C днем рождения!
Ирина Северинчик,
Калининградская область, город Балтийск






Главная    Новости и объявления    Круглый стол    Лента рецензий    Ленты форумов    Обзоры и итоги конкурсов    Диалоги, дискуссии, обсуждения    Презентации книг    Cправочник писателей    Наши писатели: информация к размышлению    Избранные произведения    Литобъединения и союзы писателей    Литературные салоны, гостинные, студии, кафе    Kонкурсы и премии    Проекты критики    Новости Литературной сети    Журналы    Издательские проекты    Издать книгу   
Обсуждения в режиме онлайн и на встречах в городе Рязани
Блиц-конкурсы дежурных по порталу
Буфет. Истории
за нашим столом
Буриме
Представляем новых членов МСП "Новый Современник"
Хамзет Мусаев
Вы не видели моего счастья?
Английский Клуб
Положение о Клубе
Зал Прозы
Зал Поэзии
Английская дуэль
Вход для авторов
Логин:
Пароль:
Запомнить меня
Забыли пароль?
Сделать стартовой
Добавить в избранное
Наши авторы
Знакомьтесь: нашего полку прибыло!
Первые шаги на портале
Правила портала
Размышления
о литературном труде
Новости и объявления
Блиц-конкурсы
Тема недели
Диалоги, дискуссии, обсуждения
С днем рождения!
Клуб мудрецов
Наши Бенефисы
Книга предложений
Писатели России
Центральный ФО
Москва и область
Рязанская область
Липецкая область
Тамбовская область
Белгородская область
Курская область
Ивановская область
Ярославская область
Калужская область
Воронежская область
Костромская область
Тверская область
Оровская область
Смоленская область
Тульская область
Северо-Западный ФО
Санкт-Петербург и Ленинградская область
Мурманская область
Архангельская область
Калининградская область
Республика Карелия
Вологодская область
Псковская область
Новгородская область
Приволжский ФО
Cаратовская область
Cамарская область
Республика Мордовия
Республика Татарстан
Республика Удмуртия
Нижегородская область
Ульяновская область
Республика Башкирия
Пермский Край
Оренбурская область
Южный ФО
Ростовская область
Краснодарский край
Волгоградская область
Республика Адыгея
Астраханская область
Город Севастополь
Республика Крым
Донецкая народная республика
Луганская народная республика
Северо-Кавказский ФО
Северная Осетия Алания
Республика Дагестан
Ставропольский край
Уральский ФО
Cвердловская область
Тюменская область
Челябинская область
Курганская область
Сибирский ФО
Республика Алтай
Алтайcкий край
Республика Хакассия
Красноярский край
Омская область
Кемеровская область
Иркутская область
Новосибирская область
Томская область
Дальневосточный ФО
Магаданская область
Приморский край
Cахалинская область
Писатели Зарубежья
Писатели Украины
Писатели Белоруссии
Писатели Молдавии
Писатели Азербайджана
Писатели Казахстана
Писатели Узбекистана
Писатели Германии
Писатели Франции
Писатели Болгарии
Писатели Испании
Писатели Литвы
Писатели Латвии
Писатели Финляндии
Писатели Израиля
Писатели США
Писатели Канады
Положение о баллах как условных расчетных единицах
Реклама

логотип оплаты

.

Просмотр произведения в рамках конкурса(проекта):

7-й Международный Грушинский Интернет-конкурс (7 МГИК) 2016-2017 годов

Номинация: Малая проза

Все произведения

Произведение
Жанр: РассказАвтор: Любовь Колесник
Объем: 10877 [ символов ]
Чертоги Забвения
Он сидит на корточках.
На корточках, будто дворовый пацан, у которого устали ноги, и он принял эту непринужденную позу, чтобы досмотреть футбол на поле за гаражами.
Только гаражей нет. Есть великое туманное Ничто, темное и клубящееся. Сидящий мужчина выхвачен неизвестно откуда взявшимся окружьем света. Подходя, я думаю о Вие. Что ж, здесь, в Чертогах Забвения, это вполне уместная мысль. Хотя, по правде сказать, всех чудовищ выдумал наивный людской рассудок, привыкший упрощать и делить – на добро и зло, на веселое и страшное, на любовь и смерть.
И так мало думающий про Ничто.
Мне неловко и стыдно… Нет, это слишком слабые слова. Из глаз текут слезы, я кусаю губы, перебирая все вырастающие в горле определения, потому что ни одно из них не сможет выразить всей меры моей вины.
Это я убила его.
У-Ничто-жила.
Точнее, не так.
Точнее…
Он поднимает голову и смотрит на меня.
Волосы, длинные волосы дивного оттенка – не русые и не рыжие, золотые – рассыпаются по сухим, узким плечам пловца. Тонкие черты серьезного лица, серые глаза, светлые брови вразлет. Сухие губы, сжатые плотно – как шрам.
- Привет, - говорю я.
Он молчит.
Я сажусь подле него на корточки и тоже молчу.
Слезы капают, краснеет нос.
- Не надо, - произносит он. – Правда, не надо.
И вот теперь я взрываюсь.
Вскакиваю, отбрасывая себя – от него. Так проще. Так привычнее.
Я кричу.
- Что не надо? Что не надо? Как мне с этим жить-то теперь?
Он опускает голову – волосы рассыпаются по плечам плащом. Молчит.
- Не знаю, - говорит наконец.
Это правда. Он не знает. Потому что он не живет. Теперь. Или вообще?
 
***
 
Я его придумала. Я его написала. Златого витязя, пришельца из сказочного прошлого, загремевшего с дракона прямо в кипящее сердце Москвы. Классный сюжет, правда? «О боже, какой мужчина!» Сильный – и ранимый. Могучий – и трепетный. Старомодный. Трогательно постигающий наш дивный новый мир – со всеми его гаджетами и виджетами, социальными сетями, банками и автомобилями. С людьми, так же мечтающими о сказке, как и тысячу лет назад.
Два эксперта проглотили книгу за три дня. Редактор пел дифирамбы и поил коньяком. Издательша вцепилась в рукопись сухими пальчиками с вишневым маникюром.
- Срочно пиши вторую часть! Срочно! – надрывалась она в раскалившийся айфон, - Это успех! У нас будут продажи! Ольга Громыко просто деревенская девочка по сравнению с тобой! Лукьяненко исписался, а мы… мы…
Мы – то есть они – закрылись через месяц.
Людмила Борисовна не брала трубку.
Я бросила рукопись и вместо продолжения романа взяла подработку, пару учеников по английскому.
Я бросила его.
И вот теперь мы оказались лицом к лицу.
 
***
 
Истерика отступила, и я вновь опускаюсь на корточки перед ним. Иначе совсем нечестно. Хотя и так…
И – бросаюсь ему в руки, как в омут с головой. Шальная мысль возникает где-то на задворках рассудка – что сейчас я пролечу сквозь него, бесплотного, и приложусь лбом об пол в своей комнате, и проснусь, проснусь.
Но нет.
Он обхватывает меня, обнимает, принимает, запахивает в своих объятьях. Волна золотых волос накрывает нас обоих, скрывает от мира.
Я плачу навзрыд, как ребенок, тычась в него лбом. Не как героиня фантастического романа, про которую сама писала – современная жесткая женщина, внезапно обнаружившая, что у нее есть сердце.
Я так же внезапно обнаружила, что у меня его нет.
Он обнимает меня, кутая в свои руки, в свои теплые плечи, гладит по голове, ерошит волосы на затылке.
- Не надо, не плачь, глупая, ну что ты, успокойся, успокойся сейчас же. Ты же помнишь, ты должна помнить – я погибал уже, и я вернулся. Я вернусь и сейчас. Только не плачь.
Но я плачу, пока во мне не кончаются все слезы. Пока не начинаю только дрожать, и все. Только дрожать. Ни слез, ни слов. Все это слишком мало – с ним. Да и вообще.
Мы садимся в этом Ничто, в дымке тумана. Ничто по ощущению совершенно никакое, туман ничем не пахнет, нет сквозняка. Ничего нет. Чертоги Забвения.
В мое плечо упирается его плечо, и оно твердое и теплое. Прядка золотых волос щекочет мне шею.
- Издательство закрылось, - говорю я. – Понимаешь? Кризис, доллар вырос, книги никто не покупает.
- Понимаю, - кивает он, - Я смотрел это ваше… телевидение. Пестрые, яркие картинки. Будто балаган бродячих артистов прямо у тебя дома. Дают представления, поют менестрели. Ни о чем не надо думать. А книга…
Он шевелит длинными пальцами, на которых – я знаю – набиты сухие мозоли от рукояти клинка. Шевелит, будто перелистывает невидимые страницы.
- Когда я был маленький, я таскал книги в свою комнату и там читал с лучиной, - говорит он. – Мать страшно ругалась, говорила, что я спалю свою башню и весь замок.
Я улыбаюсь. Осторожно, краем рта.
- Ага, и я читала. С фонариком. И мама говорила, что я окончательно испорчу глаза, и меня никто не полюбит очкастую.
Я замолкаю.
- Я потом сделала операцию на глазах, это не сложно и не дорого. Но… Меня никто не полюбил.
Он молча обнимает меня и притягивает к себе. Теплая нагая кожа пахнет легким свежим мужским потом и почему-то липовым цветом, как старинный бабушкин шампунь, как воспоминание детства.
- Ты пришла, и это главное. Ты вернулась, ты пришла. Но… там пауки, - говорит он, - Пауки. Мы убили их мать, но демонесса дала приплод, и ее наследие теперь множится в моем мире, пожирая плоть, высасывая души. Сколько прошло? Я тут не чувствую времени.
- Два месяца, - выдыхаю я одними губами, - Три.
 
***
 
У меня два высших образования, лингвистика и пиар. Я могу придумать идеального героя – и чудовище, которое будет вызывать страх и ненависть у любой таргет-группы. И я придумала. Я же хотела создать произведение, имеющее рыночный успех, возможно, с последующей экранизацией. Не пожалела количества – ведь моему златому витязю должен достаться сложный противник, чтобы интрига сохранялась в течение всего романа. Тысячи громадных пауков обрушились на его родину, пока он постигал премудрости существования в третьем тысячелетии. Какой айфон лучше - черный или беленький. Ауди или бэха. Арбат или Фили. Кельвин Кляйн или Ральф Лоран. ТНТ или СТС.
Теорема Эскобара, не имеющая решения.
И теперь где-то далеко вечно голодные пауки рождали вечно голодных пауков.
 
***
 
Он мрачнеет, светлые брови сдвигаются.
- Плохо.
Жилистая рука сжимает пустоту у бедра. Обычно там меч. Я вижу, как ногти впиваются в ладони, белеют костяшки пальцев.
- Что мой оруженосец? Я… не чувствую его.
Я развела с ним оруженосца. Забросила парня в паучий тыл. Так интереснее. Так больше экшена – потому что оруженосец у него – рохля и сибарит, я знаю, ведь я писала его с себя. У него мой айфон и моя прическа. У него моя работа, он несчастный московский хипстер, провалившийся в сказочное средневековье – и страдающий там без онлайн-танчиков, горячей воды и бальзама для волос.
- Не знаю.
Мой голос звучит хрипло, откашливаюсь и повторяю:
- Не знаю.
Я вру. Оруженосец бегает от пауков по пещерам, вот что. Затравленный, оборванный, голодающий. Два месяца. Три. Я почему-то вспоминаю, как пять недель сидела на низкоуглеводной диете, когда нельзя булочки, кашки и фрукты. Мне было очень плохо, от недостатка углевода башка мутилась, я по десять минут сидела над переводом простейших терминов.
Оруженосец три месяца жрет крыс. И мерзнет. Я бросила писать в августе, сейчас октябрь. Конечно же, и в волшебном мире есть зима.
- Моя женщина… беременна? – спрашивает витязь.
Догадался.
Она скрывала от него. Сильная женщина, слишком сильная. Такая, которой я всегда хотела быть – и не буду никогда. Влюбившаяся в странного рыжего мужика. Так, как я не умею влюбляться.
- С ней все хорошо, - говорю я. – Срок еще не большой, токсикоза нет.
- Мальчик, - говорит он.
Это не вопрос.
- Мальчик, - отвечаю я.
 
***
 
Детей у меня тоже, как вы понимаете, нет.
У меня ничего нет.
Ох, ну конечно же есть – довольно приличная однушка на Измайловской, доставшаяся от бабушки, работа в агентстве по переводам, хорошая зарплата, «Тойота» и айфон. По уик-эндам я хожу в хорошие бары с друзьями, которые у меня тоже есть.
А еще у меня есть мечта. Глупая детская мечта – когда-нибудь издать свою книгу, хорошую книгу, которую бы люди читали и радовались. Я даже хотела поступать в литературный институт – родители отговорили. Сказали, после него я смогу работать разве что редактором – а это, несмотря на громкий титул, копейки. То ли дело ин-яз – чуть ли не втрое больше и без особых проблем. Не такие массивы текста. Не надо ломать и без того больные глаза.
Но мечта…
О, я пробовала несколько раз – ничего не получалось, была не готова. Картонные герои, недостаточно продуманные миры.
Пока не проснулась однажды утром, катая этот текст на языке, словно витаминку.
И теперь у меня есть книга. Одна.
Вообще, планировалась трилогия, но…
 
***
 
Я лежу головой на его плече, и мне хорошо и уютно.
- Ты волшебница, - говорит он. – Кудесница ты. Ворожея. Я не знаю, как сказать. Ты можешь сказать, написать – и я снова стану жить. И кто угодно станет. Это чудо.
- Дура я, - признаюсь честно. – Безответственная дура и сволочь.
Он гладит меня по волосам.
- Неправда. Глупым человек может считаться, лишь когда не предполагает, что в жизни может случиться всякое. А злым – если не верит… в сказки. Ты точно не такая. Ты… волшебница, тебе дана великая сила говорить с людьми через книги… доносить до них то, что есть в них самих… но им же самим не видимо. Понимаешь?
Я понимаю.
Я закрываю глаза и вдыхаю запах красивого мужского тела и липовых лепестков.
И резко встаю.
- Я быстро пишу. Авторский лист за два дня примерно. В романе их около восемнадцати, шесть уже готово. Треть. Ты… знаешь, что делать? Ну, когда снова окажешься… там? Живым!
Он кивает.
- У меня было довольно времени, чтобы поразмыслить.
Мне в щеки бросается жар.
Опускаю глаза.
- Хорошо. Хорошо!
 
***
 
Теперь мы стоим друг напротив друга посреди великого Ничего, в белом круге света. По нашим ногам скользит, змеится туман.
Мы держимся за руки.
Я и златой витязь, о котором я мечтала. Придуманный мной для женщины, которой я мечтала быть.
Он наклоняется ко мне – потоки златых волос обтекают его сильные плечи, засыпают меня – становится так остро, так тесно в груди, что делается нечем дышать.
Он целует меня.
 
***
 
Когда я открываю глаза, обнаруживаю себя в своей комнате. За окном вечер, из телевизора рассказывает смешные штуки симпатичный Иван Ургант.
Я выключаю телевизор и достаю телефон. Сделать три звонка – Лере и Пашке, сказать, что занятия инглишем откладываются на месяц. И Елене Сергеевне - что беру отпуск за свой счет.
Как издать, я найду – оббегу уцелевшие после кризиса издательства, проведу краудфандинговую кампанию по сбору средств или в конце концов вложусь в печать сама. Я сделаю, я найду – недаром же у меня два таких практичных диплома и высокая квалификация.
Надо наверстывать.
Я прижимаю к лицу ладони и медленно выдыхаю, сосредотачиваясь.
Пальцы еле заметно пахнут липовым цветом.
Copyright: Любовь Колесник, 2016
Свидетельство о публикации №360733
ДАТА ПУБЛИКАЦИИ: 09.12.2016 22:21

Зарегистрируйтесь, чтобы оставить рецензию или проголосовать.
МСП "Новый Современник" представляет
Елена Крылова
Шмели
Наши новые авторы
Анна Демина
Цыганский табор
Философия времени
Ирина Азарова
Проснуться и увидеть новый день
Мнение. Критические суждения об одном произведении
Ол Томский
Завеснеть
Читаем и обсуждаем.
Презентация книги Юрия Юркого
По велению музы
Сергей Малашко: творчество и достижения
Рыбалка начинается в одиннадцать утра
Помолвка на операционном столе
Альбом достижений
Участие в Энциклопедии современных писателей
Устав и Положения
Документы для приема
Билеты и значок МСП
Форум для членов МСП
Состав МСП
"Новый Современник"
Планета Рать
Региональные отделения МСП
"Новый Современник"
Льготы для членов МСП
"Новый Современник"
Реквизиты и способы оплаты по МСП, издательству и порталу
Организация конкурсов и рейтинги
Литературные объединения
Литературные организации и проекты по регионам России
Общие помышления о застольях
Первая тема застолья с бравым солдатом Швейком:как Макрон огорчил Зеленского
Комплименты для участников застолий
Cпециальные предложения
от Кабачка "12 стульев"

Издательство "Новый Современник"
Издать книгу
Опубликоваться в журнале
Действующие проекты
Объявления
ЧаВо
Вопросы и ответы
Сертификаты "Талант" серии "Издат"