Вниманию членов МСП и авторов, желающих вступить в наш Союз писателей. Началось размещение произведений во второй этап Литературного конкурса на премию МСП «Новый Современник» «Чаша Таланта - 2017». Читайте Положение о проекте в разделе конкурса в центре портала.
САМЫЙ ЯРКИЙ ПРАЗДНИК ГОДА - 2018
Новогодний конкурс
Положение
Иноформация и новости
Номинации конкурса


Главная    Лента рецензий    Ленты форумов    Круглый стол    Обзоры и итоги конкурсов    Новости дня и объявления    Чаты для общения. Заходи, кто на портале.    Между нами, писателями, говоря...    Издать книгу    Спасибо за верность порталу!    Они заботятся о портале   
Бенефис
Раисы Лобацкой
Моя жизнь в
очертаниях 500 слов
Об истоках творчества
Великолепная Эльвира!
4-я страница обложки
журнала "Великолепная десятка-2"
Как разместить материалы о себе на обложках наших изданий


Что хочет автор
Электронная газета
Вход для авторов
Логин:
Пароль:
Запомнить меня
Забыли пароль?
Сделать стартовой
Добавить в избранное
Регистрация автора
Наши авторы
Новые авторы недели
Объявления и анонсы
Новости дня
Дневник портала
Приемная дежурных
Блицы
Приемная модераторов
С днем рождения!
Книга предложений
Правила портала
Правила участия в конкурсах
Обращение к новым авторам
Первые шаги на портале
Лоцман для новых авторов
Вопросы и ответы
Фонд содействия
новым авторам
Рекомендуем новых авторов
Альманах "Автограф"
Отдел спецпроектов и внешних связей
Диалоги, дискуссии, обсуждения
Правдивые истории
Клуб мудрецов
"Рюкзачок".Детские авторы - сюда!
Читальный зал
Литературный календарь
Литературная
мастерская
Зелёная лампа
КЛУБ-ФОРУМ "У КАМИНА"
Наши Бенефисы
Детский фольклор-клуб "Рассказать вам интерес"
Карта портала
Наши юные
дарования
Положение о баллах как условных расчетных единицах
Реклама

логотип оплаты

.
Произведение
Жанр: РассказАвтор: Алексей Брайдербик
Объем: 13000 [ символов ]
Призраки
Я взглядом приветствовал рассвет. Раскаленная блестящая заря
выплавляла играющий переливами и пестрыми тонами новый день. В
курящемся нежном белесом тумане выделялись охваченные янтарным
светом, будто рваные, силуэты зданий. Еще минута-другая, и в
испепеляющем величии огненного круга утонут холодные тени ночи.
Я – призрак, вернее был им. Теперь я птица, белый голубь. Моего дома
больше нет, и весь этот мир, который греется в солнечных лучах, – лишь
воспоминание о прошлом, о мире, который однажды опустел, его голос
смолк, а вместе с ним и другие голоса. Голос человечества больше не
звучит.
Человечество погибло. Физическая часть человека стала прахом, но его
духовная часть осталась, вознеслась к небесам. И вдруг что-то произошло,
возможно, всему виной стали наши неискупленные грехи или духовная
нечистота, но пронизанная безгранично упоительным блаженством и
сладкой истомой божественная обитель отвергла нас.
Мы, словно дождь, каплями холодного света обрушивались на землю.
Низвергнутые, мы как ослепительные молнии ударялись о каменную плоть
нашей бывшей реальности. Мы не стали вновь теми, кем были. В наших
головах билась, словно перепуганная птица в клетке, память о прожитой
жизни.
Когда мы были живы, многие из нас питались и дышали собственным
одиночеством, но теперь, после смерти, мы разом забыли, что такое
одиночество. Да, смерть временами сближает.
Когда мы вернулись, то увидели, что все вокруг изменилось. Мы были
удивлены и растеряны: как же так, наши города – царства мысли, науки и
просвещения – в упадке и запустении. Как долго мы возносились, и как
долог был обратный путь? Разве не мгновение заняло наше путешествие?
Почему везде разруха и наступление дикой природы. Леса и степи –
деревья и травы – там, где их не должно быть – на городских улицах,
площадях, в переулках.
Нам даже не понадобилось предавать земле собственные останки. О них
позаботилась природа – насекомые, животные, дожди и палящее солнце –
вот участь для наших покинутых бренных узилищ. Мы стали учиться
принимать новую действительность и мириться с новыми законами и
правилами.
Если бы Божье царство стало для нас новой и прекрасной реальностью,
лучезарным раем, то мы бы ни о чем не беспокоились. Однако коль уж все
сложилось для нас плохо и мы можем только воображать, какое счастье
нас бы там ожидало, теперь ничего не остается, кроме как воспроизвести
всю нашу прошлую жизнь, чтобы не ощущать бессмысленности и пустоты
собственного бытия. Мы ведь не можем жить неприкаянно, отказавшись от
всего и забыв обо всем, что нас волновало, что было нам дорого и
привычно. Ходить на воображаемую работу; заводить романы, которые ни
к чему не ведут; сочинять, возводить и создавать – это все в нашем
положении имитация утраченной жизни. И мы имитировали ее. Лично я
пока не задумывался о чем-то подобном – успею.
Я и другие обнаружили, что можем вселяться в тела живых существ –
животных и птиц. Кто заимствовал тела белок, мышей и прочих, кто
предпочитал птиц: ворон, голубей, воробьев... Впрочем, я слышал от
других призраков, что очень немногие захотели вновь обрести плоть,
пусть и не человеческую, но все же чувствующую и способную
действовать.
Естество зверя и птицы по-своему несовершенны и не приспособлены
производить некоторые сложные и кропотливые, требующие
сосредоточенности и мышления действия, поэтому нельзя сравнивать
пребывание в теле птицы и зверя с нахождением в человеческой
оболочке. Да, ты отвечаешь миру, и он тебе отвечает, ты проникаешь в
него, а он – в тебя. Но этого недостаточно. Человеческая природа
предполагает нечто, пребывающее над сутью животного.
Вот я, например, решил занять тело птицы. Мне захотелось побыть в нем.
Просто мне показалось это интересным новым опытом, тем более что я в
любой момент мог покинуть свое временное живое пристанище. Управлять
чужим телом не составило труда.
Я летал везде где хотел, набирал высоту и опускался вниз, в тишине среди
облаков разносился шорох моих крыльев, он же смешивался с другими
звуками, слышавшимися от земли, между громадами зданий, под кронами
деревьев и над землей. Добывал пропитание – ведь тело, которое я
использовал, нуждалось в пополнении сил, это призракам не страшны
земные нужды и жажды.
Безграничное сознание человека, помещенное в крохотную физическую
оболочку. Мне были отчасти близки и знакомы ощущения и чувства,
которые руководили птицей – боль, страх, голод.
Как погибло человечество? Всему виной была катастрофа. Я помню, что
много и долго говорили о какой-то страшной и губительной болезни,
которую выпустили наши враги. Все говорили тогда о врагах страны, но
никто не знал, кем именно они являлись. Враги – это довольно
расплывчатое определение, ибо врагами можно было считать абсолютно
всех, кто предпочитал решать вопросы по-своему, опираясь на
собственное воспитание и мироощущение.
Врагами мы видели даже тех, кто с нами дружил или полагал, что
испытывает к нам дружеские чувства, но друзья – это термин тоже
нечеткий, друзьями мы называли всех, кто разделял наше мнение о нашей
собственной уникальности и избранности.
Мы все хотели, чтобы болезнь и нас поразила, мы все стремились впустить
ее в нашу кровь. Это некая жертвенность, которая культивировалась в
рядах обычных граждан и расценивалась и превозносилась как великое
благо. Говорили: «Мы не можем умереть, ведь мы – само бессмертие», или
«Болезнь нам не страшна, она – заблуждение», «Давайте, пусть обрушится
на нас вся ярость смерти, мы ее ногтем раздавим. В нас Бог, а в вас –
ложь».
Болезнь распространялась гораздо быстрее, чем создавалась вакцина от
нее. Никто ничего не успел.
Я заметил такую странность: обычно осознание катастрофы приходит
тогда, когда она уже случилась, но было бы заблуждением думать, что это
запоздалое осознание. Наоборот, понимание, что уже ничего не
исправить, наступает как раз вовремя. Момент словно насмехается над
нашей нерасторопностью и глупостью, говоря: «Вот к чему все шло, вот
что теперь будет, и вот чего теперь не исправить».
И все же до того момента надо осматриваться по сторонам, думать над тем,
что происходит, и это, скорее всего, поможет либо ослабить трагедию,
либо не допустить ее.
Но у нас этого не вышло.
Несколько дней назад я, облетая то, что раньше было городским
кварталом, решил заглянуть в одно из заброшенных зданий. Я проник
внутрь через разбитое окно, там пахло затхлостью, упадком и отсутствием
людей, именно таким запахом обладает застоявшееся время. Наверное, тут
когда-то располагалась швейная мастерская: длинное помещение было
заставлено столами, на которых громоздились пыльные швейные машинки,
валялись выцветшие обрезки тканей, какие-то тряпки, швейные иголки,
катушки с нитками... Я опустился на свободный край стола.
Все эти предметы, оставшиеся без своих хозяев, разбудили во мне
воспоминание, связанное с моей работой.
При жизни я работал портным в ателье. Приземистое, с плоской крышей,
выкрашенное в оливковый цвет здание с двумя длинными пристройками –
одна с правой стороны, другая с тыльной – было обнесено аккуратной
низкой изгородью. На ателье висело так много ярких объявлений и
пестрых рекламных щитов, что при взгляде на него можно было бы
подумать, что там предлагают не услуги по пошиву одежды, а рекламу
реклам, объявление объявлений. По вечерам все здание заливалось
разноцветными огоньками и окрашивалось радужным светом
многочисленных подсветок.
Наш коллектив, состоявший из шести человек, был очень сплоченным и
дружным. Мы много всякой одежды пошили и немало пуговиц пришили к
рубашкам и пальто. Помню как-то раз у нас столько работы выдалось, что
пришлось не только весь день, но и полночи потратить, чтобы все успеть.
Тогда мы очень поздно разошлись по домам, зато каждый остался доволен
выполненной работой. Чудесным было то время.
Смерть настигла меня после того, как я похоронил последнего из коллег.
Я решил проверить, насколько мое нынешнее тело было ловким и умелым.
Однако для простейшего на первый взгляд действия оно оказалось
полностью непригодным. Рядом со мной лежала большая штопальная
иголка и длинная свернутая в спираль нитка. Мне кое-как удалось клювом
поднять иголку, но только поднять и держать, ничего другого я этой иглой
сделать не смог. С ниткой вышло так же – я подцепил ее лапкой и
попытался продеть кончик в угольное ушко – ничего не вышло. Я
исхитрялся и так и этак – бесполезно, то иголка выскальзывала, то нитка
запутывалась и не желала никак попадать в отверстие.
Со стороны мои действия, конечно, выглядели чудно и странно, но, честно
сказать, мне было все равно, меня в тот момент волновало, сумею ли я
продеть нитку в угольное ушко. Если бы мне это удалось, я смог бы
сымитировать свою прошлую жизнь. Именно изобразить, а не вернуть или
заново прожить. Утраченное нельзя вернуть, начать все сначала не
получится – нет способов и возможностей, придется лишь притворяться,
играть в свою прежнюю жизнь.
В общем, у меня так ничего и не получилось, я бросил это занятие и,
смирившись с поражением, улетел.
Вчера вечером я побывал на заброшенной фабрике, недалеко от центра
города. Я влетел в помещение фабрики через большой пролом в
кирпичной стене и опустился на железную бочку, стоявшую напротив.
В здании уже были около полусотни призраков, вероятно, они захотели
устроить что-то вроде встречи или вечеринки, в общем, провести время
вместе.
Они решили заполнить тишину собственными голосами. Они обсуждали
собственные достижения, последние события, сплетни. Кто с кем
встречался или кто где побывал за последнее время. Да, забавно делиться
достижениями в делах, которые никак не связаны с призрачным
существованием, но они все же это делали, поскольку отказывались
осознавать, что их занятие бессмысленно. Каждый притворялся живым.
Потом они все начали заниматься каждый своим. Одни пытались играть в
воображаемые «вышибалы». Участники разделились на три группы,
первые две встали в ряд друг напротив друга, а третья разместилась
между ними. У игроков не было настоящего мяча, и потому они только
делали вид, что бросают его. Если бы у них имелся мяч, было бы не так
смешно, а так выходило, что одни прыгают из стороны в сторону как
угорелые и крутятся на месте, а другие размахивают руками и пинают
ногами воздух.
Другие же то развлекались тем, что устраивали импровизированную
борьбу – смеялись, восторженно кричали и хлопали в ладоши, то стояли у
окон и, задрав головы, смотрели куда-то вверх.
Что так привлекало их внимание? Небо? Облака? Первые звезды? А может,
они пытались разглядеть рай? Место утраченного блаженного бессмертия?
Пусть мир слушает громкий смех призраков, пусть вселенная содрогается
от восторженных криков, и пусть страхи рассеиваются перед их умением
веселиться. Устроить бы парад или шествие – красочное, жаркое,
энергичное. Но, впрочем, достаточно и этой встречи.
Тут я заметил, как вдоль стены пробежала белка, а за ней пара мышей.
Наверное, они оказались в помещении, воспользовавшись тем же путем
что и я. Зверьки остановились, притихли, в следующий миг из них вышли
три призрака – два парня и девушка. «Хозяева» приветствовали вновь
прибывших. Девушка присоединилась к призракам, стоявшим у окна, а
парней позвали сыграть в «вышибалы». Те без лишних разговоров и с
радостью согласились.
Вдруг призраки, стоявшие у окна, разом повернулись, и кто-то из них
предложил каждый день в это же самое время собираться в этом месте и
развлекаться. Все хором поддержали эту идею.
Я тоже мысленно согласился.
Спустя какое-то время все стали уходить, однако не поодиночке, а всей
компанией. Я видел улыбки на их лицах – словно они забыли, что умерли.
И сколько же было в них счастья от общения между собой! Призраки
держались вместе, и никто не отставал и не пытался вырваться вперед.
Оставались только мыши и белка, они не убежали и не спрятались, хотя
им ничто не мешало это сделать.
Сейчас я созерцаю раннее утро. Оно прекрасно.
Наше существование – это просто существование и только. Мы не можем
стремиться в будущее, потому что для нас его нет. Мы ничего не оставили
после себя, поскольку и оставлять-то нечего, да и кому – если бы у нас
были потомки, то они, разумеется, оценили бы наше наследие, но наше
потомство – это всемирная бесконечная тишина. Мы тени прошлой
цивилизации, и наше предназначение – оставаться такими вечно.
Я думаю, что все не так плохо. Пока есть рассвет и закат, а день сменяет
ночь, и наоборот, можно смириться с тем, что тебя больше нет. Я получаю
удовольствие от восхода солнца. Чем я займусь сегодня? День не
отличается от ночи, а ночь – от дня. В чередовании дня и ночи нет ничего
таинственного. Есть места, куда еще я не прилетал на своих новых
крыльях. Я жду от этого дня только хорошее, плохое мне уже не грозит.
Я спокоен и уверен.
Copyright (с): Алексей Брайдербик. Свидетельство о публикации №369480
Дата публикации: 09.11.2017 22:03
Предыдущее: Понимание…

Зарегистрируйтесь, чтобы оставить рецензию или проголосовать.
Раиса Лобацкая
"Дамский преферанс"
ГЛАВА ИЗ РОМАНА
Диплом номинанта
премии "Чаша таланта"
Номинанты премии МСП "Новый Современник"
"Чаша таланта"
Документы и списки
Устав и Положения
Документы для приема
Органы управления и структура
Региональные
отделения
Форум для членов МСП
Льготы для членов МСП
"Новый Современник"
Приглашаются волонтеры!
Направления
деятельности
Реквизиты и способы оплаты по МСП и порталу
Коллективные члены
МСП "Новый Современник"
Атрибутика наших проектов

Редакционная коллегия
Информация и анонсы
Приемная
Судейская Коллегия
Обзоры и итоги конкурсов
Архивы конкурсов
Архив проектов критики
Английский Клуб
Положение о Клубе
Зал Прозы
Зал Поэзии
Английская дуэль
Проекты Литературной критики
Поэтический турнир
«Хит сезона» имени Татьяны Куниловой