал полупьяную речь гаранта,
- Знаешь, Гена, а ведь он зассал, понимаешь? Теперь наш ход, но мы, как
говорят умные врачи, понаблюдаем, сделаем вид, мол шебуршимся, а сами
будем отдыхать,
- Они ударили ладошкой по ладошке, - годится…
…В Областной администрации случился похожий разговор, но с главой
администрации говорил по телефону помощник «ПП» Украины. Однако,
ребята там ушлые, все записывали на диктофон слово в слово, как
положено. Конечно, их всех распекали, давали ЦУ, кричали в трубку
всякие неприятные слова, ну а в администрации, как водится, слушали,
склонив покорно головы, и скрестив за спиной пальцы, мысленно
улыбаясь, но на самом деле ничего уже не пытались предпринимать.
Хватит, наигрались. Вернее пытались исполнять, то, что для сегодняшнего
дня было самым главным и интересным. Ведь сегодня воскресенье, 1 июля,
продолжался ЧМ по футболу, одна восьмая финала, и всем просто
нетерпелось удобно расположившись у телевизора, налить холодного пива
в бокал, чтобы посмотреть матч Россия – Испания. И уже никаких диггеров,
убитых по головотяпству парней из спецназа, звонка «ПП», всей хрени,
которая происходила в мире, кроме этого матча не существовало. Сегодня
большой футбол…
…В Кремле - пусто. Кроме охраны и уборщиков, никого…
А как же сегодня большой футбол. Сборная огромной страны так редко
радовала своих болельщиков победами и успехами. Этот год – особенный,
впервые Мундиале проводится в Матушке России…
Конечно же, где еще находится «П» большой Родины? На «Лужниках», в
«Лужниках», там, куда устремлены взоры и думы миллионов
болельщиков…
По этой самой причине, доклад президенту руководителем разведки был
кратким и точным. Тот выслушивал разведчика - молча, только нервно
играл желваками, и нельзя было понять, толи он недоволен проваленной
операцией, толи ему уже надо быть на стадионе. Офицер перехватил
взгляд президента, который на мгновение взглянул на часы в
президентском лимузине.
- Хорошо, после, - и немного поразмыслив, добавил, - вечером давайте…
…Поездка уже длилась более двух часов. Газель в нескольких местах
останавливалась, выгружали товар, брали на борт новый. Наконец, сделав
крутой поворот влево, проехав еще с четверть часа, автомобиль
остановился. Задняя дверь хлопнула о борт авто, упаковки с грузом
шуршали по полу, давая возможность освободить дверцу тайника,
- Выходи строиться, - бодрым голосом произнес водитель, - привал…
…Место, в котором они очутились, ничуть не хуже прежнего, даже лучше
того. Лес, а именно в лес заехал водитель, удивлял своей монотонной
густотой звуков. Могло показаться, а именно так и казалось каждому из
выползавших из кузова автомобиля, что лес находился в лесу. Да, да, так,
глухо, глухо, аж барабанные перепонки напряглись,
- Это от езды в тесном и душном помещении, - констатировал водитель, -
скоро пройдет.
Он расстилал на поляне подстилку, расставляя на ней припасы. Последним
из укрытия появился Пупин. Странно, но выглядел он очень даже ничего,
даже свежо, как-то.
- Уважаемый, - обратилась к нему Татьяна Михайловна, - вам необходимо
принять микстуру,
- Он повернулся в сторону Приваловой, и не без удивления, та заметила на
его лице улыбку довольного, здорового человека,
- Спасибо, доктор, - он одним движением проглотил жидкость, направляясь
к импровизированному столу,
- Слона бы съел, проговорил он, став на колени, уже отрывая от огромной
курицы заднюю часть,
- Обожаю гузку, - и тут же жадно откусил здоровый кус…
Все принимали пищу молча, только через несколько минут, Огуреев, явно
довольный приемом пищи, проговорил,
- А знаете анекдот? Даже Лариса, которая ненавидела то, как Огуреев
рассказывал анекдоты, улыбаясь, сказала, - да, хотим…
— Грузинское вино, тринадцать букв.
— По горизонтали или по вертикали?
— Точно! Пагаризантали…
- Понял, - водитель, сидевший в кабине Газели коленками наружу,
нахлобучил бейсболку на затылок, чуть наклонился вперед, вытащил из
под сиденья пол-литровую полиэтиленовую бутылку,
- А у нас с собой было, по полтинничку не помешает…
Выпили, поели, лежали на подстилке, задрав головы, уставившись в синее
небо. Городецкий, жевавший травинку, неожиданно произнес,
- А вот, знаете? – И не дожидаясь ответа, стал рассказывать анекдот,
— Доктор, я только что узнал: меня будет оперировать практикант
Сидоров.
—Да,операция завтра.
— Так ведь зарежет!
— А мы ему двоечку поставим…
Смеялись все, смеялись легко, беззаботно, словно освободились от чего-
то, настолько тяжелого, что и передать нельзя. Так бывает, когда долго за
что-то борешься и вдруг все теряешь разом, наступает полное опустошение
и безразличие…
И уже ничего не жалко и все воспринимается только с точки зрения
вечности и синего, синего неба!!!
- Это в мой огород камень?
- И вовсе не камень, Татьяна Михайловна,
- Юрий, давайте, Таня, так короче,
- Хорошо, Таня, это камешек. Так приятно разговаривать без этих скобок,
- Что-то беспокоит?
- Нет, только если прикусываю, побаливает,
- Ничего, до свадьбы заживет…
Татьяна Михайловна прикрыла ладонью рот, понимая, что сказала лишнее,
- Простите, Юрий, неделикатно вышло,
- Ничего…
- А я знаю несколько смешных анекдотов про Вовочку, - нашелся Сергей,
- Пожалуйста, не надо про Вовочку.
Пупин полулежал на боку, глядя на Сергея, - в универе достали…
…Командир, - обратился Привалов к водителю,
- где мы, и куда направляемся?
- Рассказываю, - не меняя положения тела, водитель продолжал,
- Мы рядом с Червоным Осколом, в десяти километрах, а конечный пункт,
окрестности Бахмута. Еще вопросы есть? Вопросов нет. Отдыхаем еще
полчаса и двигаемся дальше…
Однако он вышел из кабины, достал огромный шпатель, весь в извести и
стал им снимать рекламу на бортах,
- Помочь? - подошедший Привалов взял отклеившийся конец и аккуратно
потянул книзу. Пленка поддалась, ровным слоем поползла в нужном
направлении,
- Ловко, профессионала видно сразу,
- Пришлось по молодости плюшками баловаться…
…Путники занимали места. После воли убежище казалось пыточной
камерой.
Пупин занял место Огуреева, который теперь возлежал у стенки кабины.
Его голову возлежала на Ларисиных бедрах, ноги он взгромоздил на пак с
пивом. Ему явно было приятно…
- Заходит Пупин в бар и говорит,
- Всем пива, за счет заведения…
Никто не засмеялся, только Лариса легонько шлепнула Огуреева по губам…
- Ну, смешно же, - прошептал Огуреев, смешно…
…Вот Пупин, а вот пиво и за счет заведения…
Ну, что бойцы, - послышался голос водителя? Никому никуда не надо, а то
до места выхода не предполагается.
- Все в порядке, командир, трогай…
Тормоз, Борька – раб, отдохнув и вволю надышавшись лесным воздухом,
сладко дремали на мягком проселке, убаюканные мерным покачиванием
Газели…
 
Все путем…
 
Надо сказать, что мало кто знаком близко с историей этого края, по
которому нынче колесили беглецы. Сказать, что кто-то из их группы что-то
знал, не сказать ничего. Полный ноль. Ни Привалов, ни его жена, да никто
ничего не знал. Разве то, что здесь есть уголь и руда. А так. Терриконы,
шахты, заводы, металл. Все очень прозаично. Ну, еще богатых людей
много, Магаметова кто не знает…
Тормоз проснулся, любовался надвигающимся закатом, который все
больше и больше скрывался за срезом окна, потому как автомобиль
двигался все левее и левее, на восток. Уже давно скрылись из виду лесные
заросли, перед глазами простиралась степь, да редкие посадки, словно
зеленые стены, пересекали одна другую, открывали пыльную дорогу, по
которой катил автомобиль…
…Капитоновка, Червонный Оскол, Яцковка, вдоль южного берега
Краснооскольского водохранилища, Рубцы, Крымки, Коровий Яр, Зеленая
Долина, Колодези, Ямполовка, Торское, Червона Диброва, Кременная,
Приволье, Ямполь, Северск, Соледар, Триполье, Попасное…
…Что означали для наших путешественников названия этих поселений? О
чем рассказывали? Когда они появились, как именовались раньше, когда
стали именоваться по-другому, кто там проживал, и какие истории
сопровождали жизнь местных обитателей?
Вопросы, вопросы, вопросы. Разумеется, можно не отвечать. Однако
обстоятельства менялись просто на глазах, и нашей семерке смелых и
отчаянных людей предстояло окунуться в жизнь этих мест ни как
экскурсантам, туристам, а как всамделишным жителям, может быть самого
Бахмута, а может его окрестностей, пока не ясно.
Время гонялось за падающим на запад солнцем, вернее, уже вспять ему,
подставляя глазам серую полосу неба, упирающуюся в горячие охровые
просторы полей, устало покачивающиеся в запыленном лобовом стекле
автомобиля. Путники дремали, а если честно, то спали, тем безмятежным
сном натруженных людей, которым еще предстояло испытать то, чего они
никогда не испытывали…
…Тормоз, убаюканный однообразием дороги, думал о том, что, наверное,
он уже когда-то в этих местах был. Что-то знакомое таилось в острых
тенях деревьев, ему даже слышался знакомый лай охотничьих собак,
загоняющих зайца, или лису.
- Причудилось, - сказал он вслух и водитель в эту секунду серьезно
посмотрел в его сторону.
Неожиданно раздался телефонный звонок. Парень взял трубку,
внимательно слушал, не произнеся ни единого слова. По его лицу никак
нельзя было определить, доволен он звонком, нет. Ни один мускул не
дрогнул на его лице. Он только посмотрел на наручные часы,
- «Командирские», - определил Тормоз, - наверняка подарочные,
- Почему? - Спросил его Борька-раб, - чему-то улыбаясь…
У него Высшая школа КГБ на лбу написана, парень, за хорошую учебу
подарок получил, от командования, вот так…
- Это плохо?
- Почему плохо? Человек с высшей профессиональной подготовкой,
человек обученный, пойди поищи, чего можно еще желать?
- Вот ты, Боря, ты же «Вышку» так и не закончил, да чего там, закончил,
даже и не поступил. А ведь мог. Тебя сколько раз посылали?
- Два, кажется,
- Кажется, - передразнил его Тормоз,
– И что?
- Провалил…
- Вот, провалил. А этот парень не просто поступил, он закончил, причем с
отличием. Ты не смотри, что он водилой во второсортном торге работает,
он офицер, причем старший, подполковник, разведчик, сейчас на боевом
задании. И плевать, что здесь не стреляют, ему довелось и не раз быть там,
где стреляют. Понял?
- Так точно,
- Вот, товарищ мой, и везем мы с тобой твоего товарища,
- Бывшего, товарища…
- Да, Боря, бывшего, а вот как будет дальше ни мне, ни тебе, ни этому
хорошему парню за рулем, не известно…
…Автомобильчик, груженный пивом, всякой всячиной и беглецами, которые
сидели как мыши, терпя все сопутствующие неудобства, подъезжали со
стороны Фёдоровки, через Парасковиевку. Сперва, был план ехать аж чрез
Попасную. Однако предупредили, туда не нужно соваться, В Триполье
какая-то заварушка, поэтому ехали через Фёдоровку. Да так, собственно и
ближе, да и на въезде пост, на котором его хорошо знали, безопасно, даже
проверять не будут, так для очистки совести, к нему привыкли, раз в
неделю обязательно появляется, вот уже год будет.
Стемнело, показались огни, чем ближе, тем гуще,
- Городок какой-то? - Тормоз внимательно всматривался вдаль.
- Не знаю, что за местность…
Они проехали еще с километр и на дорожном сером указателе Тормоз
прочем «БАХМУТ».
- Кажется, приехали…
…Пока то, сё, в город въехали к часам десяти вечера. Заехав в несколько
магазинов, выгрузив товар, наконец, отправились на ночлег. Все устали. По
сосредоточенному, устремленному в одну точку взгляду водителя, Тормоз
понимал, устал парень, очень устал. Но тот виду не подавал,
- Куда едем сейчас? - шепотом поинтересовался Борька-раб,
- Не кудыкал бы ты Боренька, потерпи маленько, скоро все узнаешь,
- Да, Борька точно знал, если Тормоз его называет его ласково Боренька,
жди оплеухи.
Мотор прибавил обороты, пошли на подъемник затем спуск, почти на
холостых, резкий поворот вправо, влево. До слуха Тормоза донесся звук
приближающегося поезда,
- Станцию, что-ли проехали…
Минут через десять, после недолгих остановок, на светофорах стояли,
наверное, колеса стали отстукивать дробь, попадая в ямки и наезжая на
ухабы,
- Черт, ну и дороги, ничего не вижу, темень кругом.
- Водитель не зло выругался, переключил свет с ближнего, на дальний и
Тормоз с Борькой смогли увидеть, как автомобиль свернул в переулок,
выхватывая фарами все неровности сельской дороги…
Мотор в последний раз завыл, затем сразу как-то затих, у него внутри еще
что-то булькало, шипело, гудело, но всем стало ясно, путешествие
подошло к концу…
…В узилище было слышно, как завизжала петлями водительская дверь,
затем открылась дверь кузова, зашуршали упаковки по полу…
- Это ты, Павло? – раздался женский голос, несколько глуховатый, словно
спросонья,
- Я теть Люба, приехал,
- Ну, разгружайся, я сейчас допоможу…
- Тетя Люба, не надо, как говорится, сами с усами,
- Не поняла, Павлуша, что ты сказал?
- Я говорю, открывайте ворота, я заеду во двор,
- А, поняла…
Женщина метнулась к воротам, зазвенели засовы и щеколды, ворота со
скрипом отворились.
Мотор заревел и автомобиль, не спеша, выбрасывая струю белого дыма,
задом попятился сквозь ворота во двор…
Когда все закончилось, и водитель окончательно заглушил мотор, он
вплотную подошел к хозяйке и прошептал на ухо,
- Я не один, тихо, открывайте погреб…
При этом, распахнув кузовные двери, выгрузив на землю остатки товара,
попросил,
- Теть Люба, погаси ка свет над крыльцом…
Только тогда, когда глаза привыкли к темноте, он запрыгнул в КУНГ, что-то
там звякнуло, грюкнуло, и из черного чрева автомобиля появились люди,
чуть сгорбленные, словно приведения, выпрыгивали на нагретый за день
асфальт двора, стараясь делать это как можно тише. Кто-то уже подавал
руку идущему сзади, кто-то снова спрыгивал во двор. И вот уже семерка
отчаянных беглецов, осторожно наступая на крутые ступеньки подвала,
медленно погружалась в прохладную пасть погреба.
- Шо то за люди, Павлуша?
- Хорошие люди, тетя Люба, очень хорошие…
…Дом, в который попали наши герои, обычный дом, каких сотни тысяч на
русской земле. Как и положено, из красного кирпича, надо сказать
добротного (об этом рассказ еще впереди), ловко сложенный, с нехитрыми
украшательствами, в виде колонн между окнами, с кирпичными фризами.
Однако, просторный, в шесть окон по фасаду. Перед домом, как и
положено в этих краях, палисад. Сейчас, в темноте не разглядеть, что в нем
растет, днем бы. Но и без того видно, что ничего особого там не
высаживали хозяева: тройка кустов чахлой сирени, между ними кусты
черной и красной смородины, еще что-то, не важно. По земле, словно
рыжие огоньки, цветы календулы. Вот, собственно и все. Еще на одну
деталь, конечно, обратит внимание прохожий. На местах табличек с
названиями улиц и номеров домов – пусто. Эка невидаль, - скажет
искушенный читатель, сейчас во многих местах так. Так, да не так. С тех
пор, как пришла война в эти места, начались всякого рода несчастья у
селян. То внеочередная перепись, то призыв на воинскую службу, будь он
неладен, то замена названий улиц, то черте еще что придумают, стали
жители срывать таблицы с названием улиц, номерами домов. Зачем? –
спросите Вы. Да все очень просто, нет улицы, дома, и дела нет. Попробуй,
пришли повестку, или, скажем, выпиши штраф. А? Нет названия улицы и
номера дома, куда выписывать будешь? Как куда? Скажет знающий
человек. Иди в ЖЕК, там домовые книги, пожалуйста. Да не тут-то было.
Много чего изменилось в этих краях за два десятка лет. А за последние
пять лет, так и подавно. Нет ЖЕКов, нет домовых книг. Нет, где-то еще
остались, но во многих местах - попросту сгорели. И потом, каждая
последующая власть себя показать хотела, мол, какие мы самостийные. Тут
не только улицы названия изменили, здесь сам город название изменил.
Вот и стрелять начали, в войнушку играть по-взрослому, настоящие бои
шли. Бывало, проснется человек поутру, и не знает, чья власть сейчас в
городе. Как в том анекдоте…белые пришли, красные пришли, опять штаны
снимай, жопу бить будем. Ну, вот и поняли люди, не надо никаких названий,
никаких номеров, будто и вовсе их нет на грешной земле. Но, статистика
все же наука, и картографию еще никто не отменял, вот по этой причине
мы и знаем, что остановились наши путешественники на улице Леси
Украинки, дом №…
…Женщину, которую мы встретили во дворе, вы уже знаете, зовут Люба,
Любовь Игнатьевна Богданова, родилась в Богдановке, пятидесяти пяти лет
отроду. Да, именно в той Богдановке, через которую сегодня проехали
путешественники. Являлась Любовь Игнатьевна троюродной сестрой
настоящей хозяйки этого дома, Марии Николаевны Депрарадович. Вы не
ослышались, Мария Николаевна прапраправнучка той самой Марии
Ивановны Депрорадович, которая была женой генерала майора Райко
Депрорадовича, славного мужа, и любопытного человека, хозяйкой
большого количества деревень и земель, и такие знаменитые места, как
Мариенталь, Марьинка, Троицкое, Надеждино, оно же Попасное, их
собственность, да и в самом Бахмуте что только семье не принадлежало.
Вот так, друзья мои. Конечно, в истории прошлых лет мы обязательно
покопаемся, а как же. И повод к этому у нас есть, а именно, Жорка,
который Тормоз, наиглавнейший мытарь на сегодняшний день, числятся за
ним делишки…
Но об этом позже, а пока…
…- Вылезайте, здесь тесновато, ничего голова пролезла, значит и все
остальное пролезет…
Погреб был очень уютным, сделанный с размахом, по-хозяйски сделан. Как
и повсюду, хранились в нем всякие запасы, а как же, времена снова
непростые, не знают люди, чего ожидать. А вот лаз в погреб, из зимней
кухни, ладили под домочадцев. Особенно крупных особей среди жителей
этого дома никогда не наблюдалось, поэтому и лаз сделали узковатым.
Ничего, зато и посторонний влезть сразу не сможет, выгода…
В это время суток в доме, кроме тетки Любы находились двое, невестка,
Анна и ее пятилетний сынишка, внучек Любы, Андрейка, белобрысый
мальчонка, с умными, веселыми голубыми глазками. Он жался к
материнскому подолу, держа в руках любимую игрушка, бронетранспортер,
правда беж пушки, потерялась…
Семеро путешественников, стояли в кухне, неловко себя чувствуя, потому
как по распространяющемуся запаху было понятно, люди долго не видели
воды,
- Компотику попейте, свежий из вишни с клубникой, так уродила в этом
годе, прям страсть,
- Бойкая Анна уже расставила большие керамические кружки, наливала в
них компот. Струя вращалась, выпрыгивая наружу, чуть переливалась из
пузатых, зеленоватых, блестящих, при электрическом свете, кружках,
- Пейте, пейте на здоровье…
- Андрюшка, быстро смекнул и уже тоже подставлял свою чашку.
- А тебе чего, водохлеб? Скоро спать ложиться, нечего…
Малыш наигранно захныкал, Люба сама налила в его кружку немного
компота,
- Нехай попье, ще не скоро спаты лягаты, - женщина обвела стоящих
взглядом,
- Давайте помыйтэся йдить, жиночкы, прошу, потим мужчины…
…За столом, в горнице сидели кучно, ужинали, никто не решался начать
разговор. Начал Павел.
- Друзья, я в двух словах описал нашу ситуацию тете Любе и Ане, они в
курсе, это обсуждать не будем. Теперь. Я связался с Рудым и вот, что он
мне сказал. Значит так, оставаться в Бахмуте не безопасно. Они разослали
наводки, Ваши портреты, - он молча пристально посмотрел на Огуреева,
Городецкого, Ларису и Татьяну Михайловну. Ну и конечно на Пупина.
- А за вами будут просто охотиться, причем приказ Вас живыми не брать.
Все понятно?
Все молчали. Он продолжал,
- На вас двоих, Александр, Сергей, вроде ничего нет. Хотя, все возможно.
Петр Петрович предлагает следующее.
Вас четверых, завтра вечером, как стемнеет, я отвезу в одно укромное
место, там отсидитесь с недельку, а дальше видно будет.
А вы можете поступить следующим образом, - Павел перевел взгляд на
Привалова и Сергея. У нас здесь есть штаб волонтёрской организации.
Завтра утром мы съездим туда, я договорился с нашим человечком,
запишем Вас в группу и можете пока находиться здесь в Бахмуте. Работа
там не сложная, раз в день надо смотаться на передовую, завести
продукты, кое-что из боекомплекта, так мелочи. Только есть одно «но»,
если быть точным, то два.
Первое. Вам нужно будет говорить на украинском языке, дело в том, что
местная организация сплошь состоит из одних «западенцев». Вы как с
украинским, владеете?
Привалов усмехнулся,
- Владеете…Помните, в «Семнадцати мгновениях весны» у Юлиана
Семенова, когда радистка Кэт собралась рожать, что ей сказал Штирлиц?
…Слово «мамочка» ты будешь кричать на родном языке»…
- Смешно, - усмехнулся Городецкий и посмотрел на свои пальцы,
- Ногти отросли, хоть маникюр делай. Люба не дадите ножнички, а то как-
то уже…
Он не договорил, и та проворно поднесла к нему маникюрные ножницы,
- Не жалко? – Городецкий прищурил один глаз, улыбнулся Любе,
- та шо их жалеть, рижтэ…
- Ну? – Павел смотрел на Привалова,
- А как-то по-другому, может техническая помощь, служба какая,
- В чем разница, Александр. Здесь сейчас западная Украина, понимаете?
Еще там, на передке внимания не обращают, а в тылу, тут каждый
выпячивает свою национальную гордость. Так что будем делать?
Молчавший до этого Сергей неожиданно спросил,
- А зачем нам лигализовываться? В чем смысл?
- Как в чем? - Павел откинулся на спинку стула, тот заскрипел,
- Смешаться с бодрой толпой волонтеров, получить легальные документы,
- Это понятно, а если кто узнает в лицо? Пойдет и просто заложит, тогда не
отбрешешься. И наверняка у них сидит особист такой, как я полагаю,
который держит руку на пульсе?
- А это было «второе», с языка Сергей сорвал. Да, вы правы, могут узнать
в лицо.
Особист - наш человек, и он держит руку на пульсе, ясно?
- Ясно то оно ясно, только стремно, знаю я этих особистов, нынче тут, а
завтра там,
- Точно, согласился с Сергеем Городецкий,
- Павел, а кто этих молодцов в бой ведет?
- Казак, фамилия у него такая, он от одного олигарха посыльный,
- Не Марком Георгиевичем величают?
- Так точно. А вы знакомы?
- Знакомы, приходилось сталкиваться в начале двухтысячных. Скользкий
он тип, скажу я вам, торговал оружием в Харькове, даже в Киеве его
знали. Официально конечно, ну и не официально, разумеется. Об этом весь
Харьков знал. А здесь чем занимается, кроме того, что на складах
проедается?
- Торгует оружием, а что поменялось?
Павел, - продолжал Сергей, - если не секрет, а далеко вы хотите наших
товарищей увезти?
- Не очень, рядом, а что?
- А может там какие работники нужны, скажем по хозяйству, ну, вдруг, так
мы под бригаду можем сойти. Скажем сарай какой наладить, или ремонт
сделать? Тогда все бы туда и прыгнули. Ведь нам, как я понял, все равно на
этой стороне оставаться нельзя. Рано или поздно раскроют, тогда - кранты.
За покушение на первое лицо, да попутно еще какую фигню пришьют,
пятнашка светит, как говорил один популярный герой, как клятва пионеру…
- В словах твоих, Сергей резон есть. Но мне дана такая команда. Давайте
сделаем так, я завтра еще разузнаю порядком, может что и подвернется.
Лады, ребята, вы очень устали. Денёк выдался, однако, да и я уже
порядком…
Тогда – спатоньки, а то я вижу, что Лариса уже спит, да и товарищ ее света
белого не видит.
Тетя Люба, отведи ребят на ночлег.
- пойдемте, пойдемте, всем места хватить…
…В дальней комнате работал телевизор, показывали футбольный матч,
диктор объявлял,
-Какой сегодня прекрасный футбольный день, Россия и Хорватия в одной
четвертой финала…
 
Второе июля. Поздравляю, граждане!
 
…Назавтра светило солнышко. Если витать над спящими людьми, а Борька-
раб так и делал, то можно без ошибки назвать одно из состояний
человеческого счастья – покой.
Это не новость, - скажет внимательный читатель, и вправду, не далее как
два десятка лет тому назад Борька-раб и сам впервые узнал об этом, и не
то чтобы почувствовал, нет, просто прочел,
- …Он не заслужил света, он заслужил покой!
Кто он, почему покой? Обсуждать этот монет нет никакой необходимости.
Это истина и обсуждению она не подлежит…
…Борька летал под потолком, и ему казалось, что убаюканные абсолютной
тишиной, люди забыли, что этот мир существует. Они спали так тихо и
безмятежно, что могло показаться, что они умерли, причем находясь в
самой счастливой фазе своего земного существования. Почему? Борька не
знал. На него нагрянули собственные воспоминания того момента, когда он
навсегда покинул этот суетливый мир и ему посчастливилось стать тем, кем
он есть сейчас…
Его мысли были прерваны скрипом пружинного матраса…
…В соседней комнате, маленькой, но очень уютной, в которую вмещалась
старинная металлическая кровать с никелированными спицами спинки и
шарами-набалдашниками, украшавшими ножки кровати, и с такой же
старинной этажеркой, на которой стояли рядами книги, не слишком по
возрасту отличавшиеся от самих кружевных ивовых полок, кто-то пытался
подняться с кровати.
Попов-Путин тихо поднялся, почти бесшумно оделся и молнией
выскользнул в коридор,
- О, с добрым утречком, - прошептала Люба, - колдуя возле переносной
газовой двух конфорочной плиты,
- Блинчики я затеяла, на простокваше, ох и вкусные, кушать будете?
- Попов-Путин улыбнулся в ответ, но ничего не сказал,
- Ага, - указала понятливая Люба, - там, за банькой, только это, Паша
сказал, чтобы вы задами туда шли, тихонько. Не надо, чтобы видели,
- Я в курсе …
Пупин пробрался в гараж, вышел в боковую дверь и уже через секунду
сидел в удобном нужнике. Все сделано по уму. Пусть читателя этот эпизод
особо не смущает, ведь это жизнь…
- Не понял, - вслух проговорил Попов-Путин, с обогревом? Оказалось, что
все оббито пенопластовыми плитами и они волшебным образом излучали
тепло. По утрам даже в эту пору – свежо. Попов-Путин поежился…Борька-
раб, примостился сзади нужника, наблюдал за происходящим,
- Интересуешься? – Тихий вкрадчивый голос Тормоза никак не
подействовал на Борьку.
- Что доктор прописал, наблюдаю,
- И до чего донаблюдался?
- Ни до чего,
- Ох ты и сырой, Борис, работать и работать нам с тобой,
Борька в душе даже обрадовался такому замечанию шефа.
Вдруг в деревянной будке что-то сверкнуло, и сквозь тонкие щели
сооружения было видно, как изнутри нужник светится ярким голубым
свечением,
- Это еще что за хрень? – не выдержал Борис-раб,
- А это и есть «ледяное пламя», Привалов знает, как оно называется. Запор
у твоего бышего товарища, еще бы больше недели в сухомятку, ничего
просрется…
Главное, чтобы нужник не спалил, а то куда же?
…Тормоз не выдержал и через малое мгновение был внутри,
- Кто здесь, - Попов-Путин завертел головой в разные стороны,
неожиданно уперся взглядом в одну точку,
- Не может быть, - растягивая слоги, проговорил Пупин,
- Жора, Тормоз…не верю глазам своим,
- Своим не верь, а моим можешь верить…
- Прости, но что ты забыл в нужнике, дай мне хоть закончить с этим делом,
- С каким? Поджогом туалета? Ты же светишься со всех сторон, разве
только искры не сыплются со всех сторон,
- Что так видно?
- Еще бы…Я тут поколдую маленько, пусть тебя сей час пронесет, а потом,
как нибудь поговорим…
Тормоз что-то там пробубнил и покинул нужник…
- Ну что, узнал? – Борьке не терпелось узнать о встрече,
- А куда он милок денется…
…В доме помаленьку просыпались. Лариса и Татьяной Михайловной
наводили порядок в туалетной комнате, находящейся в доме, после
помогали Любе накрывать на стол,
- А куда делся этот человек?
- Татьяна Михайловна указала на маленькую спаленку,
- На улицу я его послала, пусть там себе позагорает, нечего ему в доме
делать. Меня Паша предупредил, что за этим глаз да глаз а то дом сожжет.
Он что, и вправду огонь может вызывать пальцами,
Татьяна Михайловна вздохнула, - разве только пальцами, он чем угодно
огонёк высекает, уникум,
- Надо же, хлопотливая Люба, деланно посочувствовала. В это время
гаражная дверь открылась, и появился Пупин,
- Утром то свежо на улице, вода в рукомойнике прохладная, еле мыло
размылилось,
- Зато как бодрит, правда, - заулыбалась хитрая Люба,
- Доброе утро, Татьяна Михайловна,
- Доброе, - ответила та, - Вы, Владимир,
- Григорьевич, - напомнил Пупин-Попов,
- Совершенно верно, так вот, вам сейчас необходимо принять микстуру,
перед завтраком,
- Вы знаете, доктор, я себя совершенно замечательно чувствую, легкость
во всем теле,
- Еще бы, - подумала про себя Лариса, - тридцать лет не срать,
- Вы что-то сказали, - прищурив глаза Пупин-Попов спросил у Ларисы,
- Нет, ничего, а что?
- Послышалось как будто…
Дом оживал. Привалов подойдя к окну осторожно отодвинул край
занавески. Сквозь негустую зелень палисада просматривалась улица. На
грунтовке никого не было. Пропел где-то неподалеку петух, захрипел и
затих. Слышно было как хлопают его обрезанные крылья. Сергей сидел за
круглым столом разглядывал карту,
- Оно? – спросил Привалов,
- Оно. Я думаю, что мы вот сюда сейчас скакнем, он указал на западное
направление,
- Там заброшенные соляные копи, я там был лет восемь назад. Есть кой
какие строения. Мы тогда, еще пацанами хотели найти проходы в
горизонтальных выработках. Там сплошные завалы. Говорили, что наши,
при отступлении подрывали ходы. Я тогда слышал от местных, что
подземные ходы идут аж до Соледара, и южнее.
Огуреев тоже подошел к столу, расчесывая пепельные в вперемешку с
русыми перепутавшиеся волосы,
- Черт, ругался он, голову так и не помыл, надо помыть. Пупин, принявший
микстуру отдыхал в кресле,
- Вода в душе холодная, я уже окунулся, не советую,
- А зачем на улице, в доме вполне современная ванная и душ, слышишь, -
Привалов усмехнулся
- Пупин прислушался, - Юра Городецкий полощется,
- Вот чертовка, - улыбнулся Пупин, качнувшись в кресле,
- Кто?
- Да Люба эта, послала на двор, хорошо еще что туалет теплый,
- Мудрая женщина,, улыбнулся Привалов, - вас пусти вы и дом, простите,
подожжете…
Все посмотрели на Пупина, тот покачал головой и усмехнулся,
- Вообще-то правильно, заискрило маленько, я аж сам испугался,
Шутка была кстати, обстановка разрядилась,
- Завтракать, мужики, - голос Ларисы окончательно взбодрил
присутствующих… Ну, слава богу, живы, мужики!!!
...Завтрак удался на славу. Женщины наготовили столько, что еще и
осталось. Оказалось, что Лариса прекрасно умеет печь оладьи. А к этому
домашнюю сметану, топленое в печке молоко, да свежеприготовленную
молоденькую картошечку, да к этому ко всему еще бы и по стопочке…
Ну а кто против, тем более повод то какой, повод и вправду замечательный
– вырваться из такой передряги, да еще и не пострадать, уметь надо, за это
и не грех выпить…
Люба, не выдержала и все таки полюбопытствовала,
- А чего же это вы касатики, такого натворили, что аж по телевизору ваши
портреты коказують?
- Самое смешное, если это смешное, - Татьяна Михайловна крутила в руках
граненую стопку, - ничего. Ничего того, чтобы устраивать такой шум.
Можно сказать, много шума из ничего.
- Говорите из ничего? А вот что-то обличье этого товарища мне кого-то
напоминает.
- Пупин-Попов, покряхтел в кулак, несколько раз моргнув, спросил,
- Ну и кого?
- Кого, кого, сам знаешь кого,
- Да вы, Люба не бойтесь, я не обижусь, говорите,
- А тут и обижаться нечего, обижайся не обижайся, ты на Пупина похож…
- Гм, - Пупин посмотрел на Татьяну Михайловну, на свою рюмку с налитым
коньяком, вопросительно поднял брови,
- А, валяйте, семь бед – один ответ.
- Пупин выпил залпом ни с кем не чокаясь, - сделал глубокий вдох, на
несколько секунд задержал дыхание,
- А может я и есть Пупин?
- Да ладно-то брехать. Пупин в Москве, в Кремле сидит, а ты здесь, за
столом. Что, не так?
- Факт не оспорим, да, я здесь,
- Так что давай, помалкивай, а то мало ли…Затем немного погодя, словно
разговаривая сама с собой, произнесла,
- А если бы ты был он, я б тебе, ему вот что сказала, - кончай ты эти
баловства, милок, не надо почем зря людей портить. Зачем сусидскю хату
спалили. Снаряд прилетив, як воно… начисто спалили. Пиды подывысь…
Оно конечно, живем пагано, плохо живем, але ж уси люды. Житы треба а
ни вбываты…
Говорыты треба, по людськы надо чтобы. Я так понимаю, - Люба перешла
на чистый русский язык, - нам эти западэнци тоже не нравятся. Все какие-
то пихати, надменные значит. С ними начнешь разговаривать, у нас тут все
на суржике говорят, здесь чистой украинской и русской речи нет. Так те аж
заходятся, видишь ли, наш выговор им не нравится, с этого и начинается,
сперва придирки все драки и конфликты. А то и до убийства доходило. Это
еще до 14 года, а уж как воевать друг с дружкой стали, так просто беда.
Все мужики, кроме стариков, на ту сторону ушли, кто в ополченцы, кто в
шахту. А здесь нынче бедность и неразбериха. Вот, если бы тебе удалось
как-то, при случае с Пупиным поговорить, вот ты бы ему и сказал, мол
мириться нам надо, а то ведь ни богу свечка, ни черту кочерга…
Все молчали, не смея произнести ни звука. И даже когда Люба закончила
свой монолог, никто не посмел нарушить тишину. Вдруг, щелкнула входная
щеколда, и через несколько секунд на пороге появился Павел,
- Привет, меня нет, а они значит кушают, - он поискал домашние тапочки,
засунул в них ноги, подскочил к столу схватил оладью,
- У, вкусные,
- Нечего Павлушка грязными руками со стола хватать, хамствуешь тут,
скидай куртку, сидай с нами снидаты…
Женщины встали из за стола, как впрочем и остальные, стали шумно
двигать стульями.
Э нет, уважаемые так не пойдет, давайте сядем рядком и поговорим
ладком, кто не позавтракал, доедает, а кто уже все, сидит и слушает, или
пьет чай, у тети Любы он отменный со смородиновым листом, с душистой
мятой, с медом…
Павел ел и одновременно говорил, он ел медленно, наслаждаясь
угощеньем, и говорил также медленно, растягивая слова, расставляя
акценты,
- Школа, - проговорил про себя вездесущий Тормоз, поднимая кверху
указательный палец, мол, слушай Борька, учись мысли складывать.
Борис-раб, пытался выковырять кусок засахаренного меда из чрева
бутыли, у него ничего не выходило. Он аж покраснел от напряжения.
- Невдалюка, - без зла произнес Тормоз. Он дотронулся пальцем до
лежащей на полке серванта ложки, та чуть продвинулась вперед и,
наконец, упала.
На звук среагировал только Городецкий, сидевший рядом с сервантом и
Лариса. Она подошла, подняла Ложку, положив ее на место…
…Да, Сергей, ты был прав, в местном штабе полная замена. Там теперь
заправляет некто Гордиевский, еврейчик из Одессы. Шустрый малый, он
даже свой Харлей сюда привез в контейнере. Ни у кого на него выхода нет,
да и в Харькове о нем ничего никто не знает, говорят, небедный парень,
занимался вином и водкой, затем разливали воду, последние десять лет
занимается оружием, эта информация закрыта. В общем, так, двигаемся за
Запад, на Северо-Запад. Тут недалеко верст десять, двенадцать.
Готовность к полночи, будем выдвигаться, берем с собой все, здесь ничего
не оставлять. Никто никуда не выходит, сидим здесь, смотрим телик,
отдыхаем, спим, в общем понятно?
- Понятно, - присутствующие почти хором ответили…
В общем обстановка приемлемая, особых событий никаких кроме одного,
сегодня, 2 июля столетие со дня провозглашения закона о гражданстве.
Поздравляю, граждане…
- Спасибо…
Привалов подошел к Любе, которая убирала со стола,
- Любовь…, он сделал Паузу, - по отчеству, простите,
- Шо, старая бабка, - ухмыльнулась Люба,
- Ну что вы… - было начал Привалов,
- Да ладно, чего уж, - Федором отца звали, а ты уж Любой зови, не надо
этого…
- Да, люба, мне надо в погребе поработать, пустите?
- Ну а чего, работай на здоровье…
Привалов спустился в подвал, здесь на добротном дощатом полу, лежали
их сумки. Привалов раскрыл одну из них, достал оружие положил на полку,
сдвинув пустые банки в сторону. Через несколько минут лаз открылся и в
погреб спустился Павел. Он прихватил с собой банку кока-колы,
- Будешь? - предложил он Привалову, - я а без этой дряни уже не могу.
Пристрастился там, он указал неопределенно рукой, Привалов не стал
переспрашивать, и так все понятно. Павел присел на корточки, взглянул на
Привалова,
- Можно? – кивнул на сумку,
- Можно…Павел достал из сумки «Грач», достал обойму, улыбнулся,
- Крыс из него хорошо долбать, а так, игрушка. Стечкин вот то да.
- Привалов приподнял свитер, за поясом торчала рукоять легендарного
пистолета,
- Годится? Помочь?
Привалов разбирал оружие,
- Нет, спасибо. Что там Харьков говорит?
- Харьков? Харьков говорит, что пока надо с недельку переждать, а там
Харьков хочет сам наведаться сюда…
- Зачем?
- Ну, хорошая подмога никогда не помешает. Завтра будете в укромном
месте, дом достраивать одному товарищу. Инструмент и материалы на
месте. Там все спокойно. Женщины будут с Вами, штукатурка всякая или
поварихами, там разберемся. Ты поговори с женщинами, я вижу, ты
умеешь,
- Конечно, поговорю. Куда и как дальше, вот вопрос? У нас ведь ни
одежды, ни денег, сколько мы так продержимся?
- За одежду, деньги не беспокойтесь. Завтра, послезавтра все получите.
Пока с Вами об этом беспокоиться нечего. Ваша задача не отпускать от
себя этого Замороженного, не светить…
Все понятно? Там подумаем, что дальше делать,
- Понятно.
Павел встал, смял пустую банку, бросил ее в ведро. Затем постоял,
подошел, извлек банку из ведра, положил в карман куртки
- Все будет путем. Футбол смотреть будешь?
- А кто сегодня играет? В 17-00 Бразилия – Мексика, в 21-00 Бельгия –
Япония…
- Наверное, буду, а куда я денусь с подводной лодки, - он улыбнулся,
- Вот, так-то лучше, - бодро ответил Павел и стал карабкаться по крутой
лестнице в лаз…
 
Разговор…
 
…День проходил не шатко не валко…
…Приваловы, разместившись на веранде, предварительно задернув шторы,
читали. Саша нашел несколько любопытных книг на этажерке, в
комнатушке, где отдыхал Пупин-Попов.
Огуреев и Лариса шушукались в углу горницы, иногда оттуда доносились
смешки. Городецкий дремал в кресле, на его животе лежало несколько
журналов «Наука и жизнь» из прошлого века. Из гаража доносились удары
молотка почему-то железному. Доносились глухо, видимо из ямы, которая,
как и положено гаражной яме там же и находилась. Сергей помогал Павлу
что-то починять, потому, что машина не новая, да и дороги у нас сами
знаете какие. Делали они это с удовольствием, особенно это занятие
нравилось Сергею. Его природное любопытство заставляло обладателя
сего дара всенепременно получать знания и навыки в любой ситуации, в
которые он попадал. Толи в силу этого таланта, толи потому, что был
молод и силен, а скорее и от того и от другого, Сергей улыбался,
ввинчивая какую-то гайку на положенное ей место. Павел иногда
поглядывал на Парня, в душе был доволен тем, что именно Серега ему
сейчас помогает…
А что же Пупин-Попов, чем же занят наш «Замороженный»? Пупин смотрел
телевизор. Он полулежал в кресле, подложив под голову подушечку,
расшитую всякими узорами, орнаментами. Вышивка была выполнена
настолько тщательная, что стежки выступали рельефно, ощущались
затылком. Быть может, это только ему так казалось? Остальные, быть
может, этого не ощущали? Пупин приписывал обнаружившуюся
чувствительность тем обстоятельствам, которые собственно и сложили его
жизнь. А какая жизнь? Половину своего биологического пребывания на
этой планете он ничего не чувствовал, ни ощущал, не помнил. Пупин
пытался напрячься изо всех сил, чтобы хоть что-то припомнить, он
надеялся на то, что такими мучительными приступами сможет хоть что-то
возродить в себе. Однако заканчивались эти попытки тем, что он вдруг
начинал ощущать некий прилив глубинного жара, который накатывал
горячей волной к кончикам пальцев и Пупин понимал, стоит ему щелкнуть
один о другой и появиться пламя, а вместе с ним и ярость, которая долго не
проходит. Он гасил в себе эти приступы, повторяя про себя
- Ничего, ничего, будем продолжать в том же духе, я должен что-то
вспомнить, ведь в больнице я, по словам Татьяны Михайловны что-то
припомнил…
Он вспоминал фразу, порядок слов в фразе, но его сознанию эти слова
ничего не давали…
…Занавеска на окне не закрывала окно доверху, была видна обгоревшая
верхушка дерева, на которой сидел огромный ворон, раскачивая
согнувшуюся ветку. Пупин смотрел на этого ворона, не отрываясь, и ему
показалось, что ворон, в свою очередь, смотрит на него. Смотрит
пристально, словно хочет убедиться, что Пупин никуда с этого места не
уйдет, и уже определяет расстояние до кресла, в котором тот располагался.
- Шалишь, парень, - вслух произнес Пупин.
Он убрал голову вправо, ворон скрылся за перемычкой окна, влево, ворон
вновь появился. Еще раз сдвинул голову вправо, затем повторил движение
влево…
Ворона на том месте уже не оказалось,
- Вот брат, ворон, у меня не пошалишь. Пупин поправил подушечку,
посмотрел на экран телевизора и переключил канал. На ум ему пришла
знакомая каждому народная песня, и он, припоминая слова, замурлыкал,
- Черный ворон, что ты вьёшься над моею головой, ты добычи не
добьешься, черный ворон, я не твой…
- Хорошо поете, Владимир Григорьевич, доброго здоровьица…
…Тормоз, удобно расположился у изголовья. Он уже несколько минут
наблюдал за Пупиным,
- Как самочувствие? Смотрю, привыкаете помаленьку. Ну и ладушки. А тут
у них ничего. Я полетал по округе, осмотрелся, природа здесь
подходящая…
- Жора, - не выдержал Пупин, - а как ты здесь оказался? Я имею в виду в
этом краю, ты ж вроде как по центральным районам мастер?
- Как тебе сказать, Владимир Григорьевич, мы, люди подневольные, пришел
приказ, сполняй.
- Что ты заливаешь, какой приказ, от кого? Ты ведь человек не верующий,
насколько я понимаю,
- А этого, друг мой, нам знать никак не положено, да и потом, не человек я
вовсе, а мытарь. Это помнить надо, - пошлепав для солидности губами, он
добавил,
- Хотя и старший…
- Над кем старший? - Да есть тут, некоторые, кстати, дружок твой, если не
забыл,
- Кто?
- Борька Сеуканд, припоминаешь?
- Борька? У-г-м, что-то знакомое, вернее, кто-то. Вроде знаком, но когда и
где? Нет, не помню,
- Ну, это не важно, главное, что меня помнишь,
- Да, тебя не забудешь…
…Жора, тогда скажи мне такую штуку, я что, и вправду был президентом
России? А то вокруг шепчутся. Вот и Люба сегодня утром…
- Почему был, ты и сейчас президент, только вот кто на троне сидит, я еще
и сам не разобрался. Тут понимаешь, Володя, вот какая штука могла
произойти. Я сам-то не слишком грамотен в этих всяких физиках, но на
пальцах, я маленько разумею. Погоди, недолго осталось, распутаем мы эту
путаницу.
Получается так, что никто не может знать своего будущего. Понимаешь,
никто. И проникнуть в него нет такой возможности. Словно стена, или
какая непроницаемая пленка между «есть и будет». Так сложилось. Лично
до меня такое не доходит. Ну да ладно. А вот с прошлым, тут дело другое.
Тут все проще. Вот взять меня, а всегда могу туда заглянуть, быть там,
принимать участия в разных событиях и даже маленько на что-то повлиять.
Но есть одно «но», ежели я там, то нынешние времена для меня «зась».
Ничего здесь, будучи там я сделать не смогу. Понял?
- Ничерта я не понял, Жора. Очень все путано.
- Ладно, паря, я и сам запутался, скажем, в твоей истории я ничего
разобрать не могу.
Ты не обижайся, кто старое помянет, тому глаз…того, однако суровое
наказание ты принял пару годков тому, а и того меньше, а очутился ты,
черте где, еще в начале девяностых. Кто с тобой такую штуку учинил, не
знаю. Но то, что это не я, точно. Мне такое не под силу. Есть персоны в
нашем потустороннем мире поважней моего. Однако пути к ним у меня нет,
и не будет. Посему, милок, будем делать, как делается, и будь, что будет. А
там, помаленьку разберемся…
- Одно тебе могу сказать, в этом краю – беда. И даже не в тебе дело, хотя,
как сказать. В этом краю неладно уже сотню лет, сейчас, самый разгар. Вот
с этим хорошо бы разобраться. С этого, пожалуй, и начнем, а начавши,
доберемся до чего нибудь, а может и до сути. Не боись, горение твое
теперь тебе только на пользу пойдет, смотрю, механизм уже отлаживаешь,
хвалю. Только, чур, ничему не удивляться, быть молодцом. Знали бы вы
все как мне поколдовать охота, Владимир Григорьевич, соскучился я по
этому делу,
- А меня научишь? – раздался голос Бориса-раба ,
- Слыхал? - Пупин сбросил маску задумчивости,
- Слышал,
- Это и есть Борька-раб, нарисовался. Скоро познакомитесь, ждать
недолго…
…Ох, и увлекательное дельце я задумал, только вот как выйдет, еще не
знаю.
Все будет завтра!!!
Copyright: Ней Изехэ, 2020
Свидетельство о публикации №391785
ДАТА ПУБЛИКАЦИИ: 17.08.2020 11:07

Зарегистрируйтесь, чтобы оставить рецензию или проголосовать.
МСП "Новый Современник" представляет
Илья Морозов
Трилогия Великой Победы
Как стать автором книги всего за 100 слов
Положение о проекте
Общий форум проекта
Остап Бендер в наши дни
О возобновлении выпуска наших журналов
Об издательской деятельности на портале и особых наградах за возобновление выпуска журналов
Мнение...Критические суждения об одном произведении
Виктор Лидин
Отпустила б ты...
Читаем и обсуждаем.
Презентация книги Михаила Поленок
"Не ради славы…"
Устав, Положения, документы для приема
Билеты МСП
Конкурсы 2022 года
Дипломы Номинатов конкурсов МСП 2022 года
Форум для членов МСП
Состав МСП
"Новый Современник"
Планета Рать
Региональные отделения МСП
"Новый Современник"
Льготы для членов МСП
"Новый Современник"
Реквизиты и способы оплаты по МСП, издательству и порталу
Организация конкурсов и рейтинги
Литературные объединения
Литературные организации и проекты по регионам России
Литературное объединение
«Стол юмора и сатиры»
Общие помышления о застольях
Первая тема застолья с бравым солдатом Швейком:как Макрон огорчил Зеленского
Комплименты для участников застолий
Cпециальные предложения
от Кабачка "12 стульев"