Ужель всё так же лицемерить Вовек мы будем пред собой И глупо делать вид тупой, Что неспособны, мол, измерить Границы пошлости чужой; Твердить, что всяк имеет право, Пусть ради собственной забавы, В дерьмо другого с головой. И ты ж ещё проси прощенья За то, что влип. Писака прав: Свобода слова! – вот устав. Зачем читал его творенье? Как смел ты, грязными руками Шедевр пахучий ворошить. Ты не даёшь свободно жить И тыкать в грязь других носами. И мы всё ждём, чтоб свистнул рак... Душой стремящиеся к свету И воспевая тягу эту, Скользим безропотно во мрак. Ужель всё так же лицемерить Вовек мы будем пред собой, Неужто нечем нам измерить, Да нет, не phallus, а отстой. Отстой, идущий на замену Красивых сцен соития. Литературу, Мельпомену Болезнь измучила сия. А мы всё думаем, гадаем, Как провести границу меж Искусством и другим, годами Что пробивает грязью брешь. А, может, это и не грязь? А лишь святейшая землица С живою смешана водицей, Насытить, напоить зараз? Среди писак таких невеждой Боимся попросту прослыть, Что из дерьма, как некто снежин, Не в силах золота намыть. | 
Положение о Клубе
Сделать стартовой
