Внимание Авторам! В середине апреля планируется открытие Хита Сезона имени Татьяны Куниловой. Принимайте участие! Следите за новостями!
Блиц-конкурс
Апрельский снег


Дежурный редактор
Игорь Истратов
Вход для авторов
Логин:
Пароль:
Запомнить меня
Забыли пароль?
Сделать стартовой
Добавить в избранное
Регистрация автора
Наши авторы
Объявления и анонсы
Новости дня
Дневник портала
Приемная дежурных
Блицы
Приемная модераторов
С днем рождения!
Книга предложений
Правила портала
Правила участия в конкурсах
Обращение к новым авторам
Первые шаги на портале
Лоцман для новых авторов
Вопросы и ответы
Фонд содействия
новым авторам
Рекомендуем новых авторов
Альманах "Автограф"
Отдел спецпроектов и внешних связей
Диалоги, дискуссии, обсуждения
Правдивые истории
Клуб мудрецов
"Рюкзачок".Детские авторы - сюда!
Читальный зал
Литературный календарь
Литературная
мастерская
Зелёная лампа
КЛУБ-ФОРУМ "У КАМИНА"
Наши Бенефисы
Детский фольклор-клуб "Рассказать вам интерес"
Карта портала
Наши юные
дарования
Положение о баллах как условных расчетных единицах
Реклама

логотип оплаты

.
Произведение
Жанр: РоманАвтор: Ляна Аракелян
Объем: 18546 [ символов ]
Двести десять чашек кофе. (часть 18) Виктор_7
Свет был настолько ярким, что резанул по глазам острой болью. Виктор поморщился и зажмурился.
– Эй, кэп, ты как? Очухался? – услышал он над ухом.
Виктор сделал над собой усилие и, морщась, открыл глаза. Над ним склонился молодой мужчина лет двадцати семи. Его серые глаза насмешливо смотрели на Шерифа.
– Ну, что? – послышался знакомый голос и в помещение вошёл Колесник. – Пришёл в себя, Казанова?
Игорь сел рядом с капитаном. Виктор помотал головой и посмотрел на себя: он лежал абсолютно голый, заботливо прикрытый простынёй. Колесник пытался спрятать улыбку, но это у него получалось с трудом.
– Что со мной? – хрипло спросил Шериф.
– Это я хотел бы знать, что с тобой. – Полицейский не сдержался и расхохотался, вытирая выступившие слёзы. – Мы накрыли шарашку, где барышни, прикрываясь стрип-балетом, работали проститутками. Заходим в приват-комнату, а тут ты на диванчике лежишь в чём мать родила. Руки-ноги связаны, весь в помаде, а на тебе наездница скачет. – И Гарик снова расхохотался. – Я спрашиваю: «Третьего потянешь?» Она, как ни в чём не бывало, поворачивается, улыбается и говорит: «Давай, меня на всех хватит». Ну, я и дал.
– В смысле? – испуганно спросил Шериф. – У нас что, оргия была?
– Ага. Как ксиву показал, так сразу же и началась. У неё запал моментально пропал. Она с тебя спрыгнула и хотела голой сбежать. Но за дверью Чудо и Бобёр её ждали. Набросили халатик и в уазик загрузили. А там её коллеги по горячему цеху уже сидят, морды воротят от камеры. Как голяком на шесте вертеться, так это не стыдно, а тут покраснели как те вишни. Да ладно, я им не судья. Лучше скажи, каким ветром тебя сюда занесло? На «клубничку» потянуло?
– Я сам ничего не понимаю… – Виктор сел, растирая занемевшие руки и ноги, прикрывая пах простынёй. – Помню, что пришёл в клуб, чтобы поговорить с Каштанкой. И всё.
Колесник с тревогой посмотрел на него.
– Ты это, кэп, давай одевайся, сдашь Борьке кровь. Это наш эксперт. Может, тебя какой-то синтетикой накачали? Вот, держи, – он протянул ему пачку влажных салфеток. – Следы страсти вытри.
– Спасибо, – буркнул Виктор, вытаскивая влажный прямоугольник салфетки.
– Твоя одежда, – кивнул Игорь на вешалку. – Поторопись, спать охота. А с утра ещё рапорт надо сдать.
Колесник вышел. А Виктор быстро вытер следы ярко-красных поцелуев на теле и оделся. Голова раскалывалась. Он выходил из «Хромой блохи» в отвратительном настроении.
– Эй, – окликнул его опер, – давай, прыгай в машину. Шериф молча и сел в служебный «Ниссан». Тут же Чудаковский включил проблесковые огни и подал звуковой сигнал. Виктор не успел закрыть дверь.
– Погоди, – к машине подошёл судмедэксперт и достал жгут. Он ловко перехватил руку капитана. – Работай кулаком.
Шериф несколько раз сжал и разжал пальцы. Врач быстро нащупал вену и ввёл иглу. Когда кровь была взята, он дал Виктору вату со спиртом.
– Борь, когда результат будет готов? – поинтересовался Колесник, усаживаясь на переднее сиденье.
– Завтра днём, – буркнул судмедэксперт, закрывая свой чемоданчик.
– А утром?
– Утром я тоже хочу спать.
– Лады, давай тогда, к одиннадцати ноль-ноль, результаты у меня на столе.
– К двенадцати.
– К одиннадцати пятнадцати и ни минутой позже.
– Сатрап, – вздохнул врач и с недовольством посмотрел на Колесника.
– Сейчас мы тебя по ночной столице с ветерком прокатим! – подмигнул Виктору Игорь.
– Спасибо, – поблагодарил тот и помассировал виски.
– Чё такое? Башка болит?
– Да не то слово, раскалывается!
– Борь, дай человеку таблетку! – попросил полицейский.
Врач достал из кармана блистер, отломил две таблетки и протянул Шерифу в открытое окно.
– Может, давление померить?
– Не, лучше таблетку.
Виктор взял обе таблетки, поморщившись, разжевал и проглотил. Горечь полилась по горлу, он закашлялся.
– Куда ты спешишь? – протягивая бутылку с водой, спросил Колесник. – Хотя, после того, что было… – Он осёкся и хохотнул.
Виктор осушил треть бутылки и, тяжело дыша, откинулся головой назад, расстёгивая несколько пуговиц рубашки.
– Ты как? – встревожился Игорь.
– Нормально, сейчас всё пройдёт.
– Поехали уже, хватит аккумулятор мне садить, – недовольно пробурчал Чудаковский. – Борь, ты с нами?
– Мне тут пешком минут семь. Счастливо!
Экипаж тронулся и, мигнув фарами, уехал.
В гостинице Виктор первым делом залез в душ. Условно холодные струи беспощадно хлестали его тело. Головная боль прошла, уступив место пустоте. Глобальной, кромешной пустоте. Она обрушилась на него как немота. У Шерифа был период жизни, когда он увлёкся медитацией. Он познал абсолютную тишину. Да такую, которая резала слух похлеще, чем самый высокий звук. Он тогда очень сильно испугался и резко вышел из медитативного состояния. И больше никогда не медитировал. И вот, этот звуковой абсолют, вернее, полное его отсутствие, дал о себе знать. Виктор вышел из душа. Кондиционер охладил комнату до плюс восемнадцати. Кожа тут же покрылась мурашками. Шериф упал на кровать и закрыл уши ладонями, словно они могли помочь спрятаться от этой всепоглощающей пустоты. Он полежал так минут десять. Пустота стала сдавать позиции. Он ощутил себя в мире. Услышал мерное урчание кондиционера, потянулся за пультом и выключил его. Он ещё раз прокрутил в голове вечер. Вот он пришёл в клуб, сел за барную стойку. Вот, заказал воду со льдом и лимоном, а потом бармен подал эспрессо. Ага, вот появилась Каштанка, а дальше… Пришёл капитан Колесник. Что за чертовщина? Нет, там явно что-то было ещё. Может, бармен, действительно, что-то подмешал в кофе? Зачем? Он никому не показывал своего удостоверения. Пришёл в клуб по флаеру. Тогда, как он оказался в приват-комнате со стриптизёршей, да ещё и в таком виде, что стыдно Колеснику и его группе на глаза показываться. И эта гейша его всего облобызала. Спасибо, что хоть не поцарапала и засосов не оставила. И как завтра отчитываться полковнику Григоренко?.. Виктор не заметил, как уснул.
Проснувшись, он взглянул на часы – половина восьмого. В комнате – духота. Шериф нащупал под подушкой пульт и включил кондиционер. На него полилась прохлада. Он прикрыл глаза и позволил себе понежиться ещё пятнадцать минут. Затем встал, отжался пятьдесят раз на кулаках. По широкой мощной спине побежали струйки пота. Стойка на голове и привычный условно холодный душ. Виктор быстро собрался, выключил кондиционер и вышел из номера. Он направился в кафе, которое только распахнуло двери. Заказал себе глазунью с беконом, сырники с малиновым джемом и две чашки двойного эспрессо. Одну сейчас, а вторую после трапезы. Ещё попросил вместо воды стакан апельсинового фреша. Официантка принесла кофе и сок. Сказала, что через десять минут завтрак будет готов. Шериф кивнул и открыл ноутбук. В почте был отчёт Неклюдова, который Виктор прочёл за полминуты. В Чайке, как в сказочном Багдаде, было всё спокойно. А вот и интересное: фоторепортаж со вчерашней вечеринки в «Хромой блохе». Виктор открыл фотографии. Он увидел себя, сидящего вполоборота к небольшой эстраде. А за собой какой-то мужской силуэт, который скрыл блик стробоскопа. Капитан сохранил фото себе на рабочий стол. На всех остальных – были посетители, стриптизёрши и фанаты.
Вот и Каштанка с подтанцовкой. А вот она на улице. Взгляд встревоженный. Виктор сохранил и это фото. Затем, подумал, и сохранил все фотографии с этой вечеринки, которые разместили на сайте. Официантка принесла завтрак. Он поблагодарил её и принялся с аппетитом уплетать горячую яичницу. Решено, после завтрака он снова наведается к Ярославе.
 
Каштанка встрепенулась от назойливого звонка. Она встала и охнула, бока и спина немилосердно болели. Марка нигде не было. Звонок не прекращал звонить. Она почему-то была уверена, что это снова пришёл тот самый мент, имя которого она тут же забыла, как только он ушёл. Мулатка завернулась в простыню и, держась рукой за ноющий бок, поплелась к двери. По ходу она открыла ванную, там никого не было. Яся облегчённо вздохнула. «Ушёл. Пусть катится к чертям собачьим!» – подумала она, открывая входную дверь.
– Почему-то я не удивлена, – хрипло сказала девушка вместо приветствия.
– Я войду? – делая шаг в квартиру, сказал Виктор.
– Зачем спрашивать, если вы уже здесь. Дверь за собой закройте.
Каштанка поплелась к холодильнику, достала колу и залпом осушила банку, затем повернулась, чтобы выбросить её и застонала от боли. Рана на боку лопнула. Простыня тут же прилипла к телу.
– Что с вами? – Шериф смотрел, как красное пятно проявляется на голубой простыне.
Каштанка ничего не сказала. Она отняла руку от неё и застыла, сдерживая всхлип.
– Аптечка есть?
– В шкафчике, в ванной. Ванна там, – махнула рукой Каштанка.
Виктор быстро принёс аптечку, достал перекись и вату.
– Снимите простыню.
– Ничего, что я голая?! – огрызнулась Яся.
Но полицейский её не слушал, он легко и бережно подхватил её на руки и положил на кровать, аккуратно отодвигая простыню. Каштанка только попискивала, когда он обрабатывал рану. Шериф заклеил её лейкопластырем и внимательно посмотрел на спину и оголённую аппетитную попу, которая была похожа на круглое кофейное зерно. На них багровели следы от порки. Мулатка почувствовала его взгляд и попробовала натянуть простыню, но капитан сам укрыл её и встал с кровати.
– Вам нужно в больницу, Ярослава. Такую рану нужно зашивать. Иначе она постоянно будет кровоточить.
– У меня в контракте прописано, что я не имею права наносить на тело татуировки и шрамы. А если я зашью, то будет шрам. Придётся платить неустойку.
– Идиотка! – не сдержался Виктор. – Кто тебя избил, а?! Этот тот мужик, с которым ты вчера была?!
Ярослава молчала.
– Ты прикрываешь садиста. Или тебе нравится ходить отлупленной?! Кто он?!
Яся вздохнула и закрыла глаза. Она вспомнила, как ночью обезумевший от гнева Марк избил и изнасиловал её. Так повторялось несколько раз. «Чтобы моя девочка усвоила урок, что мне перечить нельзя. Запомнила? Мне перечить нель-зя!» – в голове, словно неоновая вывеска, вспыхнули его слова. «Если ты хоть словом кому-то обмолвишься, что это сделал я, то будет хуже. Ты ещё не знаешь, на что я способен», – вкрадчивым противным голосом говорил он Каштанке. А она сжималась и дрожала от страха и боли.
– Яся, – позвал её Виктор, выдёргивая из воспоминаний, – вам помощь нужна?
Девушка, стараясь не разреветься, отрицательно помотала головой, косички задели саднящее плечо, и она вскрикнула. А потом не выдержала, и водопад слёз полился по щекам. Она, словно щенок уткнулась в подушку, свернулась калачиком и тихонько завыла. Именно завыла, как воет собака, у которой только что умер любимый хозяин.
Виктор сел к ней поближе и очень осторожно приобнял. Он просто гладил её по голове. Жёсткие косички щекотали его ладонь, но он не обращал на это внимания. Мулатка оторвалась от подушки и уткнулась ему в бок. Мгновенно его футболка стала мокрой. Но он не отодвинулся, а наоборот, прижал её к себе и тихонько шептал: «Чш-ш-ш, всё пройдёт, всё наладится. У тебя всё будет хорошо…» Он повторял это как мантру, до тех пор, пока Яся не успокоилась. Она долго вздыхала, не решаясь ему сказать о Марке. Шериф молчал.
– Он меня убьёт, – наконец выдавила она из себя, и подняла голову. Мутные фиалковые глаза стали почти чернильными. – Прости, я очень боюсь. Мне надо подумать.
Виктор не торопил её. Он понимал, что если сейчас надавит на девушку, то только усугубит её и так не завидное положение.
– Давай поедем в больницу. Смотри, рана снова кровит. Я узнаю у своих, куда можно обратиться. – Он достал из кармана смартфон и набрал полковника. НикНик ответил почти сразу.
– Ну, слава богу, объявился. Я уже в курсе вчерашнего. Ты где?
– Николай Николаевич, скажите, есть у вас на примете хорошая частная клиника, где был бы высококвалифицированный хирург?
– Тебя, что, подрезали? Кто?
– Со мной всё в порядке. Моему другу нужна помощь.
– Сейчас пришлю тебе адрес. А после, сразу в отдел. Там тебя уже Колесник ждёт не дождётся.
– Так точно. Спасибо за помощь.
Он нажал «отбой». Через несколько минут пришла СМСка с адресом клиники. Шериф взглянул на Каштанку, она снова чуть не плакала.
– Болит? – сочувствующе спросил он.
Она только мотнула головой.
– Ты просто назвал меня другом…
Ярослава всхлипнула и встала с кровати. Она пошла в ванную. Пока девушка приводила себя в порядок, Виктор быстро и профессионально осмотрел кровать, а затем заглянул под неё и улыбнулся – там лежала мужская рубашка. Он быстро схватил её и, стараясь не шуметь, сложил и положил в свою сумку.
– Ну, хоть какая-то зацепка появится, – улыбнулся он, и набрал номер такси.
Яся вышла из ванной в лёгком длинном платье. На голову она накинула палантин, который прикрыл и плечи. Затем, нацепила на нос большие зеркальные очки.
– Я готова, – чуть улыбнулась она.
– Такси нас уже ждёт.
 
В клинике Каштанке наложили восемь швов. Было совсем не больно, анестезия была первоклассной. Хирург постоянно шутил и сказал, что снимать швы не нужно, всё должно рассосаться. И у неё останется еле заметный шрам. Потом, если она захочет, его можно будет убрать лазером. Виктор хотел оплатить операцию, но Каштанка сказала, что не нужно. Она сама заплатит за собственную глупость. Она польщена, но иначе, не усвоит урок.
– Тебя отвезти домой? – спросил Шериф, когда они вышли на улицу.
– Спасибо, мне ещё нужно в аптеку, купить мазь от синяков. Хорошо, что клип сняли на прошлой неделе. И следующее выступление у меня только через десять дней. Посижу дома. Не хочу, чтобы меня такую кто-то увидел. Поползут слухи по тусовке. А мне это сейчас не надо. Ты… прости, я забыла твоё имя.
– Виктор, – подсказал Шериф.
– Вить, спасибо тебе. Ты – настоящий.
Мулатка погладила его по руке. Приехало такси, остановилось и фыркнуло.
– Это за тобой, – чуть улыбнулась она. – Пока.
– Ясь, если захочешь что-то рассказать, мой телефон у тебя есть. Я круглосуточно на связи.
– Береги себя, – сказала на прощание она и медленно пошла по тротуару.
А Виктор выдохнул и сел в такси.
 
В отделении полиции его ждал мрачный капитан Колесник.
– Что-то случилось? – озадаченно спросил Шериф.
– В том-то и дело, что ничего.
– То есть?
– В твоей крови не обнаружено никаких психотропных или наркотических веществ. И это усугубляет дело. Я не понимаю, что с тобой произошло.
– Глянь, что у меня есть, – Виктор достал из сумки рубашку.
– Ого! – присвистнул Игорь. – И всю залапал!
– Каюсь, – виновато ответил он.
– Зайди к Бобру, он сейчас в лаборатории. Пусть твои пальцы откатает, чтоб мы не путались. А ты, капитан, молоток! Где взял?
– Заходил к Цыбуле. Которая Каштанка.
– Это певичка, что ли?
– Она самая. Думаю, что эта рубашка того, кого я ищу. Правда, кровь её, Каштанки.
– Побои снимать будет?
– Она запугана до смерти. Не нужно на неё давить. Заговорит.
– Ну, тебе видней. Да, кстати, НикНик, умотал. Тебе велел его дождаться. Можешь посидеть в красном уголке. У нас, как видишь, тесновато. Да и сейчас должны на допрос одного упыря привести.
– Договорились. Мне бы ещё раз дело Челышева.
– Сейчас закажу, Чудаковский принесёт. И, да, пальчики откатай. Лаборатория на третьем этаже. Лестница, по коридору налево.
Виктор поднялся и пошёл к двери.
– Рубашку отдать не забудь, – уже у двери сказал Колесник.
– Помню, – кивнул Шериф.
 
Полковник стоял у ворот монастыря. Скрипнула дверь калитки, которую он сразу и не заметил, скрыта была за зарослями дикого винограда. Из неё вышла молодая, лет двадцати пяти, монахиня.
– Спаси, Господи! – поприветствовала она его. – Игуменья Иулиания ждёт вас, – сказала она и кивнула на калитку.
НикНик и монахиня вошли во внутренний двор монастыря. Небольшой опрятный двор утопал в зелени. На клумбах благоухали красные, жёлтые и кремовые розы. Мощные липы окружали дворик со всех сторон. Посредине бил поливочный фонтанчик. Мелкие брызги бусинами рассыпались по листьям и цветам, пугая пчёл и стрекоз. На лавочке сидела маленькая сухонькая женщина в чёрной рясе. Лицо у неё было открытое, доброе, в мелких морщинках. Игуменья словно светилась изнутри от снизошедшей на неё Благодати. Она перебирала деревянные чётки и, улыбаясь, щурилась на солнце. Монахиня кивнула полковнику в её сторону. Он поблагодарил её, а в ответ услышал всё то же: «Спаси, Господи!»
– День добрый, матушка, – поздоровался он.
– Спаси, Господи. Садись, день сегодня жаркий. А ты, видать, издалека?
– Из столицы, – подтвердил её слова Григоренко. – Полковник Григоренко Николай Николаевич.
Настоятельница только кротко кивнула.
– Что привело тебя к нам? Знаю, что по своей воле сюда мало кто ходит.
– Говорят, у вас послушница есть. Алина Челышева.
Матушка помолчала, мерно щёлкали чётки. Полковник тоже держал паузу.
– Нет её, – наконец сказала она.
– То есть, как это нет? Умерла, что ли?
– Господь с тобой, полковник! Жива! – Настоятельница окинула его встревоженным взглядом и тут же успокоилась.
Григоренко испытующе посмотрел на матушку Иулианию. Та вздохнула и сказала:
– Она к нам пришла поздней осенью. Растрёпанная, в хлипком плащике и резиновых сапогах на босу ногу. Я не хотела вначале её брать. Знаю я семейные разборки: сегодня бранятся, а завтра милуются. Но она в ноги мне бухнулась, туфли целует, Христом богом просит помощи. Что ты на меня так смотришь? Я тоже человек, хоть и Настоятельница. Пожалела я её. Нельзя отказывать тем, кто именем Христа просит, – матушка перекрестилась. – Алина от мужа сбежала. А дочка там осталась, у него. Много чего она мне поведала о своей жизни… Ты прости, Николай, но рассказать не могу. Тайна исповеди. Что могла – сказала.
– Помогите, матушка. Дело запутанное. Не знаю с какой стороны подступиться. Очень нужно мне поговорить с Алиной. Просто, во как! – Григоренко сделал характерный жест ребром ладони по горлу, словно собирался его перерезать.
Настоятельница пристально смотрела на розы.
– Никак белые не приживутся. Каждый год садим, а они вымерзают, – сказала она и снова замолчала. Полковник её не торопил.
– Она не научилась любить Бога в себе, поэтому пришла сюда, чтобы найти себя в Боге. Не получилось. Я не сужу её. Каждый выбирает свой путь. И насильно здесь никто никого не удерживает.
НикНик молчал.
– В ста километрах отсюда есть село Любимовка. Спроси там Георгия Дорофеева. Как знать, может он чем-то тебе и поможет. Извини, пора мне. Дел много.
– Спасибо, матушка Иулиания.
Настоятельница встала и, улыбнувшись, сказала:
– За упокой души твоего Сашеньки помолюсь. Ступай с Богом.
Полковник остолбенел. Она перекрестила его. И Григоренко впервые за всю жизнь приложился к руке священнослужительницы. Маленькая сухонькая рука, за которую её уверенно ведёт Господь.
– Но как?..
Игуменья Иулиания только улыбнулась, и ушла. А Григоренко так и стоял посреди дорожки.
Copyright (с): Ляна Аракелян. Свидетельство о публикации №365382
Дата публикации: 20.04.2017 17:18
Предыдущее: Двести десять чашек кофе. (часть 17) Виктор_6Следующее: Двести десять чашек кофе. (часть 19) Марк_1

Зарегистрируйтесь, чтобы оставить рецензию или проголосовать.
Скоро!
Тема недели
Литературный семинар-конкурс миниатюр
«Семь тетрадей жизни»
Положение о конкурсе
Cеминар
Конкурсные работы
Объявления и итоги
Документы и списки
Устав и Положения
Документы для приема
Органы управления и структура
Региональные
отделения
Форум для членов МСП
Писатели нового века
Приглашаются волонтеры!
Направления
деятельности
Билеты и льготы
Порядок освобождения
от оплаты взносов
История МСП
Реквизиты и способы
оплаты взносов
Бизнес-ланч для авторов
Коллективные члены
МСП "Новый Современник"
Редакционная коллегия
Информация и анонсы
Приемная
Судейская Коллегия
Обзоры и итоги конкурсов
Архивы конкурсов
Архив проектов критики
Английский Клуб
Положение о Клубе
Зал Прозы
Зал Поэзии
Английская дуэль
Поэтический турнир
«Хит сезона» имени Татьяны Куниловой
Издательство
"Новый Современник"
Новости, анонсы, объявления
Бизнес-ланч для авторов
Книжные серии Союза писателей
Типовые расценки на печать книг