Наши юбиляры
Николай Вуколов
Поздравления юбиляру
Награды и достижения
Видеоклипы Николая Вуколова на YouTube








Главная    Новости и объявления    Круглый стол    Лента рецензий    Ленты форумов    Обзоры и итоги конкурсов    Презентации книг    Cправочник писателей    Наши писатели: информация к размышлению    Избранные блоги    Избранные произведения    Литобъединения и союзы писателей    Литературные салоны, гостинные, студии, кафе    Kонкурсы и премии    Проекты критики    Новости Литературной сети    Журналы    Издательские проекты    Издать книгу   
Мнение. Критические суждения об одном произведении.
Читаем и критикуем.
Презентации книг
наших авторов
Анна Гранатова
Фокстрот втроем не танцуют.
Приключения русских артистов в Англии
Вход для авторов
Логин:
Пароль:
Запомнить меня
Забыли пароль?
Сделать стартовой
Добавить в избранное
Наши авторы
Знакомьтесь: нашего полку прибыло!
Первые шаги на портале
Правила портала
Новости и объявления
Блиц-конкурсы
Тема недели
С днем рождения!
Клуб мудрецов
Наши Бенефисы
Книга предложений
Справочник писателей
Писатели России
Центральный ФО
Москва и область
Рязанская область
Липецкая область
Тамбовская область
Белгородская область
Курская область
Ярославская область
Калужская область
Воронежская область
Северо-Западный ФО
Санкт-Петербург и Ленинградская область
Мурманская область
Архангельская область
Калининградская область
Республика Карелия
Вологодская область
Приволжский ФО
Cаратовская область
Cамарская область
Республика Мордовия
Республика Татарстан
Нижегородская область
Пермский Край
Южный ФО
Ростовская область
Краснодарский край
Волгоградская область
Город Севастополь
Республика Крым
Северо-Кавказский ФО
Северная Осетия Алания
Уральский ФО
Cвердловская область
Тюменская область
Челябинская область
Сибирский ФО
Республика Алтай
Республика Хакассия
Красноярский край
Омская область
Новосибирская область
Кемеровская область
Иркутская область
Дальневосточный ФО
Магаданская область
Приморский край
Cахалинская область
Писатели Украины
Писатели Белоруссии
Писатели Молдавии
Писатели Казахстана
Писатели Узбекистана
Писатели Германии
Писатели Франции
Писатели Литвы
Писатели Израиля
Писатели США
Писатели Канады
Журнал "Фестиваль"
Журнал "Что хочет автор"
Журнал "Автограф"
Журнал "Лауреат"
Положение о баллах как условных расчетных единицах
Реклама

логотип оплаты

.
Произведение
Жанр: Просто о жизниАвтор: Иван Меженин
Объем: 20243 [ символов ]
ЧЕЛОВЕК С ЗАГЛАВНОЙ БУКВЫ
Иван Маркович всем меня поражает. И он смеется как колокольчик. А на момент нашей беседы ему переваливало за 85, теперь 91. Но он шустрый и хорошо выглядит. И еще по ветеранским делам рулевым в Бариновке.
Прошу Чепрасова подробней пройтись по его линии жизни.
- А чего по ней проходить, Иван Яковлевич? – смеётся. – Биография как у всех, она никому не интересна. Ты по телефону о ней спрашиваешь, а Хаустовой Марине (сотруднице «Луча») я на десяти страницах её описывал. Праздник приближался, думаю, к 9 маю про меня напишут.
Не написали. Потом ей говорю: «Верни Марина хоть рукописи. Труда вложено там сколько? И ни привета от ней – ни ответа. Давай, спрашивай…
Я стал задавать ему вопросы
- Родители исконные крестьяне. Отец – Чепрасов Марк Терентьевич с 1898 года рождения, мать - Дарья Сергеевна – с 1905 года рождения. В первый год НЭПа они поженились, я 3 сентября 1925 года на свет появился.
А детство, какое наше – Ваня!?
В саманушке ютились, без пола изба - в два окна: одна на улицу, вторая во двор глядели. Скотину тогда водили - и огороды сеяли. Индивидуально хозяйство вели - этим и жили до 1930 года. В зиму у овец окот начинался, боялись, заморозят их они в сараях – в избу их заводили. А после января и телка туда же. И зимушку на пролёт со скотиной в избе мы жили. Снег пока на дворе не сойдёт изба наша полна живностью.
Подрастал я, а семья наша все разрасталась. Одиннадцать нас родилось, а в живых осталось четверо: я, Мария, Валя и Рая. Родителям моим не мало горя хлебнуть пришлось. Так получилось, в роду матери священнослужители были. Их после образования колхозов стали преследовать, ссылать, расстреливать. Дяди моему (брату матери) пришлось тайно уезжать в Хабаровск. Уехали, живыми и остались. Позднее и сестра мои, Рая и Мария к ним уехали. Учителями стали, семьями там обзавелись. А третья сестра, Валя всю жизнь была связана с военной службой. Живёт теперь в Петербурге.
Я до четвёртого класса у Вассы Григорьевны Маркеловой в Бариновской школе учился. В Домашке семилетку заканчивал, в Утёвке десятилетку хотел завершить - началась война. Отца забрали в августе 1941 года, убили в начале 1942 пода под Старой Руссой.
23 января 1943 года пришел мой черёд идти защищать Родину. Нам троим, повестки вручили: мне, Ивану Безгину и Сараеву Николаю. В городе Кузнецке, Пензенской области из товарняков нас высадили, по бездорожью привели в посёлок Попов ключ. В лесу вырыты землянки – на 200 человек каждая. Одно окно, посредине углубление для прохода, по краям - земляные нары. Постель – хвойные ветки, вместо одеяла – шинель.
Подъём в 6 часов, туалет за соснами, на просеке зарядка, в восемь часов завтрак. Далее 12 часов тактические занятия, строевая и прочая муштра. Морозы стояли до 30 градусов, метели. Русские парни привыкшие к суровым зимам, а узбеки мёрзли как мухи. В 6 часов вечера зимой уже темно. При перекличке выявляется – нет двоих или троих. Находим узбеков обмороженными или мёртвыми. В чаще они спрячутся и там окочурятся. А командиры на учении нам говорят: «Тяжело в ученье, легко в бою».
23 февраля 1943 года присягу приняли. До мая у боевых офицеров учились искусству воевать. Погрузили в эшелоны и отправили на Курскую дугу. По подразделениям расформировали, выдали оружие. Мне «Трёхлинейка» досталась. В обороне стояли, наша оборона проходила ближе к Белгороду, Воронежской области. Моя ячейка в окопе оказалась рядом с ячейкой пожилого (как мне показалось) солдата. Это Абдуллаев Борис, он мне на всю жизнь запомнился своими мудрыми наставлениями.
Боец этот с 1905 года рождения, опытный по жизни, обстрелянный. Копает окоп, на меня поглядывает. Достал и я лопату, со дна беру землю и на бруствер накладываю. А на перекуре он мне и говорит:
- Сынок, я немного хоть пожил, а ты-то еще ребёнок. И тебя воевать прислали. Какой ты вояка? А мне 17 годков с хвостиком. Я и не представлял того кошмара, который предстоит нам скоро пережить.
До вечера мы углублялись. Июнь - солнце палит нещадно. Вспотел я, выдохся, сяду на дно, там прохладно. А Борис меня наставляет:
- Копай Ваня, копай! Жить тебе еще надо, ды жить! – Я и копаю.
Окопы соорудили настоящие, проходы между ними. К блиндажам приступили. Затишье затягивалось. Немцы укреплялись, и мы накапливали ударную мощь. Напряжение нарастало. Работали наши разведки, доставались языки, накапливались сведения. Ждали время икс. Никто не знал, когда начнётся наступление. Политруки нас к жарким боям подготавливали.
Ещё до начала наступления, встретил земляков из Утёвского района: Балабаева Семёна, Безгина Лёшку, Безгина Ивана, Сараева Николая, Бирюкова Николая, Елизарова Евгения, Пирожкова Николая, Савенкова Алексея. Половину из них в живых не останется.
А окоп свой для примера привёл не зря. Он на войне защищает солдата и оружие. У меня трёхлинейка, а у кого и ружья по началу не было. Рассчитывали, убьют кого, его ружье другому достанется.
Когда наша артиллерия внезапно немцев долбанула - им было не до нас. А опомнились, нас стали долбить. Ад начался. Они же в контратаку на нас пошли. Я отделением автоматчиков командовал. Трёхлинейку не бросаю, хотя автомат Калашникова достал. Он при стрельбе перегревается, и «плюёт» под себя. Беру ружьё - из неё стреляю, оно надёжнее.
У немцев «Тигр» под Курском впервые объявился. У него, что за броня? Пушки наши по нему бьют, бьют и как об стенку горох. А ПТР (противотанковое ружье) Тигр прожигал напрочь. Хотя калибр его 12,5 миллиметра. В бою немецкие танки шли на нас шахматной линией. А немцы вояки опытные, с автоматами под прикрытием танков в атаку шли. Отсечь их как? Только когда наш ПТРы подобьют танк. Тут уже наша задача - уничтожать пехоту. Тогда мы палим по ним, пока патроны не кончатся или ствол пока не перегреется.
Ошибочку наше командование там допустило. Немецкая оборона крепкая, в Дотах, Дзотах. И артиллерия, сколько их не долби – урона мало. А надо было ударять, когда бы их танки из укрытий в ышли и в атаку пошли. Из артиллерии и с воздуха тут бы и ударять. Потом политруки это так нам объясняли.
Их танки пошли, наши Т- 34 и САУ – 1 вышли им навстречу. Представляешь эту картину? Стенка на стенку сходились. Рёв моторов и скрежет металла стоял страшный. В огне и в пыли всё было, танки стреляли в упор друг друга, сходились на таран. Броня плавилась, а как человек тут вытерпит и уцелеет? Я уцелел, Абдуллаев уцелел. Но дальше нас судьба с ним разведёт.
И знаешь, ещё уцелел я почему? – Иван Маркович весело рассмеялся. – Глубоко в земле зарылись мы – раз. А ещё одно, хочешь, верь – хочешь, нет. В моём нагрудном кармане была иконка и молитва «живые помощи» - бумажечка такая - вчетверо сложена. Мать ее положила. И приказала: «Сынок не забывай молитву читать и креститься». Я с ними не расставался, хотя вступил там в комсомол. Мы перед боем с Абдуллаевым их прочитали.
Гитлер же под Курском пытался устроить русским кровавый котёл в отместку за поражение под Сталинградом - не вышло. Перелом в войне не получился в их пользу. Да, потери и у них и у нас были большие. Почти две недели шла непрерывная битва, но после пятнадцатого июля на 200 километров они отступили и до Днепра почти не закреплялись. Довооружившись и получив в распоряжение несколько отечественных автомобилей ЗИС – 5 и ГАЗ – 2, окрылённые успехами мы их преследовали.
Чепрасов И.М. вдохновился воспоминаниями и приводил один эпизод за другим. Меня интересовали детали переправы наших войск через великую реку Днепр. В разных местах воевали мои рассказчики, о форсировании рек они вспоминали по-разному. Да, надо разведать тот берег и найти слабое звено у противника. Да, надо незаметно переправить туда ударную группу, захватить плацдарм, закрепиться на нём и, с помощью пополнения расширять его. Это все так, но, сколько примеров приводилось, когда первых же переправившихся смельчаков немецкая береговая охрана уничтожала или сбрасывала в реку. Приходилось прорабатывать другие варианты переправы.
- А у нас на разработку вариантов времени не оставалось, - рассказывает он. – К Днепру мы подошли 3 ноября 1943 года. В мирное время река схвачена льдом. А мы видим плывущие льдины: мелкие, крупные. Кроме обстрелов и бомбёжек и это переправу усложняло. А приказ Сталина уже поступил: «Любой ценой к ноябрьским праздникам освободить Киев».
Нашему батальону автоматчиков и взводу разведки полка выдали задание: «На левый берег переправиться, закрепиться и удерживаться там до подхода основных сил». Разные предлагались варианты. Выручила смекалка и находчивость разведчиков. Ребята нашли не толстый, но прочный трос. Решили его размотать и закрепить концы на противоположных берегах. Но к этому времени у всех бойцов должны быть подручные средства. В безлюдной деревне мы и плотничали: кто лодку нашел, кто плотик на троих соорудил, а кто на доске или на бреве должен плыть. Были потери, но мы с первой попытки захватили и удержали плацдарм. Чем и облегчили переправу основных сил для подкрепления.
Киев нам не пришлось освобождать, мы правее его миновали. Наш путь лежал на Белую церковь. Там немец успел закрепиться основательно.
К тому времени я был в разведк, командовал отделением в составе 48 стрелкового полка, 38 стрелковой дивизии, 2 Украинского фронта.
На две недели он нас задержал у Белой церкви, уже март на дворе, а мы их всё выбиваем из развалин города. Спасибо отважным и толковым командирам: комполка майору Осипову, комбатам, капитану Рошилеву и капитану Бердиеву. Отчаянные ребята, сами все в ранах, а солдат берегли, жалели. Бердиев разведывательным батальоном командовал, он мой непосредственный командир. Любил он меня, повышал по службе. Я с мая 1944 года и до конца войны дошел до командира роты разведки.
От Белой церкви не осталось ничего, Ваня - от красоты былой. А чего сделаешь – война. И погнали мы немцев к Румынской границе. Опять препятствие – река Прут, дальше вражеское государство. Тут в основном румынские войска против нас стояли. Они слабее немцев. Мы их через Карпаты так бы и гнали. А нам сообщают: «Танки немецкие появились. Много танков». Говорили: «Это запоздалая колонна идущая на подкрепление либо к Киеву, либо к Белой церкви».
Они сходу смяли нашу артиллерию, отсекли обозы и автомобили с боеприпасами и продовольствием. Завязался жесточайший бой за высотку - 610. До вечера наш полк круговую оборону держал. Но окружение не избежали. А там же много русскоговорящего люду было из местного населения. С гражданской войны осели тут перебежчики. Многие на русских в обиде. Дезинформацию разную подбрасывали. Покажут нам куда идти, а там засада противника. Капитан Бердиев сообразил. Чтобы узнать, есть впереди противник или нет, нас заставляет чучела выставлять. Сработало. Интенсивно обстреливают – не суйся здесь. Ночью решили пробивать брешь и выходить из окружения. Пошли штурмом, цел - не цел – терять нечего. Стеной бежали на румын, уклоняясь по вспышкам от выстрелов. Технику и вооружение бросили. Отрываемся от преследований, залегли в прибрежных камышах. Утром личный состав считаем. Дивизия потрёпана, от восьмисот бойцов оставалась половина. И мы ночами 12 суток пробирались к своим, а днём прятались и отдыхали. И вышло нас из окружения – 78 человек
Там и я потерял боевого товарища - Сашку Губанова из Ульяновска. Мы годки, из одной фляжки пили, из одного котелка ели.
На руках умирал. Углубляю траншею, булыжник отбрасываю, дальше копаю. Прикопал его, крестик из Бука смастерил, постоит, думаю, прочный. Жалко товарища.
Перегруппировка и новые походы. Трансильванию освобождаем. Тису форсируем – горная речушка, кровушки на ней много пролили. Говорили, в Днепре вода была красной. И на Тисе тоже.
На пути живописное озеро Балатон на стыке трёх государств: Венгрии, Австрии и Чехословакии. На озере остров Рацкеве. За него головушек мы положили, не есть числа.
А чем остров знаменит? За него, почему дрались как ошалелые? Оказывается там хранилища лучших марок венгерских вин. Склады в подземелье, стреляют по бочкам солдаты и пьют вино столетней выдержки. Перепились, стрельба открылась. Капитан Бердиев приказывает: «Усилиями роты взять склады под охрану, как важные государственные объекты».
Дальше, пробивали путь к Вене. Не дошли до неё 40 километров, повернули на Прагу подавлять власовцев.
Было это в начале мая 1945 года. С их группировками мы воевали до 12 мая. И вышло, 9 мая Германия капитулировала, а мы все воюем.
На этом война закончилась. Но воякам нашего возраста ставятся задачи не менее опасные. Наш разведывательный батальон включают в специальную группу союзных войск по разоружению поверженных стран. С нашей стороны такой группировкой командовал легендарный Климент Ефремович Ворошилов. Моя рота эту миссию выполняла в Румынии. Акта на изъятое оружие, боевой техники и награбленное имущество в Советском Союзе мне утверждали, сначала Ворошилов, потом король Михай II. Помогали мы королю и в подавлении восстания его противника Антонеску. Михай высокий красавец, на 2 года старше меня. За год работы в контрольной комиссии в моей роте четверо солдат погибло и многих ранило.
Из Румынии нас перебрасывают на территорию Западной Украины. Там я служил в качестве помощника командира разведки, мы вылавливали бендеровцев и уоповцев. Эти днём с тобой братаются, в баре пивом угостят, а ночью из под угла обстреляют. Вокруг был невидимый фронт. Обидно, но мы и там друзей теряли. Последнюю крепость – город Свалява (Закарпатье) от этой банды очистили в июне 1948 года. И отправили нас дослуживать срок в ГДР. Там, на родине недавних противников мы обрели абсолютное спокойствие. Мы наслаждались мирными буднями настоящей армейской жизни. Военному делу мы обучали молодых солдат. Предоставлялась и нам возможность учиться, приобретать специальность для предстоящей мирной жизни. Я выбрал направление на учителя. Учился на заочном отделении педагогических курсов, ездил на сессии в Москву.
12 мая 1950 года проездом 10 дней разрешили отбыть отпуск в Бариновке. В библиотеке встретил красивую девушку Любу, будущую судьбу. В июне 1950 года я возвращался на постоянное жительство дипломированным учителем. В Бариновке, кроме родителей ждала меня и Любовь Васильевна Машнина. Радуюсь мирной жизнью. С Любой встречаюсь, провожу демобилизационный отпуск, танцы посещаем, кино смотрим, когда передвижка приедет. Планируем супружескую жизнь устроить, и определиться с работой. В Районо поехал, встретил там директора Бариновской школы Владимира Васильевича Зуева. Он тоже воевал, ногу на фронте потерял. Вели разговоры о былых походах, дошли до мирных будней, до моего диплома учителя немецкого языка, истории и физкультуры.
- Слушай, Иван Маркович! – радостно восклицает он. – А мне как раз физрук нужен и преподаватель немецкого языка. Я сейчас обговорю этот вопрос в Районо, а завтра ты к нам в директорскую и приходи.
Мы стукнулись по рукам и уже на следующий день они оформили меня на работу. Считай, с 1 июля 1950 года началась моя учительская биография. А 5 декабря того же года мы с Любой сыграли свадьбу. В октябре 1951 года у нас появилась первая дочка Вера, позднее появится и Света.
Пример с родителей по детям мы не взяли, с жильём не ладилось, ограничились на двоих. Но в семье и нашей всегда был порядок, взаимопонимание. Дети подрастали, учились хорошо, родители педагоги.
У меня, Ваня, 40 лет педагогического стажа, - с гордой подчёркнутостью сказал Чепрасов, - а это не шутка. И всё это время я ладил с учениками, с педколлективом, с их родителями. И это важно, теперь это не у каждого педагога получается. Был в жизни и у меня один казус. Ты, небось, о нём слыхал?
Я слышал о том, что Ивана Марковича судили, шумиха прошла тогда по району. А за какие прегрешения - слышал мельком. Он пояснил.
- Работаю я преподавателем в школе нормально. Я коммунист. До вступления в члены КПСС в Бариновке комсомольскую организацию возглавлял, был членом районного комитета ВЛКСМ. У первого секретаря РК ВЛКСМ состоял на хорошем счету: активный, инициативный, на собраниях критически выступал. И по рекомендации районного комитета ВЛКСМ вступил в кандидаты КПСС, а через год становлюсь коммунистом. Ушаков Павел Васильевич у нас секретарём партийного бюро работал, собрался уезжать. Мне, совсем ещё зелёному коммунисту пришлось его заменять. А рекомендовал меня на эту должность первый секретарь Утёвского РККПСС Павел Титыч Ефимов. Дотошный был мужик. Зная всех коммунистов района наперечёт, он сказал: «Этот парень работу партийную потянет, бывший фронтовик, разведчик». И я старался оправдывать его доверие.
Работаю учителем и по совместительству возглавляю партийное бюро села Бариновки.
Приближалась юбилейная дата «50 лет образования СССР». На собрании коммунисты приняли решение: «Партийному бюро до 9 мая 1967 года воздвигнуть обелиск павшим воинам в войне с Германией 1941 – 1945 годы». Ответственность выполнения лежала на мне. Заказываю в мастерских города Куйбышева обелиск и мемориальные плиты. Всего 240 фамилий павших и возвратившихся воинов. Срок и сумму указали в договоре.
Воздвигнут обелиск, жителям нравится. И мы, следуя русской традиции, на радостях хорошо угостили мастеров и себя. Израсходовали на эти дела колхозных денег сверх договора – 187 рублей. А времена не нынешние, посчитали это за преступление. Встал вопрос о моём пребывании в рядах партии. А исключат, значит, предадут суду. Я это понимал.
Исключили на нашем партийном собрании, повезли на бюро райкома. Уже Ильин Алексей Михайлович первым секретарём райкома работал. При голосовании трое членов (Богатырёв Пётр Яковлевич, Гаврилов Алексей Михайлович, Ивлиев Василий Андреевич) голосовали против исключения. Перетянула сторона, голосующая за исключение.
Завершено следствие, и народный судья Проскурякова осудила меня на три года лишения свободы. Не нашла она по мне смягчающих обстоятельств. Обидно. Не учитывались и семь лет отданные защите родине, и 17 лет безупречной работы в школе. Не учитывалось, что ранее не судим.
Виноват – не спорю. Отправили на 3 года в Сызранскую тюрьму.
Начальник тюрьмы смеялся, знакомясь с моим делом: «Ха, учителя прислали в тюрьму на перевоспитание!?»
И предлагает мне учить малолетних преступников. Я от предложения отказался. Сказал, что озорники мне в школе надоели.
Он назначает меня бригадиром уголовников. Я согласился, работал с ними и жил в бараке на 200 человек. Они слушались меня и уважали.
Люди порядочные есть везде, в том числе и в тюрьме. Начальник лагеря учёл душевные переживания Ивана Марковича, его переводят из Сызранской тюрьмы – в Новокуйбышевскую. Там жила его родня. А начальником зоны работал Селезнёв Николай Никитович. С его женой дружила Валя, свояченица Чепрасова, заведующая терапевтическим отделением больницы города Новокуйбышевска. Мир не без добрых людей, мир тесен, прекрасен.
Эти люди помогли Ивану Марковичу через шесть месяцев обрести свободу, но осадок на душе остался. И работа учителя в его селе занята. Пришлось Чепрасову 10 лет учительствовать соседнем селев Домашка.
- Жил в общежитии, домой ездил на велосипеде года два, потом приобрёл мотоцикл «Минск», - рассказывает Иван Маркович. – Не удобно, от семьи в отрыве, а деваться некуда. Виноват, перестарался на общественных делах.
Да, человек он общественный, всю жизнь тянул и тянет эту лямку, делая людям только добро.
Уже к концу подходили наши переговоры относительно его биографии, чувствую, спешит Иван Маркович куда-то. Я поинтересовался куда:
- Понимаешь, визитёр в Бариновку приезжает нужный – Кочуров Валерий Васильевич. А у меня к нему как к руководителю районных депутатов вопросы от сельчан накопились. Об арендной оплате за землю, о коммунальных платежах и другие. Может он по ним какую даст ясность.
Такой он Чепрасов. На тот период у него внуков было четверо и один правнук. Казалось бы, есть о ком заботу дедушке проявлять, а он ещё и о сельчанах печётся. Ему бы сидеть со стариками летом на завалинке и беседы вести, о былом вспоминать, о войне. Других-то участников в селе не осталось никого из восьмидесяти возвратившихся. А заботу о сельчанах пускай бы проявляла местная власть, сельские депутаты.
Но Иван Маркович мне на это говорил, что он не привык надеяться на дядей, которые не приучены служить людям, не приучены делать им добро.
Copyright: Иван Меженин, 2016
Свидетельство о публикации №355041
ДАТА ПУБЛИКАЦИИ: 04.05.2016 18:52

Зарегистрируйтесь, чтобы оставить рецензию или проголосовать.
Конкурсы на премии
МСП "Новый Современник"
   
Буфет. Истории
за нашим столом
ЧТО БЫ ЭТО ЗНАЧИЛО? КОНКУРС.
Документы и списки
Устав и Положения
Документы для приема
Органы управления и структура
Форум для членов МСП
Состав МСП
"Новый Современник"
2020 год
Региональные отделения МСП
"Новый Современник"
2019 год
Справочник литературных организаций
Льготы для членов МСП
"Новый Современник"
2020 год
Реквизиты и способы оплаты по МСП, издательству и порталу
Коллективные члены
МСП "Новый Современник"
Патриоты портала
Положение о Сертификатах "Талант"
Созведие литературных талантов.
Квалификационный Рейтинг
Золотой ключ.
Рейтинг деятелей литературы.
Редакционная коллегия
Информация и анонсы
Приемная
Судейская Коллегия
Обзоры и итоги конкурсов
Архивы конкурсов
Архив проектов критики
Издательство "Новый Современник"
Издать книгу
Опубликоваться в журнале
Действующие проекты
Объявления
ЧаВо
Вопросы и ответы
Сертификаты "Талант" серии "Издат"
Английский Клуб
Положение о Клубе
Зал Прозы
Зал Поэзии
Английская дуэль
Альманах прозы Английского клуба
Отправить произведение
Новости и объявления
Проекты Литературной критики
Атрибутика наших проектов