Литературный конкурс "Явление Мастера" представляет
Олег Мазукабзов
Ветры Вселенной









Главная    Новости и объявления    Круглый стол    Лента рецензий    Ленты форумов    Обзоры и итоги конкурсов    Диалоги, дискусии, обсуждения    Презентации книг    Cправочник писателей    Наши писатели: информация к размышлению    Избранные блоги    Избранные произведения    Литобъединения и союзы писателей    Литературные салоны, гостинные, студии, кафе    Kонкурсы и премии    Проекты критики    Новости Литературной сети    Журналы    Издательские проекты    Издать книгу   
Возвращаем дежурство по порталу
Наши хроники и ваши вопросы
Явление Мастера. Положение о конкурсе
Заявка на признание
Открытие года
Буфет. Истории
за нашим столом
День Космонавтики
Союз писателей представляет
Ол Томский
Белый снег
Александр Абрамов
Взлёт с Голгофы
(из цикла "Ангелы мира")
Смеяться право не грешно
Сергей Малегин
Крымское танго
Английский Клуб
Положение о Клубе
Зал Прозы
Зал Поэзии
Английская дуэль

Размышления
о литературном труде


Вход для авторов
Логин:
Пароль:
Запомнить меня
Забыли пароль?
Сделать стартовой
Добавить в избранное
Наши авторы
Фонд содействия новым авторам имени Надежды Сергеевой
Знакомьтесь: нашего полку прибыло!
Первые шаги на портале
Правила портала
Новости и объявления
Блиц-конкурсы
Тема недели
Диалоги, дискуссии, обсуждения
С днем рождения!
Клуб мудрецов
Наши Бенефисы
Книга предложений
Писатели России
Центральный ФО
Москва и область
Рязанская область
Липецкая область
Тамбовская область
Белгородская область
Курская область
Ивановская область
Ярославская область
Калужская область
Воронежская область
Костромская область
Тверская область
Оровская область
Смоленская область
Тульская область
Северо-Западный ФО
Санкт-Петербург и Ленинградская область
Мурманская область
Архангельская область
Калининградская область
Республика Карелия
Вологодская область
Псковская область
Новгородская область
Приволжский ФО
Cаратовская область
Cамарская область
Республика Мордовия
Республика Татарстан
Республика Удмуртия
Нижегородская область
Ульяновская область
Республика Башкирия
Пермский Край
Оренбурская область
Южный ФО
Ростовская область
Краснодарский край
Волгоградская область
Республика Адыгея
Астраханская область
Город Севастополь
Республика Крым
Донецкая народная республика
Луганская народная республика
Северо-Кавказский ФО
Северная Осетия Алания
Республика Дагестан
Ставропольский край
Уральский ФО
Cвердловская область
Тюменская область
Челябинская область
Сибирский ФО
Республика Алтай
Республика Хакассия
Красноярский край
Омская область
Кемеровская область
Иркутская область
Новосибирская область
Томская область
Дальневосточный ФО
Магаданская область
Приморский край
Cахалинская область
Писатели Украины
Писатели Белоруссии
Писатели Молдавии
Писатели Азербайджана
Писатели Азербайджана
Писатели Казахстана
Писатели Узбекистана
Писатели Германии
Писатели Франции
Писатели Болгарии
Писатели Испании
Писатели Литвы
Писатели Латвии
Писатели Финляндии
Писатели Израиля
Писатели США
Писатели Канады
Положение о баллах как условных расчетных единицах
Реклама

логотип оплаты

.
Произведение
Жанр: Просто о жизниАвтор: Михаил Басс
Объем: 318217 [ символов ]
Одиссея обыкновенного человека. 1-я часть.
Одиссея обыкновенного человека.
 
Роман Григорьевич, сколько себя помнит,
всегда был мечтателем, фантазёром и в какой-то степени философом. Его многое интересовало, и о многом он задумывался и старался понять суть предметов, притягивающих всё его внимание особенной таинственностью и загадочностью. Школьные годы провёл в небольшом районном центре, где он жил вместе с отцом и матерью. Часто, когда заходило солнце и всё вокруг становилось темно, только бледный свет луны покрывал своим желтоватым одеялом землю, он, с замиранием сердца, любил смотреть на бархатное, бездонное, тёмное небо, усыпанное ярко сияющими, призывно мигающими звёздами, стараясь понять, что оно таит в себе? «Есть ли конец этому или оно бесконечно?- думал он. От мысли, что нет конца мирозданию, что оно бесконечно, он приходил к пониманию, что это не поддаётся осознанию человеческим умом, от чего ему становилось не по себе. Усилием воли он переставал думать об этом, продолжая любоваться волшебной красотой ночного неба. Глядя на этот загадочный, небесный мир, он думал о том, что, сколько людей, живущих до него, также смотрели на этот звёздный небосвод и также как он любовались его сказочной красотой. О чём они думали, о чём мечтали? А звёзды, в своей сказочной дали, также бесстрастно смотрели на землю, безразличные ко всему, что на ней происходит.
Когда стал взрослым то во время отпуска, часто приезжал на море. Он не мог оторвать взгляда от бескрайнего водного простора, завораживающе смотрел на необозримый, уходящий за горизонт естественный, огромный резервуар воды, то спокойно покачивающийся, то, волнуясь, волнами набегая друг на друга, шипя, лизали берег. Глядя на ровную линию морского горизонта, предавался мыслям о море: -
«МОРЕ. Сколько вселенской, зашифрованной информации таит оно в своих необозримых пространствах? Сколько тайн хранит в глубинах вод? - думал он. Сколько повидало, пережило светлых и трагических событий. Ничто не пропало в морских хранилищах. Море "помнит и знает" больше, чем сохранила человеческая история. Оно периодически, не навязчиво, тихо покачиваясь, словно нашептывая, рассказывает, похожую на легенду, быль своей жизни. То, словно разозлившись на людское непонимание, волнуясь, высоко поднимаясь и накатываясь, волнами друг, на друга, с шумом в бессилии бьётся о прибрежные скалы. Придёт ли время когда в тихом, доверительном покачивании волн, люди смогут узнать увлекательные, словно бабушкины сказки внукам, истории о светлых днях наших предков путешествующих в поисках приключений? Или в тревожных звуках бушующего моря, под аккомпанемент молнии, грома, свирепствующего ураганного ветра, услышать отзвуки жестоких сражений, предсмертные крики тонущих людей, на глазах которых погружались в бездонную пучину, горевшие корабли. Море друг человека. Но друг непокорный, своенравный, который не терпит к себе пренебрежения. Порою море коварно и безжалостно мстит тем, кто бездумно отдаётся воле волнам. Они, как сирены, убаюкивают душу, ласкают тело, заволакивают сознание. Пробуждение, если оно случится, будет драматическим. Море ничего не прощает и часто приводит к трагическим последствиям. Оно покоряется людям беззаветно любящим его, гордым и смелым.
НО ЛЮБИТЬ НЕ ЗНАЧИТ, БЕЗ ОГЛЯДКИ ДОВЕРЧИВО ОТДАВАТЬСЯ ЕМУ. Эта формула вполне подходит и к человеческим отношениям» - закончил он свою мысль.
Он встал со скамейки, сделал несколько приседаний, покрутил, несколько минут, руками и трусцой побежал к воде. Осторожно ступая по каменистому дну, медленно погружаясь в воду, он время от времени издавал охающие звуки, потом на мгновение, остановившись, резким прыжком, изогнувшись, нырнул под накатывавшуюся на него волну. Чувствуя, как вода ласкает и освежает его тело, он с мальчишеским задором, плавными взмахами рук поплыл дальше от берега. Немного подустав, он, раскинув широко руки, повернулся на спину и, качаясь на волнах, несколько минут смотрел на безоблачное небо. Потом, будто спохватившись, решительно поплыл к берегу.
«Да! Но, кроме моря, есть реки, озёра, подземные источники... с громадными водными объёмами пресной воды, - продолжал он думать, усевшись вновь на скамейку.
ВОДА... Она, как заботливая мать, покрыла землю, оберегая её, живительной, освежающей влагой, проникая в её самые затаённые и глубинные уголки, давая жизнь самой земле и всему живому на ней. Вода, как сказочный волшебник, превращает землю в истинный рай, где благоухает и всеми цветами радуги расцветает земля... Вода терпеливо, эволюционно, на протяжении столетий, из одноклеточных живых организмов, взращивала прародителя современного человека, до того момента, когда эта едва сформировавшаяся малютка, с помощью волн, бережно была доставлена на берег, где гостеприимно принята благоприятной земной атмосферой.
Пройдёт ещё много столетий и тысячелетий, претерпев множества преобразований, земля выпестует человека разумного, способного противостоять всяческим трудностям, невзгодам, мыслить, творить, созидать и любить. Являясь неотъемлемой частью природы, человек во многом сродни морям и океанам. Его внутренний мир (в своём много мильярдном количестве) также необъятен и многообразен, как моря и океаны с их флорой и фауной, с их величественным и спокойным покачиванием волн и грозным воем разбушевавшейся стихии.
На земле было (и пока ещё есть), всё, что необходимо человеку для жизни. Но только своим осмысленным взглядом на окружающий мир, трудом, доисторический человек смог добыть себе еду и выжить среди кровожадных диких зверей и капризов природы. Но, несмотря на осознанные действия человека, его уму и сообразительности, он, дитя природы, и в нём остались инстинкты животного мира: приспособляемость, (практически к любым условиям жизни) инстинкт самосохранения, материнский инстинкт... С течением времени, человек приобрёл много отрицательных качеств, которых нет у зверей: завистливость, лживость, жадность, продажность, предательство... Как известно, звери убивают, чтобы выжить, человек убивает сотнями тысяч, миллионами своих соплеменников, чтоб завладеть их территорией, богатствами».
Роман Григорьевич прервал ход своих мыслей, посмотрел на часы, время было позднее. Он нехотя встал со скамейки и медленно пошёл на квартиру, которую снимал на время пребывания здесь. Там разделся и, пожелав себе спокойной ночи, лёг спать. Он долго не мог уснуть, всё время, думая о том, что его волновало в последние часы.
...В первый день, после возвращения домой, проснувшись утром, сделал «щадящую», как он называл, гимнастику, принял душ, выпил стакан апельсинового сока и поспешил в туристическую контору за путёвкой, которую он заказал почти месяц назад. Он мечтал побывать в лагере смерти Освенцим, где погибли его родственники, поклониться праху десяткам тысяч детей, женщин, стариков безвинно павших от рук фашистских палачей. Роман Григорьевич давно хотел побывать там, но только теперь, выйдя на пенсию, имел возможность сделать это.
...С тяжёлым сердцем он покидал это страшное место.
Там увидел те самые газовые камеры и крематорий, где умерщвлялись и сжигались сотни тысяч людей. Всем своим существом он прочувствовал весь ужас, который испытывали люди приговорённые фашистами к смерти. Побывав в Освенциме, понял, что такое ад на земле, придуманный фашистами для мирных людей.
Сидя в набирающем скорость поезде, который уносил Романа Григорьевича домой, его не покидало праведное возмущение к палачам. Глядя в окно вагона, он смотрел на пробегающую, мимо поезда, землю и ему казалось, что от неё веет тревогой и вселенской скорбью. Он закрыл глаза и стал думать: -
«ЗЕМЛЯ. Теперь мне кажется, что верхний слой земной коры состоит не из песка и глины, а из разложившейся плоти умерщвлённых, умерших и пепла сожжённых людей. Земная поверхность, пропитанная кровью и плотью людей, несёт отрицательную энергию, неблагоприятно влияет на психологическое состояние ныне живущих. Земля, как бы, противится навязанной ей участи, она рождает землетрясение, её "лицо" испещрено неровностями гор, огненной лавой вулканов, хочет навечно покрыть свою поверхность защитным, нейтральным слоем. Земля, результат космических катаклизмов, но и сама по себе живой организм, внутри которого, да собственно и на её поверхности, происходят сложные процессы её жизнедеятельности и самосохранения. Человек в течение своей недолгой жизни пользуется благами, которые даёт земля и её недра. Но, засоряя и отравляя её продуктами своей жизнедеятельности, часто высокомерно, не считаясь с её интересами, постепенно ведёт землю к гибели, не задумываясь над тем, что рубит сук, на котором сам сидит. Земля, великий санитар, занимаясь самоочищением, она оказывает большую услугу человеку, сохраняя его здоровье и саму жизнь».
- Да! Но кроме земли, воды, нельзя забывать об атмосфере, которая является одним из главных составляющих для жизни – прошептал Роман Григорьевич – и, прикрыв глаза, незаметно задремал.
Проснулся от толчка тормозящего поезда. Он посмотрел в окно и увидел здание небольшого вокзала и людей спешащих сесть в вагон. Спустя несколько минут, поезд медленно поплыл мимо вокзала и суетящихся, на привокзальной площади, людей. За окном всё быстрее кружилась земля, отчего в глазах Романа Григорьевича зарябило, и он медленно откинулся на спинку сиденья. В купе, кроме него, был ещё один мужчина, который лежал на верхней полке и что-то читал. Мельком взглянув туда, где лежал его попутчик Роман Григорьевич прикрыл глаза, продолжая думать:-
« АТМОСФЕРА - воздух (куда в подавляющем количестве входят кислород и азот) уникальная, живительная оболочка, окутавшая землю, является одной из главных благ и следствий многообразной жизни на земле. Не будь её, не было бы человека и всего того, что его окружает. Земля была бы мёртвой, безжизненной пустыней. Человек, в процессе своей жизнедеятельности, загрязняет, порой варварски, атмосферу, что ведет к отрицательным, глобальным изменениям в природе и наносит непоправимый вред человеку и всему живому»...
Роман Григорьевич открыл глаза и посмотрел на вошедшую в его купе проводницу:
- Принесите мне, пожалуйста, чай и что-нибудь к нему.
Осторожно отхлёбывая из стакана горячий чай, и время от времени поглядывая в окно мчавшегося поезда, он продолжал думать: -
«ЗЕМЛЯ, ВОДА, АТМОСФЕРА - триада без которой человек не может жить. Эта троица основа основ всего живого, материального, духовного. В истории христианства Бог предстаёт "единой сущностью в трёх ипостасях святой троицы - Отец, Сын, Святой Дух". Современная наука определяет троицу, как триаду триад, т.е. единство, целостность. В природе существует множество триад. Например - жизнь, смерть, реальность. Жар - холод- тепло и т.д. Есть триады теоретические, психологические, ... дальше забыл,- сморщив лоб, он задумался. Какие триады должны быть присуще обыкновенному, средне статическому человеку, без их противопоставления? В человеке должны преобладать, конечно, положительно - созидающие проявления души и плоти. Прежде всего, считаю, это ПОРЯДОЧНОСТЬ. Она является основой сущности души и ума. Сюда можно отнести множество положительных качеств человека - честность, верность, бескорыстность. Высокоморальными качествами человека является и доброта, благородство, ответственность, великодушие, достоинство, надёжность, совесть и другие качества человека. Порядочный человек - это высоконравственный, у которого внутренний самоконтроль является нормой морали. Порядочных людей много. Но, к сожалению,
немало носителей противоположных положительным чертам характера. Это грубость, хамство, эгоизм, занудство, жадность и т.д. О жадности вспоминается притча. Идет человек и видит на дороге лежит десять рублей. Он взял и собрался идти дальше. Вдруг услышал голос:
- Хочешь получить пятьдесят рублей?
- Хочу,- ответил он.
- Копай землю,- ответил ему голос.
Он покопал и нашел пятьдесят рублей.
- Хочешь получить сто рублей.
-Хочу.
-Копай глубже.
Так продолжалось до тех пор, пока яма оказалось на столько глубокой, что он не смог
самостоятельно из нее выбраться, и стал жертвой своей жадности. Но самым отвратительным из всех отрицательных считаю подлость. ДА! ПОДЛОСТЬ. Вспоминается, по этому случаю старый анекдот. Мужчина приносит скорняку меховую шкурку и просит его:
- Вы можете из этой шкурки сшить одну шапку?
- Могу,- отвечает скорняк.
- А две?
- И две могу.
- А три?
- И три могу.
…- А десять?- довёл счёт заказчик.
- Могу и десять, - ответил скорняк.
В указанное скорняком время мужчина пришёл получить заказ. Скорняк выложил на стол ровно десять меховых шапок. Но каких? Все шапки были крошечными. Вот пример жадности одного и подлости другого.
Поезд замедлил ход и, дёрнувшись, остановился. От резкого толчка Роман Григорьевич ударился об край вагонного столика, посмотрел в окно и, увидев знакомое здание вокзала, заторопился к выходу. Выйдя из вагона, он на мгновение зажмурился, от яркого солнечного света, и глубоко вдохнув прохладный воздух, медленным шагом двинулся в сторону своего дома, благо он находился недалеко от железнодорожного вокзала. Придя домой, он принял душ, сел в кресло, несколько минут вопросительным взглядом смотрел на живописный портрет неизвестной красавицы, как - будто она могла ответить ему на волнующие его вопросы, и, откинувшись на спинку кресла, стал вспоминать, над чем его мысль прервалась в поезде. «Ах, да. Так, что же, всё-таки такое подлость? Я где-то читал, что ПОДЛОСТЬ - это сознательный обман, предательство человека который тебе доверился и нуждается в тебе, т. е. обман доверия. Подлость - это когда человек знает, что от его действий другому человеку будет плохо. Он может поступить по- другому, но всё равно это делает. Особенно подло, когда такие поступки поступают от близких людей. Измена и ложь в семье - подлость. Возможна ли совместная, нормальная жизнь мужчины и женщины с резко противоположными чертами характера - один из них глубоко порядочный человек, другой всегда готов пойти на обман, предательство, подлость? Этот союз со временем распадётся или в силу слабости характера и порядочности одного из них, может продолжаться долго, а возможно до конца их дней. Но эта жизнь (если это можно вообще назвать жизнью) будет похожа на постоянное противоборство сторон, с сопутствующими скандалами, ненавистью друг к другу, тягостной домашней атмосферой, подорванным здоровьем обоих и их детей. Эта семья будет глубоко несчастна. С одной стороны, порядочный человек не может и не должен мириться с подлостью другого человека. Вместе с тем бывают разные жизненные обстоятельства. Влюблённый человек иногда не находит в себе сил порвать нити, точнее сказать путы, накрепко связавшего его, в силу своего слабоволия. Этим самым он обрекает себя на жизнь полную драматизма и невольно является поощрителем всякого рода подлости. Хотя понимает, что к подлости нужно относиться бескомпромиссно, не унижать себя перед подлым человеком».
Роман Григорьевич тяжело поднялся с кресла, вышел на балкон, сел на видавший виды стул, посмотрел на раскинувшийся внизу сквер, задержал взгляд на голубом, безоблачном небе и, прищурив глаза, стал думать, как бы он хотел, чтобы люди стали чище душой, нравственнее, справедливее...
«Конечно,- подумал Роман Григорьевич,- это мои и, возможно, многих других людей пожелания. Но одними пожеланиями невозможно ничего решить».
У Романа Григорьевича была небольшая библиотека, которой он очень дорожил. Два раза в месяц он посещал книжный магазин, который находился в центре города и где каждый раз мог приобрести, что-то новое и интересное. Подойдя к троллейбусной остановке, он не удивился большому количеству людей ожидавших троллейбус. В городе это было нормой, плохой нормой, когда общественный транспорт ходил не регулярно, с большими разрывами во времени. В начале люди возмущались, жаловались в разные инстанции, получали обнадёживающие ответы, но всё оставалась без изменений. Стоявшие на остановке потенциальные пассажиры, понуро и с нетерпением поглядывали в сторону, откуда должен был придти долгожданный троллейбус. Порядочно времени простояв на остановке, Роман Григорьевич почувствовал усталость, отошёл немного в сторону, подошёл к дому, стоявшему против остановки, и опёрся на выступающую часть цоколя. Побыв некоторое время в таком положении, он в нетерпении подошёл к остановке и увидел приближающийся троллейбус. Толпа зашевелилась, и Роман Григорьевич оказался в её середине. Когда троллейбус остановился, толпа, как вырвавшийся из плена мощный поток воды, хлынула в открывшиеся двери. Роману Григорьевичу расхотелось, таким образом, садиться в троллейбус и он попытался выбраться из штурмующей толпы. Но оказалось это
невозможным. Сзади и с боков, люди, охваченные острым желанием сесть в желанный троллейбус, помимо его воли, давили и толкали Романа Григорьевича к желанной двери. Его попытки выйти из толпы были тщетными, тогда он умаляющим голосом прокричал:
- Пожалуйста, дайте мне выйти, я не хочу ехать.
- Ничего, батя, не дрейф, прорвёмся,- с красным от натуги лицом сказал здоровенный детина, продолжая сильно толкать его в спину.
Продавив многих других, желающих попасть в заветные двери, мужчина на плечах Григория Романовича, оказался на ступеньках троллейбуса. Он продолжал давить на него, стремясь дать возможность водителю закрыть дверь. Роман Григорьевич, тяжело дыша, испуганно смотрел в спину впереди стоящего желая, каким-то образом, увернуться в сторону от наседавшего на него сзади силача. Наконец, дверь закрылась, и троллейбус медленно поехал. Роман Григорьевич стоял прижатый со всех сторон не в силах пошевелиться. У него было только одно желание – поскорее выйти из троллейбуса. Когда на первой остановке троллейбус остановился, раздались голоса:
- Поехали дальше.
- Нет! – испуганно прокричал Роман Григорьевич. Я хочу выйти, откройте дверь.
После нескольких попыток дверь открылась, но Роман Григорьевич, ни как не мог вырваться из живого капкана. Приложив все свои силы, он с большим трудом, как пробка из бутылки, выскочил на тротуар. Вид его был весьма неприглядный: волосы на голове были растрёпаны, галстук был на боку, а две пуговицы на пиджаке были с «мясом» оторваны. Растерянно осмотревшись вокруг, он поймал на себе сочувствующие взгляды прохожих. Поправив галстук и волосы на голове, возмущённый и униженный, он не твёрдым шагом пошёл по направлению к своему дому, с огорчением думая, что сегодня уже не получиться побывать в книжном магазине. Проходя мимо небольшого магазина, где продавались алкогольные напитки, он увидел возле него не твёрдо передвигающихся мужчин, некоторые из них сидели на траве, громко разговаривали, а на лежащей, на земле газете стояли бутылки. Невдалеке, у забора, примыкающего к магазину, пошатываясь и расставив в стороны полусогнутые ноги, стоял мужчина и справлял нужду. Роман Григорьевич в сердцах сплюнул и ускорил шаг. Придя домой с трудом, пришёл в себя от пережитого и увиденного. Когда на улице стемнело, он решил немного прогуляться, подышать свежим воздухом. Выйдя из подъезда дома, он остановился, посмотрел на тёмное, в облаках небо, улыбнулся сам себе и в хорошем расположении духа вышел на шумную улицу. Пройдя немного, он свернул в тихий переулок и, заложив руки за спину, медленно пошёл по тротуару. Прогуливаясь, он дошёл до скверика. В сквере было темно и неуютно. Он поднял голову и посмотрел на столбы, на которых висели разбитые плафоны и электрические лампочки. Он подошёл к ближайшей скамейке, намереваясь немного посидеть, но скамейка имела только остов. Огорчённый, с опущенной головой, он немного постоял возле неё и осмотрелся вокруг. Невдалеке, в полумраке, он увидел двух сидящих на скамейке девочек, старшего школьного возраста, разговаривающих между собой. На другом конце сквера была небольшая группа молодых парней, некоторые из них сидели на спинке скамейки и громко разговаривали между собой, двое других бегали друг за другом. « Что такое? Куда не пойдёшь, всюду получаешь отрицательные эмоции» - в сердцах прошептал он и пошёл в сторону своего дома. Подойдя к своему дому, вошёл во двор. Во дворе стояла беседка, в которой он частенько любил коротать время. Идти домой ему не хотелось и, подумав, он сел в беседке на скамейку. Беседка стояла в окружении плодовых деревьев, которые в это время буйно расцвели и от которых исходил приятный аромат. Роман Григорьевич мельком посмотрел на окна дома, в которых кое-где горел желтоватый свет, перевёл взгляд на трущуюся у его ног кошку и, опёршись спиной о парапет беседки, подумал:
- « Почему всё-таки, так происходит? Ведь мы же люди, наделённые природой умом, чувствами, желаниями сделать жизнь лучше. А все ли стремятся к этому? Получается не все. А отчего это зависит? От ген, заложенных человеку природой, от воспитания или от социальной принадлежности? Скорее всего, от ген. К примеру, дети растут в одной семье. Воспитание и отношение к ним, со стороны родителей, одинаковое, но, чаще всего, став взрослыми они отличаются по характеру, по отношению к жизни, к людям, к окружающему миру. Хотя, конечно, нельзя сбрасывать со счетов и внутреннюю культуру, которая закладывается природой.
Бесспорно, многое зависит от людей наделённых властью. Такие люди должны чувствовать ответственность не только перед другими людьми, но мне думается, прежде всего, перед самим собой, перед своей совестью. На них лежит ответственность за то, чтобы каждый человек был уверен в завтрашнем дне. Многое тогда могло - бы измениться к лучшему. Но говоря о подлости отдельного человека, «когда человек знает, что от его действий другому человеку будет плохо, но всё равно это делает» - это понятие вполне можно применить и к людям, от которых зависит нормальная жизнь многих людей. Эти люди знают, что не в полной мере обеспечивают эту нормальную жизнь, но ничего не делают, чтобы изменить к лучшему. А что говорить о тех руководителях государств, которые ввергают свой народ и народ противника в войну? Или о тех, кто своими действиями (или бездействием) разрушают свою страну в угоду и к удовольствию соперничающим странам? О таких индивидуумах мало сказать, что они подлецы. Это предатели и палачи вселенского масштаба. Тогда что? Получается сознательный обман, предательство людей, которые доверились и нуждаются в защите. В нашей повседневной жизни, среди простых людей, к сожалению, довольно часто встречаются случаи, когда совершаются подлости. Ярким примером может служить время репрессий, тотальных доносов друг на друга. Да и в наше время, в быту, на работе, среди людей происходят действия, которые кроме как подлостью назвать трудно. Зависть часто рождает подлость. А пока существует социальное неравенство, избавиться от этого порока невозможно. Да и вообще у человека много пороков и изжить их не возможно. По сути, все мы по своей природе подлецы. «И волку не свойственна кротость овцы» говорил Маари. У одного это развито сильнее, у другого это может проявиться в определённых обстоятельствах. Подлость – это утробное, мерзкое чувство, которое рождается из-за низменных, корыстных целей, когда человек добивается своего обманом подсидеть своего друга, пройти по трупам, ради чего-то. Подлость, это когда за спиной тебя обговаривают, а в лицо улыбаются. Особенно подло, когда такие поступки совершают по отношению к тебе, близкие люди. А разве не подло, по отношению ко многим людям, когда то, что человеку нужно каждый день, он должен брать штурмом, долго простаивать в очередях, терпеть другие неудобства и неустроенность, по вине других людей, обязанность которых обеспечивать нормальную работу всех структур обслуживающих население. Государство должно создать такие условия, при которых каждый человек будет знать, что всюду, где бы он ни был, к нему будут относиться с уважением, считаться с его мнением и с его нуждами и проблемами, и будут делать всё, чтобы в своей стране ему было комфортно. Чтобы садясь в автобус, ему не пришлось брать его штурмом, выслушивать, в свой адрес, оскорбления и испытывать чувство унижения. Чтобы часами человек не простаивал в любой очереди за самыми необходимыми вещами. Чтобы пожелав выпить с друзьями, у него была возможность это сделать в помещении, за столом, а не на улице. Чтобы в свободное от учёбы и работы время, молодой человек имел возможность пойти в такое заведение, где сможет интересно провести время, занимаясь творчеством, спортом, любимым делом, под руководством интересных людей и профессионалов. Тогда сама обстановка позволит человеку почувствовать себя свободным, раскрепощённым, с чувством самоуважения к себе, повысится культура общения между людьми».
 
КАК ЗЕМЛЯ ЗАНИМАЕТСЯ САМОСОХРАНЕНИЕМ САМООЧИШЧЕНИЕМ, ТАК И ЧЕЛОВЕК ДОЛЖЕН СТРЕМИТЬСЯ ИСКОРЕНЯТЬ ВСЁ ПЛОХОЕ, ВРЕДНОЕ ИЗ СВОЕЙ ДУХОВНОЙ ЖИЗНИ, ВСЁ ТО, ЧТО МЕШАЕТ ЕМУ ЖИТЬ ПОЛНОЦЕННОЙ ЖИЗНЬЮ.
КАК ВОДА МОРЕЙ, РЕК, ОЗЁР, В ПРОЦЕССЕ ВРЕМЕНИ, ПУТЁМ СЛОЖНЫХ ФИЗИЧЕСКИХ, ХИМИЧЕСКИХ И БИОЛОГИЧЕСКИХ ПРОЦЕССОВ САМОООЧИШЧАЕТСЯ, ТАК И ЧЕЛОВЕЧЕСКОЕ ОБЩЕСТВО И КАЖДЫЙ ЧЕЛОВЕК В ОТДЕЛЬНОСТИ, ДОЛЖНЫ ИСКОРЕНЯТЬ ТО, ЧТО ИМ ЧУЖДО.
 
КАК АТМОСФЕРА, ПУТЁМ ВЗАИМОСВЯЗАННЫХ ПРИРОДНЫХ ЯВЛЕНИЙ ПОСТОЯННО ИЗМЕНЯЕТСЯ, ОЧИЩАЕТСЯ ОТ ВРЕДНЫХ ЧЕЛОВЕКУ И ПРИРОДЕ СОСТАВОВ И СОЗДАЁТ НОРМАЛЬНЫЕ УСЛОВИЯ ЖИЗНИ ДЛЯ ВСЕГО ЖИВОГО НА ЗЕМЛЕ, ТАК И ЧЕЛОВЕК ДОЛЖЕН СТРЕМИТЬСЯ ИЗБАВИТЬСЯ ОТ ОСОБЕННО НЕГАТИВНЫХ ЧЕРТ СВОЕГО ХАРАКТЕРА.
 
…Роман Григорьевич уже несколько лет как переехал жить на юг, к морю. Когда спадала дневная жара, он любил приходить на берег моря и подолгу смотреть на догоняющие друг друга, пенящиеся волны, с шумом бьющиеся о прибрежные скалы. Вот и сейчас он сидел на раскладном стульчике, расслабленно смотрел на волны, бьющиеся у его ног. Незаметно опустился вечерний полумрак. « Как сложна и непредсказуема жизнь» - подумал он. Прислушиваясь к убаюкивающей песне волн, как бы настойчиво рассказывающей о своей многотрудной и полной приключений судьбе, перед глазами Романа Григорьевича, сменялись события его жизни, словно происшедшие вчера…
«…Июльский зной накрыл посёлок своим жарким, душноватым одеялом. Всё кругом погрузилось в полудремотную, распаривающую тишину. Деревья, кусты, другие растения, замерли в глубокой задумчивости, не пошевелив даже веточкой, листочком или травинкой. Только неутомимые пчёлы, лениво жужжа, поддаваясь своему инстинкту, продолжали своё многовековое, многотрудное и полезное дело. Кое-где прозвучит недовольный, ленивый лай потревоженной собаки, изредка протарахтит машина, оставив после себя облако пыли, и всё снова погружалось в усыпляющую тишину.
Дом, где жил Рома, стоял в центре посёлка, на перекрёстке дорог. Через дорогу, против дома сразу начинался штакетник забора, огораживающий парк, с густыми, разросшимися, давно не видевшими человеческих рук, деревьями, кустами и высокой травой. В начале парка стоял кирпичный, двухэтажный, дом культуры. В середине парка была братская могила павших, в войне солдат. Сколько Рома себя помнил, парк его всегда манил какой-то таинственной загадочностью, и не последнюю роль в этом играла могила солдат, с заросшим, вокруг её ограды, густым кустарником. Рома с друзьями часто играл в парке в разные игры: то в войну, то в мушкетёров…
С другой стороны дома, через брусчатую мостовую, стояло кирпичное, побеленное двухэтажное здание районной почты. Перед окнами дома, где жил с родителями Рома, рос раскидистый клён, в тени которого расположился Рома. Рядом с ним лежал, разморившийся от жары пёс Малыш, лениво размахивающий хвостом, он тяжело дышал, из его клыкастой пасти торчал длинный, розовый язык. Время от времени он преданно посматривал на Рому, и тогда его дыхание становилось тише, но как только он отворачивал голову в сторону, его дыхание становилось частым, похожим на шипение паровоза набравшего скорость. Рома недавно окончил школу и никуда не поехал учиться. Причин было несколько. Во-первых, школу он окончил посредственно. Во-вторых, денег, чтобы послать учиться Рому, у родителей не было. Было решено, что он поедет к старшим братьям, которые жили в городе, там устроится на работу, и будет работать до призыва в армию. После армии сам будет решать, как ему поступать дальше. Родители написали письмо братьям Ромы, чтобы они забрали его к себе, в город, и теперь ждали от них ответа. В школе Рома перебивался с тройки на четвёрку и наоборот, бывали двойки не потому, что у него не было способностей или желания. Вовсе нет. С трёх до шести лет он переносил, вместе с матерью, старшими братьями и сестрой, все тяготы военного времени: страшное время эвакуации, когда днём и ночью в любую погоду, под бомбёжками, недосыпая и испытывая мучительный голод, страх и ужас, ехали на повозке, в нескончаемое, мучительное путешествие. В эвакуации они претерпели голод, болезни, смерть братика-младенца, нищенское существование и полную безысходность. Всё это, наложило тяжёлый отпечаток на неокрепшую психику маленького человечка, на его, с рождения, впечатлительную натуру. Не по возрасту серьёзный, он стал замкнутым, стеснительным и даже застенчивым. В послевоенные годы, страдая от тяжёлой нужды, в их семье поселились постоянные ссоры и скандалы между родителями. Это сильно влияло на его учёбу, так как только он садился готовить уроки, часто начинались ссоры, и он быстро сложив книги и тетради в портфель, уходил из дома. Ссоры между родителями тяжело и долго переживалось им, и вносили в его юную, чувствительную душу смятение, что отрицательно сказывалось на учёбе. Дом, в котором они жили, со стороны улицы выглядел довольно прилично: три окна фасада смотрели на улицу приветливо и даже красочно – все окна были уставлены буйно расцветшими цветами, ворота и калитка придавали ему вид ухоженности и уюта. Но, отсутствие палисадника подчёркивали его какую-то сиротливость, незащищённость. Внутри дома дело обстояло несколько хуже. Наспех отремонтированный, после приезда с эвакуации, он имел вид человека одетого в поношенные, случайные вещи: пол был заслан не до конца обструганными досками, между ними были большие зазоры и они лежали почти на земле. Окна в доме не имели двойных рам, это приносило массу всяких неудобств. Особенно это ощущалось в зимнее время, они промерзали насквозь так, что даже на подоконнике был толстый слой льда, который от тёплого воздуха квартиры постоянно подтаивал, и вода капала на пол. Внутри дома, стёкла окон тоже были покрыты льдом. Чтобы посмотреть через окно на улицу, своим дыханием растапливали во льду небольшое, круглое окошко и одним глазом смотрели, что делается на улице. Все окна дома были украшены такими «глазками». Кое-как сбитый из старых досок пристроек был весь в дырках и плохо защищал от зимней стужи входную дверь, которая промерзала насквозь. Двор со стороны огорода был не огорожен, а сарай, в котором были корова, поросёнок и куры, кое-как слепленный давал возможность ветру и снегу хозяйничать там всегда. Отец с утра до вечера был на работе, а мать хлопотала по дому с раннего утра до позднего вечера. Чтобы все постройки привести в порядок нужны были материалы, которые трудно было достать, да и денег не хватало не только на это, а даже на еду. Спасал от голода огород, которому много времени и сил уделяла мама Ромы. Из обстановки в доме была старая железная, двуспальная кровать на которой спали родители и «валетом» Рома, пока он ходил в младшие классы. Остальные дети спали кто на печке, кто на односпальной железной кровати, а кто и на полу. Одевался Рома плохо. Одежда, которую он носил, было сшита матерью из старых, вещей. Среди друзей он всегда себя чувствовал неуверенно, так как многие из них были одеты в новые, купленные в магазине, вещи. Конечно, время было послевоенное, трудное для большинства народа. В этих условиях рос, воспитывался и формировался Рома. Можно сказать, что его воспитывала сама жизнь, но большое влияние оказывали книги, которые он постоянно читал, кино, радио. Оттуда он впитал в себя всё хорошее, светлое, чистое. Оттуда он черпал веру в настоящую, возвышенную любовь…
Ожидая ответ от старших братьев, Рома с надеждой и тревогой думал о той жизни, которая ждала его в будущем. Все школьные годы он пробыл в посёлке, никуда не уезжал на каникулы. В районной библиотеке, из находившихся в ней книг, он прочитал очень многие. Дошло до того, что библиотекарь не знала, что дать ему для чтения и в виде исключения (в то время книги выдавала библиотекарь) допускала его за ограду, где на высоких полках хранились все книги. В единственном кинотеатре он смотрел все фильмы, которые демонстрировались там, и вёл по ним своеобразный учёт. В его записной книжке их счёт перевалил за двести. Он часто занимался рисованием, любил петь. Эти его занятия частично отвлекали его от ссор между родителями и, бедности, в которой он жил. Учась в старших классах, он обратил внимание на девочку Риму, которая училась в другом классе. На каждом школьном перерыве, он с замиранием сердца украдкой смотрел на неё, не решаясь подойти к ней и заговорить. В своих мыслях он окружал её возвышенным ореолом красоты, целомудренности и какой-то божественной недосягаемости. Для него она являлась ангельским созданием, восхищение которым приносило ему несказанную радость и непонятное сладостное волнение. Где бы она не находилась, он всегда был там и с волнением издали наблюдал за ней, любуясь её карими, чуть со смешинкой, глазами, пышными, кудрявыми волосами, резко очерченными, пухлыми губами и меняющимся выражением лица, в зависимости оттого, что происходило в наблюдаемой её сцене. Наверное, она заметила частый пристальный взгляд Ромы на неё и однажды, когда закончились уроки, и он пошёл домой один, она его догнала и заговорила. У него от волнения перехватило дыхание он, что-то говорил, скорее, односложно мямлил и, подойдя к своему дому не попрощавшись, ушёл. Находясь дома, он подошёл к окну, и увидел Риму, медленно идущую в направлении их дома. На улице моросил дождик, и она, наверное, посчитала это неплохим поводом, чтобы увидеться и поговорить с ним. Поняв это, Рома разволновался и сказал матери, чтобы она не говорила ей, что он дома. С замиранием сердца он прислушивался к тихому разговору между матерью и Риммой, его непреодолимо тянуло к ней, но не мог найти сил, чтобы выйти и поздороваться с ней. Когда она ушла, он ругал себя за слабоволие, робость. Так было каждый раз, когда была возможность заговорить с ней, подружиться, тем более он видел, что и она не против этого. Рома видел и чувствовал, что и она смотрит на него призывно, словно говоря «не бойся, подходи». Но он так боготворил её, что это было выше его сил. Теперь, когда школа окончена, а Рима уехала в другой город, вспоминая её, ругал себя за нерешительность. « Она росла и хорошела, а я таким же робким был. Мы школу кончили, она и улетела. И разошлись навек наши пути. Я помню те глаза и волос, что золотом на солнце отливал. Я слышу тот грудной и нежный голос, что только у любимых дев бывал»- подумал он, почему-то стихом. Он встал и медленно вошёл в открытую калитку и через двор направился на огород. Вслед за ним, помахивая хвостом, опустив голову низко к земле, засеменил Малыш. Рома остановился у края огорода, окинул его взглядом и медленно пошёл к грядкам, где росли помидоры, огурцы, бобы, а кое-где на грядках, стоя на одной ноге возвышались похожие на маленькие солнца круги подсолнухов. Рома остановился у грядки с огурцами, присел на корточки и, приподнимая шершавые листья, стал высматривать нужный ему огурец. Наконец, увидел то, что он хотел. Огурец лежал на чуть пожелтевшем листике, весь покрытый пупырышками и каплями ещё не высохшей росы, а на верхнем краю огурца красовался жёлтый цветок. Рома обеими руками потянулся к нему и оторвал от связывающих его хитросплетений. Несколько мгновений он рассматривал огурец, потом вытер его о свою рубашку и с хрустом откусил. Во рту он почувствовал освежающий аромат и с наслаждением вдохнул запах, как ему показалось, самой природы. Малыш, подняв вверх мордочку, внимательно смотрел на Рому и когда тот ещё раз откусил кусок огурца, требовательно залаял. Рома понял его лай и сказал: -
- Собаки огурцов не едят, понял?
Но Малыш громким лаем возразил ему, тогда Рома сказал:
- Кушай, жадина, но я знаю, что ты всё равно не будешь это есть.
Он откусил кусочек огурца и протянул его собаке. Малыш долго его обнюхивал и когда Рома был готов праздновать победу, он схватил огурец, и громко чавкая, в один момент съел его.
- Ну, ты хитрец. Что вкусно?
Малыш облизал рот, сел на задние лапы и, виляя хвостом, просительно стал смотреть на Рому.
-Всё друг, хватит. Посмотрим, будешь ли ты, есть бобы – сказал он и направился к грядке с бобами.
Оторвав стручок с бобами, Рома осторожно достал их из пуховой сердцевины и стал с удовольствием их поедать. Бросив взгляд на сидевшую, у его ног, собаку он согнулся и дал ему несколько бобов. Малыш понюхал их, осторожно взял в рот и, пожевав, выплюнул.
-То-то, собака не поросёнок, чтобы всё есть. Эх ты, тю-тя - сказал он и внимательно обвёл взглядом давно знакомый огород.
Он с сожалением подумал, что ему вскоре придётся уехать из родного дома, от родителей, покинуть навсегда всё то, что было ему привычно, чем он жил все эти, хоть и не простые, но неповторимые годы, годы детства, юности, школьные годы.
 
Глава 2.
 
...Рома сидел в кузове бортовой машины, которая увозила его от родного дома. Его лицо было спокойным, сосредоточенным. Вместе с ним в кузове сидели женщины, девушки, которые, перекрикивая шум мотора машины, разговаривали. Каждую из них интересовало, кто куда едет, зачем. Рома прислушивался к их разговорам, с интересом наблюдая за пробегающим мимо лесом. Несмотря на солнечный день в лесу было хмуро, неприветливо. По обе стороны грунтовой дороги виднелись поваленные многолетние сосны, лес был засорён хворостом. Кое-где земля была ископана обвалившимися окопами, что напоминало о совсем недавно прошедшей войне. Рома никогда не забывал это, в его душе война оставила неизгладимый след полных невзгод, гибели, от рук фашистов и предателей, близких родственников, потерю старшего брата, пропавшего без вести… Машина недовольно урча, переваливаясь с боку на бок, с трудом преодолевала дорожные ухабы полные воды. Сидящие в кузове люди, с некоторым беспокойством, держась за борта, старались удержаться на жёстких, деревянных скамейках. Когда грунтовая дорога становилась более ровной, люди с облегчением вздыхали, прислушиваясь к шуму ветра и монотонно работающего двигателя машины, молча, отдаваясь её воле, несущей их в неизвестное будущее. Городской посёлок, где до сих пор жил Рома, находился в шестидесяти пяти километрах от железной дороги. Тридцать километров дорога была полностью грунтовой, проходила через густой сосновый лес. Оставшиеся тридцать пять километров дорога была асфальтирована и машина ехала с ветерком. Настроение у случайных попутчиков поднялось - чувствовалось приближение более благоустроенной, городской жизни. С собой, из вещей, у Ромы ничего не было, кроме денег которые хватали только на покупку билетов до города, куда он ехал.
… Рома сошёл с поезда и окунулся в непривычный, шумный поток людей, выходящих с перрона в город. Рома отдался людской реке, которая вынесла его на привокзальную площадь. Спросив у прохожих нужный ему номер автобуса, он пошёл к остановке. Сев в переполненный людьми автобус, стиснутый со всех сторон, с трудом смог выйти на нужной ему остановке. Осмотревшись, увидел с десяток двухэтажных домов, выкрашенных в жёлтый цвет, которые не далеко стояли вдоль высокого кирпичного забора с колючей проволокой наверху. Как потом оказалось, это был забор крупного машиностроительного завода. Рома сразу почувствовал, дыхание крупного производства непривычный для него, запах дыма, обожжённого металла и глухой, грозный, неумолкающий гул, похожий на стон разбуженного великана. Он нашёл нужный ему дом, поднялся на второй этаж и постучал в дверь, но никто на его стук не откликнулся. Рома понял, что брат на работе и присев на ступеньки лестничной клетки стал ждать его возвращения. Прошло достаточно много времени, прежде чем старший брат появился перед Ромой.
-Давно ждёшь? – спросил он, подав руку.
-Да - ответил Рома.
Брат подошёл к двери своей квартиры, открыл её, и они вошли внутрь. Квартира состояла из одной комнаты, в углу была раковина, у стены стояла кровать, возле окна стоял стол с двумя стульями, больше в квартире из мебели ничего не было. Кровать была не застелена, на столе был полный
беспорядок: пепельница была полна окурков, валялись пустые пачки от сигарет, газеты, на оторванном куске газеты лежала недоеденная селёдка, оторванные от буханки хлеба куски, бутылка, на дне которой осталось немного водки. Рома не смело прошёл к столу и сел на стул. Ему стало как-то не по себе, от этой не ухоженности, какой-то пустоты и не уютности. В комнате стоял стойкий запах табака и дешёвого одеколона. Брат выглядел уставшим и озабоченным. Он снял пиджак, галстук и бросил их на кровать. Затем сказал:
- Я, на несколько, дней уезжаю в командировку. Вот тебе деньги – он протянул Роме незначительную сумму,- приеду и поищу тебе работу. Вот ключ от квартиры.
И вскоре он ушёл. Рома остался один в этой, вызывающей грусть, комнате. Вечером, после работы, пришёл средний брат. Он снимал небольшую комнату в частном доме, работал на какой-то фабрике, где ему платили гроши, которые едва хватали для того, чтобы выжить.
 
Вскоре из командировки возвратился старший брат и, спустя несколько дней Рома пошёл работать на небольшую мебельную фабрику. Его работа состояла в следующем: - станок, который изготавливал фигурные детали для стульев, обслуживали два человека. Один брал прямую заготовку и впускал её во вращающееся отверстие станка, другой, в рукавицах, держа в руках большие щипцы, должен был хватать ими появившийся конец детали и с силой тащить на себя. Уже изогнутая, деталь неимоверно вибрировала, особенно когда должна была вот-вот полностью выйти из станка. В это время нужно было быть особенно осторожным и всеми силами суметь её удержать. Если в какой-то момент, по какой-либо причине этого сделать не сможешь, выйдя из станка, она другим концом может сильно ударить рабочего. Вот эту роль и выполнял Рома. По окончании смены у него сильно болели руки, а на ладонях и пальцах выступили кровавые мозоли. Однажды, средний брат увидел руки Ромы и спросил:
- Что это с твоими руками?
- Это от той работы, которую я выполняю,- и он рассказал брату, что он там делает.
- Ты, что? – он покрутил пальцем у виска. Что эта за работа? Немедленно увольняйся.
- А куда я тогда пойду работать?- удивлённо спросил Рома.
- Я найду тебе работу, но не такую, как нашёл тебе наш старший брат.
На следующее утро Рома встал, чтобы идти на работу, но зудящая боль и небольшая опухоль ладоней утвердила его в мысли, что действительно нужно увольняться. Через небольшой промежуток времени средний брат, через своего знакомого, устроил его на теплоэлектростанцию. Сначала он был стажёром, а потом стал дежурным главного щита управления теплоэлектростанции. Работа ему нравилась, и он проработал там до призыва в армию.
 
… Рома торопился на вокзал, поэтому взял такси, чтобы уехать первым пригородным поездом. Вчера пришёл приказ о его демобилизации. После отбоя, допоздна готовился к завтрашней поездке домой. Он до блеска начищал пуговицы гимнастёрки, пряжку ремня, сапоги и собирал в чемодан свои нехитрые солдатские мелочи.
…До поезда оставалось несколько часов, и он с наслаждением вдыхал воздух свободной, уже гражданской жизни. В его голове вертелась одна радостная мысль:- «Всё. Отслужил, три года. Нельзя сказать, что они прошли быстро. Я свой долг честно отдал стране». Он покосился на свои погоны, на которых были пришиты три полоски. «Да. Я сержант»- с мальчишеской гордостью подумал он.
… Поезд, как бы подчиняясь желанию Ромы, на всех парах стремился вперёд. Мимо пролетали скошенные поля, на которых виднелись стога сена, на опушках леса паслись коровы. Вихрем пронёсся поезд мимо небольшого хутора и сразу окунулся в узкий коридор леса. Набирая скорость, тепловоз издал тревожно - призывный звук, похожий на рёв
разъяренного быка, стремящегося броситься на своего противника. В такт стука колёс, в душе Ромы звучала радостная мелодия, а на лице блуждала чуть смущённая улыбка. Из писем родителей он знал, что за время его службы в армии, они переехали в город, где жили их старшие сыновья. Родители не писали Роме, что собираются переехать в город, не посоветовались с ним, и это его немного огорчало. С другой стороны он был доволен, что родители теперь живут в городе, куда он возвращается. Поезд заметно стал сбавлять скорость, и проводница объявила, что он прибывает на нужную Роме станцию. Вскоре поезд проплыл мимо знакомого ему вокзала, послышался скрежет тормозов и он остановился. Рома вышел на перрон, прошёл через зал ожидания и вышел на привокзальную площадь. Он поставил чемодан у ног, радостно, с волнением, от которого по спине пробежали «мурашки», посмотрел на шумное многолюдье площади, и решительно взяв чемодан, поспешил на знакомый адрес. Дело в том, что многоэтажный дом, в котором теперь жили родители, был ему уже знаком. Ещё во время службы в армии он успел там увидеться с родителями.
… Когда заканчивался второй год службы, его и ещё несколько сержантов, отправили на юг для сопровождения оттуда призывников. Поезд ночью проходил через станцию, где он жил до призыва в армию, жили его братья и теперь жили родители. О том, что поезд проезжает через его станцию, он узнал от проводницы, незадолго до подъезда к вокзалу. На станции поезд стоял тридцать минут, а дом, в котором жили родители, находился на расстоянии примерно двухсот метров от вокзала. Возможность увидеться с родителями прямо сейчас его взволновала, и решение пришло мгновенно:- «За тридцать минут я успею увидеться
с родителями и возвратиться обратно». Поезд ещё не остановился, когда Рома спрыгнул с подножки вагона и стремглав бросился вперёд. Он бежал так быстро, словно ставил рекорд. Его сердце сильно колотилось от возбуждения и волнения, что вот-вот он увидит родителей, ведь они не виделись почти два года. Тяжело дыша, он бежал по ночной, пустынной, полутёмной улице, вбежал во двор дома, с трудом нашёл нужный подъезд, по ступенькам поднялся на первый этаж и сразу увидел нужный номер квартиры. Он нервно нажал на кнопку звонка, но за дверью была полная тишина. Нетерпеливо переминаясь с ноги на ногу, он повторно позвонил и постучал в дверь. Несколько секунд спустя, из-за двери раздался не знакомый мужской голос:
- Кто там?
- Здесь живут мои родители, откройте.
Дверь открылась, и на пороге стоял полураздетый мужчина, он недовольным голосом сказал:
- Они живут в той комнате,- и показал рукой прямо по коридору и направо. Рома быстрым шагом прошёл к указанной двери и осторожно постучал, ведь было два часа ночи.
-Кто там?- раздалось за дверью, и Рома сразу узнал голос отца.
-Папа, это я – ответил Рома.
За дверью щёлкнул выключатель и дверь открылась. На пороге стояли, полу сонные и испуганные, отец и мать. Рома посмотрел на них и от жалости к ним в горле встал комок. Они очень постарели. Отец, Григорий Денисович, всегда был худым, но сейчас он выглядел ещё хуже: щёки ввалились, из-под белой, ночной рубашки виднелась худая, шея с обвислой кожей, руки, которые он протянул навстречу Роме, из-за своей худобы казались длиннее, чем они были в действительности. Мать, Бронислава Иосифовна, показалась ему маленькой, с растрёпанными седыми волосами, после сна, испуганно смотрела на сына. Рома обнял их, и они расцеловались.
- Давай проходи,- сказали они в один голос, стоявшему в дверях Роме.
- Я проездом. Поезд стоит тридцать минут, вот я и решил использовать это время, чтобы увидеться с вами.
-Как - в один голос спросили родители. Ты уже должен уходить?
-Да – с отчаянием в голосе ответил Рома.
- Может дать тебе денег?- спросил отец.
Зная их трудное материальное положение, Рома сказал:
-Не надо, у меня есть.
Он окинул взглядом небольшую комнату, старую мебель – знакомую двуспальную, железную кровать, какой-то диван, с торчащими в нескольких местах пружинами, небольшим столиком у единственного окна и спросил:
- Кто этот мужик, что открыл мне дверь?
- Это сосед.
-А что, вы живёте на общей кухне?
-Да. Я когда-то пошутил, сказав, что пускай люди живут, а теперь так и, получается,- сказал отец.
-Ну, мне пора - заторопился Рома,- а то опоздаю на поезд,- он обнял отца, мать и быстро вышел из комнаты.
Тяжело дыша, с тревогой в сердце, он бежал к вокзалу, думая как бы ни опоздать на поезд, тем более что он покинул вагон без разрешения. Прибежав на перрон, он увидел, как поезд медленно отходит от вокзала и с каждой минутой ускоряет свой ход. Мимо промелькнул его вагон, он пропустил ещё несколько и вспрыгнул на подножку следующего. Сердце сильно колотилось и он, улыбаясь, удовлетворённо выдохнул:
-Всё-таки успел.
Обернувшись, он увидел капитана, старшего в их команде.
- Что бегаешь? – доброжелательно сказал он. Я в курсе, что здесь живут твои родители. Но так делать не надо. Надо было меня предупредить, и ты мог бы остаться дома на сутки, а потом нас догнал бы. На станции N мы будем сидеть полторы сутки, ожидая нужный нам поезд, а нам ещё ехать до неё ещё часов двадцать. Эх, молодость, горячность. Ну, да ладно.
Рома прошёл в свой вагон, расстегнул верхние пуговицы гимнастёрки и сел у окна. Он ещё не совсем отошёл от бега и с удовольствием отдался отдыху. Перед его глазами стояли постаревшие отец и мать, их испуганные, впервые минуты, взволнованные лица и их разочарование, когда они узнали, что он забежал всего на несколько минут и сейчас уйдёт. Рома хорошо знал своего отца, да собственно говоря, иначе и не могло быть. Среднего роста, худой, с мохнатыми бровями, нависшими над чёрными, умными, чуть с хитрецой глазами, он сразу располагал к себе своим юмором, оптимизмом и открытостью. Григорий Денисович прошёл две войны - Гражданскую и Отечественную. В общей сложности десять лет жизни провёл в сложных и опасных военных условиях. По его рассказам особенно тяжело было в Гражданскую войну. Голодный, с порванными подмётками ботинок, из которых торчали пальцы ног, в морозную стужу вместе с другими бойцами, совершал многокилометровые марши, после которых вступали в бой. «А теперь, выйдя на пенсию, он вынужден жить не в отдельной квартире, а на общей кухне. Отцу с матерью, выделили мизерную пенсию, которая едва хватала им на полуголодное существование. Мать была награждена «Медалью материнства» как вырастившая и воспитавшая пять детей, один из которых пропал без вести на фронте. И несмотря на это им приходилась жить в нищете. Природная скромность отца не позволяла обращаться к властям о помощи, а власть безразлично относилась ко всем, кто защищал Родину».
 
На его лице появилась улыбка, он вдруг вспомнил слова матери, когда после просмотра ею одного фильма, её соседки спросили-
-О чём был фильм?
Она, улыбаясь, ответила: -
-Сначала он хотел, она не хотела. Потом она захотела, он не захотел. Потом оба захотели и кино кончилось.
… Рома проснулся, открыл глаза и, не вставая с нижней полки плацкартного вагона, подумал:- «Я был у родителей или мне это приснилось? Нет. Я действительно успел забежать к ним. Может, не надо было этого делать? Я только их взбудоражил. Нет. Всё равно хорошо, что я это сделал»…
…Он оторвался от воспоминаний и, ускорив шаг, бодро пошёл навстречу новой, гражданской жизни.
 
Вокруг белым-бело. Накануне, прошёл, сильный снегопад, который длился несколько дней. Белоснежным покрывалом снег накрыл всё вокруг: дома, деревья, ветви которых, под тяжестью снега, покорно склонились к земле. Дворники ещё не успели прочистить тротуары от снега и пешеходы, пробирались почти по колено в снегу. Под ногами спешащих людей, снег хрустел на разные лады, создавая неповторимую музыку зимы. Чистое, утреннее небо, медленно поднимающееся солнце, освещающее этот белоснежный, сказочный мир, вселяло надежду и радость в сердца людей. Мороз стоял сравнительно небольшой, для этой сибирской местности, но достаточный для того, чтобы ненавязчиво щипать раскрасневшиеся щёки.
Женя Хрусталёва вышла из подъезда двухэтажного, деревянного дома, где жила с матерью Тамарой Васильевной, и на неё дохнул свежий, морозный воздух. От яркого солнца, снега переливающегося всеми цветами радуги, Женя на минуту зажмурилась, звонко рассмеялась, и осторожно ступая, на ещё никем не потревоженный, ровный, белоснежный ковёр, вышла со двора на улицу. Её недорогие ботики погружались в мягкий и толстый слой снега так глубоко, что казалось, это холодная, пушистая масса вот-вот поднимется выше короткого голенища и непрошено проникнет к сохраняющей тепло ноге. Несмотря на зиму, Женя была одета в лёгкое демисезонное пальто, шея была повязана тонким шарфиком, на голове – кроличья шапка, на руках были связанные её рукавички. Она шла в школу, бережно неся портфель с книжками и тетрадями. Женя была ученицей десятого класса, круглой отличницей. Не за горами был выпускной вечер, который она ждала с большим трепетом. Несмотря на то, что жизнь Жени была далеко не безоблачной, черноглазая брюнетка, среднего роста, была общительной хохотушкой, душой класса и в компании друзей. Её одинаково любили и учителя, и ученики. Где и с кем бы она ни была, всюду был слышен её задорный, заразительный смех. Отец, в начале войны погиб, когда её мать была беременна Женей. Женя родилась через полгода после смерти отца. После этого, здоровье Тамары Васильевны стало очень плохим. Особенно сильно пострадала нервная система. Она стала раздражительной, по малейшему поводу истерически кричала, падала на пол и с пеной у рта выла (именно выла) издавая звуки, от которых у Жени содрогалось сердце от страха и жалости к ней. Это было похоже на припадки. К сожалению, как позже станет известно, это, частично, передалась и Жене. Когда они были дома, в комнате царила напряжённая атмосфера мрачной тишины. Мать Жени, Тамара Васильевна, без специального образования, осталась одна с Женей и с сыном Юрой. Она очень тяжело переживала смерть мужа – почти полгода болела. Только благодаря помощи бывших сослуживцев мужа, семье удалось выжить. Они жили в благоустроенной, трёхкомнатной, служебной квартире, но спустя некоторое время их попросили освободить квартиру и переселиться в одну комнату на общей кухне. Тамару Васильевну устроили вахтёром на проходную, где её муж работал руководителем этой организации. От этого ей было не совсем удобно, но что делать? Ведь пособие, которое ей платили на Женю и Юру, не хватало, да и мизерная заработная плата едва помогала свести концы с концами. Когда Юра окончил институт и женился, Тамара Васильевна осталась с Женей. Материально им стало немного легче, но всё равно жили очень скромно. Комната, где они жили, была обставлена старым, с поблекшими дверками, двухстворчатым шкафом, таким же диваном, железной кроватью. Посреди комнаты стоял едва умещавшийся круглый стол, расстояние от него до шкафа и дивана едва хватало, чтобы протиснуться между ними. В комнате стоял удушливый запах сырости и нафталина, которым Тамара Васильевна пользовалась, чтобы сохранить от моли одежду, оставшуюся с тех пор, когда она и её семья жили благополучной жизнью. Дома Женя становилась серьёзной, не разговорчивой, стараясь ни чем не раздражать маму.
… Ребята – сказала подруга Жени, Лена, обращаясь к одноклассникам идущим домой после уроков. Давайте этот новый год встретим вместе. Соберёмся у меня дома и весело проведём время.
- Во-первых, - рассудительно сказал Георгий, или просто Жора, как его называли ребята, - новый год это, как известно, семейный праздник и наши предки не разрешат уходить куда-нибудь в этот вечер. Во-вторых, у тебя, Ленка, есть, слава Богу, мама и она не то, что будет нам мешать, просто мы себя будем чувствовать стеснённо.
- Во - первых, - родителей надо убедить, что мы уже не маленькие – сказала Лена. И это, возможно, наш последний новый год, когда мы будем встречать его с одноклассниками. Скоро, оканчиваем школу и разлетимся в разные стороны. И надо сказать, что нам очень хочется побыть вместе с друзьями и подругами, с которыми дружим с первого класса. Во-вторых, моя мама уезжает на новый год к своей сестре, и я остаюсь дома одна.
- А, тебе одной будет скучно, и ты решила, таким образом, нас организовать, - сказала Нина.
-И совсем нет. Просто эта мысль пришла мне самой только сейчас, - сказала Лена.
- Я поддерживаю Ленку, - сказала Женя, - давайте не будем занудами, поговорим с родителями, а завтра узнаем результат и решим. Согласны?
- Правильно,- сказал Жора, который всегда поддерживал всё, что предлагала Женя.
… Мама, - сказала Женя,- через несколько дней наступит новый год, год окончания школы. Мы с ребятами решили встретить его вместе, Ты не будешь возражать?
- А, что, всем классом? – спросила Тамара Васильевна.
- Нет, что ты. Только со своими близкими подругами: Нинкой, Ленкой, Ларисой, Наташей… Будет ещё несколько мальчиков.
- Что мне с тобой делать? Буду, как всегда, встречать новый год одна, мне не привыкать.
- А ты иди к тёте Наташе, твоей подруге, вместе встретите новый год, там, с её семьёй и тебе не будет скучно. Ну, так что? Ты разрешаешь?
- А что мне остаётся делать? Ты с меня верёвки вьёш, а обо мне совсем не думаешь.
- Мамочка, не обижайся, пожалуйста. Так хочется не отставать от подруг. Да и они будут обижаться, если меня там не будет, - схитрила Женя. Утром первого я приду, и мы можем отметить новый год вместе.
- А что, ты хочешь уйти на всю ночь? – удивилась Тамара Васильевна. А почему бы тебе не встретить новый год и часа в два, на такси, приехать домой?
- Все ребята будут праздновать часов до четырёх-пяти утра, а я уйду? Как это возможно? Ты не беспокойся. Лучше я до утра побуду у Ленки, чем ночью выходить из дома.
- Ладно, уговорила. Только утром сразу домой.
 
Глава 5.
 
Есть ли человек, который равнодушен к этой поистине волшебной дате. Вряд ли. Взрослые ждут его с радостным волнением и надеждой, что он принесёт в их жизнь, что-то новое, необычное, что в новом году жизнь обязательно изменится к лучшему. В это время поднимается настроение, в глазах появляется особый блеск, на лице, непроизвольно, блуждает улыбка. Подготовка к встрече нового года, проходит в беспокойных, но таких приятных хлопотах – особенно это проявляется, когда в доме появляется волшебная, ароматная, зелёная лесная гостья. Все члены семьи оживают, сопровождая её, от порога, на самое почётное место в квартире. Как приятно украшать разноцветными игрушками лесную красавицу. В этом священнодействии принимают участие почти все члены семьи, даже маленький, двухгодичный карапуз спешит повесить на колючую ветку красочный, отливающий всеми цветами радуги, игрушечный месяц. В квартире витает дух радостного возбуждения. Каждый член семьи занят чем-то своим, но всё направлено к одной цели – подготовке к встрече нового года. Посмотрите в окно. Всё утонуло в белоснежном ковре предновогоднего снега. На улице чувствуется радостная суета – кто-то, раскрасневшись, несёт домой ёлку, кто-то, согнувшись под тяжестью сумок с продуктами, спешит домой, чтобы вовремя приготовить праздничный ужин. А вот на небольшом катке шумной стайкой катается ребятня. Недалеко от катка, под руководством родителя, двое мальчиков старательно лепят снежную бабу. Яркое солнце, голубое небо, бодрящий морозец, всё говорит о приближении радостного события.
В предчувствии праздника Женя находилась в приподнятом настроении. Она тщательно отутюжила своё единственное платье, предназначенное для таких случаев, до блеска начистила ботики, долго и придирчиво смотрелась в старое, с жёлтыми, поржавевшими сторонами зеркало, обрамлённое в выцветшую, коричневую раму. После чего, осторожно стала снимать с волос бигуди. Освободившись от них, она осторожными движениями стала расчёсывать волосы, которые скручивались колечками. Довольная своей причёской, стала мурлыкать мелодию из известной песни. Её чёрные, словно спелая смородина, глаза блестели, она сделала гримасу, высунув язык своему отражению.
За два часа до встречи нового года, Женя подходила к дому, где жила Лена и вдруг невдалеке увидела ребят. Они о чём-то оживлённо разговаривали и громко смеялись. Женя нетерпеливо подождала, когда они подойдут ближе, и прокричала:
- Ребята, о чём это вы говорите так громко?
- О, Женя! – весело приветствовали её хором. Ты хотела нас опередить и раньше нас встретить новый год?- шутливо сказал Георгий и, обняв Женю за плечи, добавил,- не выйдет.
Женя, блеснув чёрными глазами, надув губки, нарочито обидчиво, сказала:
- Это вы так обо мне думаете? Вредные.
Дверь открыла Ленка и сразу с порога сказала:
-Девчонки, давайте скорей раздевайтесь, поможете мне по хозяйству.
-А почему это только девчонки? Мы тоже можем – в один голос ответили мальчики.
-Вот какие вы у нас молодцы,- ответило несколько девочек.
Снявши верхнюю одежду, все двинулись на кухню, держа в руках принесённые с дома продукты. Женя принесла испеченный мамой пирог с яблоками, коробку конфет и бутылку вина, которую маме подарили на день рождения. Приготовив всё для праздничного стола, ребята вошли в зал. В углу зала стояла большая, пушистая ёлка, украшенная ёлочными игрушками, сверкающая разноцветными, горящими лампочками. В комнате стоял устойчивый и приятный запах ели.
- Ребята,- сказала Ленка,- а у нас пока стола нет, поэтому будем праздновать на полу.
- Да, ну,- хором недовольно прогудели ребята, Что, постелем газетки и на них разложим еду? Это совсем не похоже на праздничный стол.
- Вы не совсем меня поняли. У нас есть огромный ковёр, мы его положим на пол, на него постелем скатерть, потом клеёнку и будет хорошо и необычно. Как? Согласны?
-Ленка, молодец,- за всех ответила Женя. Давайте расстилать ковёр под ёлкой.
… -С Новым годом, с Новым годом,- хором прокричали ребята, когда пробило двенадцать часов ночи. Послышался звон бокалов, громкий смех и на минуту в квартире стало тихо, только слышались вкусные причмокивания и возгласы
« эх, хорошо».
–Ленка,- спросил Георгий, а где у тебя музыка?
- Есть музыка, - проговорила она с набитым ртом. Дай прожевать, сейчас включу.
Вскоре вся квартира наполнилась звуками весёлой музыки и ребята, поднявшись с пола, дружно стали танцевать, выставив перед собой полусогнутые руки, и колеблясь телом во все стороны, перебирали ногами под такт музыке. Несколько девочек танцуя, приседали, вращали нижней частью тела, одновременно поднимая руки вверх. Женя, блестя своими чёрными, смеющимися глазами, танцевала в месте со всеми, время, от времени призывно бросая взгляд на сидящего на полу Жору, как бы приглашая его танцевать. Жора, нехотя встал и, приблизившись к Жене взял её за руку, и они глядя друг другу в глаза, влились в группу качающихся ребят. Одноклассники стали многозначительно переглядываться, а Нина презрительно прищурив глаза, фыркнула.
… В пять часов утра, довольные и приятно уставшие, ребята притихли. Кто-то, полулёжа на ковре, тупо смотрел в пространство, кто, сидя в кресле и на диване подрёмывал.
- Ребята,- полушёпотом проговорила Женя, глядя на Жору, давайте немного поспим. Если Ленка не возражает, я пойду в спальню.
- Пожалуйста, - сказала Лена с нескрываемым недовольством.
Женя не обратила внимания на тон в голосе Лены, и медленно двинулась в сторону спальни, призывно бросив взгляд на Жору. Остальные, приняв к исполнению пожелание Жени, стали размещаться кто где. Кто-то расположился прямо на ковре, под ёлкой, подставив руку под голову, кто как сидел в кресле, так и остался в нём, только изменил положение тела – вытянув ноги так, что туловище лежало в кресле, а ноги опёршись пятками ног о пол, висели. Жора, сидя на ковре, опёршись о стену, некоторое время дремал, а когда раздалось спокойное дыхание спящих ребят, он открыл глаза, тихо встал и пошёл в спальню, где была Женя.
Женя, придя в спальню, посмотрел на двуспальную, аккуратно застеленную кровать и с некоторым волнением сняла покрывало и медленно легла, окунув голову в мягкую поверхность подушки. По телу разлилось приятное ощущение отдыха, глаза непроизвольно закрылись, но не до конца осознанное волнение, не давало ей провалиться в такой приятный, желаемый мир сна. Сердце учащённо стучало в ожидании чего-то нового, раннее непознанного чувства. Она повернулась на спину, открыла глаза и стала думать о Жоре. В её воображении всплыло лицо Жоры, и она очень захотела, чтобы он был рядом. С такими мыслями она повернулась на бок и незаметно задремала.
Жора тихо подошёл к кровати, снял с ног обувь и осторожно примостился возле Жени. Она же почувствовала, что рядом лёг Жора, но виду не подала и, затаив дыхание продолжала лежать не шевелясь. Её сердце часто и сильно застучало, она сжалась в комок, боясь показать, что она не спит. Жора осторожно обнял её. Так они лежали некоторое время. Потом Женя повернулась лицом к нему, её лицо пылало, она восторженно посмотрела в его глаза и неожиданно для себя, медленно приблизила свои губы к его губам. Сначала их губы часто, с небольшими перерывами соприкасались, потом, надолго слились в горячем, страстном поцелуе. В это время одна рука Жоры стала гладить её ногу и всё выше задирать её платье, другой рукой он суетливо стал расстегивать брюки. Женя оттолкнула его руку и быстро стала снимать с себя трусы. В тишине спальни послышалось учащённое дыхание, томный, пронзительный вскрик Жени и, они утонули, качаясь на волнах страсти и любви.
…Женя окончила школу с двумя четвёрками, что помешало ей получить медаль. Тем не менее, она решила поступать учиться и подала документы в один из столичных институтов. Она была хорошо подготовлена и верила, что поступит. Приехав, по вызову с института, для сдачи приёмных экзаменов, было необходимо прослушать установочный курс лекций. В аудитории она сидела рядом с китайским парнем, звали его Дэн. Он был учтив, предупредителен и с нескрываемой симпатией относился к Жене. Сын большого китайского функционера, не испытывал недостатка в деньгах и с удовольствием покупал Жене цветы, после того когда они выходили с лекций. Он не жил в общежитии, как все приезжие
абитуриенты, а снимал, уже два года, отдельную комнату. Эти два года он изучал русский язык и неплохо преуспел в этом. Однажды, после лекций, он пригласил Женю к себе домой. Долго не раздумывая, она согласилась. Интерьер комнаты был выполнен в китайском стиле. На стене висели две великолепные картины.
- Очень красивые картины,- сказала Женя.
- Это настоящие картины, как это, подленькие.
- Не подленькие, а подлинники,- смеясь, поправила она его. А откуда они у тебя?
- Мне подарил их один большой русский начальник – они с моим папа очшень дружат. Красивая, давай лучше я буду тебя угощать.
Он поставил на стол бутылку вина, чёрную икру, нарезанную кусочками, копчёную рыбу, коробку конфет и на красивой вазе большие груши и ярко - красные яблоки. За столом они просидели несколько часов. На улице уже стало смеркаться, когда охмелевшая Женя, не твёрдым языком и с некоторым вызовом, сказала:
- А как я пойду домой…фу чёрт, в общежитие.
- Не надо общежитие. Будем спать у меня,- и он обнял Женю и стал целовать…
Утром, не выспавшиеся, они спешили в институт. Женя так увлеклась Дэном, что они частенько пропускали лекции, подолгу отдаваясь сладострастию,… Экзамены Женя сдала на пятёрки и четвёрки. Только одна, неожиданная для неё, тройка по устной математике, (за все годы учёбы в школе у неё, практически, никогда не было даже четвёрок по этому предмету) перечеркнула её желание поступить учиться в этот институт. Огорчённая, она возвратилась в родной город, к матери.
Женя очень переживала свой провал. Да и одноклассники, и знакомые удивлялись этому, зная её как отличницу. Тамара Васильевна как могла, успокаивала Женю, говоря:
- На следующий год поступишь, только готовься.
Через некоторое время, Тамара Васильевна, поговорив с Женей, занялась устройством дочери на работу. Прежде всего, она обратилась к знакомому, который работал на одном из заводов, начальником цеха. Там, ей предложили стать ученицей высококвалифицированного слесаря инструментальщика. В назначенный день, Женя, в сопровождении начальника цеха и мастера подошла к месту своей будущей работы. Там она увидела, примерно, сорокалетнего, долговязого мужчину, который грубовато встретил начальство:
- Иван Прокопыч, что это за делегация ко мне пожаловала?
- А это, мил человек, к тебе пополнение,- и он показал на Женю.
- Какое ещё пополнение, вы что смеётесь?
- Нет, дорогуша. Эту девушку ты должен научить премудростям своей профессии.
- Да вы что? Ей в парикмахерской маникюры делать, а не…
- В общем, Алексей, хватит разводить прения. Её зовут Женя. А его, обращаясь к Жене, зовут Алексей. Вот и ладненько.
- Ну, давай, проходи, садись пока,- сказал он басовито, когда ушло начальство.
Прошёл месяц, с тех пор как Женя стала учиться у Алексея этой профессии. Понятливая, она на лету схватывала то, что рассказывал и показывал Алесей. Умная и смешливая, Женя пришлась по душе грубоватому Алексею. Они подружились так, что во время работы он нет-нет, да и
ущипнёт её за определённое место, а то и просто обнимет за талию, пытаясь её поцеловать. Однажды, когда наступил обеденный перерыв, и в цеху никого не было, он заговорщицки подмигнул ей и сказал:
- Пойдём в кабинет начальника цеха, там нас никто не увидит.
Женя, понимая, что хочет Алексей, сказала:
- Зачем кабинет, давай лучше пойдём в баню.
-Ты, что смеёшься? Какую ещё баню?
- Нет, я серьёзно. Снимем отдельный номер и всё.
Поняв, что Женя не шутит, он спросил:
- Отдельный номер дают только мужу и жене.
- Нет. Там пропускают, не спрашивая паспорта.
Понимая, что, говоря это, Женя там уже была с кем-то, он согласился. В назначенный день они встретились и без проблем прошли в отдельный номер. Что они там вытворяли, может позавидовать Камасутра.
 
Глава 6.
 
После нескольких дней отдыха, старший брат устроил Рому на работу. И опять работа была далеко не лёгкой, физически трудной. Брат сказал, что он будет учеником газо электросварщика, но на работе ему сказали, что временно он будет работать слесарем. Работа состояла в том, чтобы со двора завода, вносить, с ещё одним слесарем, в цех трубы разного диаметра, их размечали, и он
на трубоотрезном станке разрезал их на заготовки. Рома был одет в комбинезон, который от труб был весь промаслен и испачкан ржавчиной. Работа была в две смены, после каждой он чувствовал сильную усталость. Придя домой после дневной смены, перекусив немного Рома, валился на диван с «сюрпризом» и, отдохнув немного, одевался и в одиночестве ходил по городу, в кино. Так прошло несколько месяцев. За это время, на заработанные им деньги, купил штаны, модное тогда длинное пальто, туфли. Однажды, Рома шёл по городу и встретил знакомого, с которым вместе призывались и служили в одном военном городке, в рядом расквартированных частях, изредка встречаясь.
- О, Рома,- радостно воскликнул Костя, так звали знакомого, и он обнял Рому.
- Ты давно демобилизовался – спросил Рома.
-Да вот, уже прошли две недели – ответил он.
- А я уже почти три месяца как дома – сказал Рома. Ну, как проходит время на гражданке?
-Пока отдыхаю. Да успел уже познакомиться с девушкой, её зовут Евгения.
- Красивое имя. А как ты с ней познакомился?
-Пошёл я на барахолку, купить себе какие ни будь шмотки. Долго ходил, но ничего путного не нашёл. Огорчённый я пошёл домой. Случайно обернулся и увидел что сзади меня, метрах в пяти, идёт девушка с женщиной в летах. Девушка мне сразу понравилась. «Наверное, эта женщина её мама. Надо с девушкой познакомиться», подумал я в нерешительности , продолжая идти и время, от времени оборачиваясь в их сторону. Так продолжалось минут пять. Наконец я решился. Замедлив шаг, я дождался, когда они поравняются со мной, поздоровался и обратился к её маме:
- Извините. Я хочу познакомиться с вашей дочерью.
Они обе заулыбались, и её мать ответила:
- Если дочь хочет, то я не возражаю.
Тогда я обратился к девушке и сказал:
- Меня зовут Константин. Можно с вами познакомиться?
Широко улыбаясь, она ответила:
-Меня зовут Евгения.
-Так мы познакомились, и я ей назначил свидание. Уже дважды встречались. Вот так.
-Ну, ты даёшь. Молодец,- ответил Рома с некоторой завистью в душе.
Рома на девушек смотрел с восхищением, обожествляя их образ, не смея вот так просто подойти и познакомиться. Кроме того, этому мешала его природная скромность и робость. Поговорив ещё немного, они расстались. После этой встречи прошло некоторое время. Окончив работу в первую смену, он как обычно приехал домой, поужинал, немного отдохнул, оделся и решил немного прогуляться по городу, вдруг встретит кого-нибудь из знакомых или может, доведётся познакомиться с девушкой. Выйдя из подъезда, он повернул в арку, которая выходила на центральную улицу, и неожиданно столкнулся с Костей, который шёл с девушкой, она держала его под руку.
-Вот так неожиданная встреча,- сказал Костя. Куда это ты собрался? – спросил он.
-Да, так. Просто решил после работы прогуляться.
-А мы идём в кино, пойдём с нами - предложил он.
- Не буду вам мешать – сказал Рома.
- А чем ты нам помешаешь? Пойдём, вместе будет веселее.
Рома посмотрел на девушку, она молчала, потом как бы нехотя, поддержала Костю сказав:
-Пойдём. Говорят фильм интересный.
- Ладно, пошли,- сказал он, переборов в себе желание остаться одному.
- Женя, это Рома, мой хороший товарищ,- сказал Костя. Помнишь в армии, когда я тебя встретил, одел, твою шинель с сержантскими лычками, и мы вместе сфотографировались, - сказал Костя.
- Да, конечно помню,- ответил Рома. Эта фотография есть у меня в альбоме. Мы, рядовые граждане запечатлеваем моменты своей жизни для своих потомков, при условии, что им это будет интересно. Героям ставят памятники для сохранения их подвига в памяти народа и как пример другим людям. А знаете, ведь памятники ставят и животным, за особые заслуги перед людьми. Например, в Англии есть барельеф с изображением лошадей, слонов, собак, есть статуя мулам, нагруженных боеприпасами. Есть памятники голубям, медведям, дельфинам, обезьянам и даже светлячкам. В Австралии в бронзе увековечена даже моль.
- А какая заслуга у моли?- спросила Женя.
- Просто люди завезли с собой кактусы, из которых хотели строить живые изгороди. Но сорняки не давали им нормально расти. Тогда из Бразилии завезли кактусовую моль, и она справилась с сорняками.
- Рома, откуда это ты знаешь? – спросил Костя.
- Где-то читал и запомнил.
- Это очень интересно и познавательно, - сказала Женя, заинтересованно глядя на Рому. Может еще на эту тему, расскажешь?
- Пожалуйста. Во Франции установили памятник лягушке, кошке, в Дании свинье. В Америке стоит памятник чайке и воробью.
- А им то, за что? – спросил Костя.
- Во. Чаго не ведаю, таго не знаю, - смеясь, сказал Рома. Но, конечно, можно легко догадаться, - за заслуги перед человеком. А конкретно не знаю. Ну, что? Не надоело слушать?
- Давай рассказывай дальше – без особого энтузиазма проговорил Костя, видя с каким интересом, Женя стала смотреть на Рому.
- Дальше, так дальше, тем более что до кинотеатра нам ещё идти и идти – сказал Рома. Так вот, на чём я остановился? Ах, да. На свинье, или нет, на воробье.
- А я вспомнила, почему чайке поставили памятник. Она спасла урожай от саранчи,- сказала Женя.
- Молодец,- сказал Костя, - и ты интересовалась памятниками?
Женя укоризненно посмотрела на Костю и ничего не ответила.
- А вот, например, в Германии, стоит, извиняюсь, памятник, попе. Да, да, именно ей. И даже у местных жителей есть поверье, что если погладить левую половинку попы и загадать желание, то оно сбудется.
После этих слов Ромы, раздался громкий, хрустальный смех Жени. Она так вкусно, искренне, от всей души смеялась, что идущие по улице люди удивлённо оглядывались, но это Женю не смущало, и она, остановившись, полусогнувшись и держась руками за живот, отдалась душившему её смеху. «Так смеются люди лишённые каких-либо комплексов»- подумал Рома. Глядя на неё, Рома и Костя заулыбались. Рома смотрел на её широко открытый рот, на появившиеся на лице, от смеха, слёзы. Он чувствовал себя не совсем уютно, от её громкого смеха, привлекающего внимание людей, идущих по улице. Вскоре они подошли к кинотеатру, купили билеты и вошли в зрительный зал. Рассаживаясь, Рома, хотел сесть возле Кости, а с другой стороны Кости, чтобы села Женя. Но Женя села так, что она оказалась между Ромой и Костей. Вскоре в зале погас свет и начался показ фильма. Рома внимательно смотрел на экран, его руки свободно лежали на подлокотниках кресла. Спустя несколько минут после начала фильма, он почувствовал, как рука Жени легла на его руку. От неожиданности он отдёрнул свою руку. Им овладели противоречивые чувства. Вначале он подумал, что это у неё вышло случайно. Но её рука тихо сжала его руку, а это говорило о недвусмысленном ему знаке. С одной стороны он понимал, что это очень нехорошо по отношению к Косте. С другой стороны, эта девушка понравилась ему с первых минут знакомства. Она понравилась своей непосредственностью, живостью ума, характера, блеском чёрных глаз. Тем не менее, когда она вторично положила на его руку свою, он вторично убрал свою. Спустя короткое время, то ли ему было удобнее сидеть, положа руки на подлокотники, то ли подсознательно хотел, чтобы её рука встретилась с его, он вновь положил руки на подлокотники. Её рука опять настойчиво потянулась к его руке, нашла его руку и крепко сжала её. Рома, с сильно бьющимся сердцем, понимая, что совершает, что-то нехорошее, но не в силах бороться с этим, смирился, чувствуя, как всё его тело охватила приятная теплота. Новизна чувств и ощущений так захватили его, что он покорно просидел до конца сеанса, ощущая на своей руке теплоту её руки. До сих пор Рома не дружил ни с одной девушкой, тем более, чтобы девушка так определённо говорила ему о том, что он ей нравится. Выйдя из кинотеатра, Женя взяла обеих под руку, и они втроём дошли до дома, где жила Женя, попрощались и разошлись по своим домам, договорившись завтра вместе пойти в парк.
 
Глава 7.
 
Назавтра Костя с Женей, в назначенное время, ожидали приход Ромы и, увидев его, в один голос прокричали:
- Молодец, ты пунктуален.
Женя, по особенному, блестя глазами и довольно улыбаясь, сказала:
-Теперь можно идти.
- Я взял фотоаппарат – щёлкнемся на природе,- сказал Костя. Слушайте,- сказал он, когда они подошли к драмтеатру,- давайте попросим, кого ни будь и, пусть нас сфотографируют втроём на фоне театра. Хорошо?
- Ладно,- согласился Рома.
А Женя одобрительно кивнула головой и взяла Рому под руку. От этого Роме стало как-то не по себе. Когда Костя попросил прохожего сфотографировать их, Женя взяла его под руки с другой стороны, но теснее прижалась к Роме. Парк, к которому они шли, славился по всей стране. Деревья, когда-то посаженные известным князем, разрослись в лесной массив, в центральной части парка возвышался прекрасный дворец этого князя. Парк был расположен на возвышенности, а внизу протекала полноводная и судоходная река. С этой возвышенности открывался прекрасный вид. Переходя с одного места на другое, они подошли к лестнице ведущей вниз к реке, и стали по ней спускаться. Вдруг Женя остановилась и неожиданно для Кости и, особенно для Ромы, предложила:
- Костя, сфотографируй нас с Ромой.
Женя взяла Рому под руку, они остановились на средине лестницы, и Костя их сфотографировал. Рома почувствовал неоднозначность ситуации и сказал:
- Теперь, Костя, поднимайся сюда и я вас с Женей сфотографирую.
Сделав это, он почувствовал облегчение, и они ещё долго гуляли, наслаждаясь красотами парка.
Женя, познакомившись с Костей, недолго утруждала себя условностями. На, довольно, невинные ласки Кости, она воспалялась и с готовностью отдавалась ему. Прошло несколько дней. Рома, как обычно, пришёл с первой смены и лёг отдохнуть. За разговорами с отцом и матерью, он не заметил, как стало вечереть. На улице зажглись фонари, предвечерняя тьма незаметно прокралась и в комнату, где они были. Не сговариваясь, они не зажигали свет, стараясь сохранить некую таинственность обстановки и боясь вспугнуть минуты задушевной беседы. Вдруг у входной двери прозвенел звонок. Мать Ромы пошла, открывать дверь и через минуту вошла в комнату и сказала:
- Рома, тебя спрашивает какая-то девушка. Она ждёт в коридоре.
- Странно. Какая девушка может меня спрашивать? – с недоумением сказал он вслух и вышел в коридор.
Увидев Женю, он очень удивился, но она опередила его вопросом.
- Я заходила к Косте, но его нет дома. Ты не знаешь где он, может быть?
-Нет, не знаю.
-Давай его вместе поищем. Может он уже дома? – сказала она.
-Хорошо, давай. Обожди немного, я сейчас соберусь,- сказал Рома несколько растеряно.
-Давай пойдём в центр города или в парк, может, там его встретим,- предложила Женя, когда они вышли на улицу.
Гуляя по городу, они забрели в парк, когда на улице начало темнеть.
-Давай присядем на скамейку, а то я устала,- предложила Женя.
Скамейку окружала густая изгородь кустов, перед скамейкой была разбита клумба, на которой росли ярко-красные и белые цветы. Женя внимательно посмотрела в глаза Роме и сказала:
-Я не хочу больше встречаться с Костей, хочу встречаться с тобой. Он скучный. У него нет других тем, кроме рассказов об армии. Мне надоело.
Рома, от неожиданности такого признания, вначале даже обрадовался, но потом у него возникло чувство похожее на то, будто он за спиной своего товарища делает, что-то нехорошее.
- Мне это, конечно, приятно слышать, но Костя мой товарищ и как я ему, после этого, буду смотреть в его глаза?
-Смотри сам. Но в любом случае, с Костей я больше встречаться не буду. А вообще, я тебе нравлюсь?
- Конечно, нравишься.
-Так в чём же дело?
- Я тебе уже сказал.
-Ладно, пошли и проводи меня.
Дойдя до дома, где жила Женя, они остановились, молча, посмотрели друг на друга, и Женя протянула руку Роме. Рома взял её руку и ощутил крайнее волнение, а она, неожиданно встала на цыпочки и, поцеловав Рому в щёку, побежала домой. С той встречи прошло много дней. Однажды к Роме пришёл Костя и сказал:
- Пошли, погуляем, хватит сидеть дома.
Идя по городу, Рома как бы невзначай спросил:
- А что ты один? Где Женя?
- Я больше с ней не встречаюсь.
- Почему?
- Сказала, что ей некогда. Будет готовиться к поступлению в институт..
…Отработав вторую смену на заводе, Рома сел в троллейбус и поехал домой. Выйдя на своей остановке, он с удивлением увидел Женю.
-Здравствуй,- поздоровался Рома. Что ты так поздно здесь делаешь? Ждёшь кого-то?
Был первый час ночи, только редкие прохожие были на улице.
- Да. Жду. Догадайся кого? – со смешинкой в глазах, улыбаясь, сказала она.
- Не знаю. Мало кого ты можешь ждать,- догадываясь, схитрил Рома.
- Решила встретить тебя, Рома - недогадливый.
- А как ты узнала, на какой смене я работаю?
- Вчера я встречала тебя с первой смены, но тебя не было. Тогда я решила встретить тебя со второй и, видишь, я не ошиблась.
Рома был обескуражен и приятно удивлён. «Значит, я ей действительно нравлюсь» - подумал он. Постояв немного у остановки, они медленно пошли в направлении её дома. « Она с Костей не встречается, значит, если я с ней буду встречаться, то Косте я ничем не обязан». Незаметно для себя он взял её за руку, а она одним пальцем своей руки, погладила ему середину ладони, давая знать, что она для него готова на всё. Но Рома тогда не знал этой тайной азбуки любви, тем не менее, он тоже погладил пальцем её ладонь. Подойдя к её дому, она вдруг предложила:
-Давай я тебя провожу.
И они, держась за руки, пошли в обратном направлении, с упоением разговаривая друг с другом. Приняв её предложение проводить его, Рома знал, что всё равно он её потом проводит домой. Подойдя к дому Ромы, они опять повернули в сторону дома Жени. Так повторялось несколько раз. Когда время было далеко за полночь, Рома проводил Женю до её дома, медленно повернул её к себе, и они застыли в страстном поцелуе. С этих пор они стали встречаться каждый день и подолгу проводили время вместе. Они разговаривали и никак не могли наговориться, узнавая, и восхищаясь друг другом. Он был приятно удивлён её эрудицией, весёлым нравом, звонким, заразительным смехом. Она его возвышенными мыслями, мягким характером и амбициозными планами на будущее. Она смотрела на него влюблёнными глазами, крепко сцепив свою руку с его рукой. В один из вечеров, когда Женя встретила его с работы, переполненный высокими чувствами любви, ведь это была его первая девушка, открывшая ему таинство новизны ощущений, остановившись и глядя ей в глаза, по - мальчишески горячо, сказал:
- Давай поклянёмся, что будем верны друг другу и при любых невзгодах будем с тобой единым целом. Согласна?
- Да, согласна! Моя бабка жила там, где ты родился. Это она нас свела,- проговорила она убеждённо.
Рома искренне поверил тому, что сказала Женя. Он крепко сжал её руку и полный благородных мыслей, с чувством благодарности судьбе, с восхищением посмотрел на Женю. Рома ничего не знал о прошлой жизни Жени, он верил, что она также чиста как он сам.
 
Глава 8.
 
До поступления в институт было ещё далеко и Женя, не прекращая готовиться, поступила на работу диспетчером в транспортное агентство, которое занималось перевозкой мебели, купленной людьми в магазинах. Нельзя сказать, что работа ей нравилась, но деньги, заработанные её, были хорошим подспорьем для небольшой маминой пенсии. Ей импонировало то, что она была среди людей и разбитных водителей машин и грузчиков. Её весёлый нрав пришёлся по вкусу мужчинам, и они любовно её называли Женечкой. Каждый старался хоть чем-нибудь ей угодить: кто говорил, как она чудесно выглядит, другой говорил, что у неё очень красивые глаза, но все сходились во мнении, что она умная девушка. Один из водителей, тридцатилетний Василий, постоянно её чем не будь, угощал – то даст яблоко, то большую медовую грушу, а однажды притащил ей огромный арбуз. Всё время, когда не было заявок на доставку мебели, он пропадал возле неё, недвусмысленно намекая на свидание. Женя отшучивалась, но было видно, что ей нравится этот мужчина и его намёки. В это мгновение её глаза начинали, по - особому блестеть. Лицо покрывал лёгкий румянец, рот приоткрывался, влажные, розоватые губы призывно манили к себе. Понимая, что она воспринимает его слова, однажды он, под надуманным предлогом, сказал:
-Ты, как новый диспетчер, ни разу не была, ни в одном из мебельных магазинов, которые мы обслуживаем и не представляешь тонкостей нашей работы. Пока нет заявок, пусть Иван, один из грузчиков, который здесь давно работает, посидит вместо тебя, а я свожу и покажу тебе нашу работу. Тебе это будет полезно. Хорошо?
Женя, понимая подоплёку этого предложения, смеясь, согласилась ехать.
-Иван, - позвал Василий, - иди сюда. Я хочу показать Жене несколько мебельных магазинов, где мы чаще других бываем, да и вообще посвятить её в тонкости нашей работы. Посиди часок на месте Жени, по - принимай заявки, если они будут. В общем, тебя не учить.
Сидя в машине, возбуждённая Женя, с нетерпением ждала, что будет дальше. Ехали они не долго. Машина остановилась у пятиэтажного, кирпичного жилого дома. Женя, с притворным недоумением спросила:
-Куда ты меня привёз? Здесь нет магазина.
- Сначала я тебе покажу, где живу, попьём кофе…
Целый час, томно стоная, Женя постигала тонкости профессии. Когда они возвратились на работу, Иван, зная Василия, который не пропускал ни одной юбки, с ухмылкой спросил:
-Ну, что Женя, вникла в тонкости нашей работы?
Женя укоризненно на него посмотрела и ничего не ответила. Вечерами она также продолжала встречать с работы Рому, всем своим видом показывая, как сильно она его любит. Рома, беспредельно веря в чистые отношения между ним и Женей, не раз начинал разговор о верности, честности и преданности людей которые любят друг друга.
- Если любишь,- говорил он,- то больше никто не нужен.
- Конечно, - соглашалась она. Но если мужчина и женщина остаются одни, а он тебя хочет, то ты разрешаешь.
- Что ты говоришь?- возмутился Рома. Ты, наверное, шутишь? Но, в таком случае, если женщина отдаётся мужчине, только потому, что он хочет, то желающих быть с ней будет много. А где же любовь, гордость женщины, да и вообще, элементарная чистоплотность? Да! Человек тоже животное, но не до такой, же степени? А ты, что, серьёзно так думаешь?
Видя, что Рома возмущён её высказыванием, она проговорила:
- Нет, конечно, дурачок,- громко смеясь, ответила она. Как ты мог предположить, что я в действительности так считаю.
Рома, по своей неопытности думал, что Женя отдаётся ему по первому его желанию потому, что она любит его. Он не знал «послужной список» своей возлюбленной. Только где-то подспудно, мелькала мысль о её неверности, но, глядя в её преданные, с хитринкой глаза, улыбающееся лицо, он отгонял от себя эти мысли. Идя рядом с Ромой, Женя часто изображала себя кошечкой, и, ласкаясь, тёрла свою голову о плечо Ромы, томно мурлыкая…
На работе, авторитет Жени резко упал. Женщины, глядя в сторону Жени, тихо шушукались, а мужчины всё чаще, неприкрыто намекали ей на интим. Некоторое время Женя старалась не замечать всего этого, но когда один из водителей, при всех сказал ей:
- Женя, поехали со мной. Я тебе намного лучше покажу тонкости нашей работы, чем тебе показал Вася.
После этих слов она не выдержала и уволилась с работы. Через некоторое время она нашла другую работу – помощницей начальника вспомогательного цеха, крупного строительного треста. Цех находился на самой окраине города, размещался в одноэтажных, приземистых зданиях. Он не был огорожен, вокруг него росла высокая трава, а дальше тянулось поле. Начальником там был небольшого роста, толстый, лысоватый человек лет пятидесяти. В это время Рома стал настороженно относиться к её работам, ничего не говоря ей, он интуитивно стал подозревать её в неверности. Однажды, под впечатлением таких мыслей, он поехал на место работы Жени и издали посмотрел на постройки цеха. На него они произвели тягостное впечатление своей заброшенностью и какой-то таинственностью. В душе Ромы, что-то неосознанно тревожно шевельнулось, и он решил вечером поговорить с Женей. Встретившись с ней, и чтобы попытаться выяснить правду, ему вдруг пришла мысль пойти на небольшую ложь:
- Знаешь, оказывается, где ты работаешь, работает мой хороший знакомый (в действительности никакого знакомого там у него не было). Я ему про тебя рассказал, так что он тебя знает. Вот, например, скажи честно, что ты сегодня делала во время обеденного перерыва?
Она немного замялась и ответила:
-Мы с начальником ходили в душевую, разбирались с документами.
- Ну, ты меня рассмешила,- с горечью в голосе сказал Рома. В душевой разбираться с документами. А, что, в его дерьмовой забегаловке нет места и время заниматься этим в рабочее время? Ты что? Считаешь меня совсем идиотом? И как ты позволила себе пойти с ним в душевую? Ведь кругом люди – они всё видят. И тебе не стыдно?
-Ты что? Мне не веришь? Я к тебе всей душой, а ты…- прокричала она и бросилась бежать, продолжая возмущаться, визгливо крича на всю улицу.
- Душой это хорошо, а телом?..- вслед ей сказал Рома.
За время их знакомства, Рома очень сильно привязался к ней и, увидев убегающую и на ходу кричащую Женю, в его душе шевельнулась жалость к ней и он, пересиливая стыд, который он испытывал оттого, что многие люди останавливались и смотрели на них, побежал за ней. Догнав её, он увидел полное слёз лицо, а в уголках губ белела, слюна… Она вся дрожала. Рома обнял её за плечи и примирительно сказал:
- Ну, всё. Успокойся. Давай больше не будем ссориться. Хорошо?
- Ладно,- сказала она успокаиваясь.
… У мамы Жени, Тамары Васильевны, не сложились отношения с её вторым мужем, и она уехала к себе в Сибирь. Женя не захотела возвращаться вместе с матерью. Но жить ей стало негде и пришлось искать комнату на съём. Знакомые ей посоветовали посмотреть комнату, которую сдавали их знакомые. Дом, в котором сдавали комнату, находился в центре города, недалеко от дома Ромы. В доме жили престарелая мать и её взрослый сын. Рома спрашивал у Жени, как она устроилась на новом месте, она отвечала, что всё хорошо и не рассказывала никаких подробностей. Однажды Рома сказал Жене:
- Пойдём, я хочу посмотреть, как ты устроилась.
Деревянный дом находился на задах высотных домов. По стечению обстоятельств его не снесли и он, словно старая черепаха, притаился в тени серых кирпичных домов. Пройдя по скрипучим половицам коридора, Рома с Женей оказались в довольно большой комнате. Из мебели там был старый, немного покосившийся стол. У противоположных стен стояли две кровати. На столе лежал аккордеон. В комнате, в это время, находился молодой человек, лет двадцати пяти, небольшого роста.
- А кто играет на аккордеоне? – спросил Рома. - Я, немного играю. Пока учусь,- ответил парень.
- А можно я попробую?- спросил Рома. Он был далеко не равнодушен к музыке и имел хороший слух.
- Пожалуйста,- ответил парень.
Рома взял аккордеон и стал подбирать мелодию. Положив инструмент, он внимательно окинул взглядом комнату и, думая, что Женя спит в другом месте, сказал:
- Ладно, давай посмотрим, где ты обитаешь?
- А я здесь сплю – ответила она, показывая на одну из кроватей.
-А кто спит на другой кровати, наверное, мама молодого человека?
Но в ответ услышал:
- А здесь спит Дима,- ответила Женя.
Рома на минуту потерял дар речи, а потом сказал:
- Как? Вы спите в одной спальне?
- А что здесь такого? Не волнуйся, ничего такого, о чём ты подумал, не происходит,- сказала Женя.
Рома в силу своей жизненной неопытности и чистоте помыслов, почти поверил в то, что между Женей и этим парнем ничего нет. Женя же, каждую ночь, отдаваясь до изнеможения этому парню, встречалась с Ромой, всем своим видом и поступками показывала свою любовь к Роме. На желание Ромы, она без лишних слов отдавалась ему, где бы они не находились: - в лесу, в театре на балконе, когда там было мало людей, и часто в сарае подвала дома, где жил Рома. Занятие сексом она ласково называла «сики-пики». Рома же ощутив новизну чувств и ощущений, в первый раз познавший женщину, был охвачен всепоглощающей страстью к Жене и как поётся в песне – «Первый раз я любил и от счастья был глуп».
 
Глава 9.
 
… Выдержав вступительные экзамены, Женя стала студенткой первого курса института и поселилась в общежитии. Но также продолжала встречать Рому со второй смены и, прогуливаясь, они прощались у крыльца общежития. Её однокурсники узнав, что она встречается, со слесарем сказали:
- Ты красивая, умная, студентка, отличница. Зачем ты встречаешься со слесарем? Да любой парень с курса, будет счастлив, встречаться с тобой.
-Знаете, что? Сегодня он слесарь, а завтра будет министром – ответила она.
 
Когда Рома работал на первой смене, они часто гуляли по улицам города, ходили в кино.
Один из кинотеатров находился недалеко, где жили родители Ромы, поэтому до кино, они взяли за правило, заходить к ним. Рома любил, при разговоре с отцом, Григорием Денисовичем, поднимать и потом обсуждать разные темы. В этот раз, посидев немного, с нескрываемым любопытством, спросил у отца:
- Папа, я недавно прочитал небольшую религиозную книжку, там говорилось о существовании души после смерти человека, про рай и ад, о смысле жизни. Я бы хотел
узнать, как ты считаешь, вечны ли наши души, как об этом говорят религиозные люди?
Отец, с улыбкой посмотрел на Рому и ответил:
- Во-первых, я бы хотел высказать своё мнение, почему люди верят в Бога. Дело в том, что по своей сути человек слаб. Жизненные проблемы, которые самому невозможно решить: - болезни, смерть близких, боязнь повторения несчастий для оставшихся родных, вынуждают верить во что-то сверхъестественное, всемогущее, божественное, которое поможет, защитит – основа веры в Бога. Отсюда вера в душу, рай и ад. А что такое душа? Я думаю что душа – это отношение человека к окружающему миру, его чувства, мысли, поступки. Если человек сделал какую-нибудь подлость, то говорят «бездушный человек». И наоборот, если человек совершает хорошие поступки, готов всегда придци на помощь другому человеку, то говорят «душевный человек ». Я думаю, что пока человек жив у него, естественно, есть душа. Есть известное выражение:- «Я чувствую, значит жив». Поэтому напрашивается вывод: - если человек умирает, умирает мозг, умирают его чувства, мысли, каждая клеточка бренного тела, исчезает человек – исчезает то, что мы называем душой. Я не собираюсь дискутировать с представителями религии, я сам верующий человек, но я так думаю. Так называемая душа умершего человека, его характер, поступки, через наследственность, могут частично возродиться в другом, вновь родившемся человеке.
- А что такое рай и ад?
- Рай, согласно религии, это место вечного блаженства для душ праведников. Есть ли на самом деле рай? Не думаю. Эти два понятия несут в себе некую противоречивость. Бывают одномоментные периоды в жизни человека, когда у него всё благополучно, и он чувствует себя счастливым, - это, с натяжкой, можно назвать временным пребыванием в раю. А когда наступают очень тяжёлые, трагические моменты, тогда человек чувствует себя как в аду. С одной стороны, я бы сказал, что и рай, и ад – это наша жизнь. Но если разделить эти понятия, то к аду я бы отнёс место, где тело умершего человека подвергается тлению. А вообще придумали эти два понятия для того, чтобы люди, живущие на земле, были добрыми, справедливыми, добродетельными, не грешили. Тогда они якобы попадут в рай. А ад – страх перед наказанием тем, кто пренебрегает этим. Кто-то хорошо живёт сейчас, а кому-то (большинству народа) обещают хорошую жизнь (рай) на том свете.
- В Библии, насколько я помню, рай изображён прекрасным садом, в котором жили «перво- человеки» Адам и Ева, изгнанные из него после грехопадения. Ты правильно сказал, что согласно религии праведники возвращаются туда после своей смерти. Да. Но никто не доказал, что нет рая, ада, также то, что они есть. Поэтому, я считаю, что вопрос остаётся открытым - сказал Рома.
- С этим я с тобой согласен. Вспоминается такая притча. Однажды добрый человек беседовал с Богом и спросил его: «Господи, я бы хотел узнать, что такое Рай и что такое Ад». Бог подвёл его к двум дверям, открыл одну и провёл доброго человека внутрь. Там был большой круглый стол, на середине которого стояла огромная чаша, наполненная пищей, которая пахла очень вкусно. Добрый человек почувствовал, что у него потекли слюнки. Люди, сидящие вокруг стола, выглядели голодными и больными. Все они выглядели умирающими от голода. У всех были ложки с длинными-длинными ручками, прикреплёнными к их рукам. Они могли достать чашу, наполненную едой, и набрать пищу, но так как ручки у ложек были слишком длинные, они не могли поднести ложки ко ртам. Добрый человек был потрясён видом их несчастья. Бог сказал: «Ты увидел Ад». Бог и добрый человек затем направились ко второй двери. Бог отворил её. Сцена, которую увидел добрый человек, была идентично предыдущей. Тут был такой же огромный круглый стол, та же гигантская чаша, заполненная едой, которая заставляла рот наполняться слюной. Люди, сидящие вокруг стола, держали такие же ложки с очень длинными ручками. Только на этот раз они выглядели сытыми, счастливыми и погружёнными в приятные разговоры друг с другом. Добрый человек изумился: «Как это возможно? Я не понимаю!». «Всё просто»,- улыбнулся Бог,- они научились кормить друг друга». Вывод из этой притчи сделай сам. Я же думаю что, понятие о Рае и Аде используется священнослужителями для того, чтобы воздействовать на чувства и сознание верующих. Кроме того, если об Аде более или менее понятно, то, что собой представляет Рай неизвестно. А вообще, все люди разбились на идиотские группы объединённые заблуждениями и поверьями – сказал Григорий Денисович..
А вообще, ЧЕЛОВЕК ВСЮ СВОЮ ЖИЗНЬ ЖИВЁТ ИЛЛЮЗИЯМИ. ТОЛЬКО ОДНО ОН ЗНАЕТ ТВЁРДО, ЧТО УМРЁТ. ИЛЛЮЗИЯ – ЭТО СПАСИТЕЛЬНЫЙ КРУГ В БУШУЮЩЕМ МОРЕ ЖИЗНИ – добавил он.
- А как ты думаешь, в чём смысл жизни?
-Что это сегодня с тобой, сынок? Ты задаёшь такие серьёзные вопросы, на которые нет однозначного ответа. Как сказал в фильме Чапаев: - « Я академиев не кончал». Рассуждаю как человек, поживший и немало повидавший на своём веку, и жизнь у меня сложилась далеко не лучшим образом. Но, тем не менее, по своему характеру я оптимист. Жизнь, как и смерть – ни кто не спрашивает когда тебе родиться, а когда умереть. Думаю, главный смысл жизни просто жить, наслаждаться каждым мгновением, дышать полной грудью, любить и быть любимым, любоваться неповторимой красотой природы, дарить людям радость, самозабвенно отдаваться любимому делу… А вообще, не хотел - бы тебя разочаровывать отношению к жизни, это лично моё мнение, и я его тебе выскажу. Допустим, что для определённого количества людей нет ограничений в радостях жизни, все родные здоровы, достигли больших высот в карьере, богаты, ездят на лучшие курорты и в разные страны. Да, хорошо прожили свою жизнь. Хотя, как и другие люди, они не застрахованы от болезней, всяческих трагедий, значит всё равно, на земле у них есть (по моему понятию) не только Рай, но и Ад. Приходит время и этот успешный человек умирает. Ну, и зачем он жил? Чтобы во временных рамках вкусно поесть, увидеть мир, пережить болезни и смерть близких, подчиняясь природному инстинкту родить детей, которые тоже просуществовав в суете жизни и… Но, большинство людей, миллионы, живут трудно, всю жизнь тяжело работают, чтобы прокормить семью, их жизнь свелась только к одному – борьбе за жалкое, убогое существование. Кроме того их также постоянно преследуют болезни…
Как к первому, так и ко второму, в своё время приходит она, та, что с косой, и всё. Детей, внуков и правнуков ждёт та же участь. Ну, и зачем они жили? Я думаю, смысл жизни человека на земле, возможно, заложен Высшим разумом, для того, чтобы не прерывалась тонкая нить жизни разумных существ - человека. Для чего? Вот это, видимо, известно Ему одному – Богу. Шекспир сказал:- « Весь мир театр, а люди в нём актёры». А я бы сказал так:
- Весь мир театр абсурда, а люди в нём суетящиеся, алчные существа. Есть притча, которая заканчивается такими словами:
- «Счастливы не те, которые имеют всё лучшее, но те, которые извлекают всё лучшее из того, что имеют». К старому профессору пришли бывшие выпускники. Многие из них жаловались на трудности и жизненные проблемы. Предложив гостям кофе, профессор пошёл на кухню и вернулся с кофейником и подносом, уставленным разными чашками. Одни были простые, другие дорогие.
- Посмотрите, все красивые чашки разобрали, а простые и дешёвые остались. Конечно, хотеть лучшее для себя это нормально. Но в этом и есть источник ваших проблем и стрессов. А ведь чаша сама по себе не делает кофе лучше. В действительности всё вы хотели было просто кофе, а не чашка. Кофе - это жизнь. А работа, деньги, положение, общество – это чашка. Концентрируясь только на чашке, мы забываем насладиться вкусом самого кофе.
 
…В один из выходных дней, ожидая Женю в назначенном месте и не дождавшись её, Рома пошёл в общежитие. Она лежала в кровати и хриплым голосом проговорила:
-Я простудилась.
-А какая у тебя температура и как ты лечишься?
-Температуры у меня нет, есть таблетки от простуды, пью чай с малиновым вареньем, девочки принесли мёд…
-А я думал, что погуляем, сходим в кино…
-Сама не знаю от чего это? Вечером всё было хорошо, а утром почувствовала себя неважно и голос сел. Ничего, завтра, надеюсь, буду как огурчик, и пойдём куда захотим.
Побыв с Женей, Рома вышел из общежития и стал думать куда пойти. Не определившись, он медленно пошёл по направлению парка. Парк в городе был одним из лучших в стране, и там было приятно проводить время. Гуляя по аллеям, Рома любовался обильными цветовыми гаммами многочисленных клумб, останавливался на гористой местности, откуда открывался великолепный вид на широкую, полноводную реку по которой медленно плыли прогулочные катера, с многочисленными отдыхающими и откуда раздавалась весёлая музыка. От реки в парк был отведён рукав небольшой речки, на которой плавали чёрные и белые лебеди, и он направился туда. На берегу, вдоль речки, стояли скамейки, на одну из них он сел и стал любоваться красотой этих прекрасных птиц. Вдруг он услышал:
- Молодой, красивый, позолоти ручку, и я тебе погадаю. Всю правду скажу.
От неожиданности Рома вздрогнул и поднял голову. Перед ним стояла молодая, симпатичная цыганка, опрятно одетая, в длинной цветастой юбке, такой же кофте. Чёрные с чёртиком глаза смотрели на Рому как-то вызывающе. Рома никогда не соглашался гадать, но эта цыганка располагала к себе своим не многословием и ненавязчивостью. Она, молча стояла и ждала от него ответа. Немного поколебавшись, он дал ей купюру и протянул руку. Много слов произнесла красавица, из которых он мало что понял, но одна фраза заставила его удивиться и озадачиться.
-Жена у тебя будет бедная, но не верная, - сказала она, держа его руку и неотрывно глядя ему в глаза.
- « Если это Женя то да, она бедная, но чтоб была не верная?» - подумал Рома...
...Прошло два с половиной года, как Рома встречался с Женей. Всё это время они были любовниками. Однажды, после очередной встречи, Женя, как бы невзначай, но с ноткой категоричности, сказала:
- Рома, мы с тобой довольно долго встречаемся, пора внести ясность в наши отношения – или ты женишься на мне или мы расстаёмся.
Для Ромы это было неожиданно. Его вполне устраивали их отношения, и он как-то даже не думал, по крайней мере, пока, о женитьбе. Но впервые познав с ней вершины интимной жизни он не нашёл в себе силы порвать с ней и по сути стал рабом своего чувства. Но решил посоветоваться с отцом.
-Папа, как ты мне посоветуешь, если я решу жениться на Жене?
Григорий Денисович ненадолго, задумался и сказал:
-Во-первых, сынок, ты уже, слава Богу, не маленький. Решай сам, тебе с ней жить. Но что тебе сказать? Если я тебе посоветую на ней жениться, а потом тебе с ней будет плохо, ты скажешь - « если бы папа мне не посоветовал, я бы на ней не женился». А если скажу, чтобы ты с ней расстался, позже ты можешь сказать – « Женя была отличной девушкой, но папа посоветовал расстаться с ней, я его послушал, а теперь жалею об этом». Видишь, в любом случае виноватым оказываюсь я. Поэтому решай сам. Моё мнение о ней такое – она умная девушка, но сумасшедшая.
Не желая с ней расстаться, Рома решил жениться. В один из дней они пошли и зарегистрировали брак. После этого они решили найти частную квартиру и жить вместе. Много дней они искали на съём квартиру, и вскоре им улыбнулась удача – они её нашли, и что важно, по божеской цене. Комната находилась в деревянном доме с отдельным входом со стороны улицы, с одним окном, выходящим на приусадебный участок. Окно было грубо заколочено большими, ржавыми гвоздями. Здесь они начали свою совместную жизнь. Рома работал и учился, а Женя продолжала учёбу в институте. Как-то вечером они пришли к родителям Ромы и застали его отца слушающим радио по старому, только недавно отремонтированному приёмнику. Рома сел рядом с отцом и тоже стал внимательно слушать, что говорит диктор. Ему было приятно, что у отца есть работающий приёмник и что он с большим интересом слушает по нему новости. Через несколько минут мать Ромы пошла на кухню. Вскоре из кухни послышался громкий крик. Как обычно соседки по общей кухне остались чем-то, недовольны и затеяли ссору с матерью Ромы. Мать, всю жизнь, прожившая в своём доме, болезненно воспринимала «ценные указания» соседок по кухне и отвечала им соответственно. Услышав это, отец Ромы настороженно посмотрел в сторону кухни, потом быстро встал, подошёл к двери комнаты с намерением пойти туда разбираться. Рома, зная, что отец перенёс инфаркт и ему отцу категорически нельзя волноваться, быстро подошёл к двери, намереваясь не пустить отца на кухню:
-Папа не надо туда ходить. Там разберутся без тебя – сказал он.
- Рома, пусти – настойчиво проговорил он, пытаясь открыть дверь.
И он, не желая расстраивать отца, пропустил его. Через несколько минут многоголосый крик прекратился и он услышал глухой стук, будто что-то тяжёлое упало на пол. Рома вскочил на кухню и увидел отца лежащим на полу с закрытыми глазами. Рома подбежал к нему, взял его на руки, но почувствовал особую тяжесть его веса, понёс и положил его на кровать в комнате. А сам бросился на улицу к телефону вызывать скорую помощь, надеясь на то, что отцу просто стало плохо. Он бежал так быстро, что, казалось, сердце вот-вот выскочит из груди, на ходу как заклинание он шептал – «скорее, скорее, папочка, что с ним?» Врач, прибывшей скорой помощи осмотрел его и под нетерпеливые, жалобные восклицания Ромы – «пожалуйста, помогите ему» поставили укол прямо в сердце, но отец даже не пошевелился. Рома, Женя и Бронислава Ильинична поняли, что Григорий Денисович умер.
Рома хорошо знал своего отца, да собственно говоря, иначе и не могло быть. Среднего роста, худой, с мохнатыми бровями, нависшими над чёрными, умными, чуть с хитрецой глазами, он сразу располагал к себе своим юмором, оптимизмом и открытостью. Григорий Денисович прошёл две войны - Гражданскую и Отечественную. В общей сложности десять лет жизни провёл в сложных и опасных военных условиях. По его рассказам особенно тяжело было в Гражданскую войну. Голодный, с порванными подмётками ботинок, из которых торчали пальцы ног, в морозную стужу вместе с другими бойцами, совершал многокилометровые марши, после которых вступали в бой. «А теперь, выйдя на пенсию, он вынужден был жить не в отдельной квартире, а на общей кухне. Отцу с матерью, выделили мизерную пенсию, которая едва хватала им на полуголодное существование. Мать была награждена «Медалью материнства» как вырастившая и воспитавшая пять детей, один из которых пропал без вести на фронте. И, несмотря на это им приходилась жить в нищете. Природная скромность отца не позволяла обращаться к властям о помощи, а власть безразлично относилась ко всем, кто защищал Родину - с возмущением подумал Рома. Ни отец, ни мать за всю свою жизнь ни разу не были в отпуске, никогда не отдыхали даже в доме отдыха, не говоря уже о санатории. Отец постоянно был в работе, а мать занималась детьми, небольшим хозяйством и огородом. Даже выйдя на пенсию у них не было средств поехать отвлечься и отдохнуть вне дома. Постоянные ссоры с соседями на кухне изматывали обоих, особенно остро реагировал на них отец, в результате он получил инфаркт. Ему абсолютно нельзя было нервничать, и эта ссора оказалась для него трагической. Нельзя сказать , что мать спокойная женщина, даже наоборот. Привыкшая жить отдельно, быть полновластной хозяйкой в доме, в том числе и на кухне, она частенько была инициатором ссоры с соседями, а отец, всегда ладивший с людьми, услышав ругань, сразу бежал на кухню умиротворять разбушевавшихся женщин.
 
Глава 10.
 
Рома очень тяжело переживал неожиданную смерть отца. Вскоре это сказалось на его здоровье – у него начало болеть сердце, он ничего не смог есть, – сразу начинались рвоты, сильно похудел. Врач, осматривающий его, порекомендовал лечь в больницу, да он и сам хотел поскорее избавиться от болезни. Женя, после учёбы заходила к нему в больницу. Однажды, когда Женя была у Ромы, спустя несколько минут, после её прихода, посетить его пришёл его сослуживец Борис. Он был заядлым бабником и его приход, в то время когда у него Женя, несколько огорчила Рому, но он не показал виду и встретил его радушно. Женя, вскоре засобиралась уходить, вдруг заторопился и он. Рома сказал Жене:
-Побудь со мной ещё немного, здесь так скучно, а Борис пусть идёт.
-Нет, я пойду, надо позаниматься, а то я многое пропустила.
Тогда Рома обратился к Борису:
- Ты ведь только пришёл, побудь ещё, расскажешь, что там на работе.
-Нет, я тоже пойду.
И они вместе вышли. На душе у Ромы стало как-то неспокойно. По дороге они оживлённо разговаривали, смеялись над плоскими шутками Бориса, потом Борис сказал:
- Я здесь живу,- он показал на деревянный дом, стоящий между двумя пятиэтажками. Сейчас у меня дома никого нет - жена на работе. Пойдём ко мне Женя, посмотришь, как живу, попьём кофе…
Женя вся напряглась, волна возбуждения пронзила всё её тело, она уже решила что пойдёт, но сказала:
-Нет, как-то неудобно.
А потом добавила:
-А вдруг жена придёт.
-Моя жена даже на обед не приходит домой, хоть работает здесь не далеко.
Отдаваясь Борису, она забыла всё на свете. Свою честь, совесть, долг, мужа, учёбу, дом…
…Выписавшись из больницы, Рома постепенно отходил от болезни и стал чувствовать себя нормально. Однажды утром, уходя на работу, он сказал Жене:
-А что ты не встаёшь с постели? Скоро уже начало занятий, опоздаешь.
-А я сегодня на первую пару лекций не пойду.
Первое время Рома относился к таким её отговоркам безразлично, но когда они стали повторяться довольно часто, в его душе закралось сомнение в её нежелании идти именно на начало занятий. Как-то раз, отметившись на работе, Рома поспешил домой. Подойдя к двери, он постучал. Некоторое время Женя не открывала. Войдя в комнату, Рома увидел её в той же ночной рубашке быстро скользнувшей под одеяло. Рома почувствовал, что-то не ладное. Он сразу подошёл к окну и увидел, что гвозди прибившие окно отогнуты, а окно не до конца закрыто. Он всё понял. Но, находясь в какой-то момент в прострации, как-то спокойно сказал:
- Надо хорошо прибить окно.
Потом, как бы очнувшись, подошёл к кровати, где лежала Женя и глядя ей прямо в глаза, сказал:
- Любовь говоришь…
И хлопнув дверью, вышел на улицу. Он до глубины души был возмущён и оскорблён предательством Жени. «Продажная тварь, ещё не остыла постель после меня, а она уже принимала в неё другого. И кого? Этого старого, более пятидесяти лет волокиту, – хозяина квартиры». В том, что это был он, Рома не сомневался. « Кто пойдёт со стороны его приусадебного участка возиться с забитыми в раму окна гвоздями, кроме него. Да и путь к отступлению лёгок, вот окно, а вот и калитка во двор его дома. Проститутка, куда делись её клятвы в любви и верности, - дурак, я ей верил, а она …
Как поётся в песне – « Обошлась ты со мной без жалости. Я был так влюблён любовью чистою, верною, первою и был тобой казнён бездушною, не верною». Вот и не верь, после этого, цыганкам».
Он никак не мог успокоиться, непроизвольно на его глазах появились слёзы, мысли всё время возвращались к утренним событиям…. Вечером он пришёл домой и у двери увидел два небольших чемодана. Женя сидела на кровати, и не глядя в сторону Ромы, проговорила:
-Я снялась с учёта, перевелась в тот институт. Завтра, я уезжаю к маме.
Рома ничего не ответил и молча, отошёл в сторону. В его душе были противоречивые чувства, с одной стороны не хотел, чтобы она уезжала, он всё-таки любил её, с другой стороны не мог смириться, что кто-то другой обладал ею, а она, как и ему, дарила свою любовь, свои чувства, всю себя случайному человеку.
…Женя сидела в вагоне, который уносил её в город, где родилась и где прошли школьные годы. Чувствовала она себя не лучшим образом. Ей было стыдно, что Рома застал её с другим мужчиной. «Значит, я что-то не учла» - думала она. Её не мучило угрызение совести, что она изменила Роме, а то, что он застал её. Она хорошо знала себя, свою сущность – страсть и подчинение одной цели – безграничное получение сексуального наслаждения. По приезду к матери Женя подала на развод.
 
Глава 11.
 
Рома был в подавленном состоянии. Работа и учёба отвлекали его от плохих мыслей, но, оставаясь один, он нет-нет, да и вспомнит Женю, всё, что было связано с ней в последние годы. Он пытался найти оправдание измены, ведь он ничего не знал о её бурной интимной жизни, несмотря на то, что встречались они столь долго, и думал, что это было один раз. Но, представив её в объятиях другого человека, он внутренне взрывался, а губы шептали «продажная тварь». Жил он теперь у матери в её маленькой комнатке. Жизнь его была, мало сказать, скучной, она была тягуче-однообразной, лишённой ярких красок и впечатлений. Иногда он вспоминал Женю, и то время когда им было хорошо вместе. Вскоре его учёба закончилась, он защитил диплом. Радостно- возбуждённый он показывал диплом матери, братьям и был почти счастлив, что теперь он дипломированный специалист. Но на работе ничего не изменилось – он также продолжал работать слесарем, несмотря на то, что считался дисциплинированным, активным, думающим работником, рационализатором. Оказалось, что для него нет вакантных мест инженерно-технических работников, хотя двум бывшим его сокурсникам, с более подходящими фамилиями места нашлись. Он понял, что перспектив не только на работе, но и в городе у него нет. Но это, он мог признаться себе, была не основная причина. С первого дня, после отъезда Жени, он каждый день думал о ней, вспоминал, её улыбающееся лицо и как ему было с ней хорошо. Наступало щемящее чувство одиночества, грусти и тоски. Он не думал о её недостатках и неверности. « С моей стороны была, конечно, небезосновательная ревность. Я часто испытывал обиды и разочарования. Но влечения тела, страсть, и желание обладать её, было основным желанием ». Это была первая, и пока единственная, женщина в его жизни, которая открыла для него огромный мир любви, с её удивительными красками. Её образ превратился для него каким-то наваждением, болезнью, от которой самостоятельно он вылечиться не сможет. Он не мог, да и не хотел, забыть её.
Много дней он размышлял что предпринять. После долгих, мучительных раздумий, терзаясь в сомнениях, не видя другого выхода, решился позвонить Жене и узнать, хочет ли она, чтобы он приехал. В день, когда надо было идти на телефонную станцию, он волновался и думал «придёт она на переговоры или нет. За это время, она могла познакомиться с другим мужчиной. Может не захотеть, идти на мой вызов или быть в это время в отъезде или не получить уведомление. Не придти потому, что ей стыдно за своё предательство. Да мало ли может быть причин»… Придя на переговоры, он продолжал мучить себя всё теми же вопросами, и так отвлёкся, что когда телефонистка назвала номер кабины, куда он должен пройти, от неожиданности он вздрогнул, прошёл в названную кабину и, волнуясь, взял телефонную трубку.
-Алло! - прокричал он.
-Да!
Рома услышал голос Жени и облегчённо вздохнул.
-Женя - прокричал он. Как дела?
- Что ты звонишь? – холодно спросила она.
- Я закончил учёбу, получил диплом. Если хочешь, я приеду.
-Приезжай, - коротко ответила она.
-А что тебе привезти?
-Ничего не надо.
-Ну, всё. До встречи, - сказал Рома и повесил трубку.
После разговора с Женей Рома испытывал противоречивые чувства. Он был доволен, что она дала согласие на его приезд, но засомневался в правильности такого решения.
- Жребий брошен,- тихо проговорил он, ускорив шаг, пошёл навстречу своей судьбе.
По дороге домой, после разговора с Ромой, Женя подумала – «наверное, судьба. Последнее время я была на уборке картошки в колхозе и надо же так произойти, что, отпросившись на один день, звонок от Ромы совпал именно на день, когда я оказалась дома, а не в колхозе». Она с радостью восприняла скорый приезд Ромы, надеясь, что его приезд разрешит все её непростые жизненные ситуации, и она сможет выйти из них более чем достойно.
 
Глава 12.
 
Поезд медленно подкатился к вокзалу. Устав от долгой дороги, почти двое суток, Рома с облегчением встал и посмотрел в вагонное окно. На перроне суетливо сновали люди, кто-то спешил к нужному вагону встретить приехавших родных, нетерпеливо окидывая взглядом окна вагона и спускавшихся со ступенек людей, а кто с тяжёлыми чемоданами и сумками толпился, чтобы поскорей занять своё место в вагоне. На улице было темно, но яркий электрический свет фонарей, освещающих перрон, вносил некий уют в это постоянно беспокойное место, где приезжающим и отъезжающим не было конца. Рома взял свой портфель, где кроме бритвенного прибора, нескольких наборов нижнего белья и рубашек ничего не было. На нём был светлый, стального цвета пиджак, накануне отъезда перелицованный им самим. Спустившись с вагона, он несколько минут стоял и смотрел на проходивших мимо него людей, на небольшой, одноэтажный вокзал, на тёмное небо и медленно вошёл в зал ожидания вокзала. Найдя свободное место, достал из портфеля записную книжку, пролистав её, нашёл адрес Жени. Улица называлась Привокзальная, «значит где-то рядом», подумал он. Кроме того, ещё тогда когда они были вместе, Женя рассказывала, как найти эту улицу. Рома устало поднялся со скамейки и вышел на улицу. Отойдя немного от вокзала, он окунулся в кромешную темноту. Дома города находились довольно далеко от вокзала, а по обеим сторонам дороги, которая вела в город, росли густые кусты, бурьян, дальше простиралось бугристое поле. Рома несколько с опаской смотрел на колыхавшиеся, от лёгкого ветра, кусты, неуверенно ставил ноги, на выщербленный асфальт пешеходной дорожки. Наконец, он увидел первые двухэтажные, деревянные дома. На одиноком, чуть наклонённом столбе, на тонких проводах, сиротливо покачиваясь, висела одинокая электрическая лампочка, бледным, желтоватым светом освещая небольшой участок земли под собой. Он подошёл к одному из домов, и, напрягая зрение, прочёл, «Привокзальная». С облегчением вздохнув, нашёл нужный номер дома и вошёл во двор. Постояв немного, он посмотрел на окна, в которых горел свет, и хотел, было войти в один из подъездов, чтобы отыскать нужную квартиру. Но в это время из подъезда вышла девушка. Рома спросил у неё:
-Вы знаете, Женю?
- Конечно, мы с ней живём в одной квартире – живо ответила она.
- Позовите её, пожалуйста.
-Хорошо – сказала она на ходу, торопливо поднимаясь по лестнице.
Несколько минут спустя, вышла Женя. Рома хотел её обнять, но она отстранилась, а потом тихо сказала:
- Обожди немного, я соберусь.
В душе Рома надеялся на более тёплую встречу и эта холодность, исходившая от Жени вначале его огорчила, а потом обозлила. Сдерживая себя, он решил посмотреть, что будет дальше. Вскоре она появилась, держа в руках небольшую сумку, на ходу сказала:
-Пока будем на квартире моего брата Юры. Двухкомнатная квартира находилась на краю города, в панельном доме, на втором этаже. В квартире не было ремонта много лет, стены были в серых кляксах, пыли, доски пола рассохлись так, что между ними были большие зазоры и скрипели под ногами ходивших по ним людей. Из мебели в спальне стояла старая двуспальная кровать, а в зале стоял стол и несколько табуретов. Рома не был избалован но, мягко говоря, скромность обстановки квартиры его удивила. В зале , на полу она постелили для Ромы ватный матрас, подушку без наволочки и не первой свежести простынь. Сама легла на односпальную кровать, на которой до этого спал сын хозяев квартиры, которую предусмотрительно вынесли из спальни…
Лёжа на полу, Рома жестами показал Жене, что хочет перебраться к ней в постель. Она, возмущённо сощурив глаза, отрицательно помахала головой.
С первых дней пребывания в этом городе Рома сказал Жене:
-Мне нужно искать работу, а без прописки, как ты сама понимаешь, устроиться невозможно. Может можно, хотя бы временно прописаться в комнате твоей матери, поговори с ней.
На следующий день Женя сказала:
- Я разговаривала с мамой, - она не хочет.
- Что же делать? - в раздумье, как бы сам себе проговорил Рома.
Вечером брат Жени и его жена Светлана в один голос спросили:
- Как Рома дела? Что слышно с работой?
- Нужна прописка, а где можно прописаться не представляю.
- Пропишись у матери Жени. Ты говорила с мамой на эту тему,- обратилась Светлана к Жене.
- Да. Я с ней разговаривала. Она не хочет прописывать.
-Почему? Чего она боится? Можно прописать даже временно.
Наступило минутное молчание, после которого Светлана сказала:
Я поинтересуюсь у друзей, знакомых, что можно сделать.
Почти месяц Рома ходил без работы, хотя в разных местах соглашались брать его на работу при наличии прописки.
- Давай свои документы, тебя на днях временно пропишут в вагончиках, в которых живут строители.
Через несколько дней Светлана принесла паспорт со штампом, о прописке.
 
Глава 13.
 
Прошёл год. За это время в жизни Ромы произошли существенные перемены. Поступив на работу мастером, несколько месяцев спустя, его перевели на должность начальника производственно- техническим отделом управления, а через короткое время он стал главным инженером, у него родился сын Гриша, он получил двухкомнатную квартиру в новом доме. Когда он стал начальником отдела, с ним произошёл забавный случай. В управлении работал мастером отставной полковник Виктор Иванович. Через несколько дней, после вступления в должность начальника отдела, пришёл Виктор Иванович в обеих руках он держал большое стекло. Обращаясь к Роме, он сказал:
- Роман Григорьевич, я принёс стекло для стола. Вам будет удобно класть нужные бумаги под него, всё, что срочно надо сделать будет на виду.
- Спасибо, Виктор Иванович, за заботу,- сказал Рома тронутый его вниманием.
Прошло совсем немного времени, произошла реорганизация и Рому в новой организации назначили на должность главного механика. В углу бывшего отдела ему поставили старый одно тумбовый стол, на который Рома положил подаренное Виктором Ивановичем стекло.
На следующий же день пришёл Виктор Иванович и сказал:
- Роман Григорьевич. Моей внучке нужно стекло, которое я Вам дал, поэтому я его должен у Вас забрать.
-Виктор Иванович. Какой разговор, забирайте, - сказал Рома, несколько огорчённый.
Через несколько дней Рому назначили главным инженером вновь созданного управления. Он занял большой кабинет с полированной мебелью. Спустя короткое время, открывается дверь в, кабинет Ромы, и входит Виктор Иванович, держа в обеих руках то самое стекло.
- Роман Григорьевич. Я подумал и решил, что Вам это стекло нужнее. Так, что возьмите и пользуйтесь.
- Виктор Иванович,- умоляюще сказал Рома. Видите у меня полированный стол и на него положить стекло не очень красиво.
- Нет, нет. И на полированный стол тоже можно положить стекло.
-Ладно,- обречённо сказал Рома. Прислоните его, пожалуйста, к стене, а я позже его положу на стол.
...После рождения сына Рома и Женя вновь заключили брак. Всё, вроде, складывалось как нельзя лучше. Но несмотря, ни на что, жизнь с Женей была далеко не безоблачной. Практически ежедневно возникали ссоры по всяким незначительным поводам, что накладывало плохой отпечаток на психологическое состояние обоих. Кроме того, подспудно у него в голове, тяжёлым воспоминанием, постоянно была мысль о её измене и неуверенности в том, что и теперь она ему верна. Рома был очень чувствительным человеком и воспринимал всё близко к сердцу, от этого у него постоянно было плохое настроение. Но он был увлекающимся человеком и, приходя на работу, отдавался ей полностью, что на время отвлекало его семейных неурядиц. Иногда он думал, что напрасно приехал, к Женей и, возможно, это было не совсем удачное решение. Ведь он знал её скандально-истерический характер и её непостоянство. Всеми силами он старался строить с ней отношения так, как- бы этого совсем не было, но его усилия не приводили к нормальной обстановке в семье. Рома был спокойным, уравновешенным, хозяйственным, семейным человеком. Он был жалостлив и входил в положение другого человека. Всегда старался находить причины, оправдывавшие плохие поступки других людей, был всегда честен в общении. Рома, интересовался всеми аспектами жизни, в душе романтик, но и реалист, любознателен, не курил, выпивал только по праздникам. Когда был под хмельком, был улыбчив и смешлив, любил петь. Иногда, как бы в шутку говорил:
- Надо же, второй раз женился на своей жене. А бывает такое среди нормальных людей? Мне кажется, не бывает.
На что Женя, смеясь, сказала:
- Ромка. Ты баран, а я баронесса.
И став серьёзной, глядя в глаза Роме, произнесла:
-Значит, любишь, раз примчался за мной в такую даль.
- Вот гордись и цени, что судьба подарила тебе такого человека, который поехал к тебе за тридевять земель. А вообще в жизни людей большое значение имеет случай. И этот самый случай чаще приносит больше плохого, чем хорошего.
- Тебе он принёс меня плохую, это ты имеешь в виду?
- Что ты задираешься, я просто высказываю своё мнение, хотя и ты и я не идеальны, как и другие нормальные люди.
- Нормальные, ненормальные – нет совершенных людей. Просто у нормального человека высокие моральные и этические нормы и он готов совершенствоваться и развиваться,- сказала Женя.
- Он располагает умственными способностями, и знает, как сказал мой отец, что жизнь по своей сути бесцельна, – добавил Рома.
-Ненормальный человек,- это человек, по-моему, мягко говоря, мыслящий не стандартно,- добавила Женя.
- Мне особенно понравилось, одно упомянутое тобой понятие, про морально - этические нормы,- сказал Рома.
Женя, сощурив глаза, презрительно посмотрела на него и ничего не сказав, ушла в другую комнату. Она была умной женщиной, образованной, с высоким интеллектом. Когда Женя училась в институте, единственная из девушек курса, сдала экзамен по сопротивлению материалов с оценкой отлично. Растроганный преподаватель взял стоящие в вазах на столе цветы и в присутствии экзаменующихся студентов вручил ей их. Несмотря на то, что институт закончила сравнительно давно, она прекрасно знала высшую математику, неплохо разбиралась в растениях и иногда с сожалением говорила, что ей нужно было получать не строительную специальность, а быть биологом. Среднего роста брюнетка, с чёрными, умными пронзительными глазами, при разговоре с людьми всегда вызывала восхищение своей разносторонностью, остроумным юмором, поистине мужским складом ума. Она была независима и безошибочно определяла своего будущего спутника жизни, вспыльчивая и почти постоянно находилась в нервном напряжении. Если что-нибудь не по ней, закатывала истерику, от которой чувствительному и ранимому Роме становилось не по себе, и он долго отходил от этого кошмара. Возможно, ей нужен был такой муж как Рома, но ему, он чувствовал это, должна была быть более спокойная и уравновешенная женщина, без ежедневных страстей. Но он, несмотря, ни на что по своему любил её и во вред своему здоровью, для сохранения семьи мирился с её очень сложным характером. Он часто вспоминал слова отца, «она умная, но сумасшедшая». «Как точно сказано им о ней. Как он узнал про её характер, ведь бывая у нас дома, она всегда была улыбчивой, говорила тихо и спокойно. Скорее всего, его знание людей и жизненный опыт помогли ему в этом ».
…Как-то Женя, как бы невзначай, но в категоричной форме сказала Роме:
- Нам надо завести второго ребёнка. Если ты не захочешь, то я с тобой разведусь.
- Почему это вдруг к тебе пришла эта мысль и в такой категоричной форме? И так сразу – разведусь. О жизни думать надо, о семье, а не забивать свою голову всякими глупостями. Если ты считаешь, что нам нужен второй ребёнок, то я не возражаю.
Рома подумал, что рождение второго ребёнка укрепит семью и, наконец, наступит взаимопонимание между ними.
В положенный срок Женя родила девочку. Её рождение, на некоторое время, улучшили отношения между супругами, но это длилось не долго. Опять появились ссоры, такие истерические крики со стороны Жени, что их было слышно далеко за пределами квартиры. Прошло более чуть года и от частых простуд у Галочки, так назвали девочку, обнаружилась астма. Пребывание её в больнице продолжалось больше чем дома. Не плохо она себя чувствовала в комнате матери Жени, так как дом, в котором она жила был деревянным, и это как-то влияло на её самочувствие. После очередной выписки из больницы решили, чтобы девочка некоторое время побыла у бабушки вместе с Женей, а Рома оставался с Гришей. Это было за две недели до нового года. За эти две недели отсутствия Жени дома, она ни разу не позвонила Роме. Через неделю её молчания, Рома не выдержал и позвонил ей.
- Что ты не звонишь, не интересуешься как дела дома?- спросил Рома.
- А что звонить? – холодно ответила она.
- Как дела у Галочки?
- У мамы она себя чувствует хорошо.
- Когда ты заглянешь домой?
- Не знаю.
Огорчённый Рома положил трубку.
Наступило утро тридцать первого декабря. Рома позвонил Жене и предложил ей встретить новый год вместе.
- Не смогу,- ответила она. Я должна быть с Галей.
- Но в двенадцать часов она будет спать,- ответил Рома. За час или даже за полчаса до двенадцати можно приехать домой на такси. Тебя даже сын давно не видел, не говоря уже обо мне.
-Нет. Не смогу.
- Тогда давай, я с Гришей, подъеду, к вам и вместе встретим новый год.
- Не надо никуда ездить. Мы отмечать ничего не будем, в это время мы будем спать.
Рома очень обиделся, но ничего сделать не мог. Положив Гришу спать, он немного посмотрел телевизор, лёг на кровать и долго не мог уснуть от тревоживших его мыслей. Позже он случайно узнал, что Женя отмечала новый год со своими сослуживцами.
Ответственная работа и большая нагрузка, напряженная обстановка в семье сильно подорвали здоровье Ромы, и врачи порекомендовали ему лечь в больницу на обследование. Женя с Галочкой вернулись домой, а Рома лёг в больницу. Две недели он там пробыл, и только через неделю Женя забежала, его навестить, не принеся ему ничего.
- Почему ты не приходила ко мне?- спросил он.
- Некогда,- зло ответила она и, развернувшись, ушла.
Впервые минуты, после её ухода, Рома был до глубины души возмущён её поведением. «К чёрту всё. Надо от неё бежать, куда глаза глядят. Развестись и уехать обратно на родину». Потом немного успокоившись, подумал о детях, которых очень любил, - не мог себе представить жизнь без них.
… Под вечер Рома возвращался с совещания, которое проводил, приехавший из Москвы начальник союзного объединения. Был июль месяц. Горячий, с песком, ветер ослеплял глаза, песчинки жалили лицо. Настроение у Ромы было приподнятое,- в своём докладе, касаясь обеспечения. безопасной эксплуатации газовых сетей и оборудования, начальник объединения довольно подробно остановился на опыте работы управления, где главным инженером был Рома. Роме было чуть больше за тридцать, а он уже пять лет работал в должности главного инженера, на этой высокой и ответственной должности.
Рома открыл дверь кабинета, сел за стол, достал из папки записи, которые он сделал на совещании, и углубился в их чтение. В кабинете резко зазвонил телефон. Рома взял телефонную трубку и услышал тревожный голос начальника аварийной службы Максимова:
- Роман Григорьевич! Только, что звонили жильцы домов (он назвал адрес) и сказали, что какой-то пьяный хулиган, забрался на территорию газовой групповой установки, открыл задвижку и долго выпускал пары газа в атмосферу. Большая жилая территория загазована, а также подвалы и подъезды домов.
-Владимир Фёдорович! Срочно направляйте туда несколько аварийных бригад с вентиляционными установками. Я сейчас туда приеду.
- Бригады туда уже выехали.
Сидя в машине, Рома нетерпеливо смотрел на быстро мелькавшие дома, а про себя повторял: -«скорей, скорей. Что за урод сделал это. И надо же, именно тогда когда такая представительная делегация находится здесь. Надо срочно организовать эвакуацию жильцов домов, так как пары сжиженного газа в два раза тяжелее воздуха и стремятся занимать низкие места, а там дома с подвалами». Мысленно он повторял ряд других мероприятий, которые необходимо выполнить. У него была информация из городов, где утечки газа приводили к гибели людей и разрушением зданий, а здесь свободный выход газа...
Приехав на место Рома увидел, что аварийные бригады начали работу по локализации аварийной обстановки и при активной помощи милиции, начали эвакуацию жильцов с жилых домов. Рома распорядился поставить охрану из жильцов у входа в каждый подъезд и подвал, чтобы исключить любую случайность внесения открытого огня или искры и немедленной вентиляции подвалов. До позднего вечера устранялись последствия аварийной ситуации. К счастью, обошлось без трагических последствий.
Взволнованные жильцы, на вопрос Ромы как это случилось, рассказали, что сильно пьяный мужчина, ключом открыл калитку групповой подземной газовой установки, открыл кожух, под которым находятся измерительные приборы и полностью открыл задвижку. В окружающую атмосферу, под большим давлением, вырвался мощный поток сжиженного газа и паров. Жильцы вызвали аварийную и милицию. Работники аварийной службы, перекрыли газ, а милиция задержала хулигана. Утром Рома позвонил в милицию и узнал фамилию хулигана. Им оказался слесарь службы доставки газа Гадинов Алексей. У него, естественно, был универсальный ключ от всех групповых газовых установок в городе. Такие ключи были выданы всем, кто занимался заправкой газом подземных цистерн. Рома хорошо знал всех работников управления города. Знал он и Гадинова. Внешне скромный, приятной наружности молодой человек лет тридцати, располагал к себе блуждающей на лице улыбкой, приветливостью. Трудно было предположить, что он способен на такой поступок.
-«Что его толкнуло на это? – думал Рома. Надо с ним встретиться и узнать, если он, конечно, скажет». В сопровождении милиционера, Рома вошёл в небольшую камеру. Гадинов лежал на наре, но увидев входящих, медленно приподнялся и сел, опустив голову. Милиционер вышел, прикрыв за собой дверь. Рома пристально посмотрел на арестованного и присел рядом с ним.
- Как дела я у тебя спрашивать не буду – сказал Рома. Дела твои плохи, думаю, сам понимаешь. Непонятно как ты додумался до такого? Может, есть какая-нибудь причина? Хотя какая бы не была причина, этому нет оправдания. Ну, что молчишь?
Гадинов выпрямился, виновато посмотрел на Рому и тихо проговорил:
- С женой сильно поругался, пошёл, напился, а потом не помню, как оказался на территории газовой установки...
- В семье всё бывает, ссорятся, мирятся, милуются. Но из-за ссоры в семье подвергать опасности сотни людей, это трудно понять нормальному человеку – сказал Рома. Жаль, что ты это сделал, теперь придётся отвечать. Ты это понимаешь?
- Да – обречённо ответил он.
Вскоре состоялся суд. Рому вызвали туда в качестве эксперта. Он не стал скрывать той опасности, которой подвергались жильцы, оказавшиеся в зоне аварийной ситуации. Гадинову дали три года тюрьмы.
 
Глава 14.
 
На улице стояла настоящая сибирская зима. Трескучий мороз овладел всеми окрестностями. Он превратил снег в пуховое, рассыпчатое покрытие, которое от слабого дуновения ветра блестящей мишурой поднималось вверх. На оголённых деревьях, ветви которых были покрыты снегом, кое-где сидели нахохлившиеся, серенькие комочки воробьёв, но, не выдержав жгучего, пронизывающего мороза, превращались в ледышку и падали вниз, пробивая своим тельцем, покров снега и коснувшись замёрзшей земли, издавали глухой звук. Синеватое облако морозного тумана, нависшее над городом, придавала ему сказочный вид. Видневшиеся всюду сугробы создавали впечатление, будто огромное стадо верблюдов спряталось под этим белоснежным одеялом, чтобы переждать холода. Редкие прохожие, завязав лицо так, что были видны только глаза, полусогнувшись, шли по своим неотложным делам. Казалось, жизнь в городе замерла. Но нет, по заснеженной дороге, весь в снегу, окутанный паром, натужно урча, ехал автобус. С трудом своими колёсами, вдавливая снег, временами буксуя останавливался, и вырываясь из снежного плена двигался вперёд. Был конец декабря. Именно в этот день, Роме с семьёй, по семейным обстоятельствам, тяжёлой болезни дочери и рекомендации врачей поменять климат, выпало уезжать в другой город. В последний день работы Ромы, пришёл Виктор Иванович и забрал достопамятное стекло. «Видимо, Виктор Иванович держит его как переходящее от одного начальника к следующему - подумал Рома. Заслуженный человек, а склонен к чинопочитанию и подхалимству». С тех пор любое проявление подхалимства, он стал называть «стекло». Рома поменял квартиру, не видя той, в которой им предстояло жить. Утром, к дому, где жил Рома с семьёй подъехал контейнеровоз, в него погрузили мебель и другие вещи. Дальше, кому-то нужно было, в машине с контейнером, поехать на товарную, железнодорожную станцию сдать багаж. Рома хотел поехать с контейнеровозом, а Женю с детьми посадить в легковую машину. Он посадил детей в легковушку и сказал Жене:
-Иди, садись, и езжайте на товарную станцию, а я поеду с ним, - он показал на водителя контейнеровоза.
-Нет, я поеду с контейнеровозом,- сказала она.
- В легковой машине теплее и удобнее.
- Я поеду с ним – настойчиво повторила она, показывая на довольно молодого шофера.
Приехав на товарную станцию, Рома посмотрел на часы и подумал - « на легковой машине мы доехали быстрей. Минут через двадцать должна подъехать Женя, сдадим багаж и спокойно поедим на вокзал, посидим в тепле, наш поезд отходит только вечером.
Прошло, более трёх часов, а Жени с машиной всё не было. Рома потерял всякое терпение, нервничал и стал предполагать всякое, «машина сломалась, застряли на дороге, завела шашни с шофером, поэтому не захотела ехать с детьми»… Вскоре, Рома издалека увидел приближающуюся машину и с облегчением вздохнув, пошёл ей на встречу. Когда машина поравнялась с ним, знаком он показал водителю остановиться и открыв дверь кабины со стороны Жени, несколько раздражённо спросил:
- Почему так долго ехали сюда?
Водитель попытался, что-то сказать, но Женя его остановила:
-Мы были на заправке, ждали своей очереди.
Водитель посмотрел на Женю и ухмыльнулся.
-Вряд ли в такую погоду на заправке будет так много машин, что надо так долго ждать – раздражённо сказал Рома.
Женя ничего не ответила, а Рома молча, отошёл от машины, укрепившись в мысли, что Женя ему врёт…
… Поезд медленно подкатил к вокзалу, послышалось злое шипение тормозов, и он остановился. Рома ступил на платформу, принял от жены несколько чемоданов и сумок, помог детям и Жене сойти с высоких подножек вагона, мельком взглянул на здание вокзала и сказал:
-Сейчас вещи мы оставим в камере хранения, а сами пойдём искать нашу новую квартиру. Бывшая хозяйка говорила, что дом находится на одной остановке от вокзала.
Не в пример Сибири, здесь погода стояла тёплая. Кое-где лежавший островками почерневший снег, оголённые деревья, тёплый, освежающий ветерок и серое небо, скорее говорило о весне, чем о зиме. Немного проплутав, вскоре нашли нужный дом. Поднимаясь на второй этаж, где находилась квартира, в которой им предстояло жить, Рома, волнуясь, вставил ключ в отверстие замка и открыл дверь. Как и ожидалось, квартира оказалось свободной. Ведь бывали случаи обмана, когда обменная квартира оказывалась занятой другими жильцами. С облегчением, вздохнув, он, вместе с Женей, стал осматривать своё жильё. Дети, осторожно оглядываясь, входили в ту или иную комнату и сразу подбегали к окну, посмотреть, что делается на улице. Квартира была сильно запущенной, штукатурка стен в нескольких местах топорщилась и при прикосновении к ней, осыпалась песком. В полу были большие зазоры, краска на дверях и окнах отслоилась, всюду была пыль и паутина. Несмотря на это они были рады, что мучительное время обмена квартиры и переезда закончились и они наконец-то, могут спокойно обустраиваться и жить. Ещё в дороге Женя почувствовала себя плохо, поднялась температура, поэтому, как только они осмотрели квартиру, Женя постелила на полу, возле отопительной батареи, плед и легла, прижав спину к её горячим рёбрам. Через некоторое время, они определили сына в школу, а дочку в детский сад. Поиски работы не заняли много времени, Женя устроилась старшим инженером в строительный отдел проектного института,
Рома стал начальником производственно-техническим отделом в газовом объединении. Жизнь входила в нормальное русло. Но как всегда бывает, неожиданно заболела Женя. Её положили в больницу и при обследовании выявили опущение почки. Необходимо было делать операцию. В день операции Рома на работу не пошёл и с самого утра был у постели жены. Когда её повезли на операцию, Рома всё время был у двери операционной и, волнуясь, нетерпеливо отмерял шагами небольшое пространство коридора, перед операционной. Когда после операции, её отвезли в палату, она после наркоза спала. Рома вошёл в палату, подвинул к её кровати, неподалёку стоящее кресло, сел на него и мокрой салфеткой время от времени стал смачивать ей пересохшие губы. Когда наступил поздний вечер, в палату вошёл дежурный врач и, видя, что Рома увлажняет Жене губы салфеткой, сказал:
- Правильно делаете, продолжайте.
-Доктор,- обратился к нему Рома,- можно я побуду возле больной до утра?
Немного подумав, доктор согласился. Ночью в палате было тихо и полутемно, лишь слышалось тяжёлое дыхание больных женщин, и изредка раздавался мучительный стон некоторых из них. Рома смотрел на спящую жену, думая, как справляется с детьми его мама Роза Борисовна, благополучна ли, прошла операция, как себя будет чувствовать Женя, когда проснётся после наркоза и позже, по истечении какого – то времени? С такими грустными мыслями, примерно в четвёртом часу ночи Рома, откинувшись на спинку кресла, незаметно уснул. Он не знал, сколько проспал, но когда проснулся и посмотрел на Женю, то увидел её улыбчивое, благодарное лицо.
-Фу, ты чёрт, проспал - извиняющимся тоном проговорил Рома
- Эх, ты, сторож,- с доброй иронией проговорила Женя.
Одна из больных женщин, глядя на Рому и обращаясь к Жене, сказала:
-Хороший у тебя муж, мой - бы никогда не сделал для меня такое.
 
Глава 15.
 
Летними грозами, осенним золотым ковром, падающих с деревьев листьев, зимними непогодами и благодатным весенним дождём, миновало несколько лет. Но эти годы не были для семьи Ромы столь хорошими, как ему того хотелось. После того как Женя поправилась, после операции, она продолжила работать там же, в проектном институте. У неё был нормированный рабочий день, то есть работа начиналась в восемь утра и заканчивалась в пять вечера. Казалось бы это очень удобно для семьи. По крайней мере, вечером можно заняться детьми, покормить их, приготовить обед на завтра, да мало ли дел дома у работающей женщины. У Ромы был ненормированный рабочий день, тем не менее, он старался по возможности скорее попасть домой, чтобы подольше побыть в кругу своей семьи. Перед этим он заходил в магазин и спешил домой с покупками. В последнее время, приходя, домой после шести часов вечера он заставал детей голодных, в квартире было как-то пусто и сиротливо, а Жени с работы ещё не было. Рома нервничал, не находя объективных причин её отсутствия. Покормив детей, помыв посуду и немного прибравши в квартире, он стал ждать её прихода. Около восьми часов вечера Женя, наконец, пришла. В сильном возбуждении Рома спросил:
- Почему ты пришла так поздно?
- На работе задержалась.
- Насколько я знаю, рабочий день у вас заканчивается в семнадцать часов, а сейчас уже двадцать. И кто ещё задержался с тобой на работе так долго?
- Слушай, не нервируй меня. Я очень устала.
- Надо приходить с работы вовремя, тогда не будешь сильно уставать.
- Что ты пристал – истерически прокричала она, зло, посмотрев на Рому. Мне так надо было. Ясно. Я так захотела.
- Но у тебя есть дети, они дома ждут маму…
-Я пришла. Всё,- распаляясь, прокричала она.
Видя, что спокойного разговора не получается, и чтобы не напугать детей, Рома примирительно сказал:
-Ладно. Проехали,- и пошёл в зал, сел на диван и расстроенный глубоко задумался. « Может она сделает выводы с нашего разговора и не будет себя больше так вести. Неужели она опять мне изменяет? Не может быть. Но тогда где она могла быть так долго? Если совесть у неё чиста, она спокойно всё рассказала бы, а не вела себя так агрессивно. Значит,…Что здесь поделаешь, не разводиться же опять, может, одумается».
Но, как показало время, её поведение в отношении к Роме и семье не изменилось. Один раз, а то и два раза в неделю, она приходила с работы так же поздно, как и в первый раз.
Всё кончалось её истериками, похожими на сумасшествие и глубокими переживаниями Ромы. Так продолжалось довольно долго, пока однажды, в порыве она собрала свои вещи в чемодан и сидя на нём, как когда-то, сказала:
-Я уезжаю к маме. Детей поделим.
- Здрасте, приехали,- опять!? Это что, у тебя такое хобби? Ты всё время уходишь, уезжаешь. Со стороны можно подумать, что муж у тебя какой-то негодяй. Только мы с тобой знаем истинную причину.
- И какая же, по-твоему, истинная причина?
- Твой истерический характер и, мягко говоря, не совсем понятное поведение.
- Так. Всё ясно. Лучше не выводи меня, а то ты знаешь, чем это кончается.
-Да уж. Очень хорошо знаю.
После этого Рома обречённо сказал:
-Хочешь детей разлучить? Ладно. Мне оставь сына, а ты возьми дочку, с мамой ей будет лучше.
-Нет,- сказала она,- я заберу сына, а дочка пусть остаётся с тобой. Гриша – сказала она - иди ко мне.
Гриша, до сих пор стоявший возле Ромы медленно подошёл к Жене. Она прислонила его к себе и на ушко шёпотом произнесла:
- Не слушай его он...
Начало фразы Рома услышал. Об остальном он почти догадался. Внутри у него похолодело.
- Как хочешь, - безвольно сказал он. В это время почувствовал полную отрешённость и опустошённость, был готов на всё, только бы это поскорее кончилась.
Женя, сидя на чемодане, удивилась тому, что Рома сразу согласился на её отъезд, да ещё не возражал, чтобы она забрала сына. Это её сильно озадачило, и она задумалась, стоит ли ей уезжать. Ведь причина их раздоров в её сложном характере и поведении. Уж сама себе она может в этом признаться. « Нет. Не надо горячиться. Здесь, всё-таки есть квартира, семья, да и Рома не плохой мужик. А как я буду жить, если уеду к маме, в её небольшую комнату на общей кухне, да ещё с сыном?» - подумала она и, посидев на чемодане, ещё минут десять, встала, взяла чемодан и стала его распаковывать. Рома, увидел это и, несмотря на то, что он ещё находился в возбуждённом состоянии и был готов к разрыву, внутренне был удовлетворён решением Жени не уезжать. Несколько дней они находились (говоря языком политиков) в состоянии не мира, ни войны. В один из вечеров, накануне выходных дней, Рома пришёл с работы, и у порога его встретила улыбающаяся Женя.
- Вымой руки и иди к столу.
Рома был приятно удивлён и шутливо спросил:
- Что это с тобой? Ты случайно не заболела?
- Нет. Я наоборот выздоровела – глядя в глаза Роме, проговорила она.
- В таком случае, желаю тебе больше не болеть.
Сидя за столом вместе с детьми и выпив с Женей немного вина, Рома почувствовал, как хорошо может быть, если в семье царит согласие. После этого вечера, семейная идиллия продлилась несколько дней, потом всё возвратилось на круги своя – опять поздние приходы с работы, истерики по самым незначительным поводам.
- Ты же говорила, что больше такого не будет,- сказал Рома, когда в очередной раз она пришла поздно.
-Что ты от меня хочешь, дай мне спокойно дышать.
-Ты хочешь, как ты говоришь, спокойно дышать, когда твои дети и муж задыхаются от нехватки кислорода.
-Ах, так, - прокричала она,- я больше не могу
И с искажённым лицом, рыдая, стала рвать на себе одежду и стучаться головой о стену. Рома содрогнулся, на его глазах появились слёзы и, открыв входную дверь, быстро вышел на крыльцо дома. На улице было ещё светло, небо было чистым, заходящее солнце бросало на землю прощальные лучи. По его лицу катились слёзы, всё его существо содрогалось от обиды, неудавшейся жизни, и он, глядя на солнце, в сердцах прошептал: « Господи, помоги мне. Избавь её от меня, прошу тебя. Нет больше сил, терпеть». Потом, пошёл в сквер возле дома, сел на скамейку, и просидел там допоздна. « Приходим в магазин, покупать какую-нибудь вещь, мы придирчиво смотрим на всё. Внимательно изучаем качество материала, пошив, примеряем на себя, смотрим, как она сидит на нас, подходит ли она к нашей внешности, и прежде чем окончательно выбрать вещь перемерим, пересмотрим разные расцветки материала, фасоны и т.д. Женимся же или
выходим замуж, часто за первого желающего взять нас в жёны или в мужья. Серьёзно не задумываемся, подходит ли он (она) нам по характеру, образу мышления, отношению к жизни, интеллекту…
В результате разочарование, разбитые судьбы»… - думал он. Немного успокоившись, он устало поднялся и медленной походкой, с ощущением беспокойства и озабоченности пошёл домой.
 
Глава 16.
 
На улице хорошая погода. На лазурном небе ни облачка. Ярко светит солнце. Высоко в небе, широко расставив крылья, купаясь в безбрежном океане, парит аист. Хлопотливые, запасливые белочки, весело прыгая с ветки на ветку, радуясь хорошей погоде, ищут что-то съедобное, чтобы спрятать его в укромном месте и когда наступит зима и с поисками еды будет трудно, они обратятся в свои кладовые. Пока же ни что в природе не напоминало о непогоде…
Вдруг, вдалеке послышался грохот, на небе появились небольшие серые тучки, которые, постепенно приближаясь, друг к другу, сливались в единое целое и превращались в огромное чёрное одеяло, покрывшее всё небо. Огромным зигзагом сверкнула молния, вслед за ней прогремел гром, от которого, казалось, содрогнулась земля. Подул сильный ветер и как из ведра пошёл обильный, хлёсткий дождь. Началась гроза, переросшая в бурю, безжалостно вырывающая с корнем столетние деревья, ломающая молодые, не окрепшие деревца, превращая всё вокруг в невообразимый хаос. В жизни людей происходит
так же, как и в природе. Смолоду, жизнь кажется бесконечным, сплошным праздником, полным радостей, интересных приключений, безоблачным будущим. К сожалению, иллюзорность таких настроений проходит по истечению времени. Наступает прозрение и понимание сложности жизни, с её непредсказуемостью.
После операции, которую перенесла Женя, прошло достаточно много времени. Жизнь постепенно налаживалась, Рома и Женя работали, дети были определены – сын в школу, дочь в детский сад. Не считая разногласий и изредка вспыхивающих ссор между родителями, жизнь протекала без особых неожиданностей и событий. Однажды придя с работы, Женя пожаловалась на боль в правом боку и неважном самочувствии. У Ромы был хороший знакомый, заведующий одним из отделений центральной больницы. Он договорился с ним о том, чтобы осмотреть Женю. Когда Рома с Женей приехали, их, несколько минут спустя, пригласили в кабинет врача. Вначале знакомый врач сам тщательно осмотрел и прослушал Женю. Потом попросил зайти ещё нескольким врачам. Посоветовавшись между собой, они предложили Жене лечь в больницу на обследование.
С тяжёлым сердцем возвращался домой Рома. Он беспокоился за Женю и думал, как сделать так, чтобы дети не оставались дома одни. К этому времени они уже подросли, сыну было десять лет, дочери семь. Ничего, не придумав, он решил днём, когда он на работе, связываться с ними по телефону. Вечером он готовил им ужин, проверял уроки, а после, варил обед на завтра.
Три недели пролежала Женя в городской больнице. Обследование показало, что у неё плохой анализ крови и её несвертываемость, но причину этого не выявили. С этих пор болезнь Жени давала периодически о себе знать, то какое-то время она чувствовала себя терпимо, то вновь наступало обострение и приходилось снова ложиться в больницу. Два года её жизнь чередовалась больница-дом, дом-больница. Каждый приход Жени из больницы домой воспринимался детьми, а особенно Ромой, как надежда на то, что она больше не будет болеть и всё в их семье будет хорошо. Но, увы, эти надежды, каждый раз, не оправдывались, внося в душу Ромы отчаяние и безнадёжность. Врачи ни как не могли поставить диагноз, а значит, о лечении не могло идти речи. В таком, по сути, безвыходном положении Жене дали направление на обследование в одну из столичных больниц. Пробыв там две недели, Женя возвратилась домой.
- Ну, что? Выяснили там, что у тебя за болезнь?
- Нет. Брали всякие анализы, показывали разным врачам, а что со мной так и не понятно.
После приезда дома Женя пробыла не долго, и вновь ей пришлось лечь в больницу. Проведя внимательное и углублённое обследование, наконец-то, установили причину болезни. Оказалось, что она заболела очень редкой болезнью – системной красной волчанкой. Рома о такой болезни где-то слышал, но не представлял что это. Врачи не знали причин её возникновения, тем более, как и чем её лечить. Рома ездил в командировки в разные города и где бы он ни был, заходил в больницы, медицинские институты и спрашивал о причинах заболевания и есть ли возможность её излечения. Всюду ему отвечали одно и то же:
- Причины возникновения этой болезни пока неизвестны, и как её, лечить, тоже. Студентам медицинских институтов на лекциях только упоминают о том, что такая болезнь есть.
Как-то Роме позвонил знакомый заведующий отделением, где лежала Женя, и сказал, чтобы он подъехал - «есть разговор». Волнуясь Рома вошёл в кабинет. Поздоровавшись, он пригласил Рому сесть и поговорив немного на отвлечённые темы, сказал:
- Роман Григорьевич. Я пригласил вас по поводу здоровья вашей жены. Не буду скрывать, болезнь её тяжёлая и в настоящее время неизлечимая. Поэтому крепитесь,- жить ей остались не более пяти лет, а может и того меньше.
- Неужели это действительно так,- покрывшись холодным потом, дрогнувшим голосом спросил Рома.
- К сожалению, ничего сделать нельзя.
Рома как-бы окаменел, на мгновение чувства и мысли покинули его. Он смотрел в одну точку, ничего не ощущая, не понимая, где он находится и что с ним происходит.
Когда это прошло, горячая волна, с головы до ног, охватила его тело, сердце учащённо забилось, он неуверенно встал со стула и сквозь зубы, сказав «до свидания», медленно вышел из кабинета.
 
Рома ничего не сказал Жене о разговоре с врачом. Ему казалось, что она не догадывается о тяжёлых последствиях своей болезни. Он смотрел в её погрустневшие глаза, бледное лицо, на немного опустившиеся уголки губ и никак не мог поверить, что скоро её не будет. Но всё равно, неотвязная мысль о трагическом исходе и временами припекающая, пульсирующая горячая боль в области сердца, тревожными сигналами предупреждали о приближающей страшной развязке и накладывали на настроение и жизнь Ромы мрачный отпечаток. На душе было тревожно и безысходно.
 
Был конец марта. Земля успела уже освободиться от снега, яркое солнце, на светло-голубом небе, старалось, после зимних холодов, отогреть её. Ещё не до конца прогревшийся воздух освежающе проникал в лёгкие, отчего всё тело чувствовало прилив бодрости и оптимизма. Рома и Женя вышли, из дома решив немного прогуляться. Они шли, молча, только изредка перекидывались незначительными фразами, избегая говорить о главном, что их тревожило. Проходя мимо магазина «Подарки» Женя сказала:
- Давай зайдём.
Рома молча, махнул головой и нехотя пошёл за ней. Он ни в чём не хотел ей перечить. У него было одно желание - угождать ей во всём. В магазине он следовал за ней как её тень. Обойдя несколько отделов, она остановилась в отделе, где продавали часы. Она довольно долго смотрела, сквозь стеклянные витрины, на аккуратно разложенные мужские часы, а Рома нетерпеливо ей предложил:
-Иди сюда, здесь есть очень хорошие и красивые женские часы. У тебя часы старые. Давай купим тебе другие.
Она, как-то строго посмотрела на него и проговорила:
- Мне не надо. На мою жизнь хватит и этих часов.
От этих слов Роме стало не по себе и он подумал «неужели она знает о своей участи?», но вслух сказал:
- Я хочу сделать тебе подарок.
- Мне уже не нужны никакие подарки. Давай купим тебе часы. Эти часы, что ты носишь, ты сам говорил, что они не правильно показывают время. Кроме того, я была в больнице, когда у тебя был день рождения, я не могла тебе купить подарок.
- Нет. Это было давно. Теперь они нормально идут, - схитрил Рома, чувствуя какое - то неудобства от её предложения и одновременно благодарность за заботу о нём.
- Вот эти часы тебе нравятся? - спросила она, показывая на золотистые часы. Возьми, померь их.
Когда Рома надел часы на руку, она сразу пошла в кассу и оплатила выписанный продавщицей чек.
 
Однажды ночью, когда Женя после очередного лежания в больнице, была дома, Рома проснулся оттого, что Женя плакала.
Проснувшись, Рома испуганно спросил,-
-Что такое, что ты плачешь?
- Я не хочу умирать,- сквозь тихое рыдание сказала Женя.
- Не говори глупостей. Мы сделаем всё, чтобы ты выздоровела,- с ожесточением, желанием и уверенностью наперекор всему победить эту болезнь, сказал Рома.
Он обнял её и ласково сказал:-
- Спи. Всё будет хорошо.
Рома всё время думал, что сделать, чтобы хоть на мгновенье отвлечь её от грустных мыслей, доставить ей радость, увидеть, чтобы как раньше радостно заблестели её глаза. У неё была одна пара сапожек, который она носила уже три сезона. « Попробую достать ей самые красивые и модные сапоги»-подумал он. Рома обратился к своей давней знакомой, которая работала в универмаге, рассказал о болезни жены и она сказала:
- Это сложно, но попробую тебе помочь.
Через некоторое время, Рома шёл домой и в руках держал большую коробку с заветными импортными сапогами. Показав сапоги Жене, он не увидел на её лице той радости, которую ожидал. Она повертела сапоги в руках и осторожно поставила их на пол.
-Померь, пожалуйста. Может, они малы или наоборот велики,- сказал Рома.
Она нехотя надела их и они оказались ей впору. Повертев одной ногой, потом второй, улыбнулась, сняла сапоги и сказала:
- Сапоги красивые, но мне их уже не носить.
 
Местные врачи, посоветовавшись, вновь дали направление в одну из столичных больниц. Утром следующего дня, Рома с Женей, на троллейбусе, отправились на вокзал. Выйдя из троллейбуса, Женя вдруг остановилась и сказала:
- Слушай, что-то я не хочу ехать.
- Не хочешь, тогда пойдём домой.
- А может всё-таки поехать, обследоваться, что в этом такого?
- Мне кажется, действительно, обследуешься, и приедешь домой. Это же столица, возможно, они быстрее найдут, как лечить эту болезнь.
Рома посадил Женю на поезд, а сам с тяжёлым сердцем пошёл домой. Прошла неделя, и Рома решил съездить навестить жену. Приехав в больницу, где лежала Женя, он застал её встревоженной. На вопрос Ромы, что случилось, она понуро ответила:
-Переводят в другую больницу.
- Почему?
- Не знаю.
Рома пошёл к заведующему отделением и задал ему аналогичный вопрос, на что он ответил:
- Болезнь вашей жены не наш профиль, поэтому её переводим в другую больницу.
Рома, вместе с Женей и сопровождавшими их двумя медсёстрами, на скорой помощи поехали в другую больницу. Женя чувствовала себя плохо, она лежала на носилках, бледная с осунувшимся лицом. Подъехав к больнице, выкатили инвалидное кресло и посадили в неё Женю. Женя сидела в ней обмякшая со склонённой на бок головой. Только сейчас, Рома до конца понял, как тяжело больна его жена. Сопроводив Женю в палату и немного побыв с ней, он уехал домой. В следующих два выходных дня, оставив детей на попечение престарелой мамы, он поехал опять навестить жену. Он зашёл в палату и увидел её лежавшей сразу справа от входной двери. В палате лежали ещё пять женщин. Рома подошёл к кровати, наклонился и поцеловал Женю, потом взял табуретку и сел.
- Ну, как ты себя чувствуешь? – спросил он.
- Не важно. Здесь плохой уход за больными, лекарства и даже минеральную воду дают больным по блату. Мне сказали, пока ничего не есть, а пить только минеральную воду «Боржоми», но говорят, что в городе её нет. Вчера мне стало немного лучше, так я оделась и решила уехать домой, но в конце коридора почувствовала себя плохо и вынуждена была возвратиться обратно.
- Значит, так. Тебе нужна минеральная вода?
- Конечно.
- Будет тебе «Боржоми».
- Я же тебе сказала, что её нигде нет.
-Такого не может быть. Значит так. Сейчас я пойду и принесу тебе эту воду.
Рома вышел из здания больницы, которая находилась на окраине, взял такси и поехал в центр города. Часа два он ходил, искал эту воду:- заходил в аптеки, где обычно её там продавали, в магазины, в столовые, но всюду ему отвечали, что «Боржоми» нет. Огорчённый и уставший, отчаявшийся, он остановился и стал думать, что делать, чтобы достать эту треклятую воду. Он посмотрел через дорогу и его взгляд остановился на здание, на котором красовалась большая вывеска – ресторан «Припять». Вначале он подумал просто пойти в ресторан и узнать есть ли у них то, что ему нужно. Но сразу отбросил эту мысль, поняв, что если даже у них есть, они ему не дадут. Он весь преобразился, подтянулся, придал себе серьёзный вид и, увидев вблизи себя телефон-автомат, решительно подошёл к нему. Он набрал номер телефонного справочного бюро и спросил ответившей ему телефонистке:
- Здравствуйте, подскажите, пожалуйста, номер телефона директора ресторана «Припять».
Записав номер в свою записную книжку, он сразу позвонил на телефон директора ресторана. В трубке раздался мужской голос.
- Здравствуйте,- поздоровался Рома. С кем я говорю?
- Заместитель директора Власенко Кондрат Афанасьевич.
- Мне нужен директор, Кондрат Афанасьевич.
- Директора сегодня нет, у него выходной.
- Вам звонят из областного комитета партии. Дело в том, что у нашего сотрудника тяжело заболела жена, и ей
прописали пить минеральную воду «Боржоми». Вы можете помочь? – несколько усталым, требовательным голосом проговорил Рома.
- Видите ли, сегодня выходной день и наш склад закрыт. Но неподалёку от нас есть столовая, у них есть эта вода. Я сейчас позвоню туда кладовщице и попрошу, чтобы выдали две бутылки. И он назвал адрес и номер столовой.
- Спасибо - ответил Рома.
Он сразу направился по указанному адресу. Минут через двадцать он нашёл эту столовую. Кладовщица, подобострастно посмотрела на Рому, как же, высокое начальство, и поставила на стол две бутылки «Боржоми». Рома молча, достал из кармана, по тем временам довольно крупную купюру, протянул её кладовщице и голосом, не терпящим возражений, указывая пальцем на ящики с бутылками, сказал:
- Ещё четыре.
Она быстро схватила деньги, не проронив ни слова, поставила на стол ещё четыре бутылки. Рома положил бутылки в сумку, сказал «спасибо» поспешил к Жене. Войдя в палату с полной сумкой бутылок, Рома подошёл к кровати Жени и сказал:
- А ты говорила, что воду не найду. Вот тебе шесть бутылок - и он стал вытаскивать их из сумки и по очереди ставить на пол.
Лежавшие в палате женщины с любопытством и некоторой завистью смотрели то на Рому, то на бутылки. Видно было, что и им нужна была эта вода.
- А как ты смог достать эту воду – спросила Женя.
- Я обошёл много заведений где она обычно продаётся, но действительно оказалось, что в городе нет «Боржоми». И Рома рассказал, каким образом он смог всё-таки достать воду.
- Ну, ты прямо Штирлиц,- широко улыбаясь, сказала Женя. Теперь вот что. Я хочу лечиться дома. Езжай домой и реши, чтобы меня вертолётом перевезли в нашу центральную больницу.
- Хорошо,- несколько озадаченный сложностью проблемы,- сказал Рома.
- Помоги мне дойти до туалета,- сказала Женя.
Выйдя из туалета, Женя протянула ему банку с мочой и сказала,-
- Поставь у дверей палаты, это на анализ.
Рома выполнил это, ужаснувшись, цвету мочи – она была ярко красной. Он глубоко вздохнул и, побыв ещё немного у постели жены, сказал:
-Я пошёл, прощаться не будем, скоро увидимся.
 
17.
 
Выйдя из больницы, в его голове промелькнули лица людей, через которых, он обязательно должен выполнить просьбу Жени. Было воскресенье и сидя в поезде, Рома прикидывал, как он завтра будет решать вопрос переезда Жены. В понедельник, выйдя на работу, Рома почувствовал себя как-то тревожно и решил позвонить в больницу, где лежала Женя. В телефонной трубке прозвучал усталый женский голос, который сообщил, что Жене сделали операцию. «Ей же нельзя делать операцию, у неё же несвертываемость крови»- подумал он. В столицу, поезд отходил в полночь и Рома решил сразу же поехать
проведать жену. Небо только ещё начинало сереть, когда он ступил на платформу столичного вокзала. Торопясь, он вышел на привокзальную площадь, сел в такси и поехал в больницу. За полчаса, которые он провёл в пути, на улице стало светло, только - только поднимающееся солнце радостно осветило землю, но на душе у Ромы было пасмурно и волнительно. Выйдя из такси, он решительно пошёл в сторону больницы, но, дойдя до её невысокого забора, остановился. Он почувствовал как-то не по себе, что-то не давало ему спокойно пойти дальше, неосознанный страх овладел им, подсознательно его что-то тревожило. Постояв некоторое время в нерешительности, с удом пересилив себя, он не твёрдой походной медленно вошёл в здание больницы, поднялся на второй этаж и пошёл по коридору. Навстречу ему шла доктор.
-Извините,- обратился к ней Рома,- моей жене, он назвал фамилию, вчера сделали операцию…
Она не дала ему договорить и сказала
- Да, идёмте,- она подвела его к двери ординаторской и, открыв дверь, сказала,- заходите.
Рома не смело зашёл и остановился посреди комнаты. В ординаторской находилась ещё одна женщина-врач.
- Я пришёл узнать, как себя чувствует моя жена?- сказал, Рома обращаясь, к ней. Без всяких предисловий она, как-то обыденно и спокойно сказала:
-Ваша жена умерла. Хотите пойти посмотреть на неё.
- Нет,- ответил он и тихо, навзрыд заплакал.
Рома вышел на улицу в шоковом состоянии. Всё его существо протестовало против этой смерти, и было пропитано горем невосполнимой потери. « Только вчера я с ней говорил…
У неё были нестерпимые боли, поэтому ей сделали операцию,…чтобы выяснить, что с ней такое…
Молодая Женя …тридцать семь лет… это преступление против природы…умирать в столь молодом возрасте». Первые часы после трагедии он был в каком-то трансе, растерянном состоянии. В горле всё время стоял «комок», а в глазах стояли слёзы…Горе, которое свалилось на него, и о котором пока ещё знал он один, требовало какого-то выхода. Ему вдруг захотелось срочно поделиться, с кем не будь из родных и даже более того, чтобы о произошедшем узнал весь город, вся страна… Его душа кричала, страдала от невыносимой боли, а ум был не в силах это понять и принять. Со слезами на глазах он подошёл к телефону-автомату, достал записную книжку и позвонил
родным Жени, которые жили в этом городе. Когда её дальняя родственница Зина сняла телефонную трубку, Рома поздоровавшись, через душившие его слёзы сказал:
- Женя…умерла…
…Рома сидел в автобусе вместе с дальней родственницей Жени, тётей Зиной, (как её называла Женя) а на полу стоял гроб с телом Жени. Он смотрел на лицо Жени, и ему казалось, что она сейчас проснётся, встанет и этот кошмар закончится. Внешне, он был спокоен, да и внутри им овладело состояние безнадёжности и апатии. Следом за автобусом ехали родственники, и люди пожелавшие проводить Женю в последний путь…
Поцеловав Женю в холодный лоб, с чувством обречённости и покорности, со слезами на глазах, Рома смотрел на скорбные приготовления рабочих к погребению. Вскоре, где зияла чёрная яма и куда опустили гроб с телом Жени, вырос небольшой холмик. После этого все присутствующие на похоронах потянулись к выходу из кладбища. Рома немного задержался, с болью в сердце посмотрел на сиротливый бугорок, мысленно произнёс «прощай Женя», повернулся и медленно побрёл за остальными. Наперекор здравому смыслу, он вдруг почувствовал какое-то облегчение и спокойствие. На пути домой это странное, в данной трагической ситуации, чувство его не покидало. Причину этого Рома не мог понять. Внутренне он ругал себя за неожиданно нахлынувшее на него спокойствие. Организм, наверное, сам защищает себя, от негативных последствий пережитого»,- подумал он».
Дома он увидел своих детей, подошёл к сыну, собираясь сказать о случившейся трагедии в их семье. Гриша сдавленным голосом, с навернувшимися на глаза слезами, сказал:
-Я знаю. Весь наш дом знает, и об этом я узнал на улице от соседей.
- Я пойду с Галочкой в скверик и поговорю с ней,- сказал Рома.
Он взял семилетнюю дочку за руку и повёл её в сквер, который находился рядом с домом. Сев на скамейку, поставил возле себя ребёнка и хотел ей осторожно рассказать о смерти мамы, но она вдруг сильно заплакала и сквозь слёзы произнесла:
- Я знаю, что мама умерла.
… Бал воскресный день. Рома проснулся рано. Всю ночь он спал беспокойно и встал с тяжёлой головой. На душе было тяжело и безысходно, на его глаза навернулись слёзы, а горло сдавила спазма. Ему, было, жалко Женю, малолетних детей, оставшихся без мамы, да и свою судьбу так жестоко наказавшего его. Но в его характере была черта не сдаваться в самых трудных жизненных ситуациях. Стиснув зубы, он в раздумье остановился посреди кухни, и как бы принимая вызов и как-бы грозя кому-то неведомому, тихо и жестко произнёс «всё будет, так как было раньше. В школу дети будут ходить чистыми и опрятными, как всегда будут сытыми и обласканными, одетыми и обутыми, а в доме будет чистота и порядок». Это прозвучало как клятва, данная ушедшей Жене, детям, себе.
Смерть Жени потрясла Рому. На и так пошатнувшее здоровье, эта трагедия почти вывела его из строя, - он получил сильное нервное потрясение. Стало болеть сердце, временами ему становилось плохо, и он судорожно начинал принимать лекарство. Он почти ничего не ел, плохо спал, очень сильно похудел, всегда находился в плохом расположении духа. Три месяца он не работал, с большим трудом выполнял домашнюю работу и очень трогательно ухаживал за детьми. По истечении этого времени он заставил себя пойти на работу и постепенно его душевное состояние несколько улучшилось. «Нужно постоянно быть чем-то занятым и меньше думать о плохом» - решил он
Он пошёл, в ванную комнату, загрузил стиральную машину вещами для стирки и включил её. Потом пошёл на кухню и стал готовить завтрак и обед. Пока готовилась еда, он достал из шкафа стиранную школьную одежду детей и стал её тщательно утюжить. Когда дети проснулись, он дал им завтрак, после чего они вместе стали убираться в квартире. Все с грустными лицами молчали, чувствовалась какая-то тягостная пустота и огромный груз потери, довлевший над душами детей и отца. Справившись с домашними делами Рома, посадил детей делать уроки, а сам начал на лоджии развешивать постиранное бельё. Не проходило минутки, чтобы он не вспоминал Женю. Всё плохое, что происходило, когда они жили вместе, позабылось, а в сердце была боль и непреходящая обида на её злосчастную судьбу. Рома мучительно думал, как сообщить маме Жени, о постигшем горе. Ведь Женя была для неё смыслом жизни. Как известно, дочь ближе к матери. Тамара Васильевна с Женей жили одни. Всю свою материнскую любовь и заботу она отдавала Жене. Между ними возникла та невидимая нить, которая поддерживала их обоих. Казалось ни что на свете не в силах порвать эту нить. После того как Женя с семьёй уехала жить в другой город, первое время Тамара Васильевна очень переживала. Ежемесячно присылаемые ей деньги не только поддерживало её материально, но и морально она чувствовала себя вполне удовлетворённой заботой дочери. Мысль о том, что её дочь в жизни определилась, успокаивало её и помогало переносить жизнь в одиночестве. Тем более, она могла в любое время приехать навестить дочь и внуков. Два года подряд, в летнее время, когда Женя лежала в больнице, она приезжала, несколько дней посещала её, а потом Рома снимал квартиру в деревне, на берегу реки, на месяц, для неё и детей и они там отдыхали и освобождали Рому от семейных забот. Но неизвестно откуда взявшаяся болезнь и смерть Жени беспощадно разорвало эту нить. Давняя дружба с Натальей Васильевной, или как они называли друг друга, Наташей и Тамарой скрашивала жизнь последней. Боясь, чтобы, получив такое сообщение, с Тамарой Васильевной не случилась несчастье, поэтому решил написать о случившейся трагедии не прямо Тамаре Васильевне, а Наталье Васильевне, надеясь, что, получив это известие в присутствии друзей, ей будет более безопасно, чем, если бы оно получила его самостоятельно. Рома понимал, какую очень трудную задачу он, не спрашивая согласия, возложил на плечи Натальи Васильевны, но другого выхода он не видел. Ему было тяжело представить, как отреагирует старая, больная мать на безвременную смерть своего ребёнка.
На дворе стоял конец ноября. Снег ещё не выпал, но мороз уже успел покрыть тонкой коркой прибрежную воду реки. Не сильный морозный ветер, разукрашивал щёки и нос прохожих в розовые цвета. Дети, катавшиеся на зеркальных поверхностях замёрзших болотцах, с удовольствием скользили по ним. Одинокие листочки, на не полностью оголённых деревьях, всеми силами держась за ветки, грустно трепетали на ветру, как бы боясь оторваться от них и навсегда упасть на промёрзшую землю. Низко висевшее на небосклоне солнце, тускло светило, ни капельки не прогревая соскучившуюся по теплу землю. Зябко поёживаясь, Рома вышел из дома и
направился в фотографию. Дело в том, что могила Жени оставалась безымянной, поэтому необходимо было срочно сделать её большой портрет, с тем, чтобы поставить его на могиле. Через несколько дней, портрет был готов и,
взяв его, Рома поехал на кладбище. Хотя со времени похорон прошло совсем немного времени, холмик могилы просел и почти сравнялся с поверхностью земли. Рома присел у могилы и стал голыми руками сгребать землю с тем, чтобы сформировать могильный холм. Замёрзшая земля плохо подавалась его стараниям. Но он упорно продолжал это делать, до тех пор, пока окончательно замёрзшие руки переставали его слушать, а слёзы, то ли от мороза, то ли от переполнявших его скорбных чувств,не застили ему глаза. Тогда он на минуту прятал руки в карманы куртки, и немного погрев их там, продолжал сгребать землю. Покончив с этим, он осторожно поставил портрет на холмик, отошёл, на несколько шагов назад, и, посмотрев на живые, чуть улыбающиеся глаза Жени, с тяжёлым сердцем ушёл оттуда.
…Прошёл год. Первый год без Жени. Это очень трудное время в психологическом смысле. Кроме всего, работать и справляться одному со всеми домашними делами, было далеко не лёгким делом. Но Рома с упорством, не смотря, на то, что чувствовал он себя последнее время не очень хорошо, делал всё, что необходимо. До своей работы он будил детей, кормил их завтраком, следил, чтобы дети одевались опрятно, расчёсывал и заплетал в косу, длинные волосы Галочки, и спеша, двумя автобусами, добирался до работы. После работы он спешил в магазин за покупками и
придя домой готовил ужин и обед на завтра. Поужинав, проверив школьные дневники у детей, он внимательно проверял их знание материала, который был задан преподавателями. После того как дети укладывались спать, Рома, садился на кухне и глядя на светло-голубые огни
газовых горелок плиты, прислушиваясь к бульканью готовящегося супа, грустно думал о своей жизни, на душе становилось горестно и безысходно. В квартире всё напоминало о Жене. И это очень сильно расстраивало его, внося и так не радостную жизнь, ежесекундное напоминание о потере. Когда Женя была жива, они спали на двух отдельных кроватях приставленных вплотную друг к другу. Каждый раз, ложась спать, Рома испытывал шок, глядя на пустую, кровать Жени. На него наваливалось чувство похожее на страх. Его нервы сильно пошатнулись, хотя внешне он был спокоен. В один из выходных дней он переселил детей в свою спальню, а сам поставил свою кровать в их комнату. Кровать Жени он разобрал и поставил в такое место, где бы он, не мог, часто её видеть. Но, конечно, это не помогало, а только говорило о том, что он не мог её забыть и смириться с невосполнимой потерей. Несмотря на загруженность работой, домашними делами и заботой о детях, он остро чувствовал гнетущую безысходность и своё одиночество. Особенно это чувствовалось в предпраздничные и праздничные дни. Атмосфера праздника, царившая повсюду: на улице, в магазинах, на работе, в разговорах людей, слышанный повсюду смех, радостный блеск в глазах людей, не раздражали Рому. Наоборот, ему очень хотелось влиться в эту предпраздничную суету и вместе с другими людьми прочувствовать это. Но его внутреннее состояние было отгорожено глухой стеной от каких-либо радостей. На новый год, для детей, дома он ставил ёлку. Вместе с ними он украшал её, но какая-то пустота внутри, щемящая тоска охватывала всё его существо,
не давала ему всей душой, до конца, ощутить приближение того белоснежного, морозного волшебства, искренне поверить, что с наступлением нового времени придёт более счастливая пора. Он загадывал и горячо желал своей маленькой семье всего самого хорошего, чтобы были счастливы дети, и судьба была к ним благосклонней.…Чтобы чем – то себя занять долгими вечерами и отвлечься от грустных мыслей, Рома затеял ремонт квартиры. Начал он его с кухни. Приобрёл светло-голубую кафельную плитку и когда дети укладывались спать, начинал крепить её к стенке. Он делал это с таким желанием, все его мысли были заняты этой работой так, что, казалось, более важных дел для него не существует.
Это работа временно отвлекало его от грустных мыслей, и приносила ему облегчение и удовлетворение.
 
… «Памятник. Да. Я должен во - время, ровно через год, поставить Жене памятник » - всё время думал Рома. С большим трудом, через знакомых, ему удалось решить, чтобы он был выполнен из чёрного мрамора. Почти каждый день он приезжал в мастерскую, говорил с рабочими и всячески задабривал их, с тем, чтобы он был готов к сроку. Он обсуждал с ними, что и как должно быть на нём изображено и написано. В назначенный день, он взял на работе грузовую машину и привёз памятник на могилу Жени. Рабочие, довольно быстро его установили по периметру, оградили могилу цепями, изготовленными в производственной мастерской, где работал Рома. Отныне на могиле Жени стоял двухметровая, прямоугольная стела. На ней был высечен портрет Жени. Ниже написана фамилия, имя, отчество, год рождения – смерти. И слова придуманные Ромой: -
«Печаль и скорбь,
Любовь и благодарность –
Тебе, безвременно ушедшей навсегда».
И ниже, поникшая роза.
Когда все ушли, Рома несколько минут постоял перед могилой, потом подумал:- «Вот и всё. Всё, что я смог для тебя сделать. Пусть земля тебе будет пухом». Он рукой вытер набежавшие слёзы и медленно побрёл к выходу из кладбища.
 
На улице была ясная, солнечная погода, как обычно бывает в середине сентября, когда наступает «бабье лето».
Рома шёл с магазина, где купил продукты. Было утро субботы, впереди было целых два дня выходных. На душе было тяжело, тягостно, а ум жаждал отвлечься от горестных мыслей. Он посмотрел на голубое небо, где шумно летали со щебетом стрижи и улыбнулся. Идя по тротуару, он обратил внимание на газоны, которые раскинулись перед домами. Вперемежку с травой там росли разного вида цветы. Кое-какие уже давно отцвели и на них были видны потемневшие, месяце образные семена, собранные в своеобразный кулачек. Другие цветы, словно желая сказать, что они до срока не собираются умирать, ради того, чтобы дать жизнь другим, расцвели, сияя всеми цветами радуги, и от них исходил душистый аромат, от которого у Ромы возникли радостные ощущения. Он присел на корточки и стал любоваться несколькими разноцветными бабочками, которые садились на цветы, поочерёдно складывая, то расправляя свои веера – крылышки. Потом он посмотрел на, ползущую по бархатному лепестку цветка, «божью коровку», которая пытаясь взлететь, несколько раз расправляла прозрачные крылья, из под красного с чёрными точками твёрдого покрытия, наконец, ей это удалось, и она мгновенно скрылась. Рома встал и увидел стрекозу, резко выписывающую в воздухе зигзаги, которая мгновенно села на чёрно-жёлтый круг одинокого подсолнуха и, опустив крылышки, замерла. Он отвёл от неё взгляд и медленно пошёл домой. Его отвлекло жужжание мухи, явно попавшей в чей-то «капкан». Он остановился возле куста и увидел на нём довольно большую сетку паутины, в середине которой запуталась муха и медленно приближающегося к ней чёрного паука. Муха, жужжа на все лады, всеми силами пыталась вырваться с неожиданного плена, но чем больше она трепетала, тем сильнее нити паутины опутывали её. Рома несколько секунд смотрел на бесполезные усилия мухи освободиться и на медленное продвижение вперёд паука к своей жертве. Ему, вдруг, стало жалко муху, борющуюся за свою жизнь. Он взял муху в руку и освободил её от паутины. Некоторое время, не веря в своё освобождение, муха сидела на его ладони, медленно перебирая лапками и слегка махая крыльями. Потом тихо жужжа, улетела. Паук на некоторое время остановился и видя, что его добыча пропала, стремглав бросился обратно. Рома удовлетворённо усмехнулся, и глубоко вздохнув, бодро зашагал домой. « В жизни редко бывает когда, человек попадает в беду и к нему другие люди спешат на выручку. Скорее, как паук, спешат сожрать несчастного. Хотя, конечно, как говорят, мир не без добрых людей» - подумал Рома.
Придя домой, он загрузил в стиральную машину использованное бельё, и пока оно стиралось, занялся уборкой в квартире. Когда оно постиралось, он вывесил на балкон сушиться, а сам сел в зале на диван и включил телевизор. Глядя отсутствующим взглядом на экран, он незаметно задремал. Сколько прошло, времени он не знал, но когда открыл глаза, увидел, что в комнате потемнело. Он быстро встал и посмотрел в окно, - небо было затянуто чёрными тучами, ветер трепетал повешенное на балконе бельё, а ливень был такой силы, что вокруг ничего не было видно. Рома вышел на балкон и стал быстро снимать бельё. По небу полоснула огромная молния, которая на мгновение осветила всё вокруг, вслед за этим прогрохотал гром, от которого задребезжали оконные стёкла. Рома быстро вскочил в квартиру, за несколько секунд он весь промок. Испуганные дети, которые были в соседней комнате, прибежали к отцу и прижались к нему.
Дни шли за днями, и Рома методично выполнял все домашние хозяйственные обязанности. Вставал за несколько часов до начала своей работы, готовил завтрак, гладил детям школьную форму, будил детей, подавал им завтрак, давал им напутствие и уходил на работу. После того, когда они возвращались из школы, Рома звонил им с работы и говорил какой у них дальше распорядок дня.
- Ну, зайцы, показывайте дневники и рассказывайте, как прошёл день,- приходя с работы, каждый раз, говорил Рома, внимательно рассматривая дневники и слушая детей.
Однажды, заболел Гриша,- сильно простудился. Кроме прописанных врачом лекарств, Рома купил ему мёд, фрукты, в том числе больших, сладких и сочных груш.
Через несколько дней, после того как он почувствовал себя лучше, придя с магазина домой Рома застал его сидящим на диване и весело распевающим песенку из популярной сказки:
- Рома кормит, Рома поит. Ловко я провёл его. А меня не беспокоит, ровным счётом ничего, - кушая грушу, смеясь, закончил он.
- Ты хочешь сказать, что ты, как заяц, который обманывал медведя, обманул меня? Нет, дружок, у тебя, всё-таки, была температура.
-Просто ты, как медведь зайцу, тоже принёс мне мёд и груши, вот я и представил себя зайцем, а тебя медведем.
- Ладно, заяц, поправляйся. Хватит давить диван, пора идти в школу, а то ты уже много дней пропустил и отстал в учёбе.
- Ничего, догоню.
- Догоню,- с иронией повторил Рома. Ты когда ходишь в школу каждый день не очень блещешь успехами, а тут...
Но я в тебя верю, сынок, ты не должен меня подводить. Хорошо?
-Да, папа.
- Бери пример с сестры. Она старается учиться и у неё с учёбой всё хорошо, - добавил Рома.
 
… Работа Ромы находилась на краю город, а и добираться ему необходимо было тремя автобусами. Поэтому, чтобы не опаздывать ему приходилось уходить из дома за несколько часов до начала работы. Это вносило большие неудобства. Справляясь с домашними делам, и ему приходилось ложиться спать поздно, а вставать рано. Кроме того он не мог уделять детям столько внимания, сколько-бы ему хотелось. Поэтому он стал подумывать о смене работы. Как-то в городе он встретил хорошего знакомого, который работал начальником в коммунальном хозяйстве. Ему было известно горе, которое произошло в семье Ромы. Рома поделился с ним своими проблемами и тот предложил ему должность управляющего домами, т.е. домоуправа. Ему не очень хотелось работать домоуправом, но семейные обстоятельства вынуждали его идти на этот шаг, тем более контора будущей работы находилась не далеко от дома, что позволяло ему в течении дня приходить домой и следить, чтобы дети вовремя покушали, делали уроки... и Рома дал согласие. Перефразируя героя известного романа можно сказать - « на инженерной должности работать мне не судьба, придётся переквалифицироваться в домоуправы». Но если Остап Бендер только высказался за такое пожелание, то Роме пришлось на самом деле работать домоуправом. После утверждения Рома зашёл в свой кабинет. Кабинет был довольно большой, его стены были выкрашены в сероватый цвет. За единственным окном, которое выходило на оживлённую улицу, плотной стеной стояли вековые деревья, которые затеняли солнечный свет, отчего в кабинете было мрачно и неуютно. В углу стоял старый, массивный сейф. Рома сел за стол и увидел на противоположной стене портрет руководителя страны, который смотрел на него высокомерно – вопросительно. « Повесили портрет, чтобы быть под его неусыпным оком и чтобы придать значимость должности домоуправа»,- с улыбкой подумал он. Коллектив домоуправления оказался довольно разнородный. Если главный инженер и мастера – руководители бригад были обыкновенные, нормальные люди, то их подчинённые, уборщицы и дворники, по крайней мере, большинство из них, имели богатое прошлое: судимость, женщины лишённые материнства, алкоголики. Надо сказать, что среди этой братии были люди, пошедшие на эту работу только для того, чтобы получить квартиру. Существовал порядок, дворники, после пяти лет работы, получали ведомственную квартиру. Домоуправа, который работал до Романа, эти, мягко говоря, специфические работники, посылали куда подальше, если их не устраивало задание, которое он им давал. Роман знал об этом и понимал, что вообще с людьми, а в особенности с такими, необходимо обращаться как с равными. Чтобы каждый из них почувствовал, что их уважают также как и других. В первые, дни своей работы в должности, Рома поговорил с каждым работником в отдельности, с тем, чтобы учитывать индивидуальные особенности характера, образ жизни и круг интересов, если таковые были. После этого он имел представление с какими людьми ему предстояло работать, что у него не вызвало большого энтузиазма, но, как говорят, взялся за гуж... Так вот. Представьте себе утро, начало рабочего дня. За своими письменными столами мастера бригад. На стульях, расставленных вдоль стен, сидят дворники и уборщицы. Вот сидит с синюшным, опухшим, после пьянки лицом, со шрамом от правого уха до носа, в грязной, помятой одежде, на левой руке нет двух пальцев, дважды судимый за хулиганство дворник Владимир. Рядом с ним находится дворник Анюта, лишённая материнства женщина, от частого употребления алкоголя её лицо стало бурым. Она ни одной минуты не может молчать, слова изобилуют блатным жаргоном, говорит скороговоркой, за что острый на язык дворник Олег, под общий смех всей этой братии сказал:
- Слушай. Ничего не понятно, что ты говоришь. Научись говорить медленнее. У тебя, что? Понос речи?
На что она мгновенно среагировала сказав:
- Знаешь, козёл, есть такое выражение, « у каждого свой вкус, сказал, кот облизывая, у себя под хвостом». Ты понял, о чём я говорю.
Она намекала Олегу на его любовь к мужскому полу. Олег открыл рот, чтобы что-то ей ответить, но не нашёл нужных слов и замолчал. Сидящая против Олега, с большим синяком под глазом, уборщица Настя, или как её все называли, Настуля, обращаясь к нему, сказала:
- Правильно делаешь Олежка, от баб одни сопливые и кричащие создания получаются, а с мужиком и выпить можно, и всё остальное без истерик.
-Ты помолчи,- недовольно сказал Олег. Вон фингал у тебя под глазом, кто поставил баба или мужик? То-то.
-А это он от любви,- криво улыбаясь, ответила Настуля.
- Большая, смотрю я, у него любовь к тебе – всё время ходишь с побитым лицом.
- А тебе некого и ударить,- жены-то нету. А мужик и сам тебе кости намнёт.
-Ладно, уж. Молчи, - примирительно сказал Олег.
С исцарапанным лицом, всё время молчавшая Варвара, увидев, как с кабинета выходит Рома строго сказала:
- Хватит, трепаться. Вон новый начальник идёт, он вам хвосты- то накрутит.
- Кто это кому-то хочет хвосты накрутить?- спросил Рома, входя в комнату.
- Да, Варвара. Она никак не может забыть, как сама крутила хвосты в колхозе, когда работала дояркой,- сказала быстрая на язык Анюта.
Все засмеялись.
-Здравствуйте,- поздоровался со всеми Рома.
Он подошёл к изрядно потрёпанному Владимиру, пожал его потрескавшуюся, шершавую руку и спросил:
- Как дела, Владимир Валерьевич?
- Нормально,- сказал он растерявшись, услышав, что новый начальник называет его по имени отчеству.
Его лицо разгладилось, стало серьёзным, он обвёл присутствующих горделивым взглядом, глубоко вздохнул и сказал:
- Вот, Роман Григорьевич, пришёл на работу...
Улыбаясь все с интересом смотрели на Владимира, а Анюта с иронией, и с некоторой издёвкой, сказала:
- Вот так, Владимир Валерьевич, ты уже дожил до того что тебя зовут по имени отчеству.
Раздался громкий смех.
-А что это вас удивляет? Каждый человек заслуживает уважения, в не зависимости от того кем он работает. Важно, что уважение к своей персоне, со стороны других людей, нужно стараться оправдать. Правильно, Олег Иванович? – обратился Рома к Олегу, подавая ему руку.
-Да, что уж там говорить,- привстав со своего места, расплывшись в улыбке, гордо произнёс он. Надо сначала себя уважать, тогда и тебя будут уважать. Правильно я говорю? Нет правильно?
- Смотри ты, оказывается, иногда говоришь умные вещи. А как это ты до этого додумался?- спросила у Олега неугомонная Анюта.
Олег с негодованием посмотрел на неё и ничего не ответил.
- Вам, дорогие женщины я не подаю руки потому, что, вы наверное знаете, первой мужчине протягивает руку женщина, если она того желает,- сказал Рома.
- А мы не в обиде,- хором ответили они. Нам главное, чтобы нас любили, не обижали,- добавила всё время молчавшая Оля.
- Это во многом зависит от вас. Не опускайтесь до грубостей, будьте гордыми, но и ласковыми со своим мужчиной. Не экономьте на добрые слова, чаще хвалите его, проявляйте заботу о нём. Знаю, что большинство мужчин это оценят и вам воздастся. Но и мужчина должен держаться достойно: - быть честным, справедливым, порядочным, великодушным... Уважать женщину, с которой он живёт. Ну, ладно. Хватит лирики, пора поговорить о работе.
За домоуправлением, домоуправом которого стал Рома, было закреплено довольно большое количество домов центра города. По составу подчинённых Роме людей он думал, что его главной задачей является уборка прилегающих к домам территорий и подъездов. Он предполагал, как и любой здравомыслящий человек, что любой руководитель отвечает за тот участок работы, на котором у него есть определённое количество людей, той или иной специальности, необходимое оборудование и транспорт. Поэтому имея в распоряжении только дворников и уборщиц, Рома добросовестно взялся за наведением чистоты и порядка на вверенной ему территории. Но сразу столкнулся с проблемой. Во всех дворах стояли контейнера, в которые жильцы сбрасывали мусор. Мастера бригад доложили Роме, что мусорные ящики переполнены и необходимо их срочно, очистить, а для этого нужен транспорт, - грузовая машина, или трактор с прицепом. Они уже несколько дней подряд дают обслуживающей транспортной организации заявку на выделение какой-нибудь техники, но те отвечают, что пока нет такой возможности. Рома сразу позвонил директору этой автобазы, объяснил положение дел, но тот ответил, что пока транспорта не будет. Тогда он встретился со своим вышестоящим начальником Асончиком, а тот ответил:
- Вам, что? Нужны посредники. Вы отвечаете за положением дел в домоуправлении, вот и решайте сами.
- Как решать? Директор автобазы мне не подчиняется. Пусть на постоянной основе закрепят за нами, одно транспортное средство и тогда не будут возникать подобные проблемы. Я просил директора автобазы об этом, но он сказал, что это решать не в его силах.
- Ладно, попытаюсь поставить этот вопрос перед своим начальником, а там посмотрим,- ответил он.
- А что мне пока делать?
- Придумай, что-нибудь, это же твой участок работы.
-А что можно придумать без транспорта?
Рома хотел добавить, что это и его участок работы, так как такое же положение и в других домоуправлениях, но махнул рукой и пошёл к себе. Назавтра, во второй половине дня, в кабинет Ромы зашла целая делегация во главе с заместителем начальника коммунального отдела города Дергуном, среди которых был Асончик.
-Ну. Как работается,- для проформы спросил Дергун.
И не дав открыть рот Роме, с подленькой усмешкой, добавил:
- Пойдём по территории, посмотрим...
- А что смотреть? Дайте транспорт...
- Вот у нас привычка, всё дайте, дайте... А чтобы самому проявить инициативу, изыскать внутренние, так сказать, резервы, организовать работу для этого ума не хватает,- перебил он Рому.
-С этим я согласен, но это относится не к домоуправам, а...
- Вот у нас привычка, всё сваливать на других, а чтобы самому...
-И с этим я согласен,- раздражённо перебил Рома Дергуна. Каждый должен выполнять круг своих обязанностей, а не сваливать свои упущения на других.
Дергун строго посмотрел на Рому и двинулся к двери кабинета, а за ним пошли остальные.
- Что это такое?- спросил Дергун, показывая на кучу мусора, лежавшего вокруг переполненного мусорного контейнера.
- Это мусор, который уже несколько дней не вывозится,- ответил Рома.
- Я вижу, что мусор. Почему вы не организовали его вывозку?
- Организовать вывозку не сложно,- был-бы транспорт.
- Как это, был бы транспорт? А где ваш транспорт?
- Мой транспорт на подчинённой вам автобазе. А автобаза ничего не даёт.
- Позвони мне,- обратился он к Асончику,- и напомни. Как это его транспорт на автобазе?
- У него нет никакого транспорта,- сказал Асончик.
Весь транспорт находится в распоряжении директора автобазы. А она должна выделять по их заявкам машину или трактор с прицепом.
- Так вы, что? Не удосужились дать даже заявку?- спросил он у Романа.
- В течении недели мы даём заявки, но они их не выполняют.
- Слушай,- обратился он опять к Асончику. Позвони
м не по этому вопросу и напомни. Они, понимаешь, дают заявку, а они, понимаешь, не выполняют. Напомни мне. Дальше мы не пойдём, картина в целом, известна, - всюду всё замусорено.
- «В голове у тебя не мозги, а мусор »,- подумал Рома.
На следующий день в домоуправление пришла представительница санитарно-эпидемиологического надзора. Обойдя, вместе с Ромой, часть территории она, не вдаваясь в причины, выписала ему штраф за антисанитарное состояние территории. А через несколько дней пришёл приказ, за подписью Дергуна, о вынесении Роме выговора за несвоевременный вывоз мусора с территорий домоуправления.
Три раза в неделю Рома занимался приёмом граждан. Как оказалось, это был приём не для решения вопросов, а приём нервно психологических процедур на себя, так как ни один вопрос с которым обращались люди к нему, он самостоятельно решить не мог, а должен был, то через мастеров участков, то сам, обращаться с нижайшей просьбой в другую организацию выполнить ту или иную заявку поступившую от жильцов. Например, на приём заходит мужчина. После приветствий он обращается с таким вопросом:
- Я живу на пятом, последнем, этаже. Как только проходит дождь мою квартиру заливает. От этого во многих местах штукатурка, обои отстали от стены, потолок весь в жёлтых пятнах. Отремонтируйте, пожалуйста, крышу.
Рома на минуту задумывается, а потом говорит:
- Понимаете, дело в том, что в моём распоряжении нет работников строительных специальностей. Есть строительная организация, которая выполняет такие работы по нашим заявкам. Поэтому, мы немедленно передадим им вашу заявку. Когда они её выполнят, я не знаю.
- Пускай не завтра, через несколько дней, через неделю, но пускай отремонтируют. По прогнозу пока дождей не будет.
Проходит две, а то и три недели и этот жилец, возмущённый до глубины души, вновь приходит на приём и говорит:
- Почему прошло столько времени, а ремонт крыши до сих пор не выполнен? Несколько дней тому назад прошли проливные дожди, и залило не только мою квартиру, но и квартиру соседа который живёт под моей квартирой. Вы обещали отремонтировать крышу максимально через неделю, а прошло уже три, и всё осталось
по- прежнему.
- Мы сразу передали им вашу заявку и попросили ускорить выполнение...
- Что вы всё повторяете одно и то же. Я не могу понять, сидит кой, какой начальник, а решить самостоятельно ничего не может. Какой дурак додумался создать такую систему, при которой нельзя нормально решать бытовые проблемы людей? Кому нужна эта многоступенчатость? Принимает заявку от жильцов - одна организация, а выполнять должна другая. Безобразие.
- Я вас прекрасно понимаю, но единственно, что могу это повторить заявку.
- Ну так повторяйте. Что там сидят за безответственные люди?
- Татьяна Ивановна,- это начальник строительного участка,- сказал Рома, обращаясь к посетителю. Почему не выполнена заявка по ремонту крыши,- он назвал адрес. Битума не была?
Так надо было сказать конкретно, когда будет ремонт, а то получается неудобно перед людьми.
Послушав её оправдательную тираду, Рома в нетерпении спросил:
-Так, что мне сказать жильцу, когда будет выполнен ремонт? Примерно через неделю?
А точнее нельзя? Ну вот, вы слышали,- обращаясь к заявителю, сказал Рома.
- Ну, дай-то бог. Вижу, вы не плохой, образованный, культурный человек. Позвольте я задам не совсем корректный вопрос,- почему вы согласились пойти работать на такую, мягко говоря, работу? Согласились быть козлом отпущения?
-Отвечу вам коротко,- сложные семейные обстоятельства.
Заходит следующий посетитель.
- У меня проблема с сантехникой – в соединении водопроводного стояка в ванной комнате большая течь. Я обмотал это место чем только смог, но это мало помогает. Вечером прихожу с работы, а вода с ванной растеклась в коридор и в ближайшую комнату. Для устранения течи необходима сварка.
Рома опять задумался. В душе он посочувствовал человеку, но бессильный, что-нибудь сделать, неожиданно для себя, опять, как и предыдущему посетителю, ответил:
- Дело в том, что в моём распоряжении нет сантехников. Здесь недалеко есть такая организация, которая занимается сантехническими работами. Поэтому мы немедленно передадим им вашу заявку и попросим, чтобы они её срочно выполнили.
- Нужно чтобы завтра они устранили течь воды.
- Одну минуту,- сказал Рома. Я сейчас при вас сам передам им вашу заявку.
Рома набрал номер телефона:
- Савелий Петрович,- сказал он. Есть срочная заявка. Большая течь в водопроводной трубе – лопнул сварочный шов. Пошли ребят завтра до обеда устранить течь. Ты говоришь, чтоб завтра до обеда были дома. Вы можете обеспечить, чтобы кто-то завтра был дома,- спросил Рома у посетителя. Да завтра они будут ждать. Спасибо. Ну, вот. Завтра к вам приедут и устранят течь.
- Спасибо,- ответил посетитель.
На следующий день он врывается в кабинет Ромы, его лицо красное от негодования и с порога кричит:
- Вы знаете, что я специально отпросился с работы, прождал целый день дома, но никто ко мне не пришёл? Кто мне заплатит за ремонт квартиры, растраченные нервы и потерянный рабочий день? Позанимали кабинеты, чтобы водить людей за нос. Да? И вообще, чем вы здесь занимаетесь, если ничего не можете решить?
-Я полностью разделяю ваше возмущение,- сказал Рома. При вас я звонил и вы слышали, что обещали устранить течь вчера. Я, за них, извиняюсь перед вами. Сейчас я позвоню, и узнаем, почему не выполнена вовремя заявка.
-Что мне ваши извинения. Мне нужно, чтобы каждый чётко выполнял свои обязанности.
- Вы очень правильно говорите. Но система построена, как бы это сказать, без- системна. Отсюда и неразбериха.
- Савелий Петрович, так почему - же не выполнена заявка, Рома назвал адрес. Ты же обещал, что всё будет нормально. Человек отпросился с работы, целый день прождал. Кроме того, квартиру заливает. Говоришь, не получилось. Но от этого человеку не легче. Говоришь завтра утром обязательно. Это точно? Пожалуйста, не подводи меня и жильца. Ну вот, пообещал завтра утром. Так что ждите.
Назавтра, в конце рабочего дня, приходит тот же человек и тихим, усталым голосом говорит:
- Был вчера слесарь.
- Ну, слава богу,- сказал Рома.
- Богу пускай будет слава, но слесарь пришёл один, поставил хомут на соединение трубы, а вода продолжает сильно течь. Я не знаю, что делать и как с вами разговаривать?
- Савелий Петрович. Я же тебе объяснял, что на этом адресе лопнула труба в сварочном шве,- сказал Рома, крепко держа телефонную трубку у уха,- а ты послал слесаря поставить хомут. А там всё равно течёт. Говоришь завтра, до двух часов, обязательно пошлёшь сварку. Это точно? Ладно, хорошо.
- Ждите завтра.
- Я опять отпрошусь с работы. До двух буду ждать,- сказал посетитель, медленно поднялся со стула и обречённо пошел к дверям.
Заканчивался хлопотливый рабочий день. Рома задумчиво посмотрел в окно, где с шумом проносились машины и суетливо спешили люди. Он тяжело поднялся со стула и направился к дверям. В тиши кабинета, как показалось Роме, особенно резко зазвонил телефон. Рома подошёл к столу и взял телефонную трубку.
- Я до двух часов дня прождал рабочих, а они так и не пришли. Чем вы там занимаетесь? Я буду жаловаться.
И звонивший человек бросил трубку. Рома догадался о ком идёт речь и набрал номер телефона начальника сантехнического участка.
- Кто это?- раздражённо спросил он. Савелий Петрович? Слушай, что происходит? Человек прождал дома до двух часов дня, а ваших работников опять не было.
- Они немного задержались на другом объекте и приехали на адрес позже. Неужели жилец не мог ещё немного подождать?
- Я же тебя предупредил, что он будет дома до обеда.
-Так получилось. Давай я запишу его на завтра до обеда.
- Он мне позвонил, сказал, что будет жаловаться, и бросил трубку. Так, что теперь жди. Эту заявку, наверное, даст тебе твой вышестоящий начальник.
- Обожди. У меня звонит другой телефон,- ответил Савелий Петрович.
- Действительно, мне сейчас позвонил мой начальник управления и приказал сразу с утра устранить течь трубы в квартире этого жильца,- через несколько минут сказал он Роме.
- Он тебя сильно похвалил? – с иронией спросил Рома
- Сказал, что приказом объявит выговор.
...Нервно-возбуждённый и уставший Рома сидел в кабинете, разбирал бумаги, пришедшие из вышестоящей организации. Он только, что пришёл из обхода своей территории, и увиденное произвело на его тяжёлое впечатление. Всюду возвышались горы мусора, а транспорта как не было, так и нет. Все его обращения пока ни к чему не привели. Читая очередной документ, он на минуту оторвал взгляд от него и задумался. Потом решительно взял телефонную трубку и набрал номер начальника коммунального управления города.
- Олег Николаевич? Это звонит вам Роман Григорьевич из домоуправления. Извините за беспокойство. Дело в том, что на протяжении примерно десяти дней не вывозится мусор. Контейнеры переполнены, а автобаза под разными предлогами транспорт не выделяет. Пожалуйста, помогите.
- А вы обращались, к своему непосредственному начальнику, Асончику?
- Обращался, но и он не смог решить этот вопрос.
- Как это он не смог решить вопрос? Непонятно. Хорошо, я разберусь.
Через несколько дней, без предупреждения, к конторе домоуправления подъехали два самосвала и трактор с прицепом. Вначале Рома обрадовался, но потом понял, что с количеством людей находящихся в его распоряжении, включая уборщиц, он не сможет обеспечить его нормальную загрузку. Пришлось просить мастеров участков принять участие в погрузке мусора. Отправив транспорт и людей, Рома быстрым шагом пошёл к домам, где особенно было много мусора. Подойдя к месту погрузки, он увидел, что работа уже началась. От развороченной, возле контейнера, горы мусора шёл пар и удушливый запах, а многочисленные потревоженные крысы разбегались в разные стороны. « Не плохо бы разогнать всех этих горе руководителей и чтобы они разбегались так же как эти крысы», - подумал Рома и тяжело вздохнул, поняв несбыточность своих мыслей.
...Следующим пришёл посетитель с заполненной справкой в руке, о составе своей семьи. Справку заполнила работница домоуправления, которая занимается картотекой учёта всех жильцов. Рома прочитал её, подписал, поставил печать. Пришёл человек с вопросом о прописке в свою квартиру дальнего родственника. Рома скрупулёзно смотрит, сколько квадратных метров в этой квартире, подсчитывает, хватает ли их, согласно санитарных норм, этих метров для нового жильца. Если всё нормально, подписывает и ставит печать. После этого, человек идёт в паспортный стол отделения милиции, там также проверяют правильность выданной домоуправлением справки.
«Вот - система,- подумал он. Сидишь как робот, подписываешь то, о чём не имеешь ни малейшего представления. Правильно в справке написан состав семьи или нет, а отвечать будешь ты. Неужели нельзя сделать так, чтобы кто заполняет справку тот и подписывает? Или зачем домоуправ вообще должен заниматься вопросами прописки - выписки, если для этого есть специальный отдел милиции, который непосредственно решает эти вопросы. Но по строительным работам и сантехнике больше идиотизма, чем со справками. Если не подчинённые мне сантехники и строительные ремонтники
вовремя не выполнят заявки, жаловаться будут на домоуправа и ругать будут его же. Мало этого, так дали ещё план сбора пищевых отходов».
Рома на утренней планёрке поставил в известность коллектив о поставленной, вышестоящим начальством, проблеме и попросил присутствующих высказаться по этому вопросу. Первым попросил слово дворник Олег:
- Я вот, что хочу сказать. Это как с какой стороны посмотреть. Со стороны начальства, вроде как нормально. Там сбор пищевых отходов, вроде как помощь животноводству и так далее. А если посмотреть в корень, что мы там увидим?
- Собачьи каки и писи, - сказала, ухмыляясь, Анюта.
-Это, кто что видит. А я вижу одну видимость. И думаю, что никакого плана здесь не должно быть. Мы не выпускаем пищевые отходы, а должны собирать, а где их соберёшь? У жильцов. А он, жилец, хочет оставить после себя отходы, а хочет и не оставит. Это ведь кто, что ест и как. Вообще тухлое это дело,- безнадёжно махнул рукой Олег и сел.
- А как смотреть со стороны уборщиков? – продолжила Анюта. Правильно говорит Олег,- тухлое это дело. Думаю, как в прямом, так и в переносном смысле. Я остановлюсь на прямом смысле. Значит так. Мы, уборщики, расставляем бачки на каждом этаже. Каждый день обходим все этажи домов, собираем отходы. А там, в одном бачке этих самых отходов на самом дне, а в другом вообще пусто. В другом бачке, половина отходов, крышка куда-то делась и в подъезде запах от которого глаза становятся на выкате, а мух целый рой. Счас лета и в подъезде всегда будет вонять тухлятиной. Жильцы это так не оставят и будут жаловаться, известное дело, на домоуправление. Так, что считаю и прямого смысла в этих вонючих отходах нет.
Если все раннее выступавшие произносили свои речи, сидя, то степенно поднявшийся Владимир, обвёл всех присутствующих задумчивым взглядом, спросил:
- Разве можно запланировать, сколько жильцы съедят, а сколько выбросят в отходы? Можно твёрдо сказать, - запланировать нельзя. Так нет же, нашёлся человек, соревнующийся с другими в изощрённости мысли и придумал это. Якобы если провести разъяснительную работу среди жильцов, призвать к сознательности, то пищевые отходы потекут желанной рекой в выставленные бачки. А не подумали у всех ли остаются отходы после приёма пищи. А может у многих, как говорится, безотходное производство, то бишь, поглощают без остатка всё приготовленное для еды. А это учитывал этот придумщик или нет? Придумщик, этой далеко не оригинальной идеи, скорее всего рассчитывал на то, что народ у нас полностью сознательный, они лучше будут недоедать и организованно, стройными рядами, по - квартирно понесут эти самые отходы в эти самые бачки. Думаю, зря всё это. Суеты будет много, а результат пшик.
- Ну, что-ж, поговорили, во многом я с вами согласен, но приказ начальства придётся выполнять,- сказал Рома.
Назавтра бачки, на выделенном для этого транспорте, развезли по домам и расставили на каждом этаже. Прошло несколько дней и то, о чём говорили работники домоуправления, подтвердилось с ещё большими потерями, чем можно было-бы предположить. По информации уборщиц, много бачков вообще пропало, люди растащили их для своих нужд.
- Да, в этих бачках удобно солить огурцы, капусту, отваривать бельё, да и вообще в хозяйстве такая вещь всегда пригодится,- сказала Анюта. А что касается отходов, то кое-где они есть всего по полбачка, а в оставшихся бачках, можно сказать, ничего нет. Кроме того, среди пищевых отходах много костей, мусора...
Рома вызвал мастеров бригад и приказал собрать бачки и по два-три бачка выставить у каждого подъезда, а остальные сдать на склад домоуправления.
Через некоторое время, как-бы так, между прочим, в домоуправление опять пришёл Дергун. В несколько помятом костюме, с расстегнутой у шеи рубашкой, растрёпанными, землистого цвета волосами, он, как-то боком, сел на стул и глядя на Рому бесцветными глазами спросил:
- У тебя всё в порядке?
- Всё в порядке не может быть, потому, что делать надо многое, а как известно чужими руками... ничего не сделаешь.
Рома от его визитов ничего хорошего не ждал и немного напрягшись, стал ждать очередных глупых вопросов.
- Как у тебя обстоят дела с малыми формами, ну ты понимаешь, то есть с детскими игровыми площадками?
- Плохо. Как мне рассказывали, давно работавшие в этой системе люди, их обновляли лет десять тому назад. Сейчас они находятся в плачевном состоянии, так, что детям негде покататься на качелях, на горке...
- Да. Дети, дети...куда вас деци, - задумчиво, постукивая о стол двумя пальцами, проговорил он и спохватившись добавил,- кто это придумал, чтобы для детей обязательно во дворах были все эти причиндалы. То ребёнок упадёт и получит травму, от нечего делать они всё ломают. А кто должен чинить? То, то... Неужели непонятно, что с ними одна маята.
- С кем маята, с детьми или с причиндами? – спросил Рома.
- И с тем и другим.
- И что вы предлагаете? Считать, что детей нет, а значит, ничего для них не делать. - А у вас дети есть?- спросил Рома.
- Двое балбесов девяти и двенадцати лет. Они никогда не стремились на улицу. Они смотрят телевизор, играют в компьютере до- поздна.
- Они у вас здоровы?
- В общем да. Если не считать, что оба носят очки, часто жалуются на головную боль и отсутствие аппетита. Но я думаю, что это бывает в переходный период. Вырастут, и всё у них будет в порядке.
- А вы не боитесь, что взрослея, при таком времяпровождении, у них со здоровьем будет ещё больше проблем? Ведь известно, что растущему организму без воздуха, движений нельзя.
- У меня другое мнение по этому поводу. Во дворе детей подстерегают опасности, кроме того воздух на улице насыщен разными вредными веществами так, что пускай лучше будут дома. Это я бы посоветовал всем. Ну, а насчёт детских площадок, скажу. Раз так надо, вышестоящее начальство требует, так тому и быть. Ты здесь как новый человек и возьмись за этот вопрос, организуй, прояви, как говорится, инициативу.
-Человек то я здесь новый и мне странно и не понятна вся существующая здесь система. Инициатива здесь совершенно не при чём. Спрос с домоуправа, а денежки ведь все у вас. Я бы заказал игровые площадки, но я, как и другие домоуправы, не являюсь распорядителем финансов.
- Как это не являетесь? У вас есть бухгалтер, значит. есть и деньги.
- Странно, что вы это не знаете, - бухгалтер домоуправления только контролирует своевременность оплаты коммунальных услуг жильцами. Все деньги поступают на счёт жилищного управления района.
- Мы живём в государстве, где всё народное, а вы говорите, что деньги в жилуправлении. Мы должны делать площадки, для чьих детей? Для детей нашего народа, деньги народные, вот и надо их делать.
-Кого делать. А главное чем?- улыбаясь, спросил Рома.
-Известное дело,- у нас есть таланты, и они знают, чем делать, как делать, да и вообще, возможности у нас неисчерпаемые. Без денег оно, конечно, было-бы лучше, но ситуация подсказывает, что деньги всегда нужны. В общем, вопрос, конечно, не простой но, я надеюсь, что вы человек молодой справитесь с этой задачей. Поэтому жму вам крепко руку и желаю успехов в этом деле,- закончил он свою речь, резко встал со стула и с гордым видом направился к дверям кабинета.
- Да. А как же с детскими игровыми площадками? – спросил Рома.
- Дайте заявку строительному участку пусть их покрасят.
- Но они все поломаны,- сказал Рома.
- Пусть покрасят всё, что от них осталось. Сейчас модно, как там, модерн, авангард и так далее. Пускай дети воспитываются на высоком искусстве, а не тратят время на пустые лазанья, качания...- проговорил он, глядя, на давно не крашенную, дверь кабинета и нажав на скрипучую ручку, вышел. Потом в приоткрытом дверном проёме показалась его голова, и он добавил:
- В чёрный цвет.
После его ухода Рома несколько минут сидел в задумчивости. Его лицо стало мрачным, глаза излучали негодование, а в душе зародилось отчаяние. « Господи. С кем приходится работать? Что это за руководители, действительно, как говорится в пословице, где пастух дурак, там и собаки дуры. Вот они и меня пытаются сделать дураком. Но видимо дело не совсем в дурости,
скорее в подлости этих людей. Не умея и не желая организовать дело и чтобы напрямую от себя не делать подлости людям, они придумали всякого рода организации, на подобии домоуправлений, чтобы за те подлости, которые совершаются по их вине, отвечали люди, в силу определённых жизненных обстоятельств попавших на эти работы, от которых ничего не зависит».
По своему характеру Рома был пунктуальным, исполнительным, человеком слова и, оказавшись на такой работе, где он должен был обещать людям и не в силах был это выполнить, приводило к большому нервному напряжению,
наносило ему большую моральную и психологическую травму, что приводило, к концу каждого рабочего дня, упадку его сил и полной опустошённости. Безысходность семейной и личной жизни, связанные с этим постоянные переживания, работа, идущая в разрез с его основными принципами порядочности, со временем очень плохо сказалось на его здоровье. Часто, во время рабочего дня, обходя территорию, которую обслуживало его домоуправление, ему становилось плохо, он садился в самых непредвиденных местах, глотал таблетку, и немного придя в себя, шёл дальше.
Он боялся полностью выйти из строя, тяжело заболеть, думая, что тогда будет с его детьми и мысленно приказывал себе держаться во что - бы то ни стало. С таким состоянием здоровья он вынужден был работать, ежедневно, в полной мере дополнительно теряя нервные клетки. Кроме того, поучаемой зарплаты, даже с учётом помощи государства на детей, в связи со смертью жены, едва хватало на более чем скромное существование, тем более, что годы шли, дети подрастали и требовалось больше денег на их содержание. Это обстоятельство ещё более осложняло жизнь Ромы и являлось дополнительной психологической нагрузкой на его и так подорванное здоровье. Какое-то время ему казалось, что выхода нет. Что он обречён, тянуть этот воз, непосильных для него проблем. Больше чем физическое недомогание Рома испытывал психологические нагрузки, связанные со смертью Жени и ответственностью за судьбу детей, что сказывалось на его настроении и общее состояние здоровья. Каждый день, для Ромы, был тревожно - тягучим, наполненным переживаниями и казалось, что время, как липкий пот, течёт очень медленно и мучительно. Но время шло своим чередом и с того трагического дня когда умерла Женя прошло чуть более четырёх лет. Дети заметно подросли. Сыну исполнилось пятнадцать лет. Он стал студентом средне специального учебного заведения. а дочери – двенадцать, которая успешно училась в средней и музыкальной школах. Последнее время Рома стал часто задумываться о своей дальнейшей личной жизни. Да и дети иногда говорили:
- Папа, женись.
Рома мечтал найти добрую, ласковую женщину, которая хорошо относилась-бы к его детям, заботилась о них и была-бы ему хорошей женой. Но как показали последующие события, это оказалось не - выполнимо. В последнее время стало модно характеризовать человека посредством гороскопа. По гороскопу Рома был водолей. Так вот, астрологи говорят, что легче верблюда потащить через ушко иголки, чем женить водолея. Возможно, что доля правды в этом есть в данном случае у Ромы было двое детей, и он в первую очередь учитывал их интересы.
Как-то вечером, Рома пришёл с работы и принёс с собой несколько газет. Поужинав, он сел на диван и стал их просматривать. На одной из страниц его внимание привлекла рубрика знакомств. Он стал внимательно читать список женщин желающих устроить свою личную жизнь. Несколько из них заинтересовали его. Он выписал их на отдельный листок и в присутствии детей, громко сказал:
- Ну, и с какой женщиной начинать знакомиться?
Дочка Галочка предложила:-
- А давай сыграем в лотерею.
- Как это?- не понял Рома.
- Напишем на маленьких бумажках их имена, положим эти бумажки в шапку, а ты будешь вытаскивать,- сказала дочка. Кого вытащишь, стой и будешь знакомиться.
- Давай, детка, лучше ты вытаскивай бумажку,- сказал Рома дочери, когда всё было готова.
Она запустила в шапку руку и с хитрой улыбкой там пошарила, а потом вытащила руку, в которой оказалась одна бумажка. Рома взял бумажку и увидел имя женщины, её звали Татьяна. Она жила в другом городе. Вскоре Рома написал ей, и указал, что если она не против знакомства, то пусть вышлет свою фотографию. Вскоре от неё пришло письмо с фотографией, в которой она писала, что хотела-бы, чтобы Рома приехал к ней. Роме она понравилась, и он ответил, что приехать к ней у него пока нет возможности. Если может это сделать она, то он будет рад её увидеть. Спустя небольшое время она приехала вместе со своей десятилетней дочерью от первого брака. Татьяна оказалась довольно симпатичной, стройной и образованной женщиной. Немного отдохнув после дороги, она, к великому удовольствию Ромы, пошла на кухню и стала готовить ужин.
- Всё готово,- сказала она через некоторое время,- идите к столу.
Рома почувствовал себя, по- семейному уютно, и на кухне сел во главе стола. Татьяна взяла тарелку, положила туда самый большой кусок мяса и гарнир. Рома, как глава семейства, приготовился принять тарелку, но неожиданно она поставила её перед своей дочерью. Меньшие порции она дала сначала Роме, потом его детям. Себя же, она постаралась тоже не обидеть. У него сразу испортилось настроение, ему стало обидно за своих детей и он совершенно по другому посмотрел на её и подумал:- «Если с тобой жить вместе, то ты прежде всего будешь смотреть свою дочь, а моих детей в последнюю очередь. С такой женщиной мне не по пути».
После её отъезда, он понял, какая не простая задача найти женщину, которая хорошо относилась-бы к его детям. Прошло несколько месяцев и Рома, из того – же списка, написал письмо следующей женщине, которая жила тоже в другом городе. Звали её Маша. В ответном письме она написала, что у неё двое детей, муж умер, приехать она не может, а ждёт Рому у себя. В ближайшие два выходных дня, он поехал познакомиться с ней. Она встретила его радушно, взяла его за обе руки, внимательно посмотрела в глаза и сразу повела на кухню к столу, уставленному всякой едой. Женщина ему понравилась, и по её виду он понял, что и он ей понравился. Позже, прогуливаясь по городу, он ей сказал:
- Если мы придём к решению жить вместе, ты поедешь ко мне жить?
Она на минуту задумалась и, посмотрев на Рому, улыбаясь, ответила:
- Нет, лучше уж вы к нам. И серьёзно добавила,- здесь у меня хорошая работа, четырёхкомнатная квартира, дети учатся в привычной для них школе, здесь живёт моя мама и сестра с семьёй. Нет, не могу.
У Ромы сразу испортилось настроение, ведь у него почти такие же, обстоятельства.
- Ладно. Давай будем поддерживать связь, а ближайшее время покажет, как нам поступить. Согласна?
- Согласна,- ответила она и крепко сжала его руку.
Прошло много месяцев и однажды, идя магазин Рома встретил знакомую женщину.
- Ты ещё не женился? – спросила она.
- Нет.
- Есть очень хорошая женщина, вдова. У нею есть четырёхкомнатная квартира, сын. Он живёт в другом городе у её родителей. Она врач. Хочешь я дам тебе её телефон, скажешь от меня. Я о тебе ей говорила.
- Давай, я запишу.
Прошло несколько дней, и в один из вечеров он ей позвонил. Они долго разговаривали, она много шутила, смеялась. Несколько раз они встречались, в основном женщина Роме понравилась. В одном из разговоров, когда речь зашла о детях, она вдруг сказала:
- Я не люблю девочек.
Говорить о том, что Рома любил своих детей, это ничего не сказать. Особенно бережно относился к дочке, ведь она росла без матери, которая особенно нужна, подрастающей девочке. Услышав такое от взрослой женщины, имеющей своего ребёнка, он был возмущён, и у него сразу пропало желание с ней встречаться.
Через небольшой промежуток времени, знакомые дали ему телефон девушки, как говорят старой девы, ей было чуть за тридцать. На месте назначенной встречи, Рома издали увидел приближающуюся хрупкую девушку. Когда она подошла ближе и увидела Рому, она приветливо заулыбалась.
- Здравствуйте,- почти одновременно поприветствовали они друг друга.
- Меня зовут Роман,- сказал он.
- Аня,- чуть смущаясь, и протянув ему руку, проговорила она.
- Ну, что? Прогуляемся и поговорим? – сказал Рома, и они медленно пошли.
С лица Ани не сходила радостная улыбка, она не сводила глаз с Ромы и неожиданно взяла Рому за руку. Роме Аня понравилась больше, чем те, с которыми он знакомился до неё. Глядя на неё он увидел не зрелую женщину, а стройную, с хорошей фигурой, нет, не красавицу, а очень женственную, хорошо сложенную, с открытой душой, девушку.
Через две встречи Рома пригласил Аню к себе домой, и она с готовностью согласилась.
- У тебя ужин готов? – спросил она.
- Нет, ещё не успел приготовить.
- Давай я приготовлю,- сказала она, и не дождавшись ответа от него, пошла на кухню, взяла с холодильника мяса. Вскоре на сковородке приятно затрещало, и на ней появились порозовевшие котлетки. Роме было очень приятно, на какое-то мгновение он почувствовал себя как-то особенно по семейному уютно. Он с благодарностью смотрел на Аню, которая так просто и естественно себя вела.
Самочувствие у Ромы было не очень хорошим, поэтому он купил себе путёвку, в ближайший от дома, санаторий. С детьми он попросил побыть свою старую мать. Уезжал он в первых числах августа, а домой приезжал в последний день августа. Поэтому, он сказал Ане:
- Если тебе не трудно купи, пожалуйста, детям к первому сентября тетради, два дневника и другие школьные принадлежности. Сможешь?
- Конечно, куплю.
Три недели в санатории пролетели быстро и вечером тридцать первого августа Рома был дома. Он сразу позвонил Ане:
- Здравствуй. Как дела?- выслушав её, он спросил- ну, что Анечка? Купила, о чём я тебя просил?
- Купила, - ответила она.
- Ты не сможешь подъехать к нам и привезти то, что купила?
- Нет, не смогу. Мы поедем на вокзал провожать брата, который проездом к нам заехал.
- Ладно,- сказал Рома , обидевшись за детей, и положил телефонную трубку.
Больше он ей не звонил.
По прошествии ряда лет, он очень жалел за свой необдуманный поступок. Ведь он, как джентльмен, должен был сказать, что сам приедет за купленными ею тетрадями и, кто знает, как-бы сложилась дальше его судьба. Единственно, в чём у него были сомнения,- купила ли она в действительности то, что он просил? Возможно, её отказ привезти тетради, был продиктован тем, что она их не купила. Но это уже никогда не узнать.
С тех пор прошло довольно много времени. На работе Рома стал присматриваться к одной женщине. Она работала инженером. Он знал, что у неё есть дочь,- она была замужем за военным,- он погиб в автокатастрофе. Интуитивно он к ей тянулся, она очень ему нравилась. Тамара, так её звали, не отличалась большим ростом, но её фигурка была ладно скроена, карие, бархатистые, с искринкой глаза смотрели на собеседника доброжелательно, плотно сжатые губы были растянуты в чуть заметной улыбке, от чего их уголки были приподняты чуть вверх. Её лицо дышало одухотворённостью и умом. Много раз Рома намеревался подойти ней, заговорить, но его природная робость и на сей раз служила ему плохую службу. Однажды он, наконец, решился с ней заговорить. До начала обеденного перерыва вышел на улицу и стал ждать её появление.
- Здравствуй, Тамара,- сказал он, когда она медленно вышла из здания и не обращая внимание на Рому проходила мимо него.
Она остановилась, на несколько мгновений её лицо стало строгим, потом появилась чуть уловимая улыбка, глазами обдала его таким пронзительным взглядом, что он на минуту оробел,
потом спросил:
- Ты куда идёшь обедать?
- Сейчас я обедать не буду, мне нужно зайти в воинскую часть получить паёк за мужа. Хочешь, проводи меня до их контрольно - пропускного пункта части.
- Конечно,- с готовностью ответил он.
По дороге они говорили о разных пустяках и дойдя до места она сказала:
-Ну, я пошла.
- Иди,- сказал он, намереваясь её дождаться, чувствуя, что и она хочет это.
После её ухода, он вдруг
почувствовал небольшое недомогание, ему захотелось сесть, он окинул взглядом пустырь перед КПП и не увидел ничего, где можно было-бы присесть. Через силу он продолжал медленно прохаживаться и стал думать, не уйти ли не дождавшись её. В голову полезли предательские мысли в поддержку этой идеи, « она мне, конечно, очень нравится. Ну, поженимся. У неё девочка, у меня двое детей, как минимум будет ещё один ребёнок. Смогу ли я с таким здоровьем потянуть это? Нет, не смогу». Он посмотрел на входную дверь КПП и не увидев её ушёл. Настроение у него испортилось, мысленно он себя ругал, считал, что поступает непорядочно, но неважное самочувствие не оставляло возможности вернуться обратно. На следующий день, он чувствовал это, что надо-бы ей позвонить и извиниться, но он этого не сделал, твёрдо утвердившись в мысли о невозможности продолжения, так и не начавшегося, знакомства.
Через несколько дней, одна из мастеров, работавшая под началом Ромы, сказала ему:
- Видела Тамару, она очень обижена на вас, почему не знаю.
Роме это слышать было неприятно, а про себя он подумал: - « Она права, но я ей не давал никаких обязательств, мне самому нелегко».
За последние годы у Ромы было много знакомств с женщинами, но ни одна из них не оставила в его душе столь глубокого следа как Тамара.
…Вместе с детьми позавтракав, Рома постирал и вышел на балкон развешивать постиранные вещи. Был конец апреля, чистое небо отливало голубизной, а солнце щедро освещало землю. Развесив бельё, прикрыв балконную дверь, вошёл в комнату, и поспешил на кухню доваривать, стоявший на плите, обед. Через несколько минут он обратил внимание на то, что в квартире, как-то быстро, стало темнеть. Удивившись этому, ведь совсем недавно ни что не предвещало дождя, он подошёл к балконной двери и через стекло увидел большую, чёрную тучу и поднявшийся порывистый ветер. Он быстро вышел на балкон и в лицо ему ударил сильный ветер, перемешанный с больно ударяющим, покалывающим лицо песком. Подумав, что сейчас пойдёт дождь, он быстро снял с верёвок бельё и вошёл в квартиру. Медленно ползущая по небу одинокая чёрная туча, на фоне голубого неба и ярко светящегося солнца, создавало некий дискомфорт и нереальность происходящего. Постепенно ветер стих и через какое-то время туча скрылась за горизонтом.
Как и многие другие, Рома не придал этому большого значения, мало ли бывает, когда погода резко меняется. Но на душе осталось безотчётное, тревожное чувство. Позже стало известно, что это была не простая дождливая туча, а радиоактивная Чернобыльская, несущая смерть миллионам людей, природе. В этих условиях было необходимо, как-то поберечься от радиации и Рома стал ежедневно мыть дома полы и стали пить только минеральную воду, которую покупали в магазине. Конечно, это были полумеры, ведь кушать приходилось всё, что производилось здесь же, в заражённой местности. Радиация особенно плохо сказывалась, на ослабленный организм Ромы. Появились частые головные боли, сонливость... Но хотя организм давал сбои, сила его духа не была сломлена. Трудности которые он пережил и переживал в настоящее время, закалило его характер. Он не желал сдаваться выпавшим на его долю обстоятельствам и постоянно думал над тем, как улучшить жизнь своей маленькой семьи. Успокаивало то, что состояние здоровья детей, в связи с радиацией, оставалось таким – же, как и раньше. Первое время он ограничил им время нахождения на улице. Детей он всегда оберегал, боясь чрезмерно их нагружать домашними делами, разве что, сходить в магазин, который находился недалеко от дома, купить хлеб, молоко... Когда Галочка подросла, она иногда стирала, на стиральной машине, бельё.
… Неблагодарная работа управдомом, трудное материальное положение, вынуждали Рому искать другое решение, которое могло бы позволить ему сохранить остатки здоровья, улучшить материальное положение. Он понимал, что единственный путь к этому,- это поменять работу. Но как это сделать? После долгих, мучительных размышлений он нашёл выход. В стране началось кооперативное движение. Рома с подозрением, и даже с некоторым презрением, относился к новоявленным бизнесменам. У него не было той торгашеской жилки, не честной изворотливости и лакейской приспособляемости. Но другого выхода он не видел. Он понимал, что одно дело определить цель, другое дело метко в неё выстрелить. Кроме того от решения до его воплощения огромное расстояние, которое не просто преодолеть. Рома, вооружённый жизненным опытом, трудностями, которые он пережил и желанием изменить жизнь к лучшему, несмотря на неважное самочувствие, решительно тронулся в путь по неизвестной ему дороге. Он мучительно долго думал над тем, чем будет заниматься кооператив, и решил, что для начала не плохо было бы наладить производство вымпелов на спортивные темы, с эмблемами мировых футбольных команд. Он решил посоветоваться с двумя знакомыми художниками. Они одобрили предложение Ромы и дали согласие работать в будущем кооперативе. Воодушевлённый первой, хотя пока и призрачной удачей, он стал практически решать организацию кооператива. Прежде всего, необходимо было на основе типового устава разработать устав своего кооператива, с перечнем его будущей деятельности. Рома тяготел больше к производству, поэтому в устав, кроме изготовления вымпелов, записал швейное дело, строительство производственных зданий и их ремонт. Торгово-закупочную деятельность, которая в это время была очень популярна среди деляг - кооператоров, он не вписал , так как эта сфера деятельности была ему неприятна. Оставалось найти помещение, где будет располагаться кооператив. Это оказалось далеко не просто. Дело в том, что это было время, когда совсем недавно разрешили организовывать кооперативы и самые предприимчивые люди, большинство сдаваемых в аренду помещений, уже заняли. С трудом он нашёл помещение,- это было несколько комнат в покосившемся, разваливающемся деревянном доме, где раньше жили люди, уехавшие за границу. Увидев это помещение, Рома ужаснулся. Окна были забиты досками, на покосившейся входной двери висел большой амбарный замок. Посмотрев через разбитое оконное стекло внутрь помещения, он увидел на полу большую гору мусора и обвалившейся с потолка штукатурки. Но выбора не было, и он арендовал это, так называемое, помещение. За свои деньги он его отремонтировал. После этого подал документы в исполком, где дали разрешение на кооперативную деятельность. При рассмотрении документов в исполкоме, особенно приветствовали те вновь создаваемые кооперативы, которые хотели заниматься производством, а не торговлей. . Открыв счёт в банке, кооператив фактически стал существовать. Рома сразу дал задание художникам начать работу над эскизом первого вымпела. Надо сказать, что в это время люди стали верить во всякие гороскопы, предсказания, гадания... До конца года, оставалось три месяца. Новый год, по китайскому календарю, был годом змеи.
- К новому году необходимо выпустить десять тысяч вымпелов. Как, справитесь?
- Постараемся,- отвечали они.
Каждый день он заходил к ним узнать как продвигается работа и каждый раз слышал одно и тоже:
- Занимаемся.
Прошёл месяц. Придя к художникам, Рома спросил:
- Ну, что? Змей готов?
- Пока нет. Оказалась сложно придумать, что-то оригинальное.
- Вы же художники. А такую простую картинку за месяц не можете нарисовать,- огорчённо сказал Рома.
Выйдя от них, он стал думать, что предпринять, чтобы кооператив стал практически работать, ведь за месяц уже нужно платить за аренду помещения. « От этих художников пока толку мало. Нужно срочно организовать швейное дело» - решил он. За свои деньги он купил четыре старых, в рабочем состоянии швейные машины. Оформив на работу двух швей и по совместительству закройщика, поехал на фабрику, в соседний город, где выпускалась ткань, из которой можно шить спортивные костюмы и с большим трудом договорился, о разовом отпуске ткани. И вскоре швейный участок заработал. Закройщику Рома помогал многослойно стелить, на широкий стол, ткань, после чего он, по лекалам размечал материал и специальным электроножом готовил детали спортивного костюма. Готовые спортивные костюмы Рома сдавал в магазины. Спрос на них оказался большим и они быстро продавались. Это вселило в душу Ромы оптимизм, и он активно взялся за пополнением склада этой тканью. Но это оказалось очень сложной задачей. Дело в том, что фабрика, выпускающая эту ткань, отпускала её предприятиям только по разнарядке облисполкома, а кооператива Ромы в этом списке не было, да и не могло быть, так эта ткань отпускалась швейным фабрикам всей страны. В это время в стране вообще был дефицит многих продуктов, швейных изделий и всего того, что так необходимо человеку для более или менее нормальной жизни. Спортивные костюмы, которые шились в кооперативе Ромы, тоже относились к большому дефициту, вернее их в продаже вообще не было. Выхода не было, и Рома решил использовать большой спрос на спортивные костюмы для того, чтобы выйти на людей, от которых зависит решение вопроса отпуска нужного Роме материала. По натуре робкий, стеснительный и щепетильный, для него было большим испытанием преодолеть не только свои природные недостатки, но и выступать в качестве просителя, да ещё с такими подходами, на которых он рассчитывал. Но речь шла о жизненно важных для него вопросах и преодолев свои внутренние сомнения, он положил в дипломат два спортивных костюма и отправился к должностному лицу, который решал эти вопросы. С этим человеком он встречался на прошлой своей работе и помог ему с установкой газового оборудования у него дома. Дождавшись своей очереди, он вошёл в кабинет:
- Здравствуйте, Игорь Иванович ,- поздоровался Рома.
- Здравствуй, Роман Григорьевич,- ответил тот. Каким ветром тебя занесло к нам?
- Вот решил зайти и показать вам изделие, которое мы начали выпускать,- и Рома, немного волнуясь, открыл дипломат, достал один спортивный костюм, развернул его и положил на край письменного стола.
Когда Рома говорил это, Игорь Иванович как-то безразлично глядя то на Рому, то отворачивал голову и смотрел в окно. Но увидев лежащий на столе добротно сшитый, красивый костюм, его глаза заблестели и он с полуулыбкой на губах, осторожно взял в руки куртку, потом штаны и довольным голосом, сказал:
- Молодец, хорошие, а главное нужные вещи шьёшь.
Потом, каким-то потускневшим голосом, произнёс:
-А сколько у тебя эта красота стоит?
Рома назвал цену, примерно равную той, которую получал в то время молодой инженер за месяц.
-Да. Не очень дёшево, но оно того стоит. Жена меня почти каждый день пилит:- « Ты работаешь на такой работе, а не можешь достать нам с тобой спортивные костюмы». А где их достанешь, если даже на городских складах их нет. Вообще, у тебя я вижу, в чемоданчике лежит ещё один костюм, так, что я их у тебя покупаю, они как раз нам с женой по размеру. Правда, с собой сейчас у меня денег нет, так ты завтра ко мне заскочи и я расплачусь.
- Игорь Иванович. Люди должны помогать друг другу, тем более в наше, не совсем простое, время. Думаю, вы со мной согласитесь. Поэтому я оставляю вам эти костюмы, в знак нашего с вами хорошего отношения.
Он как-то вяло начал было протестовать, но Рома решительно завернул оба костюма и открыв дверку его письменного стола положил туда костюмы. Игорь Иванович продолжал говорить, что не надо этого делать, но Рома сказал:
- Всё. Забыли.
Он встал со стула, собираясь уходить, но хозяин кабинета, благожелательно глядя на Рому, спросил:
- Может у тебя есть ко мне вопросы, просьбы. Помню, ты меня тоже выручал.
- Игорь Иванович. Буду с вами откровенен. Материал на спортивные костюмы заканчивается, и только вы можете мне помочь.
-Так в чём же дело? С этого тебе надо было начинать.
- « Как бы, не так? Стал бы ты меня слушать и помогать, если- бы не получил костюмы» - подумал Рома.
- Значит так,- он ненадолго задумался и продолжал:
- Завтра, нет послезавтра, с утра загляни ко мне. Что-нибудь придумаем.
- Спасибо,- поспешил сказать Рома и повернулся, чтобы уйти.
- Да. Я здесь подумал, у моей дочери и зятя тоже нет спортивных костюмов. Так, что за одно, прихвати, таких же размеров два костюма. Добро?
- Хорошо,- огорчившись, не уверено сказал Рома.
Выйдя на улицу его стали мучить сомнения,- « А не получится ли так, что он заберёт эти четыре костюма, а меня будет кормить «завтраками». Но, что делать, обратного хода нет».
В назначенный день Рома пришёл к чиновнику и принёс просимые им ещё два спортивных костюма.
- А, Роман Григорьевич. Рад тебя видеть. Молодец, а ты пунктуальный. Ну, рассказывай как жизнь, как работается, да и вообще...
Рома открыл, было, рот желая, что-то сказать, но он его перебил:
- А ты не забыл мою просьбу?
- Нет, конечно,- и открыв, дипломат протяну ему костюмы.
- Вот молодец. Люблю таких людей, сказал – сделал. Ну, что у тебя есть ещё, что - ни будь ко мне ?
- Вы, Игорь Иванович, обещали помочь с материалом...
- Вот голова,- сказал он. Столько дел, что совсем забыл о твоём деле. Так, сейчас я, для памяти, запишу в блокнот и попытаюсь тебе помочь. Помогать друг другу это святое дело.
- А когда я смогу узнать результат,- упавшим голосом спросил Рома.
- Позвони мне денька через два-три. Ну, давай,- сказал он и опёршись двумя руками о стол встал,- столько дел, столько дел...
- « Неужели он меня обманет? Всё может быть, это бессовестные чиновники, взяточники. Им верить нельзя. «Сволочи» - выругался про себя Рома и подумал,- « посмотрим, что будет дальше».
И с окончательно испорченным настроением пошёл на работу.
Сидя за письменным столом, Рома думал,- «прошло ровно два дня, может позвонить ему, он же сказал через два-три дня. Нет. Пропущу ещё завтрашний день, а потом позвоню».
Прошло три дня. Не решившись сразу с утра звонить Игорю Ивановичу, Рома в одиннадцать дня, волнуясь, позвонил. Трубку некоторое время никто не снимал, потом он услышал строгий голос чиновника:
- Слушаю.
- Игорь Иванович, это вас беспокоит Роман Григорьевич, с кооператива. Вы просили меня позвонить вам через три дня, вот я и звоню узнать как там мои дела.
- Знаешь, твой вопрос оказался не таким простым.
Но я его обязательно решу, дай мне ещё некоторое время.
- Когда мне вам перезвонить,- безнадёжным голосом спросил Рома.
- Давай на следующей неделе, где ни будь во – вторник,- и положил трубку.
Мало сказать, что Рома был огорчён, он был взбешён. До назначенного срока оставалось пять, мучительных для Ромы, дней. Боясь услышать отрицательный ответ, и он решил дать «Обещалкину» ещё несколько дней. В понедельник он позвонил и в ответ услышал бодрый голос Игоря Ивановича:
- Что ты не позвонил мне раньше. Я всё решил, получишь триста метров ткани. Записывай номер телефона и имя отчество к кому ты должен обратиться. По результату доложишь мне. Всё.
Обрадованный Рома сразу набрал записанный номер телефона, после нескольких гудков в трубке
послышался тихий, и как показалось Роме, усталый, бесстрастный голос.
- У телефона.
- Владислав Владимирович?
- Да.
- Здравствуйте, я звоню по поручению Игоря Ивановича. Он с вами говорил насчёт отпуска трёхсот метров ткани кооперативу.
Так же тихо и очень медленно в трубке прозвучало:
- Никто мне не звонил, ничего не знаю.
И повесил трубку.
Кровь бросилась в лицо Роме. Такого он никак не ожидал. Несколько минут он приходил в себя. Немного успокоившись, он резкими движениями набрал нужный номер. Зло щурив глаза, намереваясь серьёзно поговорить с этим обманщиком, он приложил телефонную трубку уху и стал ждать. Довольно долго в трубке раздавались длинные гудки, потом:
- Слушаю.
- Игорь Иванович,- начал говорить было Рома.
- Я тебя узнал. Ну, что? Всё в порядке?
- Я звонил Владиславу Владимировичу, и он сказал, что ему никто ничего не говорил.
- Вот, хулиган. Перезвони мне через полчаса.
- Он, бедный, заработался. Перезвони ему, он всё сделает,- сказал Игорь Иванович, когда Рома ему перезвонил.
На сей раз всё окончилось благополучно, Рома получил материал и швейный участок, на какое-то время, был обеспечен работой. Но сколько ещё раз Роме придётся повторять этот круг ада, чтобы кооператив нормально работал. Надо сказать, что Рома параллельно с должностью председателя кооператива, без дополнительных доплат, исполнял обязанности инженера по снабжению, кладовщика, мастера швейного участка, инженера отдела технического контроля, а когда закройщик отсутствовал, а необходимо было делать раскрой материала, то Рома выполнял и эту работу. Вскоре он набрал строительную бригаду, которая стала вести работы по ремонту цехов, школ... Медленно, но кооператив набирал обороты и это, конечно, радовало Рому. Что касается участка по изготовлению вымпелов, то художники сами так и не могли самостоятельно нарисовать змею и только покопавших во многих журналах нашли приемлемый вариант и с них перерисовали её, изготовили эскиз. До нового года оставалось две недели. За это время напечатали пять тысяч вымпелов и только в начале января, в газетных киосках, их стали продавать. Но их уже никто не покупал. Так, виртуальная змея, в лице горе художников, ощутимо «укусила» и кооператив понёс не малые убытки.
- Заплатите нам зарплату,- сказали они, когда Рома очередной раз пришёл к ним.
- По вашей вине кооператив понёс убытки, а вы ещё просите зарплату. Если по - справедливости, то вы должны погасить те затраты, которые кооператив понёс на изготовление этих вымпелов. Так, что скажите спасибо, что я не ставлю так вопрос. А зарплату, как известно, нужно заработать.
- Заплатите нам за счёт швейного участка.
- Вы же не работаете на швейном участке. Поэтому заплатить вам за счёт него незаконно и не этично. Срочно продумайте сюжет следующего вымпела и в кратчайший срок его необходимо выпустить. О его реализации, будьте спокойны, я побеспокоюсь. Вот тогда и получите зарплату. Так, что всё зависит от вас.
Прошёл месяц. Партия вымпелов, на спортивную тематику, была почти готова, и Рома стал искать оптового покупателя, так как он понимал, что продажа в газетных киосках займёт много времени и художникам придётся долго ждать заработанные ими деньги. Как-то зайдя в один из городских складов одежды, он разговорился с человеком, приехавшим из другой республики за получением швейных изделий. Им оказался крупный чиновник, обеспечивающий спортивные организации необходимыми товарами. Рома сказал:
- Мы сейчас выпускаем вымпела на спортивную тему по видам спорта, эмблемы мировых футбольных команд. Можем изготовить вымпела по вашему заказу на предложенную вами тему.
Собеседник оживился и сказал:
- А что, кроме вымпелов, ваш кооператив выпускает?
- Шьём спортивные костюмы.
- Сейчас оформлю здесь документы, и подъедем в кооператив,- хочу посмотреть костюмы и вымпела.
- Ну, что? Сейчас заберу у вас все спортивные костюмы, и конечно, вымпела,- сказал он, ознакомившись с продукцией. Дальше буду приезжать и забирать и то, и другое. По приезду домой, сразу перечислю вам деньги за полученный товар. Кстати, а что я лично буду иметь?
- Что – ни будь, придумаем. В обиде не будете,- сказал озабоченно Рома.
...Как всегда неожиданно нагрянула налоговая инспекция. Рома не боялся проверок, так как у него работала бухгалтером опытная женщина, проработавшая много лет главным бухгалтером в крупной строительной компании. Но если кому-то очень хочется найти нарушения, ошибки, или просто придраться к ведению документов, то сделать не сложно. Проверяющая недовольным голосом стала указывать бухгалтеру на всякого рода неточности в документах, на опоздание в несколько дней представления отчета в налоговую инспекцию и так далее.
- У вас я обнаружила достаточно много замечаний так, что буду составлять акт. Придётся платить штраф за упущения и некоторые нарушения.
Рома внимательно прислушивался к разговору и подойдя к столу, где сидела проверяющая приветливым голосом спросил:
- Ну, как наши дела?
Поверяющая инспектор строго посмотрела на Рому, и начала было перечислять обнаруженные ею замечания, но Рома, сказал:
- Вот вы проверяете бумаги, а лучше посмотрите нашу продукцию,- он пошёл на склад, который находился в соседней комнате, принёс несколько спортивных костюмов, с разноцветными вставками и разложил их на столе по – верх документов кооператива и проверяющей.
- Да. Очень красивые костюмы,- сказала она и осторожно взяла в руки один из них. Лицо её разгладилось, на губах появилась полуулыбка, глаза забегали, рассматривая разные детали костюма.
- Наталья Ивановна,- обратился в это время к ней Рома. Так вы говорите, что у нас много замечаний.
- Есть. Но думаю, что можно их рассматривать как не значительные и не вносить в акт проверки,- сказала она, не выпуская костюм из рук.
- Если не секрет, с кем вы живёте?
- Дети выросли и живут в других городах, а мы с мужем остались вдвоём.
- Наталья Ивановна. Скоро майские праздники. Пожалуйста, не обижайтесь, и от нас, работников кооперативного сектора, примите спортивный костюм в подарок.
Она на минуту замерла, подняла глаза на Рому и улыбаясь стала его благодарить.
- А за акт не беспокойтесь,- я не нашла у вас никаких нарушений.
- Спасибо, за добрую весть,- сказал Рома, забирая два оставшихся костюма.
…С недавнего времени материальное положение семьи улучшилось. Рома был рад, что его труд не пропал даром, и он мог себе позволить купить в квартиру, кое-что из мебели, несколько ковров и иметь небольшие сбережения.
Сын Гриша закончил учёбу и служил в армии и Рома остался с Галочкой, которая ходила в десятый класс.
Однажды Рома сказал дочке:
- Давай пойдём по магазинам и купим тебе одежду.
Придя в трёхэтажный, большой магазин женской одежды Рома сказал:
- Давай, доченька, выбирай всё, что тебе хочется. На цену не смотри.
Выбор вещей в магазине оказался довольно скудным, и Галочка очень долго искала то, что ей бы понравилось. Она купила себе многое из того, что хотела. Рома радовался, глядя на улыбающееся лицо дочки, и предложил:
- Идём в другие магазины, может там ты себе еще, что-нибудь выберешь?
- Нет, папа, я немного устала, пока искала себе, что-нибудь подходящее, поэтому давай пойдём домой. В следующий раз, если захочешь, пойдём ещё. Хорошо?
- Как скажешь, зайчик,- ответил он с готовностью.
...Старший брат Ромы все годы жил один. Его работа была связана с бесконечными командировками, что, как он говорил, была одной из причин его одиночества. Встреча с нужными людьми вынуждала участвовать в многочисленных застольях. Со временем он пристрастился к алкоголю, и не была дня, чтобы он прожил без «зелёного змия». Объективно это стало основной причиной того, что он не женился. Такая, мягко говоря, неорганизованная жизнь
привела к тому, что у него случился инсульт, парализовало всю правую сторону. После больницы его отправили домой. Беспомощный и в полном одиночестве, он постоянно лежал в кровати, продолжая курить и не регулярно принимать лекарства прописанные врачом. Социальная работница приходила к нему домой раз в неделю, покупала ему продукты. Но это было явно не достаточно. Несмотря на большую загруженность домашними делами, работой и не важным самочувствием, зная положение брата, Рома стал каждый выходной день приезжать к нему и привозить кое-что из продуктов. Посидев у его кровати, поговорив, он спешил к матери, которая жила у среднего брата, недалеко от дома старшего брата. Мать сильно постарела, ей было далеко за восемьдесят, она плохо видела и давно не выходила на улицу. И хотя она жила в квартире брата, вместе с его сыном и невесткой, её небольшой холодильник был почти пуст. Поэтому Рома взял себе за правило, после посещения брата идти к матери и купить ей что-нибудь из еды. Рома снова заходил в продуктовый магазин покупал молочные продукты, белый хлеб и относил это матери. Она радостно встречала Рому, протягивала к нему руки, обнимала за шею и с причмокиванием целовала, говоря:
- Ромочка, сынок. Спасибо. Я дам тебе денег за это.
И начинала из под подушки доставать деньги, завёрнутые в, не первой свежести, носовой платок.
- Спрячь свои копейки. Если тебе надо, то я могу дать тебе ещё денег, хочешь?- говорил он.
-Я получаю пенсию, куда мне ещё деньги. Я эти почти не расходую.
- Пусть они будут у тебя, пригодятся.
Бабушку, мать Ромы, иногда в выходной день посещала Галочка, приносила ей что-нибудь из еды, прибирала в комнате.
В начале нового года, неожиданно умер брат Ромы. И, несмотря на то, что матери решили не говорить о смерти сына, она, каким-то материнским чутьём почувствовала это. Она то громко рыдала, то тихо плакала. Старая, больная женщина она не вынесла смерти сына и меньше чем через три недели после его похорон, тихо скончалась. Для и так подорванного здоровья Ромы, это был тяжёлый удар и он заболел так, что ему часто становилось плохо.
… Незаметно промелькнули месяцы. Галочка на хорошо и отлично сдала выпускные экзамены и стала готовиться к выпускному вечеру. За несколько недель до этой знаменательной даты, Рома пошёл вместе с Галочкой в швейное ателье и заказал ей очень модный костюм, состоящий из юбки и красивого жакета. Ко дню выпускного вечера костюм был готов и красовался на видном месте в шкафу. Утром, в день выпускного вечера, Рома пригласил домой парикмахершу и она, с длинных волос Галочки, сделала оригинальную, красивую причёску. К назначенному часу, принаряженная Галочка, вместе с Ромой, отправилась в актовый зал школы. Директор школы, после вступительной речи, стал вызывать на стену выпускников, для вручения аттестата зрелости. Рома в радостном волнении ожидал, когда назовут фамилию Галочки и после нескольких фамилий, он услышал, что приглашают её. Галочка была очень красивая. Наблюдая, как директор школы, вручает ей аттестат зрелости, он от полноты чувств, что без матери вырастил такую красавицу и отличницу, почувствовал гордость за неё и у него непроизвольно навернулись на глаза слёзы.
Настало время решить, куда поступать учиться. На семейном совете было решено поступать в университет, на экономический факультет.
- Папа,- сказала Галочка,- там нужно сдавать историю, а я не важно её знаю. Может, ты мне поможешь?
-Хорошо,- нужно достать учебники истории, начиная с истории древнего мира, её, как мне помнится, начинают изучать с четвёртого класса.
Когда все учебники по истории были приобретены, Рома несколько дней не ходил на работу и с утра до вечера, с небольшими перерывами, занимался с Галочкой повторением материала по истории. Он читал, а Галочка слушала и спрашивала, если ей что-нибудь было не понятно. За три-четыре дня весь материал средней школы по истории был повторён. Наступило волнительное время вступительных экзаменов. Каждое утро Рома провожал Галочку до здания университета и, волнуясь, часами ждал её там.
Временами от волнения, ему становилось плохо, и он глотал спасительные таблетки. Наконец он увидев её выходящей из парадных дверей, бросался к ней с вопросами:
- Ну, Как? На сколько? – если это был устный предмет.
- На четыре,- обычно отвечала она.
Если же был письменный, то волнуясь, он спрашивал:
- Как ты считаешь, ты всё правильно решила? Или хорошо написала сочинение?
Все предметы Галочка сдала на четыре. Теперь оставалось ждать, когда вывесят списки зачисленных абитуриентов в университет. Накануне этого события Рома долго не мог уснуть, плохо спал, ворочался и проснулся задолго до того, когда нужно было идти в университет. У здания университета Рома с Галочкой были одними из первых. Постепенно толпа, состоящая из абитуриентов и их родителей, росла, а списков всё ещё не было. Казалось, когда всё мыслимое и не мыслимое время истекло, из дверей университета неожиданно вышли двое молодых людей и стали вывешивать списки принятых на первый курс. Толкая друг друга, все ринулись искать свои фамилии. Рома оказался у самой доски, где висели списки и волнуясь стал водить пальцем по фамилиям надеясь найти свою. Вскоре его палец остановился. Галочка была в списках принятых на первый курс. Рома с трудом вышел из толпы и радостно сказал:
- Доченька, ты поступила, поздравляю,- он поцеловал её в щёку, и радостные они пошли домой.
Позже узнали, что Галочку приняли без стипендии, так как многие из принятых в университет и сдавших экзамены с оценками как у неё, будут получать стипендию от предприятий, направивших их на учёбу. Университет же будет платить стипендии лишь тем, кто сдал все приёмные экзамены отлично или с одной четвёркой. Узнав об этом, Галочка расстроилась.
- Не переживай, стипендию буду платить тебе я. Я приму тебя в кооператив на работу и ты будешь получать зарплату,- сказал Рома.
- Спасибо, папа,- успокаиваясь, ответила она.
… Отслужив в армии положенный срок, домой приехал Гриша. Рома и Галочка были рады, что Гриша снова дома.
- Отдохни немного, а потом надо подумать о работе, - сказал ему Рома.
- Папа,- сказал Гриша, когда прошло несколько месяцев. - Почему у тебя водителем работает чужой человек, возьми меня на его место.
Прошло два года. Галочка и Гриша работали в кооперативе. Галочка училась на третьем курсе университета. Всё, относительно, было хорошо. На одном из молодёжных вечеров Галочка познакомилась с парнем, которого однажды привела к себе домой и представила Роме. Внешне парень, его звали Стасиком, к себе располагал. К этому времени здоровье Ромы ухудшилось, он был в глубокой депрессии. Он не мог дома оставаться один и был рад присутствию в доме другого человека. Галочка и Стасик пошли в другую комнату, откуда вскоре послышались удары костяшек домино.
- Папа,- позвала Галочка - хочешь с нами играть в домино?
-Конечно,- сказал ободрённый Рома и поспешил к ним.
Он не был большим любителем этой игры, но чувствовал, что ему необходимо отвлечься от постоянно тревоживших его мыслей и он погрузился в эту незамысловатую игру, чувствуя какое-то внутреннее успокоение. Каждый день он ждал возвращение Стасика, чтобы вновь войти в мир пустышек, шестёрок и змеевидной ленты черных костяшек.
- Галочка, когда придёт Стасик, ты, пожалуйста, никуда с ним не уходи, а будь дома. Мне плохо и я не хочу оставаться дома один.
- Хорошо,- ответила она.
Каждый вечер Стасик приходил к Галочке и на его предложение пойти куда-нибудь, она отвечала:
- Давай сегодня, побудем дома, и опять поиграем в домино.
Стасик соглашался, и опять допоздна забивали «козла». Такое время препровождение позволяло Роме забыться и чувствовать себя лучше.
Прошло полгода знакомства Галочки и Стасика. В очередной раз, придя к Галочке, он прошёл в её комнату. Через некоторое время они вошли в зал, где был Рома и у окна стали рядом.
-Папа,- сказала Галочка, мы со Стасиком хотим пожениться.
- Да,- подтвердил он.
Для Ромы такое заявление было неожиданным.
- Сейчас это не ко времени. Во-первых, прошло только одиннадцать месяцев со дня смерти моего брата и мамы. Во-вторых, не надо спешить. В следующем году подготовимся и, если вы не передумаете, сыграем свадьбу.
- Нет,- в один голос проговорили они. Мы хотим сейчас.
Находясь в болезненном, стрессовом состоянии, не в состоянии адекватно реагировать на происходящее, в голове Ромы пронеслись такие мысли: - « Женя, сообразуясь с тем, что у неё здоровье плохое и нужно, чтобы дети по возможности скорее взрослели, отдала Галочку в первый класс в шесть лет, хотя тогда в таком возрасте не принимали. Она привела Галочку к завучу школы и тот в начале, категорически отказал. После уговоров он согласился поговорить с Галочкой.
- Сколько тебе лет,- спросил он.
- Шесть,- ответила она.
- Ты какое-нибудь стихотворение знаешь?
- Да. Я знаю «Мой Додыр».
- Тогда расскажи.
- Одеяло убежало, улетела простыня и подушка, как лягушка, ускакала от меня...
- Ну, хватит. Вижу, ты хорошо знаешь и рассказываешь стихи. А теперь я задам тебе последний вопрос,- скажи мне, пожалуйста, какая теперь пора года?
- Конец весны,- громко прокричала она.
- Ну, если конец весны, то я тебя принимаю в первый класс. Поздравляю.
Тогда был конец мая месяца.
После этих воспоминаний, Рома подумал,- « Я сейчас болею. Наверное, пусть Галочка выходит замуж и становится самостоятельным человеком».
-Хорошо,- сказал он,- я согласен.
Конечно, это было не до конца продуманное и скоропалительное решение. Рома дал согласие на брак дочери, даже не познакомившись с родителями жениха. Их он увидел только на свадьбе.
...Галочка решила остаться жить в квартире Ромы, в самой большой комнате, в которой жила до замужества. Хотя у родителей Стасика была четырёхкомнатная квартира, и они жили вдвоём. Другую, комнату, Рома отдал Грише. Сам Рома спал в зале на диване. Ему было приятно, что у детей есть свои комнаты. Он всегда старался сделать так, чтобы детям было лучше, чем ему. Квартира Ромы находилась в четырёхэтажном, кирпичном доме, на втором этаже, с балконом. Она состояла из трёх комнат, длинной прихожей, небольшой кухни и совмещённым санузлом. Дом стоял на тихой улице, в центре города. Не далеко находился городской парк, который располагался на высоком берегу, широкой, судоходной реки. Рядом был рынок, центральные улицы, магазины...
...Оказалось, что Стасик не имеет специальности. В стройбате, где он служил, научился класть кирпичи, то есть работать каменщиком. Рома, конечно, не мог позволить, чтобы его зять работал на стройке простым рабочим. Подумав, он взял его на работу в свой кооператив и поставил на должность мастера строительной бригады. Стасик возражал, говорил, что не справится, что у него нет специального образования. Рома ему сказал:
- Многое из того, что могут другие, смогу и я. Это мой принцип. У тебя есть желание стать мастером строителей? Тебе не надо решать никаких инженерных задач, тем более что мы, преимущественно, занимаемся ремонтом разнообразных помещений. Необходимо научиться составлять сметы и следить, чтобы рабочие не били баклуши, работали.
Рома прикрепил его к опытному мастеру-строителю и через некоторое время Стасик стал работать самостоятельно.
- Как ты смотришь на то, чтобы получить права по вождению автомобиля,- сказал Рома, обращаясь к Стасику.
- Нет, нет. Это я никогда не смогу. Да и вообще, я боюсь машины.
- Все могут, а ты нет? Такого быть не может. Короче, запишись на курсы и учись.
По окончанию курсов Стасик получил права и вскоре купил, со вторых рук, «Запорожец» и спокойно на нём ездил.
Прошло два года. Состояние здоровья Ромы ухудшилось до такой степени, что он не мог больше работать. Ему часто становилось плохо, скорая медицинская помощь стала частым гостем в его доме. По направлению участкового врача, ежедневно домой приходила медсестра ставить ему уколы. Практически кооператив перестал работать. Когда все были дома, Рома обратился к Грише и Стасику:
- Вы видите, что я пока не в состоянии обеспечить работу кооператива. Вы молодые и, слава Богу, здоровые ребята, возьмите на себя руководство работой кооператива, а я буду вам подсказывать, куда и к кому обратиться по тому или иному вопросу, буду, так сказать, мозговым центром. Кроме того, председателем кооператива остаюсь я, а значит и ответственность будет на меня.
- Нет,- мы не сможем,- в один голос сказали они.
Никакие уговоры не помогли и постепенно, кооператив перестал выпускать продукцию, заниматься ремонтом помещений…
Семья, состоящая из четырёх взрослых человек, осталась без работы и средств существования. Первое время жили за счёт небольших накоплений Ромы. Получалось, что Рома, был основным кормильцем в семье, так как он обеспечивал всех членов семьи работой. Теперь оказалось, что он должен думать, как прокормить себя, сына и молодую супружескую пару, так как никто из них не думал устраиваться куда-нибудь на работу, надеясь на ослабленные плечи Ромы. Это обстоятельство лежало тяжким грузом на его душе, он сильно переживал, и это ещё больше ухудшало его, и так неважное, здоровье...
Чтобы прокормиться, пришли к тому, что стали продавать из квартиры наиболее ценные вещи. Через некоторое время Рома решил передать кооператив знакомому кооператору, получив от него небольшую сумму компенсации.
 
... – Давайте мы с Галей поедем в гости за границу,- там живет мой дядя Илья. Посмотрим, как живут люди, может получиться, мне там немного поработать,- сказал Стасик
- А, что? - заинтересованно подхватила его мысль Галочка. Я согласна. А как ты, папа, думаешь?
- Езжайте. В этой обстановке надо, что-то делать,- сказал Роман Григорьевич, хотя в душе он не хотел, чтобы Галочка куда-то надолго уезжала.
- Поедем на один месяц,- сказала Галочка,- словно отвечая на беспокойство Романа Григорьевича.
-Ну, вот и хорошо,- оживленно проговорил Роман Григорьевич,- довольный, что дочь собирается уезжать ненадолго. «Да и прокормиться, на время их отсутствия, нам вдвоем с Гришей будет легче» - подумал он.
После их отъезда время, для Бориса Григорьевича, показалось сплошной тянущейся резиной или медленно набухающей, набирающей силу капле воды, с неполно закрытого крана, падающей, с большими перерывами, вниз. Он жил в ожидании их скорейшего приезда, это отвлекало его от грустных мыслей и как ни странно, улучшало его самочувствие.
... - Здравствуйте, путешественники,- обнимая приехавших Галочку и Стасика,- радостно сказал Роман Григорьевич, встречая их с дальней поездки. - Ну. Рассказывайте, как съездили,- спросил он.
- Нам очень понравилось,- сказала Галочка. Стасик там работал и заработал немного денег...
- Какие там магазины,- подхватил Стасик. Всё, что душе угодно там есть.
- Да, но нужны деньги, чтобы можно было покупать необходимые продукты,- сказал Роман Григорьевич.
- Если мы туда поедем, то будем работать, а значит, появятся возможности лучше жить, чем здесь - ответил Стасик.
- Вообще я тоже согласен уехать в другую страну,- поддержал разговор Гриша. Что здесь хорошего,- бандитизм, работы нет...
- Папа,- сказала Галочка,- мы со Стасиком решили переехать туда жить. Если хочешь, поехали с нами.
- Это очень сложный вопрос,- задумчиво сказал Роман Григорьевич. Если здесь я могу решать какие-то вопросы, работать, то там я никто.
- Будете получать пенсию. А жить будете с нами – сказал Стасик. Галочка молчаливо махнула головой.
- Вообще, думай,- сказала Галочка. Мы со Стасиком хотим уехать осенью.
... Папа, уже конец августа. Ты что-нибудь решил насчет отъезда?
- Давайте поедем в начале января, новый год -новая жизнь.
Роман Григорьевич никак не мог решиться на отъезд. Но отпускать детей от себя он тоже не хотел.
...Папа, заканчивается декабрь, а ты все еще не решил?
- Я подумал, что лучше уезжать, когда тепло. Давай соберемся к маю месяцу.
- Папа. Если ты в мае не поедешь, мы со Стасиком уедем одни.
- Ладно. Все. Я решил окончательно - уедем в сентябре,- наконец решился Роман Григорьевич.
Надо многое продать, в том числе квартиру, определенное время займёт оформление документов...
Здоровье Романа Григорьевича продолжалось быть плохим. Оно выражалось в крайнем истощении нервной системы. Чувствовал он себя дискомфортно, не мог дома быть один, его пугали закрытые помещение, езда на лифте полностью исключалась. Поэтому, всей организацией отъезда занимались дети. Единственно, что он взял на себя, - это продажа квартиры. Но и этот вопрос он решил не лучшим образом,- продал ее по низкой цене.
...Наступило время «бабьего лета». Бездонное, голубое небо. Ярко светящееся солнце, посылающее, почти летнее, тепло на землю, создавало, чуть с грустинкой, безотчетное, мечтательное настроение. Деревья, разукрашенные в разноцветные тона, прохладный ветерок, напоминал о том, что осень только на время уступило лету. Иногда ветер усиливался, и его порывы срывали с деревьев пожелтевшие листья, которые кружась, плавно опускались на землю. Потом все успокаивалось, и опять торжествовала благодатная пора тепла, подаренная природой.
...Роман Григорьевич находился в состоянии апатии. Он сидел рядом с водителем микроавтобуса и отрешенно смотрел на быстро убегающую назад дорогу. Сын, дочь, зять сидели в салоне автомобиля и тихо переговаривались. За две недели до отъезда, он написал письмо своему знакомому Арнольду, который уехал за границу на несколько лет раньше, сообщил ему о дате своего приезда с тем, чтобы он снял им квартиру. Приехав в аэропорт, им пришлось несколько часов сидеть в зале ожидания среди многочисленных пассажиров. Вскоре началась регистрация, таможенная проверка и всех пассажиров желающих лететь на тот - же рейс разместили в предполетной комнате. Дети, Романа Григорьевича, да и он сам, находились в возбужденно-волнительном состоянии. Только сейчас они осознали всю важность происходящего в их жизни. Ведь они покидали своих друзей, добрых знакомых, свою родину, где прошло их детство, взросление, возмужание, где все было знакомым, родным, близким. Вскоре, у Романа Григорьевича, взволнованность прошла, на смену ей пришла обреченность и какое-то безразличие к происходящему. В какой-то душевной замкнутости прошло у него и время полета. Когда в салоне самолета раздался голос стюардессы призывающей пристегнуть ремни, так как самолет идет на посадку, сидящий у окна Роман Григорьевич посмотрел вниз, на улице была глубокая ночь, он увидел сотни огней большого города, сказочно освещающих землю.
…Погрузив вещи, в выделенный им микроавтобус, он назвал водителю город, улицу и номер дома Арнольда, знакомого Романа Григорьевича. Машина резво тронулась с места, и шустро виляя по многочисленным улочкам, несла семью Романа Григорьевича, навстречу неизвестности. Потом одноэтажные дома кончились, и машина долго ехала по открытой местности, на которой рос высокий бурьян, с местами встречающимися кучами мусора. Вскоре машина въехала в город и глазам новоприбывших открылись необычные для них картина,- все дома, от пыли, грязи и длительного отсутствия ремонта, имели темно - серый цвет, а окна были «слепыми»,- все они были закрыты жалюзями. Это произвело на детей, а в особенности на Романа Григорьевича, угнетающее настроение. Вскоре они подъехали к дому Арнольда, вещи выгрузили на тротуар и машина сразу уехала.
- Я поднимусь в квартиру Арнольда. Он, наверное, ждет, я же ему сообщил о времени нашего приезда,- сказал Роман Григорьевич детям и поспешил в открытую дверь подъезда.
Поднявшись на третий этаж, он отыскал нужный номер квартиры и позвонил. Дверь открыла незнакомая женщина,- это была теща Арнольда.
- Здравствуйте,- поздоровался Роман Григорьевич. Арнольд дома?
- Нет. Он на работе. Я в курсе, что вы должны приехать. Можете заносить вещи,- казала она.
Роман Григорьевич был несколько озадачен и обижен тем, что зная о его приезде, Арнольд его не встретил. Он сильно на него рассердился, за столь не почтительное к нему отношение. Положив вещи в коридоре квартиры, женщина сказала:
- Проходите, садитесь.
-А Арнольд скоро придет с работы?- поинтересовался Роман Григорьевич.
-Да. Скоро. Где вы собираетесь пока остановиться?
Романа Григорьевича несколько смутил этот вопрос.
- Дело в том, что мы можем оставить у себя переночевать одного человека, остальных разместим у знакомых,- сказала она.
- Я просил Арнольда снять квартиру к нашему приезду. Разве он не сделал это?
-Я не в курсе. Он придет и сам всё расскажет.
После нескольких часов ожидания появился Арнольд. После рукопожатий он сказал:
- Дело в том, что хозяин квартиры, кто её сдаёт, будет только через два дня. Кроме того, трехкомнатную квартиру он сдает на десять месяцев и просит оплатить ему сразу за эти месяцы.
- Я же писал тебе, чтобы ты снял такую квартиру, в которую сразу по нашему приезду мы могли там поселиться и платить помесячно.
- Я уже так договорился на этих условиях.
Роман Григорьевич был сильно озадачен таким поворотом и это ему очень не нравилось. Кроме того, помня предупреждение его тещи, о невозможности, скорее не желании, разместить их у себя, он обратился к зятю:
- Стасик. Ты можешь позвонить своему дяде Илье, и спросить можем ли мы приехать к нему на пару дней?
- Да. Он сказал, что ждет нас,- сказал Стасик, после разговора с дядей.
Дядя Стасика жил в другом городе, в ста километрах от этого. Арнольд, слышавший этот разговор, ничего не сказал.
- Пойдем,- обратился Роман Григорьевич к Арнольду,- поможешь нам нанять такси. Мы на этом языке пока не говорим.
На улице было уже темно, когда они приехали к дяде Стасика. Это вынужденное путешествие им обошлось в сто долларов. Дядя Стасика и его жена Юля встретили их очень радушно. Ужин, приготовленный Юлей, был вкусным и обильным. Позже, всех разместили в разных комнатах, - благо у них был двухэтажный коттедж. Лёжа в отдельной комнате на втором этаже, Роман Григорьевич думал о том, что их ждёт в этой, пока ещё не знакомой, стране. В любых ситуациях он всегда был собран, целеустремлён, готовый решать любые возникшие жизненные ситуации. Но, то было на родине. Где было много знакомых, которые в любой момент могли придти на помощь, где он был материально и морально защищён. Сейчас ничего этого не было, и поэтому он чувствовал неопределённость своего положения, какую-то незащищённость и невозможность как-то повлиять на ситуацию, в которой они оказались. Он был далеко не религиозным человеком, но теперь, лёжа в тёмной, не оборудованной комнате, на чужой, жёсткой кровати, закрыв глаза, стал мысленно молиться. « Господи, умаляю тебя много, много, много раз. Прояви, пожалуйста, своё милосердие к нам: ко мне, к моей доченьке Галочке, к моему сыночку Грише, к Стасику, прояви своё всесилие помоги нам быть здоровыми, счастливыми, чтоб удача и успех сопутствовали нам во всех наших делах. Спасибо Тебе Господи».
После этого он незаметно уснул тяжёлым, тревожным сном.
За эти два дня они хорошо отдохнули и полные сердечной благодарности к этим людям, утром взяли опять за сто долларов такси и поехали обратно. Сидя в машине, Роман Григорьевич вспомнил прошлую ночь, своё неожиданное обращение к богу и подумал:- « Почему люди верят в бога? Думаю потому, что человек слаб. Жизненные проблемы, которые трудно или даже невозможно решить самому, боязнь несчастий, вынуждают верить во, что-то сверхъестественное, всемогущее, божественное, которое поможет, защитит – основа веры в бога».
...В своё время, много читая, Роман Григорьевич встречал слово «маклер». Оно для него было чем-то далёким, отжившим, не честным, торгашеским. Для него он представлялся человеком, который выше всего ставит свою выгоду, корысть. В прежней его жизни это понятие вообще не существовало, и он не мог себе даже представить, что ему придётся решать какие-то проблемы именно через это, теперь уже, реальное лицо. В маклерскую контору, через которую оформлялся договор на съем квартиры, Роман Григорьевич вместе с детьми, Арнольдом и хозяином квартиры, французским миллионером, пришли вместе. После оформления договора и его подписи сторонами, Арнольд перевел просьбу маклера о том, чтобы Роман Григорьевич заплатил ему месячную сумму за посредничество. Когда расплата с маклером и хозяином квартиры, в сумме пяти тысяч долларов, была выполнена, Арнольд вдруг сказал:
- А теперь, заплати мне пятьсот долларов за то, что я снял квартиру и дал маклеру задаток за месяц.
- Позволь,- ответил Роман Григорьевич, я тебе за десять дней до приезда писал, когда приезжаю. Почему бы тебе не снять квартиру за несколько дней? А ты говоришь, что снял квартиру за месяц. Зачем? Здесь маклерских контор пруд пруду, можно сегодня же вселиться в квартиру. Ладно,- с обидой в голосе, сказал Роман Григорьевич. Мне, конечно, в этих условиях дорог каждый доллар, но я не обеднею. Главное, чтобы у нас тобой одинаково была чиста совесть.
И он выплатил ему просимую сумму.
Жадность отвратительная черта в характере определённой части людей.
...Трехкомнатная квартира оказалась на втором этаже. Её окна выходили на уровень стоянки автомашин. В летнее время стояла
Тридцати пятиградусная жара, постоянная для этой страны и продолжалась в течении шести месяцев. Когда машины уезжали или приезжали, то все выхлопные газа тянулись в открытые окна снятой квартиры. Кроме того, под этой квартирой, находился магазин, из которого исходил удушливый запах смоленых кур. Роман Григорьевич оплатил съём трехкомнатной квартиры, но оказалось, что одна комната заперта с вещами хозяина квартиры. Так с обмана Романа Григорьевича и его семьи, началась жизнь в новой стране. Это, конечно, очень сильно огорчило его, не прибавила здоровья, и подорвало доверие к людям, вызвало презрение к их алчности, недобросовестности, подлости. Немного освоившись в новом жилище, начали думать, как жить дальше. Галочка пошла на курсы по изучению нового для неё языка, Гриша и Стасик устроились на работу. Первый стал автокрановщиком, второй машинистом башенного крана. Параллельно принимали уроки, чтобы подтвердить права по вождению автомобиля. Роман Григорьевич взялся за поправку своего здоровья. После посещения врача и приёма, в течении дня прописанных ему многочисленных таблеток, он уходил на море, которое было примерно в километре от занимаемого ими дома, садился на раскладной стульчик, с удовольствием вдыхал свежий морской воздух, смотрел на волны, с шумом набегающие друг на друга. Иногда шёл в ближайший сквер, садился в тени на скамейку и любовался окружающей природой. Но он не мог праздно проводить время, поэтому стал думать, чем бы заняться, чтобы совместить приятное с полезным. «А почему бы мне не попробовать писать стихи?» - подумал он. Достав из сумки записную книжку, авторучку ненадолго задумался. « О чём писать? Наверное, о войне. Конечно, когда началась война, мне было три года, но кое-что запомнилось». В памяти всплыли неясные отрывки происходящего, запечатлённые в детской памяти. Достаточно явственно запомнилось время, когда покидали родные места и вначале на повозке, а потом поездом уезжали дальше от войны. Для Романа Григорьевича скитания запомнились тягостными, бессонными ночами с ощущением чего-то болезненного, не реального, почти в полузабытьи, словно кошмарный сон. Потом наступило время голодного, безысходного существования в эвакуации.
..На чистом листе блокнота он осторожно вывел «Быль о войне. Поэма». И немного подумав, написал:
-«Война пришла в то злое утро,
нарушив сон, покой и жизнь.
Хочу к ушедшей бездне времени вернуться
и вновь всё это вспомнить, пережить».
Взбудораженная воспоминаниями память, оживила те чувства, которые он тогда ощущал и рука, с пишущей ручкой, медленно выводила вязь письма, отображая в стихотворной форме мрачные времена его военного детства. Перед его мысленным взором, проходили тягостные, изнурительные картины бесконечных, как ему тогда казалось, скитаний. Они ехали на повозке, запряжённой медленно бредущей лошадёнкой. Потом пересаживались, на бешено несущегося в неизвестность, поезда. Его мысли опережали ложившиеся на бумагу строки, поэтому рука, торопясь запечатлеть всё на бумаге дрожала, а строки были похожи на морскую волну, спешащую догнать, впереди плывущую.
...По воспоминаниям свидетелей, которые он запомнил со школьных лет, которые рассказывали о зверствах фашистов и предателей, из числа местных жителей. О том, как они расстреливали мирных жителей и его близких родственников. Подумав об этом, рука Романа Григорьевича, прежде чем продолжить писать, на мгновение, как раненая птица, бессильно повисла в воздухе, потом, как бы очнувшись, быстро, словно боясь не успеть, стала писать и строки ровным ручьём потекли по странице. Здесь были описаны и глубокие переживания оставшихся на родине родных, приход фашистов, мучительные ожидания, облавы, последний, скорбный ход тысяч женщин, детей, стариков к месту расстрела. Роман Григорьевич зримо увидел, готовых ко всему одухотворённые лица обречённых, выражающих надежду и страх.
-«У рва, свежевырытой ямы, стояли в шеренгу они. Надеялись, верили, ждали, что жизни продолжатся дни... Ударили вдруг пулемёты, огонь изрыгая с стволов и падали женщины, дети, со стоном в смертельный тот ров».
Он достал из кармана носовой платок, вытер им покрасневшие глаза, потное лицо, отпил из небольшой бутылки несколько глотков воды, положил в сумку блокнот и ручку, и глубоко вздохнув, посмотрел на безоблачное, голубое небо. Душевные силы покинули его - не мог дальше продолжать писать. « Не уж то мы выбраны лишь для страданий, для жутких гонений и слёз? Столетьями кровью своей поливали, пропитана её планета насквозь» - подуман он в стихотворной форме, потом тяжело поднялся и медленно пошёл по направлению к дому. Идя домой он был под впечатлением воспоминаний и мысленно перебирал в памяти события того страшного времени. С этого времени, сочинение стихотворений, а позже занятие прозой стало для него той отдушиной, погружаясь в которую он отвлекался от грустных дум о трудностях жизни и не совсем хорошем самочувствии, что благотворно влияло на его здоровье.
...Живя на родине, где всё тебе знакомо и привычно, где вся среда обитания гармонично вписалась в твою жизнь, где тебе комфортно и уютно, ты не задумываешься о том, что всё может измениться по тем или иным причинам или обстоятельствам. И всё то, к чему стремился, чего с большим трудом добился, в один момент может быть потеряно. И не по причине военных действий или стихийных бедствий, а по собственному решению. Этому способствуют сложившиеся, на данный промежуток времени, условия жизни, психологический настрой, вызванный не до конца осознанным чувством неудовлетворённости и даже тем, что многие твои родные и знакомые уезжают, - то есть не последнее место в этом решении занимает пресловутое стадное чувство.
Роман Григорьевич тяжело переживал переезд в не знакомую страну, неопределённость и неустроенность жизни. Особенно это касалось проблемы жилья. За несколько месяцев до окончания договора на снимаемую квартиру он спросил у детей:
- Что будем дальше делать? Продолжать снимать квартиру или брать кредит и покупать свою?
- А как ты думаешь?- почти в один голос проговорили они.
-Моё мнение,- нужно купить свою квартиру и перестать скитаться по чужим углам.
Говоря это, он думал, прежде всего, о своих детях, и конечно, ему тоже хотелось жить в своей квартире. В нём было велико желание сделать так, чтобы всем им было хорошо. Годы, когда он был для детей и отцом и матерью, когда решение всех жизненных проблем он брал на себя, не прошли даром. Его внутренней потребностью всегда было беспокоиться о них и делать всё, чтобы им было хорошо. И, несмотря на то, что дети уже были взрослыми людьми, он продолжал опекать их. Всё его существо протестовало против необычной ситуации, в которую они попали. Здесь у них не было ничего, кроме одежды, в которую они были одеты. Он поочерёдно посмотрел в глаза каждого из них и сказал:
- Я считаю, что нужно покупать квартиру, -повторил он.
- Хорошо,- сказала Галочка. Но мы все заняты, нам некогда заниматься поиском квартиры, ходить в банк, чтобы узнать условия выдачи кредита.
-Этим, если хотите, займусь я. Сначала я схожу в банк, всё узнаю, а потом буду искать квартиру. Когда найду, подходящую вместе будем её смотреть и решать.
-Ладно,- за всех ответила Галочка.
Роман Григорьевич вышел на центральную улицу города, где находились маклерские конторы. Пройдя совсем немного, он увидел одну из них. Переступив порог конторы, он увидел небольшую комнату, в которых стояло четыре одно - тумбовых, не презентабельного вида, стола, за тремя из них сидели молодые люди кавказской внешности, а за четвёртым,- молодая девушка.
- Здравствуйте,- поздоровался Роман Григорьевич,
-Здравствуйте,- с акцентом ответил полноватый мужчина, сидевший в центре комнаты. Садись, пожалуста. Что тебе нужно, дорогой?
В первую минуту Роман Григорьевич был озадачен фамильярностью, с которой обратился к нему молодой человек. Но сообразив, что у людей с тех краёв, в основном, такой стиль разговора, успокоился и сказал:
-Да, вот, дорогой, пришёл к тебе за помощью. Нелёгкая занесла меня в эти края и теперь мне нужна квартира, которую я смог бы купить. Что предложишь?
- О, дорогой, да у нас много хороших квартир, но для тебя у нас есть одна трёхкомнатная квартира, пальчики оближешь. Мы её никому не показывали, наверное, ждали тебя. Хочешь, мы её тебе сейчас и покажем? Только не сомневайся,- лучшей квартиры тебе не найти.
Войдя, вместе с маклером, в предлагаемую квартиру Роман Григорьевич увидел, что там живут люди. Обстановка квартиры говорила о том, что она давно обжита людьми живущими в ней. Маклер в сопровождении хозяина квартиры провёл Романа Григорьевича по всем комнатам. Остановившись посредине одной из них, маклер, с довольным видом, как-то даже радостно, обращаясь к Роману Григорьевичу, сказал:
-Ну, как? Понравилась квартира:
И не ожидая ответа, продолжал:
- Я же тебе, дорогой, говорил, что Шалва тебе плохого не посоветует.
- Да, но здесь живут люди.
- Ну и что? Они немного, ещё с годик, а может и больше поживут, а потом ты будешь в ней, долго жить.
-Как это с годик? Мне сейчас нужна квартира, а не через годик, дорогой, - теряя терпение, проговорил Роман Григорьевич. Нет, этот вариант мне не подходит.
-Зря отказываешься, такого случая больше не будет. Счастье идёт тебе самому в руки, а ты его не берёшь. Потом жалеть будешь, подумай.
- Нет - категорично сказал Роман Григорьевич и пошёл к выходу.
После его ухода маклер ещё некоторое время остался говорить с хозяином квартиры. Когда Роман Григорьевич вышел из подъезда маклер его догнал:
- Ты здесь новый человек и многого не понимаешь. Я всегда стараюсь делать добро людям. Подумай, это хорошая квартира и представь, как ты там живёшь. Ты даже не мог мечтать о такой квартире. Зачем отказываешься?
Видя, что Роман Григорьевич ни как не реагирует на его слова, он несколько раздражённо сказал:
-Ладно. Не хочешь эту дам тебе свободную квартиру. Хочешь, счас покажу, ключи у меня с собой.
Несмотря на то, что на улице было уже темно, Роман Григорьевич согласился. Квартира была большой, просторной. Одинокие, тусклые лампочки освещали ободранные стены, в некоторых местах не было вообще штукатурки, в углах комнат была паутина, пол, и окна были покрыты толстым слоем пыли. Всё это говорило о том, что в ней давно не жили.
- Квартира неплохая, но она требует большого ремонта- сказал Роман Григорьевич,- надо подумать. Утром я приду и дам ответ.
На следующее утро он пошёл в маклерскую контору.
-Вчера я хорошо не смог посмотреть квартиру, - было темно. Хочу её посмотреть при дневном свете.
Сидящая за столом девушка, подняла голову и с искажённым от злости лицом, прокричала:
-Что мы будем по несколько раз возить вас в одну и ту же квартиру?
- Не будете? И не надо. Всего доброго,- проговорил расстроившийся Роман Григорьевич , и вышел на улицу.
Прежде чем начинать поиск квартиры, нужно было узнать в банке, какую сумму он даёт на покупку квартиры. А сумма ссуды зависела от зарплаты работающих детей. Вооружившись необходимыми документами, Роман Григорьевич пошёл банк. Там он узнал, что если учитывать только зарплату детей, то количество денег выдаваемых им не хватит для покупки квартиры.
- Если вы тоже возьмёте ссуду, она тоже дается в строго ограниченном размере, то вам хватит на покупку квартиры. Но тогда вы лишаетесь, права получать так называемые квартирные деньги,- сказала служащая банка.
- Хорошо. Когда найдём нужную квартиру я к вам приду для оформления.
У Романа Григорьевича было горячее желание поскорее решить жилищный вопрос, не смотря ни на что. Он привык брать на себя ответственность за свою семью, не считаясь с последствиями.
Через несколько дней идя по городу, Роман Григорьевич увидел объявление на столбе. В объявлении было написано о продаже квартиры с указанием адреса и номера телефона. Вечером, когда дети пришли с работы, позвонили хозяину квартиры и пошли её смотреть. Квартира оказалась недалеко от центра города в тихом переулке. Посмотрев все комнаты, не без труда договорились о приемлемой цене и встречи на следующий день в одном из маклерских контор, для оформления документов. Так как никто из детей и сам Роман Григорьевич пока не говорили на этом языке, он решил пригласить для разговора с маклером своего знакомого Арнольда.
- Где находится квартира и что она собой представляет,- спросил Арнольд.
- Квартира хорошая, просторная. Большой коридор, кухня, высокие потолки и три комнаты.
Встретившись у маклера договорились на следующий день, предварительно побывав у адвоката, произвести окончательное оформление всех документов. Выйдя из дверей маклерской конторы, Арнольд подошёл к хозяину квартиры и несколько минут о чём-то с ним разговаривал. После их разговора, хозяин квартиры что-то стал говорить Роману Григорьевичу.
-Арнольд,- позвал Роман Григорьевич, переведи, что он говорит.
- Он говорит, что цена, о которой раннее договаривались, его не устраивает.
- Мы же договорились. Почему он вдруг передумал? О чём ты с ним говорил?
-Да так просто,- ответил Арнольд.
- А меня не устраивает новая цена.
По дороге к снимаемой квартире огорчённый Роман Григорьевич стал думать «почему вдруг хозяин квартиры назвал другую сумму? Всё было нормально, пока Арнольд не поговорил с хозяином. О чём говорил Арнольд с ним? Наверное, он сказал, что я работал в кооперативе, что у меня много денег, и я могу заплатить за квартиру большую сумму. По крайней мере я не нахожу других причин отказа хозяина квартиры от достигнутых договорённостей. Не надо было этого Арнольда приглашать. Хорош земляк, позавидовал, не знал, что он способен на такую подлость».
Спустя несколько недель Роман Григорьевич нашёл подходящую квартиру и после всех процедур с документами с детьми вселился, наконец, «в свою» квартиру. Квартира находилась в старом доме и требовала капитального ремонта. Взятую ссуду на покупку квартиры нужно выплачивать двадцать пять лет. Ежемесячный взнос в банк равен примерно одной зарплате работающего члена семьи. Если по какой-либо причине семья в течении, примерно полугода, не в состоянии производить оплату за жильё, банк через суд выселяет несостоявшегося владельца квартиры. Притом банк первые десять – пятнадцать лет снимает проценты и только потом начинается погашение ссуды. Получается, что если вы взяли ссуду сто тысяч долларов в итоге банк взимает с вас, примерно, в три раза больше. «Да! Ну и порядки. Это называется узаконенный грабёж людей »- подумал огорчённо Роман Григорьевич. «Но, деваться некуда. Придётся детям выплачивать квартиру до самой пенсии, а я, к сожалению, ни чем помочь не смогу».
Квартира состояла из трёх комнат: - салон, спальня и небольшая третья комната именуемая половинкой. Молодые, естественно, расположились в довольно приличной по площади спальне.
-Ты, сынок, займи половинку,- сказал Роман Григорьевич.
-Может, ты лучше займи её,- неуверенно сказал Гриша.
-Нет. Комнату займи ты, а я буду спать в салоне на раскладушке.
-Ладно, раз ты настаиваешь,- ответил Гриша.
…Словно морская волна время неудержимо накатывалось на жизнь Романа Григорьевича и его небольшой семьи. Казалось, вот совсем недавно они прибыли в эту далёкую, неизвестную страну, а прошло уже три года. Ни свет, ни заря дети поднимались с постелей и уходили на работу, где тяжело работая, им платили унизительно низкую зарплату.
Нужно сказать, что если до переезда все расходы по покупке продуктов лежали на плечах Романа Григорьевича, то на новом месте было решено, что каждый член семьи вносит определённое количество денег на своё содержание. Деньги отдавались Галочке, Гриша и Стасик покупали продукты, а Галочка, иногда Роман Григорьевич, готовили еду. Некоторое время так продолжалось.
Однажды Галочка сказала:
- Хватит, у меня своя семья и я буду покупать продукты, и готовить только на себя. А вы с папой,- обратилась она к Грише,- питайтесь отдельно.
- Хорошо,- несколько с обидой сказал Роман Григорьевич,…
 
…Прошло четыре года. Гуляя по набережной моря Роман Григорьевич с завистью смотрел на дедушек и бабушек, гуляющих со своими внуками и внучками,- кто с умиротворённым лицом катил впереди себя коляску с младенцем, кто, улыбаясь, держал за ручку двух- трёх годичного потомка, неудержимо таща вперёд счастливого предка. «Простое дело сделать и то не могут»- с тоскливым юмором думал Роман Григорьевич, думая о том, чтобы дочка подарили ему, наконец-то, внука или внучку. Но время шло, а прибавления в семье так и не было. На сына пока надежды, в этом отношении, было мало. Через несколько лет можно было отметить его тридцати пятилетие, но он не думал устраивать свою личную жизнь. В последующие несколько лет после приезда в страну, он никак не мог задержаться ни на одной работе, то ли условия там были для него неподходящие, то ли он не устраивал частного работодателя, но получалось так, что он подолгу не работал, сидел дома или проводил время с игральными автоматами. Романа Григорьевича это беспокоила и он часто ему говорил:
- Сынок, Не пора ли тебе подумать о собственной семье.
Он полушутя, полусерьёзно отвечал:
- Я тогда женюсь, когда будет экстремальная ситуация.
- Тебе обязательно нужна экстремальная ситуация? Думаю, лучше решать этот серьёзный вопрос в спокойной обстановке. Здесь очень много девушек,- выбирай любую. Займись.
И перейдя на шутливый тон, добавил:
-Помнишь, как в одном комедийном фильме мать уговаривала своего дебильного сына жениться, а он всё время повторял, «не хочу жениться, не хочу жениться». А я, как его мать, тоже тебе говорю:
- Женись, сынок. Будешь с ней делать что хочешь. Можешь её бить, таскать за волосы.
- Я же не он, - улыбаясь, отвечал Гриша.
Потом серьёзно добавлял:
-Хватит доставать меня этими разговорами. В детстве ты мне всё время говорил,- кушай сынок, кушай. Поэтому я плохо кушал. Теперь ты говоришь,- женись сынок, женись. Вот я и не женюсь.
- Ты тогда очень плохо кушал, вот я и говорил так. Теперь тебе действительно пора жениться,- в твоём возрасте другие мужчины давно имеют семью, детей, а ты ведёшь себя как беззаботный мальчик. Ты говоришь, что тебе для этого нужна экстремальная ситуация, но это же, по меньшей мере, не серьёзно.
… Наконец, Роман Григорьевич узнал, что Галочка беременна. Он был очень рад этому событию, с надеждой и тревогой ждал рождения нового члена семьи. Настал день, когда Стасик отвёз её в родильный дом. Это было за несколько дней до нового года. Роман Григорьевич, Стасик и Гриша неотлучно стояли у дверей комнаты, где должна была рожать Галочка. Гриша или Стасик попеременно приоткрывали дверь и тихо спрашивали лежащую на кровати Галочку:
- Что говорят врачи? Скоро тебе рожать?
-Да. Сказали скоро, - отвечала она.
-Молодые люди,- не открывайте больше эти двери, нельзя,- строго сказала подошедшая врач.
До позднего вечера, переминаясь с ноги на ногу, они простояли у заветной двери. Неожиданно для них за дверью послышался громкий крик Галочки, и они поняли, что у неё начались роды. Вскоре послышался плач ребёнка и до слёз, растроганные мужчины стали обниматься и поздравлять друг друга.
- Кто у нас муж? – спросила доктор, приоткрыв дверь родильного отделения.
- Я,- взволнованно ответил Стасик.
- Поздравляю, папаша. У вас родилась дочка.
Через несколько дней Галочку с новорожденной выписали домой. Радостно-возбуждённые
По существующим в этой стране законам, женщине дают послеродового оплачиваемого отпуска всего три месяца, после чего она обязана выйти на работу. В приятных хлопотах три месяца прошли быстро, и Галочке нужно было идти на работу. До окончания этого времени договорились, что заниматься Люсей, так назвали новорождённую, будут попеременно Роман Григорьевич и Стасик, который на работе договорился работать посменно. Конечно, мужчинам нелегко справляться с младенцем, но другого выхода не было. Для Романа Григорьевича время препровождения с Люсей было радостным. Он был счастлив, что его, если можно так назвать, встреча с внучкой наконец-то состоялась. Глядя на это крохотное существо его глаза, светились радостным блеском, а губы растягивались в счастливой улыбке. Когда она стала ходить, он с ней гулял в большом сквере. Обычно там прогуливались с детьми молодые мамы, бабушки и дедушки. Всякий ребёнок, по своему, красив, но внешность Люсеньки у всех кто на неё смотрел, вызывало добрую улыбку, чувство умиления и восхищения. Нежное младенческое лицо, алые, нежные губки и в особенности необыкновенно красивые глаза не могли никого оставить равнодушным к этому поистине ангельскому созданию. Когда её родители гуляли с ней, хотя они тоже были внешне приятными людьми, то незнакомые люди, глядя на Люсеньку, говорили им:
-Неужели это ваш ребёнок? Не может быть. Она очень красива.
… Каждое утро Роман Григорьевич отводил, а потом вечером забирал домой Люсеньку - вначале в ясли, а потом когда она подросла, в детский сад. До яслей и садика и после них он её кормил, играл с ней, читал сказки и пел ей детские песенки. Когда с работы возвращались её родители, он немного уставший передавал им заботу о ней. Когда Люсенька пошла в первый класс, то Роман Григорьевич стал её туда провожать, а после школы встречать, неся туда и обратно рюкзак с книгами. По пути обратно домой, он часто предлагал купить ей что-нибудь вкусненькое. После её согласия, удовлетворённый тем, что ему представилась возможность сделать для неё, что-нибудь приятное он покупал то, что ей хотелось. Потом, с довольной улыбкой на лице он украдкой наблюдал, как она лакомится купленным мороженым, пирожным или пьёт сок, только что выжатый из морковки, яблока или другого овоща или фрукта. Так продолжалось до тех пор, пока Люсеньке не исполнилось десять лет. После этого
Галочка стала сама отвозить её в школу, а Роман Григорьевич, стал её встречать.
…Как раньше было сказано, Гриша не знакомился с девушками и продолжал вести беззаботный образ жизни, не задумываясь о будущем. С рождением Люсеньки Галочке стало трудно кроме своей семьи обеспечивать ещё двух мужчин,- справляться на кухне, стирать. Если Роман Григорьевич помогал заниматься с Люсенькой и иногда готовил обед или ужин для Гриши, то Гриша был на положении, как бы ещё одного велико возрастного ребёнка. В последнее время Галочка всё чаще стала настаивать на том, чтобы Гриша снял квартиру и стал жить отдельно. Часто это стало доходить до ссор. Роман Григорьевич много раз говорил сыну:
- Сынок,- давай я займусь поиском квартиры для тебя. Наверное, ты дождался экстремальной ситуации, о которой ты так часто говорил.
После неоднократных напоминаний он посмотрел на отца и с лицом, изображающим зубную боль, сказал:
-Ладно, ищи квартиру.
Много квартир предлагал Роман Григорьевич сыну, но все они ему не нравились. То далеко, то высоко, то дорого. А однажды он сказал:
- Вообще у меня нет денег.
Действительно, несколько месяцем он не работал и только недавно устроился, не успев даже получить первую зарплату.
- Давай сделаем так,- сказал Роман Григорьевич. Первый месяц я оплачу тебе за квартиру. Кроме того, куплю тебе холодильник, телевизор и стиральную машину то, что действительно необходимо для жизни.
Вскоре Гриша переехал и стал жить отдельно.
Роман Григорьевич понимал состояние сына, впервые оторвавшегося от семьи. Через несколько дней, придя вечером к Грише, Роман Григорьевич увидел его в грустном расположении духа и предложил:
-Хочешь, чтобы тебе было веселей, я некоторое время буду ночевать у тебя.
- А где ты будешь спать?- спросил он. Здесь один диван больше ничего нет.
-А я буду спать на столе.
-Нет. Тогда на столе буду спать я,- ответил он.
- Тебе, сынок утром на работу и надо хорошо выспаться. Поэтому на столе буду спать я.
Так, несколько месяцев, скрашивая одиночество сына, которому пошёл четвёртый десяток, Роман Григорьевич спал на столе, постелив на него всё, что попадало под руку. Конечно, в таких условиях сон был далеко не сладким и не крепким. От жёсткой постели болели бока, да и общее самочувствие было не на высоте. Однажды он решил, что излишне опекает взрослого сына: - «Если я буду продолжать быть с ним, он не будет ни с кем из девушек знакомиться и продолжит жить холостяком, да и подустал я от такой жизни». Как-то утром, когда Гриша собирался на работу, Роман Григорьевич сказал ему:
- Больше я не буду приходить к тебе ночевать.
- Я тоже хотел тебе это сказать,- ответил Гриша. Поживу один, скорее начну искать девушку, чтобы жениться.
Через несколько месяцев Гриша сказал Роману Григорьевичу:
- Папа, я познакомился с девушкой. Она занималась фигурным катанием, хорошо разбирается в компьютерах, но эти курсы не закончила. Кроме того занималась в группе самозащиты. Очень интересуется политикой и горячо обсуждает мировые проблемы.
- Думаю, что если человек берётся за что-то, он должен доводить это до конца. Это хорошо характеризует человека. Если человек берётся за многое и ничего не доводит до конца, то такого человека считаю, по меньшей мере, не серьёзным. Фигурным катанием занималась и ничего не добилась. На курсах по компьютерам занималась, бросила. Очень сомневаюсь, чтобы она знала хоть один приём рукопашного боя. Считаю, что если девушка горячо обсуждает политические новости, а других интересов у неё нет, то я бы относился к ней с осторожностью и вряд ли решился связать с ней свою судьбу. Она тебе нравится?
- Не плохая девчонка,- ответил Гриша.
-А сколько этой твоей девчонке лет?
- Тридцать.
-Знаешь, чтобы я тебе посоветовал. Познакомься ещё с двумя-тремя девушками, и тогда выбирай среди них ту, которая тебе больше всего понравится. На первой знакомой девушке я бы не останавливался. Ты собираешься жениться, а это, как ты сам понимаешь, вопрос очень серьёзный.
Через неделю при встрече Гриша сказал:
- Я ей предложил жить вместе, и она согласилась. Это моя жизнь и мой выбор.
- Ты не послушался моего совета, познакомиться с ещё несколькими девушками, а решил по - своему. Ну, что ж, ты вправе решать, так как ты считаешь. Мне сынок, что нужно? Чтобы ты был счастлив.
Роман Григорьевич впервые увидел избранницу сына, когда в один из выходных пришёл к нему домой.
-Это Алевтина, - сказал Гриша, представляя её отцу. А это мой папа, - Роман Григорьевич.
Внимательно посмотрев на потенциальную невестку, он про себя отметил, что по внешности она довольно привлекательна. Но в выражении её лица явно просматривалось высокомерие, себялюбие. При дальнейшем общении ранее отмеченные особенности её характера подтвердились, открыв новые, - это неуступчивость и эгоистичность. Чтобы Гриша не предлагал, она не соглашалась, ничего не предлагая взамен. Только её точка зрения по тому или иному обсуждаемому вопросу верна, хотя она в этом совершенно ничего не понимает. Не слушая собеседника, перебивая его громким криком, она с тупым упорством продолжает отстаивать свою правоту. Праздность и неаккуратность в доме проявлялась во всём. В квартире всегда полный беспорядок,- вещи, обувь разбросаны по всей квартире и находились в самых невероятных местах, пыль много дней лежала на мебели толстым слоем. После еды грязная посуда складывалась в раковину, и лежала там до тех пор, пока не из чего было кушать, только тогда она мылась. Ничего неделание было её главным принципом. А её беспечное отношение к деньгам приводило к тому, что им приходилось залезать в многотысячные долги, с которыми потом годами рассчитывались. Эмоционально не постоянная, любила драматизировать ситуацию, разыгрывая роль трагической героини, в любом вопросе сама создавала проблемы. Резко отрицательно относилась к малейшей критике в её адрес, даже если она звучала со стороны родных людей. После этого она впадала в тихую истерику, плакала и долго могла обижаться на того кто позволил сказать в её адрес, даже в качестве совета, что-то отрицательное. А о самокритике вообще говорить не приходится. В семейной жизни проявляла желание доминировать, повелевать. Только её точка зрения по - тому или иному обсуждаемому вопросу правильна.
Первый год жизни вместе, как это всегда бывает, был для Гриши наполнен положительными эмоциями. Практически никогда не имевший связей с женщиной, находясь в состоянии эйфории, он чувствовал себя вполне счастливым. Тем более, что никаких особенных разногласий между ним и новоиспеченной женой не было. Кроме того, находясь в состоянии влюбленности, он не замечал, да и не хотел замечать каких-то отрицательных черт её характера, понимая, что идеальных людей не бывает. Только со временем его стали раздражать её не аккуратность в домашних делах, крикливость и многословность, неуступчивость в очевидных вопросах, капризность, нетерпимость к малейшим замечаниям в её адрес, По натуре спокойный, рассудительный, всей душой стремящийся к гармонии в личной жизни, своим поведением Гриша старался сделать так, чтобы в доме было спокойно. Со временем ему это частично удалось, но не с её стороны, а тем, что он смирился с таким положением вещей и просто перестал вступать с ней в длительные, ни к чему не приводящие разговоры. В их доме наступила относительное спокойствие, без каких либо изменений в лучшую сторону. Так же в квартире было не убрано, в пыли, о вкусно приготовленном завтраке, обеде или ужине приходилось только мечтать. После рождения дочери Викули ссылаясь на то, что ей тяжело таскать коляску со второго этажа, много месяцев с ребёнком сидела дома, не выходя даже на прогулки, чтобы ребёнок подышал свежим воздухом. Она не желала поступиться личными интересами даже ради своего ребёнка. Роман Григорьевич неоднократно говорил сыну:
- Гриша! Сколько ей можно сидеть дома. Ведь вы же на съёмной квартире и ты видишь сам, что не справляешься материально один обеспечивать семью. Да никто это не в состоянии сделать, - обычно работают двое, муж и жена.
-А кто будет сидеть с Викулей?- говорил он.
-Я же тебе давно и много раз говорил, что я буду помогать, да и её родители иногда будут подключаться, даже если они работают.
Только когда прошло четыре года, в течении которых они практически жили в долг, который составлял огромную сумму, Алевтина нашла работу. А Роман Григорьевич стал отводить Викулю в детский сад, забирать её оттуда и отводить домой, кормить и ждать кого-нибудь из её родителей с работы. Роману Григорьевичу было нелегко ежедневно заниматься этим, так как чувствовал он себя не лучшим образом. Но понимая, что нужно помогать молодой семье, тем более, что они жили на съёмной квартире за которую платили не маленькую сумму. Проработав почти три года, Алевтину уволили. Скорее всего, сказался её неуживчивый характер. Да Грише не - легко. Но как он сам говорил,- это его выбор.
 
…Когда Гриша стал жить отдельно в комнату, которую он занимал, поселился Роман Григорьевич. Это была комната с одним небольшим окном. В неё вместился раскладной диван и письменный стол у окна. Свободное пространство от стены до дивана составляло чуть больше метра.
 
… Каждое утро Роман Григорьевич отводил Люсеньку - вначале в ясли, а потом когда она подросла, в детский сад. До яслей и садика и после них он её кормил, играл с ней, читал сказки и пел ей детские песенки. Когда с работы возвращались её родители, он немного уставший передавал им заботу о ней. Когда Люсенька пошла в первый класс, то Роман Григорьевич стал её туда провожать, а после школы встречать, неся туда и обратно рюкзак с книгами. По пути домой, он часто предлагал купить ей что-нибудь вкусненькое. Роман Григорьевич почти всегда был уверен, что она, конечно же, не будет возражать против этого. Он был рад, что ему представилась возможность сделать для неё, что-нибудь приятное, покупал ей всё, что она желала. Потом, с довольной улыбкой на лице украдкой наблюдал, как она лакомится купленным мороженым, пирожным или пьёт сок, только что выжатый из морковки, яблока или другого овоща или фрукта. Так продолжалось до тех пор, пока Люсеньке не исполнилось десять лет. После этого
Галочка до работы стала сама на машине отвозить её в школу, а Роман Григорьевич, стал её изредка встречать, на что несколько повзрослевшая девочка
просительно смотря на дедушку, говорила:
- Дедуля, не надо меня встречать, я уже большая девочка и могу сама идти домой.
-Я согласен, Но тебе тяжело нести сумку набитую книгами.
- Все девочка моего класса носят сами свои сумки, а я что, хуже их? И их тоже уже никто не встречает как маленьких.
- Ну, что ж. Не хочешь, чтобы я тебя встречал, тогда не буду.
Copyright: Михаил Басс, 2014
Свидетельство о публикации №333035
ДАТА ПУБЛИКАЦИИ: 25.09.2014 18:36

Зарегистрируйтесь, чтобы оставить рецензию или проголосовать.
Блиц-конкурс
Можно ли судить женщину...
Представляем нового члена МСП "Новый Современник"
Ольга Рогинская, Израиль
Чемодан
Любовь, любовь...
Любовь Пивник
Такая боль, такая жалость...
Представляем наших новых авторов
Ольга Патракова
Перевоплощение
Надежда Сверчкова
Наизнанку
Мы на YouTube
Владимир Мурзин
Офицерская рать.
Мнение. Критические суждения об одном произведении.
Наталья Килина
Разговор с душой
Читаем и критикуем.
Сайты наших авторов
Татьяна Ярцева
Презентации книг
наших авторов
Илья Майзельс.
Демоверсии. Занимательное чтение у райских врат
Конкурсы на премии
МСП "Новый Современник"
 
Документы и списки
Устав и Положения
Документы для приема
Органы управления и структура
Форум для членов МСП
Состав МСП
"Новый Современник"
2020 год
Коллективные члены МСП
Региональные отделения МСП
"Новый Современник"
Организация конкурсов и рейтинги
Льготы для членов МСП
"Новый Современник"
2020 год
Реквизиты и способы оплаты по МСП, издательству и порталу
Литературные объединения
Литературные организации и проекты по регионам России