Внимание Авторам! В середине апреля планируется открытие Хита Сезона имени Татьяны Куниловой. Принимайте участие! Следите за новостями!
Блиц-конкурс
Апрельский снег


Дежурный редактор
Игорь Истратов
Вход для авторов
Логин:
Пароль:
Запомнить меня
Забыли пароль?
Сделать стартовой
Добавить в избранное
Регистрация автора
Наши авторы
Новые авторы недели
Объявления и анонсы
Новости дня
Дневник портала
Приемная дежурных
Блицы
Приемная модераторов
С днем рождения!
Книга предложений
Правила портала
Правила участия в конкурсах
Обращение к новым авторам
Первые шаги на портале
Лоцман для новых авторов
Вопросы и ответы
Фонд содействия
новым авторам
Рекомендуем новых авторов
Альманах "Автограф"
Отдел спецпроектов и внешних связей
Диалоги, дискуссии, обсуждения
Правдивые истории
Клуб мудрецов
"Рюкзачок".Детские авторы - сюда!
Читальный зал
Литературный календарь
Литературная
мастерская
Зелёная лампа
КЛУБ-ФОРУМ "У КАМИНА"
Наши Бенефисы
Детский фольклор-клуб "Рассказать вам интерес"
Карта портала
Наши юные
дарования
Положение о баллах как условных расчетных единицах
Реклама

логотип оплаты

.
Произведение
Жанр: РоманАвтор: Ляна Аракелян
Объем: 12508 [ символов ]
"Двести десять чашек кофе" (часть 8). Виктор_2
Виктор заглянул в блокнот – по пути можно было зайти к Настасье Зоренко, которая жила на Подоле. Он подумал, что от неё рукой подать до остановки, где ходит нужная ему маршрутка. Так он двух зайцев сразу убьёт: и очередную жертву Челышева навестит и наведёт справки. Вдруг, что-то новое откроется? И в интернат съездит.
Он спускался по пёстрому Андреевскому, любовался вышиванками и картинами. Интересные работы попадались не так часто. Но так бывает в любом виде искусства: много похожих работ, а индивидуальностью дышат единицы. Прошла группа французов, юная рыжеволосая веснушчатая панночка экскурсовод щебетала по-французски и при этом лучезарно улыбалась. Пожилой француз фотографировал замок Ричарда и засыпал панночку вопросами, а она скороговоркой отвечала на его вопросы. Француз уважительно смотрел на юное создание и кивал.
Подол встретил Виктора запахом шаурмы, шашлыков и потоком людей. Куда в такую жару можно было идти? Но Киев гудел ульем, и пчёлы-пешеходы роем неслись с одного места в другое. При этом никто никуда не смотрит, словно на глаза надеты шоры. Броуновское движение. Если кто-то стоял разинув рот или вертел головой – был стопроцентным туристом. Киевлянам некогда, ритм диктует свои правила жизни. Виктор, привыкший к спокойному ритму глубокой провинции, с интересом наблюдал за людьми. С Контрактовой площади он по Ильинской вышел на Волошскую. Рубашка окончательно прилипла к спине. Виктор зашёл в небольшой магазинчик и вдохнул прохладу кондиционера. Он купил бутылку «Миргородской» и залпом выпил почти половину. Прохладная вода медленно утоляла жажду. Он вспомнил Чайку и подумал, что там, не смотря на зной, нет такого пекла. Всё-таки море дарит прохладу.
Виктор поднялся на пятый этаж сталинки. Ему долго пришлось нажимать на кнопку звонка. За массивной дверью не было ничего слышно. Он думал, что его попросят предъявить документ и уже приготовил удостоверение, но тут дверь распахнулась. В проёме стояла такая же массивная, как дверь женщина, в облегающем пышную фигуру платье чуть ниже округлых колен. Огромный бюст вздымался и опускался в довольно откровенном декольте. Длинные волосы были подобраны и зачёсаны наверх. Лицо было гладким. Раскосые кошачьи глаза изумрудного цвета были накрашены в стиле шестидесятых годов – широкие стрелки на верхних веках и густо накрашенные ресницы. Красивые, даже слишком, губы были накрашены коралловой помадой. Хоть у неё и был второй подбородок, но он создавал некий ансамбль: без него её образ был бы неполным. Настасье Зоренко было неполных пятьдесят лет. «Монументальная дама», – отметил про себя Виктор.
– Что опять?! – рявкнула она, и грудь всколыхнулась, возможно, намереваясь выпрыгнуть.
– Я из полиции…
– Нажаловались плебеи! – перебила его монументальная дама. – Заходите, не будем привлекать лишнее внимание.
Виктор попал в музей оникса. В квартире-студии везде были фигурки из оникса: мещанские семь слоников на шкафу, пирамидки, кошки, бегемоты, черепахи, носорог, шары, яйца… Большие и маленькие, интересные и безвкусные. Они, казалось, заняли всё свободное от мебели и ковров пространство. У окна стоял рояль, где вдоль пюпитра стояли пирамидки разной величины. У стены огромное ложе с балдахином. Правда, хозяйка всего этого великолепия нажала на кнопку и кровать скрылась под балдахином полностью. Теперь она выглядела как огромный пурпурный прямоугольник. На одной из стен висел плазменный телевизор с полутораметровой диагональю. Он был включён.
– Если долго так сидеть, можно сильно пожалеть…
Актёр в рекламе приседал, корчился, видимо, изображая боль, а потом плясал. При этом рекламировал очередное волшебное средство от гиподинамии (геморроя). Актёр был похож на лакея: зализанные на ровный пробор волосы сверкали от света софитов. Жилетка, белая рубашка с закатанными рукавами и брюки. Не хватало только полотенечка на согнутой в локте руке. Актёр подпрыгивал как молодой козлик и улыбался так, чтобы зрители поверили, что он полностью излечился от «офисной чумы». Монументальная дама пультом заставила телевизор замолчать. Виктор мысленно поблагодарил её. Повтора рекламного ролика его нервная система бы не выдержала.
– Настасья Игоревна, вот моё удостоверение. – Шериф протянул ей корочку, но хозяйка только отмахнулась.
– Они никогда не понимали настоящего искусства! – она обмахнулась неизвестно откуда возникшим в руках веером. – Что уже насплетничали?
– Я пришёл по другому вопросу. Михаил Челышев. Вам что-то говорит это имя?
Ухоженное лицо Настасьи Игоревны помрачнело и осунулось. Она тяжело вздохнула и бросила на рояль веер.
– Садитесь, не будем же мы стоя разговаривать.
Шериф удобно устроился в глубоком бархатном кресле. Монументальная Настасья Игоревна села рядом, по другую сторону стеклянного журнального столика, который разделял кресла и был сделан в форме дракона: распахнутая пасть смотрела на окно, гребень выпирал наружу. А бронзовые лапы и хвост загнутый знаком вопроса, держали столик.
– Тоша Разумовский. Я этого подлеца знала под другим именем…
Из ванной вышел… леопард. Виктор застыл от неожиданности и чуть не выронил из рук бутылку «Миргородской», которую он не успел пристроить рядом с собой. Хозяйка довольно хмыкнула:
– Не бойтесь, это саванна. Домашний леопард, точнее – кошка. Иди ко мне, моя девочка, иди, моя красавица, к мамочке. Моя Эвридикочка.
Кошка рысцой потрусила к Настасье Игоревне, запрыгнула к ней на колени и громко заурчала, прищурив умные янтарные глаза. Виктор поднял отвисшую челюсть, прокашлялся и сказал:
– Как вы познакомились с Челышевым, то есть, с Разумовским?
– В опере. Давали «Аиду». Он мне помог, когда я чуть не грохнулась со ступенек. Я обожаю вечерние платья. В тот день я надела любимое, ванильное, с длинным шлейфом и глубоким декольте. И, конечно же, колье с изумрудами, чтобы подчеркнуть цвет глаз. Так вот, я зазевалась и не заметила, как шлейф скользнул мне под ноги. А Тоша очень галантно меня подхватил. – Настасья вздохнула. – Когда я пришла в себя от лёгкого шока и наши взгляды встретились, я поняла что пропала. Моё сердце скатилось куда-то в пятки. В тот же вечер мы поехали ко мне домой… Дальше продолжать?
– Да, – коротко ответил Шериф.
– В общем, два дня мы предавались любовным утехам. А я женщина не тихая. И если мне хорошо, то об этом слышат несколько этажей.
Виктор представил себе этот победный клич команчей и подавил улыбку.
– Я оперная певица. Правда, как тот сапожник без сапог.
Виктор удивлённо на неё посмотрел. Настасья Игоревна вздохнула так, что монументальный бюст покачнулся и задел уши Эвридикочки. Кошка вопросительно подняла на хозяйку сонную морду, Настасья Игоревна почесала её за ухом, кошка громко муркнула и закрыла глаза.
– Сорвала голос в тридцать лет. Я была начинающей примой, меня приглашали в Ла Скала. Я училась у великой Монсеррат. – Женщина снова вздохнула и Виктору показалось, что она смахнула слезу. – Должны были ставить «Тоску». А я… короче, дорепетировалась. Сорвала голос. Молодой человек, голос – это очень хрупкий инструмент, а я пыталась добиться идеального звучания. Взяла верхнее ля и… тра-ля-ля. Так закончилась моя карьера. Меня предупреждали, а я не верила. Думала, что я слишком молода, чтобы со мной случилось нечто подобное. Год после этого была в депрессии. Эдик, мой тогдашний муж, меня бросил. Он был очень перспективным дирижёром. Зачем ему нужна была я? Отработанный материал…
– Скажите, Настасья Игоревна, вы богатый человек?
– Уже нет. Была. Что-то заработала собственным трудом. А потом… Мне досталось наследство от тётки. Два года назад ко мне приехал адвокат и вручил конверт. Там было тёткино завещание. Она скончалась в Париже. Её бабка бежала ещё до революции. Там удачно вышла замуж. Прожила прекрасную жизнь. Она никогда ни в чём не нуждалась. Во время Второй мировой успела бежать с мужем в Америку, а потом, когда Германия капитулировала, они вернулись. У них был сын. Бедный Жан-Пьер, его жизнь трагически оборвалась: погиб от случайной пули. Грабили банк, бандиты открыли стрельбу, а он знать ничего не знал, возвращался с однокурсницей из колледжа… Их рядом похоронили. Муж тётки скончался через неделю после гибели сына. Сердце не выдержало навалившегося горя.
– Тётка была родственницей по женской линии? – поинтересовался Виктор.
– Да. Её бабка была родной сестрой моей бабуле. Тётка изначально хотела пожертвовать деньги фонду, который поддерживает сирот. Но практически за неделю перед смертью – передумала. Понятия не имею, почему. В общем, мне досталось всё.
– А конкретнее?
– Полмиллиона долларов. Добавьте к этому ценные бумаги и драгоценности. Плюс кое-какая недвижимость в Париже и Испании. У тёткиного мужа был свой серьёзный бизнес, вот они и сколотили состояние.
– Челышев об этом знал?
– А то! Я в порыве чувств ему об этом рассказала. Повелась как дура на дворянскую фамилию. Думала, что вот оно, счастье: яркое… Да что там яркое, – ослепительное! Я, как та мадам Грицацуева, бежала за Бендером-Разумовским, не замечая никого и ничего вокруг. Оставалось только вопить: «Товарищ Разумовский, вы куда?!»
– Вы официально оформили брак?
– А как же!
– Свадебные фото есть?
– Ни одного, – мрачно пробурчала Настасья Игоревна. – Этот подлец славно замёл следы. Проснулась я как-то утром после бурной ночи: сейф вскрыт. Пелена с глаз мгновенно упала. Звоню в банк, а деньги со счетов корова языком слизала. Это ничтожество перевело их на зарубежные счета, пока я сушила на ушах лапшу и пускала розовые сопли. Вместе с деньгами испарились все драгоценности. И ни одной фотографии нет.
– А недвижимость?
– У меня хватило ума промолчать об этом. Да и документы на неё хранятся у моей сестры, Томы. Как чувствовала, что нужно ей отдать. Дом в Париже я продала. Не люблю я этот город. Не мой. А вот в Мадриде – оставила себе. Приезжаю иногда и отдыхаю там.
– Почему заявление забрали? Неужели не хотите вернуть украденное?
Бывшая оперная дива бросила короткий взгляд на Виктора. Снова тот же страх в глазах, что и у Рыковой. «Что с ними, чёрт возьми, происходит?!» – чуть не озвучил Виктор.
– Суета сует, – равнодушно сказала Настасья Игоревна.
– В смысле? – не понял Шериф.
– Деньги развращают и затмевают разум, когда не знаешь как ими распорядиться. Как пришло, так и ушло, – холодным тоном произнесла Настасья Игоревна.
Кошка потянулась и спрыгнула с колен, она гордо задрав хвост трубой, прошагала мимо Виктора и грациозно запрыгнула на подоконник, не задев ни одной фигурки. Шериф с уважением посмотрел на домашнего леопарда. Всё-таки в голове никак не умещалось, что это обычная домашняя кошка.
– Вы сказали, что на вас донесли, – начал Виктор. – Это касалось, э-э-э…
Настасья Игоревна расхохоталась. Надо же, какой деликатный полицейский!
– Насчёт «э-э-э» они могут только по батареям лупить и пугать Эвридикочку. Я даю частные уроки вокала. Навыки-то у меня не пропали. Поставить голос могу. Да и пению можно научить даже полено. Сейчас конкурсов всяких на телевидении пруд пруди. Вот и ходят ко мне певички и певуны. Не скрою, есть очень даже талантливые ребята. Одна так вообще – самородок была. Я ей говорю: «Что ты забыла на этой эстраде? Давай я тебя подготовлю, поступишь в консерваторию!» А она мне: «Там можно быстро подняться». Представляете, какие у неё тараканы в голове?! Подняться в болоте!
Виктор улыбнулся и качнул головой, мол, представляю.
– Я ей говорю, что она самородок. Девуля вот точно как вы, головой качает, соглашается, но стоит на своём. Я не удержалась и рявкнула, что самородков нынче один на сто тысяч, а самовыродки заполонили музыкальные каналы. Да и поют, – тьфу ты! – гадость! Сплошное: «хочу, кричу и Пикачу»! Клипы одинаковые, внешность заурядная, песенки как те мухи-дрозофилы: не успели выйти в эфир и уже сдохли. А опера – вечна. – С этими словами она кокетливо взмахнула ресницами и посмотрела на Виктора. У того волосы на затылке зашевелились. Бывшая прима уловила это и снова расхохоталась. – Да не пугайтесь вы так! Насильно учить не буду.
Виктор не мог себе объяснить чем, но чем-то эта монументальная женщина ему нравилась. Несмотря на случившееся, она не падала духом.
Уходя, Виктор дал ей визитку:
– Если что-то вспомните, даже не очень важное на ваш взгляд – звоните.
Настасья Игоревна изобразила улыбку.
– Непременно, молодой человек.
Обеденный зной снова обволок Шерифа. Он сделал кое-какие записи в блокноте. Первое, что объединяло двух жертв, было то, что обе были богатыми. «Ладно, – подумал Виктор, – посмотрим, какая картина нарисуется дальше». И двинулся к остановке.
Copyright (с): Ляна Аракелян. Свидетельство о публикации №360108
Дата публикации: 18.11.2016 21:58
Предыдущее: "Двести десять чашек кофе" (часть 7). Эльза_3Следующее: "Двести десять чашек кофе" (часть 9). Виктор_3

Зарегистрируйтесь, чтобы оставить рецензию или проголосовать.
Скоро!
Тема недели
Литературный семинар-конкурс миниатюр
«Семь тетрадей жизни»
Положение о конкурсе
Cеминар
Конкурсные работы
Объявления и итоги
Документы и списки
Устав и Положения
Документы для приема
Органы управления и структура
Региональные
отделения
Форум для членов МСП
Писатели нового века
Приглашаются волонтеры!
Направления
деятельности
Билеты и льготы
Порядок освобождения
от оплаты взносов
История МСП
Реквизиты и способы
оплаты взносов
Бизнес-ланч для авторов
Коллективные члены
МСП "Новый Современник"
Редакционная коллегия
Информация и анонсы
Приемная
Судейская Коллегия
Обзоры и итоги конкурсов
Архивы конкурсов
Архив проектов критики
Английский Клуб
Положение о Клубе
Зал Прозы
Зал Поэзии
Английская дуэль
Поэтический турнир
«Хит сезона» имени Татьяны Куниловой
Издательство
"Новый Современник"
Новости, анонсы, объявления
Бизнес-ланч для авторов
Книжные серии Союза писателей
Типовые расценки на печать книг